Долгорукий. Суетолог Всея Руси. Том 2

Глава 9 Полегче, приятель!

Мила снова бросила беспокойный взгляд на массивный висячий замок, прикреплённый к одному из прутьев. Он выглядел прочным и надежным. Кажется, жуткое существо не способно преодолеть силу печати и выбраться.

— Не стоит так пугаться, юная Мила, — продолжал ласковый голос Тёмного Бога, — Я не желаю тебе зла. Просто хочу поговорить, познакомиться получше… Ведь я вынужден обитать в твоём разуме. Должны ли мы быть врагами?

Девушка настороженно прищурилась, разглядывая алые глаза во мраке. Что он задумал? Почему вдруг заговорил так мягко и дружелюбно?

— О чём ты хочешь поговорить? — осторожно спросила она.

— Обо всём… — таинственно прошептал Тёмный Бог, — Я так давно не имел возможности просто побеседовать с обычным смертным… Рассказать о себе, своей судьбе… А ты ведь хочешь узнать своего соседа получше, не так ли?

Мила закусила губу. Любопытство в ней боролось с осторожностью. Что, если это ловушка? С другой стороны, возможно, из разговора выйдет толк? Она сможет больше узнать о сущности, живущей в ней…

— Хорошо… давай поговорим, — наконец решилась девушка.

Огромные алые глаза довольно блеснули из темноты.

— Прекрасно… Тогда слушай внимательно, смертная. Когда-то я был светлым божеством, лидером и правителем людей. Они возносили мне молитвы, приносили дары… Но люди со временем разочаровали меня своей жестокостью и эгоизмом. Из сострадания и любви в моем сердце родились гнев и презрение. И я решил полностью перестроить бренный мир, придав ему новый смысл существования… где никто не будет страдать…

Мила слушала, затаив дыхание. Голос Тёмного Бога был таким гипнотическим, убедительным… Она ловила себя на том, что начинает ему сочувствовать. В его словах была доля правды. Люди и впрямь часто вели себя отвратительно…

— Теперь ты понимаешь мои мотивы получше, не так ли? — мягко звучал голос из темноты, — Я не чудовище, каким меня изображают. Просто хочу, чтобы люди поняли — всему есть цена.

— Наверное… в твоих словах есть резон, — задумчиво кивнула Мила. Сердце её сжалось. Ей стало жаль это древнее божество, так горько разочаровавшееся в людях, — Мир действительно жесток.

— Рад, что ты понимаешь меня, Мила, — довольно прошелестел голос, — А теперь… не могла бы ты сделать для меня одну маленькую необременительную вещь?

Мила насторожилась. Вот оно. Значит, всё-таки ловушка?

— Какую?

— О, ерунду… Просто коснись этого замка. Коснись его линий. Одного твоего прикосновения будет достаточно, чтобы разрушить проклятую печать… И я обрету свободу.

Девушка шарахнулась назад.

— Нет! Я не могу этого сделать! Тогда ты вырвешься на свободу и причинишь людям вред!

— Глупышка… Неужели ты поверила, будто я задумал что-то дурное? — укоризненно протянул голос, — Свобода нужна мне лишь для того, чтобы навести порядок в этом мире. Без меня энергетические потоки выйдут из-под контроля. Аномалии станут бесконтрольно разрастаться, поглощая всё вокруг. Лишь я могу удержать их в узде. Разве ты этого хочешь? Помнишь, что рассказывал тебе Кир про судьбу вашего мира без меня? Этот скучающий парнишка хочет лишь развлечений, чтобы развеять свою космическую скуку… Этот мир для него — просто очередное игровое поле, которое он решил знатно встряхнуть. А на судьбы простых людей ему плевать.

Девушка растерянно заморгала. Действительно, без контроля Тёмного Бога Аномалии могут стать по-настоящему опасны. А если он говорит правду?

Мила колебалась. Её взгляд метался от глаз Тёмного Бога к замку на клетке. Сердце тревожно забилось.

— Не бойся, дитя… — ласково шептал голос, — Сделай то, о чём я прошу. И ты увидишь, что я несу этому миру только добро. Дай мне шанс доказать это.

Рука девушки дрогнула и потянулась к замку. Ещё чуть-чуть… и она коснётся его, сотрет линии, разрушит чары…

Но тут за спиной раздался твёрдый голос:

— Остановись, Мила! Не делай этого!

Она вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Кир, смотря на неё спокойным, но решительным взглядом.

— Кир?.. Как ты здесь оказался? — растерянно моргнула Мила.

— Это сон, Мила. Всё вокруг лишь иллюзия, порождённая его коварством, — невозмутимо пояснил Кир, кивком указав на Тёмного Бога, — Разве твое подсознание настолько мрачное?

— Что⁈ Нет!.. — воскликнула девушка, сжимая кулаки. Сомнение и тревога боролись в её душе.

— Тише, тише… успокойся, — Кир положил руку ей на плечо, — Посмотри внимательнее. Разве это похоже на реальность?

И с этими словами он лёгким движением руки развеял все иллюзии, окружавшие их.

Подземелье исчезло, они оказались в мягком сияющем серебристом тумане. Лишь алые глаза Тёмного Бога по-прежнему мерцали за прутьями решетки.

— Видишь? Всё это был лишь морок, навеянный им. Не стоит верить ни единому его слову, — спокойно пояснил Кир, — Он лишь хитростью хотел запугать и заставить тебя освободить его. К счастью, я предусмотрел такой вариант.

Мила тяжело дышала, пытаясь успокоиться. Да, теперь, когда иллюзия развеялась, она ясно видела — всё вокруг было нереальным, плодом её воображения. Кир спас её в последний момент от роковой ошибки.

— Прости… ты прав. Я чуть не поддалась его хитрости, — виновато опустила голову она.

— Не кори себя. Он мастер манипуляций и обмана. Ты поступила мудро, что не стала сразу ему доверять, — Кир ободряюще сжал её плечо, — Главное, всё обошлось.

После чего Кир повернулся к Тёмному Богу, чьи глаза по-прежнему сверкали во мраке:

— Ну что, не вышло очередной подлости? Сколько можно пудрить девушке мозги?

— Ненавижу! — злобно прошипел Тёмный Бог, — Ты снова портишь мне всё развлечение, назойливый герой!

— О да, «развлечения» у тебя весьма специфические, — фыркнул Кир, — Пора это прекратить.

— Ха! Думаешь, ты так просто можешь мной командовать⁈ — возмутился Тёмный Бог. Его глаза полыхнули яростным алым пламенем, — Я древнее, чем этот жалкий мир! Передо мной дрожали боги и титаны! Ты даже не представляешь, частью какого Единого Целого я раньше был…

— Да-да, ты великий и ужасный, мы поняли, — Кир закатил глаза, — Только вот сейчас ты заперт внутри хрупкой смертной девушки по прозвищу Тутанхомила. Весьма иронично, не находишь?

— Эй! — Мила с возмущением посмотрела на него, — Как-как ты меня назвал?

— Я шутю…

Тёмный Бог зарычал от ярости. Кир явно задел его самолюбие.

— Ладно, хватит разводить тут драму, — Кир махнул рукой, — Больше не балуй, Тутанхамон. Нам с тобой еще предстоит серьезный разговор. Давайте возвращаться назад в реальность.

Мила приподнялась на локтях, оглядываясь по сторонам. Она находилась в чудом уцелевшем медицинском кабинете в парке развлечений Лукоморье. Вокруг стояло несколько коек, на столиках были аккуратно разложены медикаменты, бинты и прочие принадлежности для оказания первой помощи.

Сквозь единственное узкое окошко под потолком пробивались лучи закатного солнца, заливая помещение теплым оранжевым светом. Мила щурилась, привыкая к этому свету после долгого пребывания в беспамятстве.

— Ну слава Богу, наша спящая красавица наконец очнулась! — обрадованно воскликнул Кир, — Я уж думал было, что целовать придется, как в сказке…

Мила с небольшой помощью Кира села на кушетке.

— Главное, что не пришлось звать доктора Франкенштейна со швейцарским акцентом, чтобы он оживил пациента электричеством, — добавил врач, хотя в его глазах читалось искреннее облегчение.

Князь Пушкин молча обнял свою дочь, выдохнув с явным облегчением.

Мила тихонько рассмеялась. Ей тоже было несказанно приятно снова оказаться в реальности после зловещих видений, насланных Тёмным Богом.

— Ну что, как самочувствие, княжна? Голова не кружится? Тошнить не тянет? — заботливо осведомился доктор, осматривая девушку.

— Всё в порядке, спасибо за заботу! — улыбнулась Мила, — Я уже чувствую себя намного лучше.

— Слава Богу! А то этот молодой человек чуть с ума не сошёл от беспокойства за вас! — Доктор кивнул на Кира.

— Да я… Э-э-э… Просто рад, что с княжной всё в порядке! — улыбнулся тот, почёсывая затылок.

Мила лукаво улыбнулась. Ей было приятно осознавать, что этот сильный и отважный человек переживал за неё.

— Ну хватит смущать молодого человека! — рассмеялся князь Пушкин, хлопнув Кира по плечу, — Главное, что с тобой всё в порядке. А теперь пойдёмте-ка отсюда назад в особняк. Сегодня вышел на редкость долгий и… событийный день.

Пушкин взял дочь под руку, Кир поспешил подхватить Милу с другой стороны. Втроём они направились к выходу из медкабинета.

Тем временем Настя, пока Долгорукий и Пушкин возились с Милой, вернулась в особняк Пушкиных и тут же потребовала у первой попавшейся горничной принести ей новое платье взамен испорченного. Та, взглянув в разгневанные глаза княжны, мечущие молнии, ойкнула послушно закивала и сразу побежала исполнять приказ.

Переодевшись в новое алое платье, разгневанная княжна Демидова прошествовала в гостиную. Там на диване сидела Вера — она была так увлечена игрой на своем смартфоне, что даже не заметила появления Насти. Та с размаху плюхнулась на диван рядом с подругой и уставилась на экран телефона, молча наблюдая за игрой Веры.

Щербакова была полностью погружена в игру, аж высунув кончик языка от усердия. В ее голубых глаза отражались яркие игровые огоньки.

— Вера! — наконец, негромко произнесла Настя, желая осторожно привлечь внимание подружки.

— Ой! — Вера аж подпрыгнула, только сейчас заметив Настю, — Ой, это ты…

Настя вздохнула. Вроде бы и не хотела напугать, вроде бы и специально тихо произнесла… но возвращение в реальный мир всё равно оказалось для Веры болезненным.

— Угу, и ты не представляешь, в чем я только что участвовала, — сказала Настя, — Короче…

Рассказывая, Настя принялась ходить из стороны в сторону, заложив руки за спину. Она посвятила княжну Щербакову во все детали заварушки.

Вера выглядела расстроенной из-за безрассудного поступка подруги.

— Настенька, ты же знаешь, как я не люблю ссоры и конфликты, — робко начала Вера, отложив наконец телефон, — Мне кажется, вам с Милой не стоило… Ну или по крайней мере официально вызвала бы ее на дуэль. А так это могут расценить как нападение…

— Да брось ты! — нетерпеливо перебила её Настя, — Эта рыжая дура получила по заслугам! Сама напросилась. Кто еще на кого напал! Знала бы ты, как она меня бесит!

Настя с размаху плюхнулась в кресло напротив Веры и закинула ногу на ногу. Высокий разрез её нового алого платья при этом слегка разошёлся, открывая взгляду длинные стройные бёдра.

— Хм… ну что ж… Я надеюсь, вы больше не будете драться, — робко пролепетала Вера, скромно опустив глаза, — А то вдруг госпожа Димитриева узнает… Или того хуже — сами Старейшины. Они же запретили раскрывать наши силы. Официально мы для всех — Одаренные средней руки. Хорошо хоть ты снова вырубила все камеры и телефоны в округе. Но твою силу видели охранники и княжна Мила… Станут ли они держать язык за зубами?

— Да плевать я хотела на них всех! — буркнула Настя, закатив глаза, — Меня больше волнует, что наглый Долгорукий явно на стороне Милки.

— Но князь Кирилл такой… такой… — Вера прерывисто вздохнула, мечтательно закатив глаза. Щёки её предательски заалели, — Такой сильный, храбрый, благородный! Я думала раньше, что он просто везучий наглый выскочка… А он…

— Ой, только не начинай опять! — Настя закатила глаза, — Хватит слюни пускать по этому выскочке!

Вера лишь тихонько хихикнула в ответ, прикрыв рот ладошкой. Её явно не слишком волновали переживания Насти по поводу князя Долгорукого. Вера, кажется, была увлечена им по уши, и это было видно невооружённым взглядом. Однако из-за природной робости боялась сделать первый шаг.

— Насть… а как дать понять мальчику, что ты в нём заинтересована? — робко спросила она подругу.

— Сиськи наголо и в атаку, — буркнула Демидова, — Либо, если ты сильная и независимая, дубиной по голове и в постель.

Вера вздохнула. Кажется, Настя сейчас не настроена на разговоры о романтике.

— Послушай… я понимаю, Мила тебе не нравится. Но не стоит так рисковать ради мести, — Вера всё-таки решилась осторожно урезонить разозлённую Настю, — Ты ведь знаешь, если госпожа Димитриева или Старейшины узнают о случившемся…

— Ты уже это говорила. Да плевать я хотела на этих старых интриганов! — фыркнула Настя, — Я и так вынуждена терпеть их командование! Когда я превзойду Долгорукого, тогда всем им придёт конец! Я сама возглавлю Возвышенных!

Вера ахнула и закрыла рот руками, в ужасе глядя на подругу. Настолько крамольных слов она от нее не ожидала.

Глаза Насти опасно сузились, кулаки сжались до хруста в костяшках. Казалось, ещё чуть-чуть — и аура молний вспыхнет вокруг неё, как это было в Лукоморье.

— Тише, тише, успокойся, мы на чужой территории… — Вера встревоженно положила ладошку ей на плечо, — Давай не будем об этом сейчас. Лучше расскажи мне о князе Кирилле. Он что-нибудь интересное показал в Лукоморье?

— О боже, да хватит о нём говорить! Что он может показать, не раздеваясь? — всплеснула руками Настя, — Вера, ты даже не представляешь, насколько этот… князёк меня бесит!

И Настя принялась живописать подруге все грехи ненавистного Долгорукого, размахивая руками и шипя сквозь зубы от злости. Вера слушала и в нужных местах сочувственно вздыхала.

Настя говорила, что ненавидит Долгорукого… но почему она только о нём постоянно говорит?