Дополненная реальность. Обнуление до заводских настроек

Глава 13 Все смешалось в доме Островской

«Все вы творите то, что почитают за зло, не по своей душевной природе и не по выбору своему, а ввиду довлеющих обстоятельств».

«Святая Катя» подходила просто идеально.

Но слать ей ссылку теперь…

Пашка поджал губы.

Ему стало почти жалко отца только что. Но где-то внутри оставалась упрямая железная стена. Потому что привидение, растаявшее минуту назад, и тот чёрствый зверь, с которым он вырос, не сливались до конца в один образ.

А грешник был нужен позарез.

Младший Соколов подобрал телефоны и разблокировал оба (мамкин пароль он знал). Открыл ссылку на блог, уже почти не веря в этот грандиозный план.

«Мобильный телефон вашей матери».

«Дисплей мобильного телефона».

«Высокопрочное сенсорное стекло».

Пашка закусил губу и откинул мамкину мобилу в изножье постели.

Хрена с два. Тут или какого надзирателя колонии искать и через его память скринить всяких зеков, или выносить приговор «святой Кате».

Которая всё вполне заслужила. Потому что не хер зариться на пятидесятилетних женатых дедов, блять. Может, по поводу колбасы у неё и не было выбора, хотя тоже так-то очень спорно, но в штаны к бате лезть…

Пашку передёрнуло. Опять во всех красках представилось, как вот это вот всё могло у них быть.

В игрухе дали дракона.

И не просто так оно сейчас сложилось. А потому что возмездие. И так-то в её всех трудностях, которые так батю харили, прилога очень даже поможет. Будут у Лебедева и штаны, и куртка, и, может, музыкальный талант в придачу.

Женька вон уверена, что в Аду даже и получше.

Поехать к ней, что ли? И обсудить? Чтобы она его окончательно уговорила?

Только скачает ли тётка возраста мамки игруху? Они же из такой херни только камешки в ряд и пасьянсы умеют. Или прилога сама всё сделает?

Что теперь с батей?

Пашка поёжился. Кожа волной вздулась мелкими колючими бугорками на руках и ляжках под штанами. Что-то внутри словно бы сжалось.

Про отца думать не хотелось. Но так-то все когда-то умрут.

И без всяких там сыновьих контрактов он бы ни в какой Рай не попал. А вообще шатался бы бесконечно призраком. Так себе перспективка. Или это получше?

Вот Пашка бы сам как хотел, если можно было бы выбирать?..

Надо решать с Лебедевой.

В дверь кто-то позвонил.

Младший Соколов зашёл в админский раздел и уставился на ФИО Лебедевой во «В работе». Рядом манила кнопка «Отправить ссылку». Почему, собственно, должен Пашка нянькаться с батиной прошмандовкой? Нашлась, блин, святая.

Женька наверняка бы его убедила. В натуре мотнуться к ней?

— Здравствуйте, тёть Лен! — послышался из прихожей знакомый бас Толика. — Пашок дома? Дописаться ему не могу.

— Может быть, уснул. Сейчас. Вот, знакомьтесь: это Юлечка, девушка моего Серёжи. Заходи, Толя. Пирожков будешь? — засуетилась Другая мама, когда Пашка высунулся из спальни.

— Ты как тут? — вытаращил глаза он.

— Чё трубку не берёшь? — поднял красноречиво на весу рюкзак Толик, показывая, что тот тяжёлый. — Вчерашнее предложение в силе?

Младший Соколов замялся только на полминуты. Ссылку он так и не отослал. Мысли про отправившегося в Ад батю грозили обрушиться потоком. Женька могла не ответить, как и вчера.

Рюкзак, который Толик опустил, соблазнительно звякнул.

— Я в деле! — решился Пашка. — Ма, мы… — Он хотел сказать «прогуляемся», но вместо того выпалил: — Выпьем с Толяном немного у меня?

Приятель выпучил глаза.

— Только не проспи завтра весь день, мы же на пикник собираемся, — кивнула Другая мама. — Пирожков вам наложу сейчас разных. В комнате у тебя сядете? Тебе рюмки или стаканы? Проходи, Толь, разувайся.

Пашка хмыкнул.

Подвисший на минуту Толик неуверенно стянул кроссы, опасливо косясь на Другую маму.

— Это ты навертел тёть Лене программу «Идеальные предки»? — уточнил он, когда в Пашкиной спальне на столе оказались три блюда с ароматными пирожками, стаканы, рюмки и даже салфетки в подставочке, а дверь за собой Другая мама прикрыла, попросив не шуметь сильно, чтобы не разбудить Серёгу.

— Ты чего не утешаешь там Островскую? Устал? — оставил вопрос без ответа Пашка.

— Да прикинь! Она нас всех выперла! — тут же переключился Толик, всплеснув руками, даже бросил сгрызать с бутылки бюджетного коня пломбу. — Короче, там паноптикум: то плачут, то ржут, вспоминают Отара. Тело из морга отдадут только в понедельник, потому что выходные. Погребение во вторник. У родаков его перелёт с пересадками, они ща в Москве ещё, должны быть под утро. И тут заваливается Васин!

— Чё? — вскинул Пашка брови.

— Васин, наш одноклассник! — пулемётил Толик. — Прикинь! Откуда они знакомы, не имею понятия. Но пришёл типа поддерживать Иру. Максим, мне кажется, взревновал. Васин, как Максима увидел, тоже напрягся. А потом, короче, Макс вдруг с бухты-барахты уснул башкой на столе. Яся сначала задёргалась, а потом стала странная и взялась такси вызывать, типа ей очень надо в редакцию дописать какую-то статью. Это среди ночи в субботу, чтобы ты понял. И Островская подхватила, Васину сказала ждать, а в это время мамка её вдруг на диване уснула и Ваха тоже. А Макс оклемался и как баран на поводке, без единого слова, с нами уехал. Я тебе зуб даю: Ира всё это своей игрой обделала! Вообще мне самому там уже невмоготу было торчать, мы же даже ночевали у них с Максимом и Ясей. Башка квадратная. Но прикол в том, что она что-то мутит с нашим Васиным! Она сначала ваще недовольная была, что он завалился, явно. А потом засуетилась — и вот это вот всё! Я вот ща вообще не удивлюсь, если она наставляет Максиму рога. Ты, походу, был прав про неё, вот что! Яся реально попёрлась в редакцию, Максим поехал домой. Ну а я к тебе. Мне ща напиться — самое оно будет! Прикинь: у неё отчим умер, а она мутит с Васиным так в открытую! Офигеть можно!

— Васин к ней яйца подкатывал, — вспомнил Пашка, берясь за стакан. — Только я думал, что ей на него пох.

— Как бы ей на Максима пох не оказалось, — отметил Толик и плеснул в колу коньяк. — Я в шоке. Такая пара.

Пашка подкатил глаза.

— Чёт тут не то. Островская в Безумного Макса втюренная, это точно, — проговорил он уверенно.

— Да что ты заладил! — возмутился Толик и хватил полстакана разом. — Максим нормальный пацан, с понятиями! Гордость семьи, а-ха-ха.

— Что-то тут нечисто, — гнул своё Пашка, пригубливая коньяк. — На фига ей Васин? Он же дундук.

— Ну так-то он крутой, бабы любят накачанных, — пожал плечами Толик. — Только я думал она с Максимом по-серьёзке.

Втемяшить Толику, каким Васин был ещё совсем недавно жирдяем, скорее всего, было бы проблематично, и Пашка не стал. Сраные адаптации всё приятелю в башке под себя перемололи.

Но что это затевает Островская? Такое, что даже на похоронную херабору забила. Не могла же она реально запасть на Васина? Вроде стебала его скорее, это он слюни пускал. Если бы нужен был Васин, не адаптировала бы она на днях всю эту муть про годичные отношения с Безумным Максом и его идеальную липовую личину. Не, тут какие-то мутки. А с Островской надо ухо держать востро.

Только сейчас настолько, блин, не до неё…

Пашка насупился, перед глазами опять встал тающий призрачный батя, таймер обратного отсчёта на поиск первого грешника и лапатомордая святая Катя, так и не получившая подлую ссылку.

А ну как она её скипнет?

Пашка хапнул полный стакан коня с колой залпом, подхватил телефон и свалил от Толика в сральню. Зашёл через админский раздел в настройки папкиной бабы и снёс хотение пересматривать видос.

Опять вернулся к странице с таймером.

Если с Катей будет накладка, нужен какой-то временной люфт. Нельзя пробовать за пару часов до крайней даты. Жопа постоянно вылезает во всём.

Конь с колой немного примирил Пашку с реальностью. И в комнате ждали ещё почти две бутылки.

Всё равно никаких вариков других не видать.

И душа продана.

Нужно быть дебилом, чтобы возвращаться к общим условиям пользования игрухой. Стать, как та гадалка, которая бабки должна из людей вытряхивать. Нет.

Пашка глубоко вдохнул и клацнул по «Отправить ссылку».

А потом понёсся к Толяну и спасительным бутылкам, будто за ним черти из толчка вылезли.

Вполне понимая в эти минуты батино пожизненное алкашество.

Завели бессодержательный трёп и даже стали постепенно сбиваться на ржач. Пашке сделалось полегче. Бухло реально помогало.

Нет, он не повторит отцова пути, не станет так поступать часто и уж тем более регулярно. Но сейчас дело особое.

Имеет полное право.

На двух третях бутылки ФИО Екатерины Лебедевой перепрыгнуло из раздела «Ссылка отправлена» в «Договор заключён», и на добрые пять минут кишки у Пашки внутри опять завязались в узел.

— Ты чё? — отвлёкся от трёпа Толик. — Пашок, ты в порядке?

— Плесни чистого, — просипел младший Соколов.

Сегодня он вообще не будет про всё это думать.

Пашка схватился за стакан, сам добавил в него ещё янтарного пойла, отломил от сладкого пирожка половину, чокнулся с Толиком и даже открыл рот, когда жопа пожаловала в гости на скоростном поезде.

Сквозь дверь просочилась, вертя башкой во все стороны, призрачная Лиля в синем лыжном комбинезоне.

— Твою мать! — выпалил Пашка в панике.

Рука дрогнула, и коньяк наполовину выплеснулся на его футболку. Толик схватился за салфетки, Пашка опустил глаза на намокающую одежду, и ещё с три минуты Лиля внимательно в них с Толиком вглядывалась.

Но потом издала ликующий клич.

— Ты! Я так и подумала, что Игорёшка про тебя! Ну ты засранец! Ты что, приклеил бороду⁈ Ты обалдел! Ты от меня ныкаться решил⁈ Офонареть, я всё время, оказывается, знала твой адрес! Ну ты и козлина так делать! Ты же меня один видишь вообще!

— Пашок, ты чё? Ты куда вылупился? — начал оглядываться Толик.

— О-па! Это же тот, что был у девахи, к которой мы припёрлись! А он меня видит? — Лиля качнулась Толяну в лицо, частично просочившись торсом через его плечи. — Не видит! А ты прям думал, я тебя никогда не найду⁈ Ты с фига от меня прятался? Тебе жалко, что ли, поболтать⁈ Ты бы хоть какое-то уважение к мёртвым имел! Что ты молчишь⁈ Эй, алло!

Толик помахал у Пашки перед рожей растопыренной пятернёй.

— Земля! Приём! — прыснув, позвал он.

Младший Соколов перевёл на приятеля ошалелый панический взгляд.

— Ты молчишь, чтобы он не услышал? Ты от меня теперь точно никуда не денешься! — трындела призрачная Лиля, так и подпрыгивая от радости. — Или ты можешь пропадать, как тот дядька? По фигу, я теперь-то знаю, где ты живёшь! Ты же тут живёшь, да? И как я сразу не додумалась, дурында! Мы же к этой хате ходили сторожить с Игорёшкой! Слушай! — встрепенулась она, расширяя глаза на пол-еблища. — Я же тебя видела, зараза! Ты босой шёл! Точно! Не узнала из-за этого маскарада. А ты и дома ходишь ряженый? Ты думал, я тебя вот так в лицо не узнаю вблизи? Вот умора!

— Да замолчи ты хоть на минуту! — взорвался Пашка, и Толик немного от него отшатнулся вместе с табуреткой, которую Другая мама принесла с кухни.

— Ты белку, что ли, поймал? — заржал затем он. — Пора стопорить. Или снимай себе опьянение, так же можно? Моё только не трогай, бабла мало сейчас, на новый выпивон нет. Бюджет на время отпуска предков у меня ограниченный… Пашок, ты куда пялишься? Ты меня опять разводишь, что ли?

— Вот это тебе будет со мной весело! — захохотала Лиля на всю комнату.

Младший Соколов схватился за голову.

— Как ты сюда попала? — проскулил он.

— Это что за приколы⁈ — возмутился Толик. — Хер ли это я «попала»⁈ Офигел, чё ли⁈

— Игорёшка пошёл к тёлке, с которой постоянно чатился, потому что у неё кто-то отбросил коньки! Она ему написала в покое её оставить, а он язык высунул и побежал наоборот. Там куча народа…

— Пашок, ты куда зыришь⁈ — начал злиться Толик. — Ты вообще на этом свете, мля⁈

— … И у тёлки такой же телефон, как у вас! В натуре! — не замолкала Лиля. — Она меня только не видит тоже. Она наклацала, и все ушли, вот этот чувак тоже. Игорёшка сразу давай расспрашивать, что за Максим там был. Перепугался, он на эту тёлку постоянно передёргивал последние дни, на фоты её пялился в инсте, а потом порнушку зырил. Такой ржачный! И писал ей постоянно. А у неё там вроде есть какой-то Максим. Настоящая Санта-Барбара, прямо как я люблю!

Толик тряхнул Пашку за плечи.

— Погоди. Погоди минуту, — взмолился тот. — У меня это… загрузка данных… по игре… посиди спокойно…

— Обалдеть, бесконтактная⁈ — выпучил Толик глаза, зыркнув на лежащий в стороне телефон, и тут же хлопнул себя по рту. А потом взялся бадяжить новый конь с колой, во все глаза таращась на Пашку.

— … Но она его быстро успокоила, стала глазки строить, — тараторила Лиля. — А он ей рассказал про воробьёв, и что игра его выбрала, и про тебя тоже рассказал! — Младший Соколов опять чуть не взвыл, но Лиля этого даже не заметила. — Ну то есть я не была уверена, что это про тебя, а просто про какого-то Соколова, — безостановочно, так и захлёбываясь от восторга, говорила она, — и что у него особые функции. Вот на особых функциях я уши навострила ваще! Он стал рассказывать, что его послали качать видос в квартиру Соколова сначала, что в истории помещения типа они с тёлкой и какой-то Марципан ещё приходили к Соколову, а потом он смог на них повлиять своей игрой и память стереть. Вот тут до меня дошло, что за квартиру мы взламывали в первый день, и что тут ты можешь быть! Но я послушала ещё. Игорёшку же воробьи опять под этот дом засылали недавно, мы тут под фонарём почти весь День города проторчали и потом всю ночь, Игорёшка чуть мозгами не поехал, но в письме было сказано ждать, пока Соколов не придёт, но на глаза не соваться ни в коем случае, и сразу в чат сигналить. Мы в подъезде ночевали! А потом утром из этой хаты тётка, которая тут на кухне пирожки жарит, вышла, и Игорёшка её просканил, а там у неё написано, что сын дома спит. Игорёк в чат маякнул и свалил. Я так-то сама тут осматривалась, только я тебя, засранца, не узнала спящим, не всмотрелась, блин, клуша я ещё та. Ну ты и придумал с бородищей! Потом всё воробьёв не было, и заданий не было. Игорёшка какой-то хернёй скучной стал страдать. Но он был самым всё равно интересным, и вот не зря я за ним ходила! Тёлка слушала во все уши! В таком шоке была! Как узнала, что Игорёшку игра выбрала, вообще сделалась фифой, сиськами перед ним маячила, за ручку брала. Он и поплыл. Она говорит: смотри, делай всё по инструкции, не упусти шанс! И мне обязательно рассказывай, а я тебе помогу. Ха! Да она сама хочет стать избранной, я тебе зуб даю! У меня на таких хитрожопых глаз намётанный! Она Игорёшку так разведёт, что к ней воробьи летать станут! Он ей там утешения начал всякие, у неё же кто-то умер. Но я уже не могла там усидеть, потому что я почти стала увереная, что в этой нашей квартире ты, который меня видит! Потому что ты на него воздействовал так, что он не помнил, при мне! Не может же вас таких быть много! Я, короче, бросила их там любезничать, — и сюда. Ну капец ты с этой бородой неузнаваемый! Реально без наводки бы в упор профукала опять! Но теперь ты от меня то-о-о-очно никогда не избавишься! — с полным придурочным восторгом закончила она.

— И чё там? — осторожно тронул Пашку за локоть Толик. — Загрузились твои данные?..