Душный наемник. Том 3

Глава 16

Глава 16

— Это просто невероятно!

Надо же, Ган вернулся так быстро. Без инъектора, значит «посыл ушел в массы» и нашел благодарных слушателей. Тогда понятно. Что толку там стоять, когда другие тренируются? Вот лейтенант и вернулся туда, где всегда интересно, то есть на мостик.

— Друг мой, ты пришёл узреть плоды плана психически нестабильных людей? — Трэм был на месте, но Молох еще не вернулся. — Я не закончил сканирование, но сердце моё подсказывает, что враг повержен… до хрустящей корочки.

Да что сердце? И без подсказок внутренних органов было понятно, что все получилось. Амо подошла к делу творчески. Пусть она и не мальчик, но «скрестить струю» у неё получилось отлично. Струю лазерного огня, конечно же. Как бы эти пушки Молоху не нравились, но пока адекватной замены им не было. Контролируя траекторию каждого орудия, девушка вывела их точно в тот самый тоннель, аварийно прорытый Ганом. По факту, лейтенант Молоха сделал еще один вход между отсеков. Теперь можно было что называется «палить прямой наводкой» по выходившим из прилегающего коридора врагам. Но, был нюанс. Он заключался в том, что враг мог не попасться на эту уловку. Дырка в стене и куча земли вокруг — они слегка привлекают внимание. А виднеющиеся с противоположной стороны пушки линкора привлекают внимание уже не слегка. Чтобы этого не произошло, внешнюю стену в конце тоннеля было решено не демонтировать. Но вслепую проводить наведение орудийных маркеров тоже не получится. Даже Амо нужны хоть какие-то первичные ориентиры для запуска системы. И в качестве такого «оруентира» выступил сам Молох. Его доспех сигнализировал искину координаты захвата цели, даже будучи с другой стороны стены. В какой-то степени можно утверждать, что Амо, без внесения маркерных корректировок, целилась в него. Но перед самым залпом она эти корректировки внесла.

Наверное…

Двери рубки неожиданно открылись и в помещение вошел Молох. Наёмник как-то странно шел, слишком сильно выпрямив спину. И от его доспеха поднимался подозрительный дымок.

— Амо, — капитан подошел к девочке со спины. В этот момент она втянула носом воздух, к чему-то принюхиваясь, всё еще подключенная к внешним камерам корабля. — Отлично сработано.

Наёмник аккуратно наклонился и все увидели, что по его спине, от шлема до бронированных штанишек, тянется оплавленная полоса.

— Правда, есть небольшая просьба. В следующий раз бери чуть выше. Пожалуйста.

— Хорошо, капитан! — Когда Молох отошел, девочка пододвинулась к брату и тихонько прошептала. — Ома, проверь систему жизнеобеспечения. Кажется, у нас вытяжка из бокса переработки био-отходов выгорела и дым в вентиляцию затягивает.

А к Молоху тем временем подскочил Трэм:

— Брат, может тебе огнетушитель? Или водички? Или хотя бы ладошками помахать, ветер сделать?

— Если резко охладить, то испортится доспех. Я все равно собирался к доктору Дарквуд, попрошу у неё мазь от загара. Буду на связи. Если наши друзья перейдут к решительным действиям — зови.

Их разговор слышал и Ган. И едва они дошли до той части, где шло про «решительные действия», как глаза мужчины снова загорелись:

— И мы тоже перейдем к следующей фазе вашего плана, капитан?

— Нет, Ган. Дальше события идут уже по плану господина Джона Харви.

— Э… Диспетчера?

— Да. Ты ведь помнишь, он еще кричал «Нам всем пиздец!». Вот к этой части мы и переходим.

Сказано это было настолько спокойно и буднично, что верилось с трудом. Особенно, при взгляде на усеянный трупами коридор учебки.

— Капитан, но мы выиграли бой, так почему?

— Потому что, Ган, этот бой был нужен не для того, чтобы его выиграть. Наша победа — это шикарный минимум, не более. Несмотря на количество людей в группах штурма, для кораблей уровня линкоров это незначительные потери. По факту, их можно было назвать «разведкой боем». Поэтому командование наших гостей пошло на этот шаг. Но теперь они знаю наши силы, оружие, уловки и будут готовы купировать сопротивление в следующем штурме. Следующем и последнем.

— Значит, все было зря?

— Конечно же нет, лейтенант. Отставить припадническое настроение. Мы «сыпанули песка» в их слаженную боевую машину. Теперь командованию врага так или иначе придется проанализировать полученные данные, предложить варианты решения и сформировать новые группы, исходя из переработанных планов. А это все время. Я же говорил, мы не способны победить в прямом противостоянии, а «партизанить» нам никто не даст. Так что остаётся надеяться, что уважаемый диспетчер все же докричится до подмоги. В противном случае, всё что нам останется — это изображать приманку, уводя врага как можно дальше от колонистов и пытаться вырваться в открытый космос к Вялому. А это… как вместо туалетной бумаги использовать наждачку — получится-то может и получится, но жопу нам надерут знатно.

Пока Молох вещал, бедный Ши Ган успел сменить несколько цветов и оттенков, то бледнея, то краснея и в итоге пулей выскочил из рубки:

— Я проверю, чтобы Харви старался как следует!

— Удачи. Ну, а я всё же заскочу к доктору. Боюсь, загар лёг как-то неравномерно… на кости.

— Приношу свои извинения, госпожа Карина, что вам пришлось быть свидетелем нелицеприятной стороны нашей гильдии.

— Ну что вы, господин Фокс, я в своей работе видела и не такое. Да и как я могу вас винить, когда вы так нам помогли.

Собеседник исполнителя Лонг, маячивший сейчас в экране связи, чем-то напоминал графа Эхенлихта. Голубоглазый блондин, с холеным лицом и аристократическими манерами. Только волосы покороче, да костюм подороже… сильно дороже. Если же быть более конкретным, то на связь с Кариной снова вышел один из директоров Свободной гильдии — Себастьян Фокс.

— Вы мне льстите. Но, хорошо то, что хорошо заканчивается. Я рад, что в управлении нашей гильдии остались лишь преданные и самоотверженные люди без гнили. Открытые и трудолюбивые, как ваша сестра. Если понадобится помощь, можете набирать меня в любое время. На этом вынужден откланяться, дела.

— Благодарю. Хорошего вам земного вечера, — кивнула девушка и отключила связь. — Ну-ну, почистил «гниль». Скорее уж избавился от конкурентов. Адам, надо бы присмотреть за нашим бескорыстным меценатом. Но, очень осторожно и максимально нежно.

— Будет сложно. Стоит ли оно того, капитан? Себастьян Фокс выглядит максимально лояльным к нам человеком. Да и в темных делах замечен не был. Поэтому его уважают даже платиновые наёмники.

— Надо, Адам, надо. В правящий круг Свободной гильдии вошло пять директоров. Другие не представляют ни значимой силы, ни влияния. Вега, Арно и семейство Фоксов. Пятую позицию заняла Катарина после своей бурной деятельности на фронтире. Нет ничего удивительного, что Вега объединился с Арно и хотел подмять под себя сестру. Это было логично и ожидаемо. Если старик Реджи Фокс занимает должность скорее «почетного» директора, удерживая её за счет связи и активов, то противостоять объединению директоров мог только его сын, Себастьян Фокс. И наоборот, Фоксу могли противостоять только объединённые силы этих троих. Вега оступился. А Арно… Фокс его «оступил». Не думаешь же ты, Адам, что директора крупнейшей гильдии наёмников так просто убить. Нет. Фокс позаботился и расстелил перед нами «ковровую дорожку». Придите и возьмите. Скормил едва ли не с рук. Эх, жаль не получилось захватить Жака Арно живьем. Хотя…

Старпом подошел ближе. Так, чтобы их разговор никто не слышал и тихо прошептал:

— Думаете, мы бы в любом случае не взяли Арно живым?

— Уверена в этом. Но, я о другом. Есть одна переменная, которую Фокс все же не учел. И нам пора ею воспользоваться, пока она окончательно дуба не врезала.

— Я вас понял, капитан.

Давно над берегами Атлы не было так шумно. Мало кому было дозволено летать над этими золотыми пляжами. Но после негласного вмешательства Себастьяна Фокса местные власти вели себя максимально тихо. Так что ничто не помешало десантному челноку покинуть судно исполнителя Совета внешнего регулирования и опуститься на песок одного из островов.

В этот раз, после непродолжительного, но крайне душного диалога старпома, Карина Лонг ступила на берег острова в сопровождении шести человек из десантной группы. Их отряд высадился у кромки воды и сразу же двинулся к ближайшим реденьким зарослям тропических пальм. Эти деревья прекрасно прижились в экосистеме Атлы, даря тень и привычный человечеству уют. Но, судя по оружию в руках всех членов группы, прилетели они сюда не за морем и не за уютом.

Быстрый взгляд на сканеры и группа корректирует свой путь. Подходят к кромке деревьев и тут уже Карина делает быстрый жест, останавливая сопровождение. Дальше она двигается сама. Впрочем недалеко, до большого валуна в двух десятках метров отсюда.

Девушка останавливается у этого камня, снимает шлем.

— Ну вот ты и нашлась, моя дорогая «неучтенная переменная».

Тело. Человек лежит в тени дерева, опершись на валун. Его глаза закрыты. Сложно сказать, дышит он или нет. Особенно с такими ранами, ведь одной руки у него нет. Всё тело покрывают страшные ожоги. Леди Лонг наклоняется ближе. Подносит сканер ближе к лицу человека. Излучаемый оборудованием свет дает возможность рассмотреть лицо. Такое знакомое лицо. Дворецкий Жака Арно. Вот только это лишь половина лица. Да и не лица вовсе. Синтетической маски, через которую проглядываются черные вены, на абсолютно белой коже.

Сканер выдает короткий отчет. «Пациент жив».

— Смотрю я вот на тебя… — задумчиво произносит Карина, глядя на реальное лицо дворецкого. — … и кого-то то мы напоминаешь…

— А мазьки не будет?

— Хуяськи, Молох. В меду, чтобы гланды смазать. Устраивает? — Эвелин Дарквуд была, как всегда, непреклонна в вопросах лечения. — Ты себя видел? Ты данные медсканера видел? Тебе не доктор нужен, а официант. Стейк из наёмника, полная прожарка с корочкой. Осталось только сервировать. Яблоко дать, в рот сунешь?

Пока девушка возмущалась, она еще и заряжала несколько огроменных инъекторов. И, судя по красным надписям на капсулах и предупреждениям на боках, это были явно не витаминки для бодрости.

— Ай!

— Моё уважение твоему «ай». Больно просто ужас. Сочувствую, но тебя ждет еще пять таких «ай». И ты этот кабинет не покинешь, пока я не закончу. Мне проще потом вылечить тебе сломанные ножки, чем отпустить сейчас с такими травмами.

— Хорошо. Я согласен на всё.

Наёмник лёг, показывая высшую степень смирения.

— Ты ведь от меня что-то хочешь, да? Слишком ты тихий, не душнишь и не возмущаешься. Что надо, говори уже?

— Ну… Пока вы, уважаемый доктор, делаете во мне еще пять отверстий этими пыпырками слона, может расскажете, как прошёл осмотр «подарков»?

Эвелин Дарквуд, судя по всему, даже сначала не поняла, о каких подарках идет речь. А когда поняла, всадила со всей силы второй инъектор.

— Ты о головах? Я с ними ещё не закончила.

— АЙ!

— И с тобой тоже!

— А-а-а… А если кратенько? О том парне, что на меня похож.

— Следы клонирования есть, следов чипов нет.

— Чипов нет? А у…

— И у остальных тоже нет. Я предупреждала, что не закончила проверку, но инородный предмет в башке заметила бы сразу. Будет что ещё, так сообщу тебе первому. Так, подожди я перезаряжу инъектор.

Доктор отошла, достав новые капсулы. Что-то в них рассматривала, читала.

— Леди Эвелин, вы ведь специально так медленно?

— Не-а. — и широкая улыбка в ответ.

Пока госпожа Дарквуд смаковала ситуацию, дверь медотсека открылась. И в помещение вбежал Трэм, что было крайне необычно, учитывая его протезы.

— Брат, срочные новости!

— Трэм, ты извини, но у меня тут срА-А-Ачные новости, — говорил Молох как раз в момент ввода следующей дозы препарата. — Что случилось?

— В систему вошли корабли Алого Альянса.

— Это же хорошо.

— Ну, наверно, да. Мы не смогли выйти с ними на связь из-за того, что теперь модуль связи надо обратно перепрограммировать. Но принимать их сигнал можем.

— И?

— Вот, — Трэм развернул коммуникатор, на котором красовалось до боли знакомое лицо:

— ПАПОЧКА ЛЕТИТ К ТЕБЕ, МОЯ БУБОЧКА!!!