Душный наемник. Том 3

Глава 9

Глава 9

— Это быть обычный, тихий вечер. Ничего не предвещать беда…

— Вы же в космосе были, какой ещё «вечер»?

— Молчи, пипидастр зелёный! Когда перестанешь подставлять свой корма под каждый залп длинный ракета, как моя бывшая, тогда и будешь умничать. А настоящий пилота, настоящий космический волка, он в душе чувствовать время свой родной планета и хранить её тепло. Потому что ностальжи, ауф-ф. Так что не перебивай и слушай старший.

Остальные парни недовольно зашептались, и молодой пилот Золотой Валькирии быстро замолчал, даже извинился перед Доминго. И «космическая волка» продолжил рассказ…

А что за посиделки?

Ну так, правильно было сказано, что кое-кто слишком плотно набил свою корму очень длинными ракетами. Золотая Валькирия получила повреждения. Просто сорваться с места и лететь куда глаза глядят, едва закончилось сражение, имело бы смысл, будь это экстренно. Но раз противник уничтожен и есть время перевести дыхание, отчего же не провести ревизию повреждений и спокойно не подлатать судно? Тем более, что некоторые «гости» пожелали порыться в остовах уничтоженных кораблей противника. Так что время было, и прибывшая за своим капитаном команда Вялого Манчкина, в основном своем составе, маялась дурью, пока Рида Морган и Молох рылись в гов… проводили осмотр поля боя. Именно в эти минуты покоя стало заметно настолько молода команда графа Вульфа Эхенлихта. Да, пусть их капитан был крайне умен (стоит признать, что это не пустое бахвальство), но его подпорченная дворянами репутация не давала возможности набрать опытных, знающих себе цену, людей. Так что к нему шли вот такие «зеленые и отчаянные». Такие же малоопытные, как и сам граф.

— Я расслабляться на ноль целых восемьдесят шесть сотых секунды. Никогда так не делать. Опытный пилота никогда не расслабляться больше, чем на ноль целых шестьдесят сотых секунда. Мой ошибка. И только я отвлечься, как БА-БАХ! Обзорный стекло мой фрегат пробить здоровенный ракета. Так бесцеремонно входить в мой френдзона не делать даже проктолог. Я уже попрощаться с жизнь, успеть даже простить свой бывший и тут понимать один вещь… да ептЪ твою мать! Рано простить бывший! Ракета не взрываться!

— Так она же разбила вам обзорное. Должна быть разгерметизация…

— Ты опять, да? Когда в твой жопа прилетать ракета ведь не произойти разблудинизация. Вот и у меня система жизнеобеспечения справиться. Тем более, я есть известный на весь фронтир бутерброда матушки Бо в тот момент. На него и отвлекаться на ноль целых восемьдесят шесть сотых секунда. А всему фронтиру ведомо, что этот бутер на сухую затрахитизирует корму так, что никакой космический вакуум не оторвать. Употреблять только с горючими материалами. Э… не о том сейчас рассказ. Дырка от ракета, да? Я аккуратненько майонезиком р-р-раз и обмазать вокруг. И всё, никакой разфигачизации. Но, чертовы пираты продолжать делать пиу, а я активно маневрироваться. Вжух влево, вжух вправо и ра-та-та-та-та по ним. Аха-ха-ха, гуд морнинг, ёпта! От Доминго и без вазелина. Я почти побеждать их всех, но тут мой второй пилота Джонни громко заорать. Ракета вот-вот детонировать. Джонни ни хотеть детонировать. Я ни хотеть детонировать. И тогда сказать: 'Джонни, пили! Если ты не отпилить эту пипяку, очередная ударная волна протолкнуть её внутрь и тогда никакой уринотерапия и подорожник не залечить наш разорванный тухес!

— Вы вели бой и одновременно деактивировали ракету. Ничоси, ого-о-о!!!

Что сказать, пылающие восторгом и азартом глаза этих парней стоило видеть.

— Зачем мы должны слушать этот бред? — Тихонько прошептал граф стоявшей рядом Катарине Лонг. Они тоже слушали Доминго, только чуть в сторонке.

— Затем, что это правда… в какой-то степени. Доминго действительно ещё во времена службы в армии попал под обстрел и заимел ракету в лобовую. Она не сдетонировала, но размолотила все перед собой. Его напарник превратился в кровавый фарш, а сам пилот получил тяжелые контузии, переломы и едва не лишился руки. Это было в атмосфере планеты, на подлете к их базе. И Доминго умудрился не просто удержать судно, но и правильно залить стимуляторами тот кусок мяса, что был раньше его напарником. В последствии Джонни выжил, а уважаемый пилот теперь даже речевой имплант поменять не может, настолько он боится крови и операций. Учись читать между строк, друг. Это крайне полезно вам, как новому серебряному капитану Свободной гильдии. Что же до вашего экипажа… Им просто достаточно иметь того, на кого можно равняться, в их непростой и опасной профессии. Когда наступит сложный момент и нужно будет принять волевое решение — лётный учебник не лучший источник для вдохновения и героизма.

— И Джонни достать из аптечка пилка для ампутаций лапок и стал пилить. Пилить так, как никогда и никто в моей жизни не пилил. Даже моя бывшая меня так не пилить, как Джонни этот ракета, — Доминго было плевать на замечания, он нашёл благодарную публику и вещал на полную. — И таки успеть! А потом мы взять много синий изолента и прикрутить этот боеголовка уже к нашей ракета и запустить во врага!

— Нельзя изолентой… — попытался возразить парень-пилот. Но стоявшие рядом коллеги ласково прошептали ему на ухо «заткни пиздак» и он больше не вмешивался.

— И двойной детонаций нашей ракета проделать большой дырка в корабле пирата. Не такой большой, как у моей бывшей, но достаточный для его кабздыщь. Двойной проникновений еще никто не переживать. Вот так парни! Никогда не сдаваться. Особенно, когда ты пилот. Особенно, когда ты в бою. Если ракета прилететь, а ты остановить манёвр, потому что думать, что не успеть, то ты идиота. Она всё равно оторвать твой жопа. Нет смысла останавливаться, даже, если не успеть. Даже, если ракета уже в тебе. Но если не думать тупой мысля «я не успеть» и продолжать упорно делать манёвр, твой корма уцелеть! Никогда не останавливаться и никогда не прекращать бороться. Кто сдох, тот лох — вот главный правило пилот, а среди вас лохов нет!

— Да-а-а-а!!!

— Хорошо, — Вульф дослушал этот монолог и кивнул директору. — Быть может от этой тупой истории есть немного пользы.

Пока они обсуждали услышанное, подошел тот самый пилот, что постоянно перебивал Доминго:

— Был получен запрос на возврат. Разведчики буксируют эвакуационный челнок на Валькирию. Они сейчас уже должны быть в грузовом отсеке.

— Понял. Тогда стоит посмотреть, каков их улов.

Сказать легче, чем сделать. Когда небольшая делегация в лице Катарины Лонг, её сестры и графа спустились в грузовой отсек, там работа кипела полным ходом.

— Его нельзя открывать напрямую. Если потянем, осколок раскурочит все внутри, — Молох суетился у погрузочного люка, что был больше обычного, но имел усиления в виде дополнительной брони. Эдакий эталон богатой эвакуации, чтобы клиент не испытывал проблем при загрузке, но сохранял защиту. Правда против куска внутренний переборки, что пробил люк и всё, что было за ним, надежности явно не хватило. Но начни открывать насильно и осколок сработает, как блендер, разфигачив всё внутри. — Нужен плазменный резак и снимать защиту и пневматику.

— Да блин, там всё равно спасать некого. С резаком мороки ещё на пару часов. Сорвем, да и все дела, хуже не будет. Потом немного медицинского клея, хомутиков и скотча — будут, как новые. — госпожа Морган выступала за радикализм, и… ей просто было влом возиться.

— Понятно, что спасать некого. Но мы можем повредить оборудование или что-то ещё, что эти ребята могли с собой перевозить. Это единственный эвакуационный челнок на корабле, сканирование подтвердило. Ясное дело, что он не для простых членов экипажа. В нем эвакуировался или капитан или его наниматель. Или тот и другой, это ведь все-таки не капсула, тут места хватит. Так что вскрывать надо аккуратно. Не бурчи, я всё сделаю сам.

Уважаемая капитан Морган, видимо как раз этого и добивалась. Волшебные слова «я всё сделаю сам» прозвучали. Больше никаких возмущений, она вся довольная отстала от Молоха и отошла в сторонку. Как раз мини-делегация к этому времени подоспела, так что было с кем поговорить.

— Рида, это всё, что удалось найти? — Какой бы ни была ситуация, Катарина Лонг все оставалась их директором. — Вы будете выходить повторно?

— Нет смысла. Всё слишком качественно взрывалось и плавилось, чтобы беспокоиться о выживших. Сканирование это только подтвердило. Второй корабль прекрасно зачистил «хвосты» за первым. Ощущение, что он сделал это специально. Ну, а мы… слишком переживали о Молохе, чтобы эм… Короче, от второго тоже мало что осталось, но я ни о чём не жалею. Слишком уж хитровыебанный был у них капитан.

Их разговор был прерван активировавшимся коммуникатором графа:

— Капитан, фиксирую приближение корабля!

— Это мой, — вздохнула Карина Лонг, всё это время не отрывавшая взгляда от своего коммуникатора. Видимо, через него её команда и сообщила о приближении. Правда, получилось воистину по закону жанра — когда полиция надо, полиция уже не надо. Что тут скажешь. — Бюрократия, извините.

Пока организовали все мелкие моменты со связью, корректировкой курса корабля Карины и другими мелочами, Молох закончил резать люк. Что тут скажешь, воистину деньги — это лучшая броня. Не дешёвый челнок напичкали так, что не каждый фрегат похвастается.

— Рида, давай вместе. Аккуратно, — приводы брони не только размахивать всяким убивательным годятся. Демонтаж с ними тоже идет легко и непринужденно.

Люк был убран. Молох отрезал застрявший в нем осколок и на всеобщее обозрение предстало содержимое этого космического «киндер-сюрприза». Три мертвеца. Двое представляли из себя наиболее печальное зрелище, раскуроченные влетевшим осколком. А вот третий был вполне себе «целеньким», правда совсем без брони или даже легкого скафандра. И поэтому, на имея с собой бутерброда матушки Бо, умер из-за разгерметизации.

— Да, я переоценила «смелость» директоров Свободной гильдии, — Катарина кивнула на самого «целенького». — Это Рамос. Получается, директор Вега не прилетел лично, а прислал своего заместителя. Не знаю, кто был вторым, но думаю он сделал точно так же. Видимо, хотели переправить меня в безопасное место, а потом уже возиться с договорами. Что до остальных двоих, то их я не знаю.

Вошедший осколок располовинил тех двоих. Они сидели рядом, за пультом управления, вот и попали под удар. Первый — это достаточно пожилой мужчина. Возможно, именно он и был капитаном, уж опыта прожитой жизни у него точно в достатке.

— Мне нужны данные медсканера, — у трупов уже возилась Джо, так что Карина Лонг просила её. — Это возможно?

— Почему нет, сейчас только закончу и перешлю. Правда его мордочку, дорогая, нормально не отсканировать. Поможешь?

— Хорошо, спасибо. — никаких проблем. Карина принялась помогать Джозефине в осмотре тела. Ноль брезгливости.

Что же до последней, наименее интересной персоны, то это был закованный в био-броню гигант. Тут и дураку ясно, что это личный охранник замдиректора Рамоса. Дураку ясно, а Молоху — нет.

— Подождите, дайте я попробую снять его шлем.

Никто не возражал — пытаться переубедить Молоха — это только тратить время и нервы. Что же до самого действия, то основная проблема заключалась в том, что пробивший челнок осколок сразу вдавил, а уж потом разрубил этого человека, деформировав броню, в том числе и шлем. Они спрессовались с туловищем и металлоконструкциями челнока. Нужно вырезать весь квадрат вокруг тела или…

Плазменный резак снова засиял. Стоявший над телом наёмник без особых ухищрений провел им по био-броне, отрезая голову. Вот теперь она извлекалась крайне легко. Как из посадочного места, так и со своего шлема. Последний был откинут в сторону и на Молоха уставились два мертвых, абсолютно черных глаза на бледном лице, украшенном черными венами. Правда волосы мертвеца были черными, а не седыми.

— Джо, ты можешь точно определить возраст этого человека? — Большинство присутствующих было удивлено необычным видом этого человека, но кто знал… Кто знал, был удивлён еще сильнее.

— Милый, ну он лет на десять старше тебя. Нужно прямо точно, год в год?

— Он… Он не может быть старше меня, Джо. Такой, как он, не может быть старше.

— Хорошо, дорогой, сделаю всё и даже больше.

— Спасибо, Джозефина, — Молох подошел к директору Лонг и наклонился к её уху. — Надо поговорить…