Глава 38

— Они добивать «Сисой» бросились, Александр Михайлович, а мы не дадим им этого сделать. Понимаю, что лучше бы уклонится от охвата, в скорости мы не уступим, но пусть добивают «подранка» — если им удастся это сделать, ведь ваш «дедушка» на подходе.

Вирениус был совершенно спокоен, только гадал, какое решение примет младший флагман 1-го отряда Того, а им должен быть контр-адмирал Сатаро Мису. Хотя мог быть и контр адмирал Насиба, которому могли обратно вернуть реинкарнацию «Ясимы», но точных сведений не было, хотя пленных допрашивали постоянно и часто с пристрастием (к чему сантименты), и они говорили о многом.

— У Мису, если он командует «чилийцами» есть три варианта, — великий князь был спокоен, хотя не мог не понимать, что маневр не от врага, а на него, да еще с максимальным ходом, чреват для «Осляби» самыми нехорошими последствиями, вплоть до фатальных повреждений.

— В первом оба его броненосца и крейсера Камимуры сосредотачивают весь огонь по нам — а это тридцать четыре ствола от десяти до семи с половиной дюйма. Однако тогда японцам придется забыть о «Сисое Великом», а «О’Хиггинс» с «Адзумой» окажутся под обстрелом двух наших броненосцев и «рюриковичей». Может просто отвернуть и линия восстановится — только в ней вместо одного появится два наших броненосца.

— Этого не будет, не для того бросились, чтобы отступить, Александр Михайлович. Японцам кровь из носа нужна победа, иначе войну проиграют. Самураям нужно утопить несколько кораблей нашей линии.

— Тогда третий вариант предпочтительней — им нужно добивать «Сисой», и они пойдут на него. Выходит вы, Андрей Андреевич…

Великий князь не договорил, а лишь покачал головой. Да, это было именно так — своим маневром Вирениус открывал дорогу к поврежденному «Сисою», как бы приглашая самураев добить русский броненосец. Вот только сделать они это могут, лишь пройдя по внешней дуге, а «императорам» и «Наварину» идти по внутреннему радиусу и они успеют подойти чуть раньше. А там кому повезет — схватка даже с тремя старыми броненосцами может оказаться уже фатальной для японцев, стоит им потерять свой резвый ход. Башни «Сисоя» действуют, «Наварин» тоже не подарок, а «дедушка» и «дядя» великого князя утыканы девятидюймовыми пушками.

— Выходит вы поставили ловушку, куда заманиваете два броненосца, — негромко произнес великий князь, и с нескрываемым удивлением посмотрел на Вирениуса — тот утвердительно качнул головой.

— Подобные случаи мы отрабатывали со Степаном Осиповичем, играя в кораблики на карте как дети. И адмиралы участвовали, и все под рюмочку коньяка — наместник посредником, Безобразов с Иессеном за японцев подыгрывали, как и Эбергард с Эссеном — они как самые агрессивные. Такой ситуации не предусматривалось, но похожие были. Главное, чтобы заманить и загнать в «мешок» и там сбить неприятелю ход, даже ценой потери одного-двух тихоходных броненосцев. Они все равно только для этой войны, на следующей будут не нужны.

— Я понимаю, — кивнул великий князь, только улыбка у него вышла кривоватой — трудно представить, когда свои корабли сознательно подставляют под удар и возможную гибель, принося в жертву, как пешку в гамбите. Но с другой стороны обмануть врага не удастся, необходимо вызвать у него азарт, усыпить бдительность и потерять осторожность.

— Похоже, что японцы выбрали четвертый вариант — хотят расстрелять наш броненосец и лишь потом накинуться на «Сисоя», — Андрей Андреевич прекрасно видел, что «ваканте» и «оккупадо» начали пристрелку по «Ослябе». После чего начнут накрывать его броненосец полными залпами. Было страшно, душа прямо возопила внутри и демонстрировала отчетливое намерение спрятаться поближе к пяткам. Под ударом двух столь опасных врагов «Ослябя» еще никогда не находился — но эта жертва была необходима. Еще четверть часа, и японцы поймут, что азарт до добра не доводит. Но слишком выгоден для них момент, вернее, кажется таковым, ведь в прицелах флагманский броненосец «гэйдзинов», что доставил множество неприятностей — и вот «час праведной мести» настал.

— Это хорошо, что они искушения не выдержали, зато мы отсечем Мису от Камимуры. Надеюсь, что Макаров и Безобразов уже разглядели ситуацию, и уже принимают меры. Интересно, что будет дальше…

Договорить Вирениус не успел, как тут же «Ослябю» накрыло взрывами и всплесками, причем со всех сторон. Корабль только вздрагивал от пропущенных ударов, словно штрафной солдат, которого попустили через строй роты со шпицрутенами в руках, которыми со свистом и с полного размаха «охаживали» несчастного по оголенной спине. Пошло самое настоящее избиение, не зря эти броненосцы именовали «убийцами крейсеров». К тому же продолжали стрелять корабли Камимуры, причем тот начал откатываться от русского отряда, что шел таким курсом на сближение.

— Смотрите, Александр Михайлович, а ведь брешь между броненосцами и «асамоидами» растет, еще немного потерпеть и мы их разрежем на две половинки. И начнется свалка…

Закончить мысль Вирениус не смог — шарахнуло так, что его буквально отбросило как пушинку на великого князя. Свет пропал, глаза перестали видеть, все внутри боевой рубки заволокло дымом и гарью, началось удушье — и сознание померкло…

Бортовой залп «убийцы крейсеров» производит неизгладимое впечатление на слабонервных…

Загрузка...