Глава 48

— Ни хрена себе, какие дела пошли⁈ Шустрым «усопший» оказался, слишком круто брать стал. Натуральный «отморозок» из «лихих девяностых» — идет по трупам и не остановится уже!

Вирениус прошелся по кабинету — теперь он большую часть времени проводил на берегу. Флот готовился к решающим боям — прошел ровно год войны, а ситуация на море никак не напоминала ту, что сложилась в его истории, которая уже не повторится, по крайней мере, на такой вариант можно было надеяться. И все дело в том, что, судя по пришедшим телеграммам, в Лондоне четыре дня назад, «прервался» тайный съезд сторонников фракции «большинства» РСДРП. По сообщениям Скотланд-Ярда некие злоумышленники попали на собрание российских «нигилистов», и перестреляли всех собравшихся, причем особо злодейским способом — не просто убив, но добив каждого убитого и раненного выстрелом в голову. И при этом самих звуков стрельбы не было слышно, что уже было странно. А дальше все просто — полиция «ведет следствие» этого чудовищного преступления, в котором уже подозревают царских жандармов.

— Ай да Виля, сукин ты сын, — пробормотал Андрей Андреевич, покачав головой. Такой «резвости» он не ожидал — ведь в лондонском пабе за закрытыми дверями среди всех собравшихся видных большевиков погибли двое, самых главных. А без них события явно пойдут иначе, ведь застрелен будущий «вождь» революции с супругой, и главный «демон», тот самый, что «политическая проститутка» — пал с пробитой башкой, пусть от пули, а не от ледоруба. Вот такая жуткая гримаса истории!

Однако мировая пресса отнеслась к этому событию просто наплевательски — никого не заинтересовало, по большому счету. Да оно и понятно — одни русские радикалы во время пьянки перестреляли других, и что такого необычного — подобные вещи в широком ходу у всех «ниспровергателей». Куда больший интерес вызвала скоропостижная смерть 1-го Морского Лорда адмирала Джона Арбетнота Фишера от апоплексического удара — так бывает, вышел человек подышать туманом от Темзы зимней, слякотной порой, вот тут и подкралась «костлявая» — только на днях ведь 64 года исполнилось, почтенный для этого времени возраст. Так что никто не удивился, а многие тайно позлорадствовали — немцы уж точно, британский адмирал к ним испытывал патологическую неприязнь.

На торжественное погребение из Петербурга отправился великий князь Александр Михайлович, только прибывший в столицу на литерном поезде — для «лечения» от полученных ранений и контузии. Делать Сандро на Дальнем Востоке было нечего, его место сейчас в столице, где следует ожидать перемен. Получится или не получится у Вили, пока неясно, но судя по ухваткам, он нацелился на очень серьезные вещи.

— Ровно год тому назад я впервые участвовал в бою, — негромко произнес Андрей Андреевич, усаживаясь в кресло. Закурил папиросу, отпил горячего «адмиральского чая». И бросил взгляд на схемы, таблицы и диаграммы, листки с которыми были разбросаны на столе. Ремонт большинства кораблей растянулся на два месяца, и уже завершался — Макаров рвался в море, желая окончательно добить Японию, используя огромное превосходство в силах. И лишь благодаря ему — ведь мог согласиться принять царское предложение возглавить Тихоокеанский флот. Но категорически отказался — зачем лишний геморрой, когда и так неплохо живется. Сослался на многочисленные ранения и контузии, что занесены в послужной список, и в Петербурге вняли его просьбе. Правда, государь-император лично отписал, что желает его видеть после войны и заключения почетного мира в столице, а там, по всей видимости, будет сделано предложение, от которого трудно отказаться — возглавить Морское министерство. Так как генерал-адмирал великий князь Алексей Александрович, «семь пудов августейшего мяса», сам подал в отставку из-за «тяжелой и продолжительной болезни».

— Дерзок, Степан Осипович, ой, как дерзок. Зато если все намеченное выполнит, то японцам надо на мир с нами уже сейчас идти, чтобы его условия мягкими были. Ведь уже даже союзники им кредитов не дают, понимают, что совершили худшее вложение капитала.

Вирениус посмотрел на карту, усыпанную значками. Японские острова обложили вспомогательными крейсерами, что перекрыли поступление всех жизненно важных для страны товаров. Несколько десятков пароходов были взяты «призами», грузы конфискованы. Японские рыболовецкие суда уничтожались каждый месяц, общий счет перевалил за вторую сотню. В Охотском море браконьерские шхуны уже не появлялись, там была неминуемая смерть в виде русских сторожевиков. Да и в прибрежные воды рыбаки уже не выходили, чтобы не увидеть ужасное зрелище в виде вооруженного парохода под Андреевским флагом. А борьбы с последними не вышло — после того как русские «шеститысячники» перехватили в море «Акаси», погнавшийся за рейдером. Теперь японцы из собственных портов выходили только большими отрядами, обязательно в сопровождении «асамоидов», а транспорты выводили в конвое до Шанхая. Вот только лафа вскоре отойдет — Макаров собрался высадить десант на Формозе, а заодно на нескольких островах архипелага Рюкю. Нечто похожее уже происходило на островах Курильской гряды — их потихоньку захватывали, убирали оттуда японцев, и, повсеместно поднимая русские флаги. Но там наносили удар по рыболовству, а вот потеря куда значимых Формозы и островов Рюкю грозила окончательным удушением страны Восходящего Солнца.

Подобное ведь сами японцы учинили в той истории, получив после 15 мая 1905 года полное господство на море, и высадив целую дивизию на Сахалине. Теперь самураи сами в эту «шкуру» залезли, и все смотрят в мире на события с нескрываемым интересом — ведь есть еще одна островная империя, самая могущественная в мире, а не эта азиатская карикатура на нее…

Детям свойственно рисовать кораблики, делая их на бумаге самыми грозными для врага. Американцы в начале ХХ века были как «большие дети», причем свои рисунки они воплощали в металле. Замысел прост — поставить башню с 203 мм пушками на башню с 305 мм орудиями. Сказано — сделано! Получилось тяжеленная конструкция, стрелять из которой неимоверно трудно. Как только не пытались ее ввести в «правильную» эксплуатацию, всячески чередуя залпы, подбирая бесконечные варианты, намучились, и один из адмиралов назвал эти двух ярусные башни, установленные на «Кирсадже» и «Кентукки» самым настоящим «преступлением против белого человека»…

Загрузка...