Его дети. Хозяйка дома на границе миров

Глава 1

Я раскладываю на столе пухлые пакеты с цветными лентами, крупными блестящими пуговицами, лоскутками дорогой натуральной ткани. Другую использовать для моего дела нельзя. Как же мне повезло сегодня. Столько всего удалось раздобыть, да еще и даром. Здесь и парча с золотой нитью, и бархат, и атласный шёлк, он переливается перламутром. Глаз не отвести. И цвета чудесные: голубой, розовый, тёмно-зелёный. Еще один пакетик с меховыми отрезами остался в машине, неудобно было взять его сразу. Куклы получатся замечательные.

Кружев бы еще прикупить, да проверить, не закончилась ли у меня глина. Если закончилась, придется отправляться к эльфам в их земли, просить накопать немного. Может, уступят в обмен на семена циний, у меня еще вроде остались. Сейчас не сезон, купить семена не так-то просто. В супермаркетах их уже не продают. А цветы эльфы любят.

Сыновья украдкой смотрят на мои покупки, их глаза озорно блестят. Обоим малышам до ужаса хочется взять небольшой цветной лоскуток и пустить его на парус пиратского судна. Или, к примеру, сделать из этих замечательных круглых пуговок ядра для игрушечной пушки. Какой-нибудь кусок ткани я, конечно, выделю им для игрушечной шхуны, но точно не все.

В окно светит жаркое солнце, бликует на крышке сандаловой шкатулки, перебирает лучиками медную зачарованную монограмму.

Кто-то настойчиво постучал в окно, я сразу же оглянулась. Крупное сочное яблоко уже почти созрело на ветке, его и раскачал ветерок и толкнул в окно. На другом деревце дозревают кувшины.

— Мама, я застрял! — в отчаянии позвал сын. Застежки на ботиночках Седрика безнадежно заледенели. Мы только вошли домой. С его рукавичек уже натекла лужица талого снега. Робин пытается справиться сам, младший сын у меня очень упрямый. "Целеустремлённый," как безмятежно говорит их тренер. Вот уж он точно святой. Что бы ни творили мои малыши, им всё сходит с рук.

— Сейчас помогу, — я мельком посмотрела на дочку. Лили уснула в кресле, надо же! Малышка совсем устала. У меня тройня — два сына и дочка. Сыночки очень похожи между собой, они близнецы. Оба кареглазые блондины с искорками вокруг зрачков, и они оба так похожи на... Не стану о нем вспоминать. Дочка совсем другая, она пошла в меня.

Я помогла сыновьям раздеться, растормошила малышку. Лили распахнула яркие зелёные глаза, сладко потянулась, поцеловала меня в щеку пухленькими губами.

— Пора обедать? — сладко потянулась она.

— Еще не совсем, но уже скоро, — стоило стянуть с головы дочки шапку, как по ее розовому пуховичку рассыпались золотые крупные кудри. Каждый раз любуюсь на них. Вроде бы волосы точно такие же, как и мои, но завиток крупнее, а сами локоны мягче.

Я сложила вещи детей в аккуратную кучу на полу. Снег с одежды тает и растекается по каменным плитам просторного холла. София придет, совсем не обрадуется нашему баловству. Дутые штаны, зимние курточки и ботинки нужно будет вывесить на террасе, чтобы подсохли на солнце, но так, чтобы соседи их не заметили. Мне совсем ни к чему лишние разговоры. Мой дом, единственный на всей улице, стоит на перекрестке двух миров.

Соседкам всегда любопытно, что творится у меня за второй дверью, но выйти на Землю они не решаются. Хоть я бы была и рада провести небольшую экскурсию. Или сводить их в магазинчик на углу, прикупить всяких мелочей для дома. Всё, на что хватает любопытства соседок — высунуть нос за дверь и посмотреть на то, как падает хлопьями снег, а потом обсуждать это целую неделю.

Двери моего дома, ведущие в сад, выходят в мир Лорелин, тут всегда тепло и светит яркое солнце, а на окраине города шепчет море, когда набегает на берег. Парадный вход дома входит на Землю, в Потаённый переулок, это в центре. До метро ровно три минутки идти.

Мальчишки остались в нижнем белье — длинных до колен хлопковых шортиках и футболках, они шлепают по полу босыми ногами. На дочку я надела легкое платьице с бантом.

— Бегите в сад и умойтесь, как следует, у бочки.

Вода уже нагрелась, — дети, радостно топая, бросились к двери в сад и босиком унеслись по мощеной ракушкой дорожке. В дому, конечно, есть водопровод, он заведен с Земли, дети могли бы умыться и в ванной. Но в бочке вода родниковая и над ней порхают маленькие садовые феи, черпают воду в скорлупки.

Я вышла на крыльцо, прищурилась и подставила лицо под теплые лучики солнца. Птицы поют, шуршат листья плодовых деревьев. Еще минутку постою так и пойду доставать суп из шкафа стазиса. Или кашу? Готово и то, и то. Посмотрю, что захотят сегодня дети. С ними никогда не угадаешь. И София вернется домой еще так не скоро, что можно рискнуть и заказать вредную пиццу. Я сладко потянулась, когда на дорожку выбежал встревоженный Седрик.

— Мама, тебя зовет староста. Он у нашей калитки.

— Передай, пожалуйста, что я сейчас подойду. Не волнуйся, это, скорее всего, по поводу метлы.

— На нем сюртук, — испуганно захлопал глазами мой мальчик.

— Ничего страшного наверняка не случилось, — Седрик кивнул и побежал обратно к калитке. Визит старосты в официальной одежде ничего хорошего, конечно, мне не сулит. Староста наверняка принес приглашение на очередные смотрины жениха. Кто в этом году интересно? Может, Ингвар? Он как раз вошел в брачный возраст и живёт недалеко от меня. Ну уж нет! Только этого не хватало.

Я промокнула лицо полотенцем, вмиг стерев с него тушь и косметику. Приятно иметь в доме чарованные вещи. Сунула босые ноги в удобные ботиночки, расправила длинное платье. Пожалуй, единственная вещь, которую можно носить в обоих мирах сразу, никого не смущая. На Земле это стиль бохо. Тут же — обычная вещь. Удачно, что сегодня я надела именно его, не придется лишний раз переодеваться. И нейлоновые теплые колготки под длинным подолом не видны. Вот только волосы пришлось собрать лентой вместо заколки.

Вышла в сад, прошла по дорожке между деревьев, краешком глаза посмотрела на малышей. Они так и плещутся рядом с бочкой, играют с цветными феями, похожими на стрекоз. Одна из них присела на голову дочери, смотрится как цветная заколка.

Староста стоит у калитки. Его сюртук выглядит несколько странно на сухой, как ветка, фигуре, да и на рукаве он попорчен молью. В руках старик держит два конверта, один из них черный. Сердце ухнуло и забилось чаще. Черный конверт бархатной бумаги — плохая примета. Тем более, когда он украшен вензелем королевы.

— Доброго дня вам и вашему семейству, глубокоуважаемая ведьма Нортон. Дурную весть принес я в ваш дом. Но есть и хорошая весть. Которую вы предпочитаете услышать первой?

— Дурную, — попросила я. Все нутро сжалось в пружину. Старик просунул через калитку бархатный конверт, мне словно обожгло руки, стоило коснуться его пальцами.

— Ваша сестра по отцу погибла этой ночью. Все своё состояние она оставила вам. Примите мои соболезнования.

— Ох, — я довольно легко беру себя в руки. С сестрой мы никогда не ладили, да и почти не общались. Дети и вовсе ее не знают. Уже четыре года прошло, как Изабелла оборвала все связи со мной. И я до сих пор не знаю причины.

— Ваша сестра, урожденная ведьма Нортон, оставила вам в полную собственность согласно своего завещания, как ближайшей родственнице, пятикомнатные апартаменты в сердце Санкт-Петербурга, на Невском проспекте, двух уровневые, с отдельным входом, правда, к сожалению, со двора.

— Меня это не интересует, я не намерена часто появляться на Земле, господин.

— Всю мебель, личные украшения, несколько счетов в банках, золото, меховые изделия...

— Любопытно, но я вполне обеспечена, — за моей спиной возникли дети. Как и полагается хорошо воспитанным сыновьям, публично они держится чуть позади, давая поддержку и не вмешиваясь в беседу. Дочка встала рядом, ближе к калитке. Юная ведьма должна знать, что происходит и иметь возможность ответить за себя и за братьев.

— Также, к вам переходит на попечение муж вашей сестры, — я поджала губы.

Дело в том, что мой родной мир немного матриархален. Или много? Не знаю. Молодым мужчинам у нас запрещено отлучаться из дома надолго, тем более в другие земли. Считается, что молодой холостяк опасен. Ведь все войны мира развязывали именно мужчины, они затевают драки, чаще, чем женщины, бывают грубы. Такова уж мужская суть.

Чтобы достичь хоть какой-то свободы, иметь возможность перемещаться между мирами, мужчинам нужно вступить в брак, обзавестись детьми, устойчивым положением, репутацией. Жена отвечает за благонадежность мужчины, а дети привязывают его к дому. И титул тут ни на что не влияет. Будь ты хоть герцог, хоть простой человек, без жены и данного ею согласия, из дома ты далеко не уедешь. Схватят и посадят под стражу, чтобы одумался. Оставлять вдовца одного не принято, каким бы успешным человеком он ни был. Родственница погибшей женщины берет вдовца под свою опеку, заключает брак, чтобы мужчина не почувствовал себя брошенным одиноким и не натворил бед.

Но я уверена, что муж сестры с Земли. Здесь, в Лорелин она давно не появлялась, и он, в лучшем случае, только догадывается о нашем мире. Я даже не догадывалась о том, что Изабелла вышла замуж! И на свою свадьбу она никого не приглашала. В любом случае, вдовцу я совсем не нужна. На Земле действуют другие законы. Староста об этом знает. Я отрицательно помотала головой, но мужчина продолжил.

— Так же к вам переходит лавка зелий вашей сестры. Она давно не использовалась, но здание находится в отличном состоянии. Кирпичная кладка, высокие потолки, огромные окна-витрины. Да вы и сами знаете.

— Знаю, — кивнула я, соглашаясь.

Сестре лавка досталась от отца, она и вправду огромная. И расположена в самом центре города, на оживлённой улице лавочников. В ней никто не торгует уже много лет. Сестра забросила лавку. Мне бы она пригодилась. Мои товары в витрине выглядели бы очень завлекательно. А если сделать перегородку, я бы наконец-то смогла поставить отдельно доменную печь, стол для шитья. Кажется, я уже размечталась.

— А так же вам достанется хранитель рода — привидение прапрабабушки Агнешки, — вот это уже интересно. Родовое привидение — это верный друг и помощник. Даже подумать о том, чтобы бросить его или оставить в чужих руках — преступление. Родовое привидение знает все тайны, все секреты, знает, где искать клады нашей семьи. Изабелле оно досталось случайно, я долго думала, что дух потерялся, жалела. Прапрабабушка отличалась веселым характером, мне говорили.

— Я хочу забрать привидение и лавку.

— Наследство есть вещь неделимая. Вы не можете забрать только что-то одно. Или вы берете все, или ничего.

— То есть мужа сестры я тоже обязана забрать? Мы совсем не знакомы. Он хотя бы знает о наших законах? Откуда он сам?

— Я имел неудовольствие навестить господина Ярве этим утром, — земля будто бы покачнулась под моими ногами. Только не он! Не может же этого быть. Но фамилия такая редкая! В груди все похолодело.

От него, от человека с такой же фамилией, рождена моя тройня, мои любимые дети! Это он перекроил всю мою жизнь. Изабелла всегда всё повторяла за мной. С самого детства. Чему же я теперь удивляюсь? События прошлого сложились в голове в готовую мозаику. Неужели? Только если у меня складывалось, у сестры все получалось с точностью до наоборот. Я делала обереги, она проклятия-подклады. Я окончила школу светлого ведовства и она тоже, только другую. Ту, где учили темным наукам.

— Как его имя? — облизнула я пересохшие губы, — Как он выглядит?

— Мы не на ярмарке женихов, — одернул меня поверенный, — Совесть велит ведьме взять под опеку мужа погибшей сестры вне зависимости от его качеств. Впрочем, вам повезло.

— И все же?

— Господин Ярве не имеет титула, зато он живет в городе Санкт-Петербурге и владеет весьма объёмным имуществом. Ему принадлежат здания, машины, собственное дело, — в глазах начало темнеть. Точно, он!

Староста продолжил:

— Это высокий блондин с густой шевелюрой, двадцати девяти лет от роду. Отец его погиб, мать жива. Имя Дмитрий, если захотите, вы сможете сменить на любое другое. Также, мне показалось, что он знает немного о магии. По крайней мере, результат действий вашего родового привидения он имел несчастье ощутить на себе.

— Нет, — я потрясла головой. Привидение прабабушки жаль до слез, лавку тоже, но встретиться еще хоть один-единственный раз с этим мужчиной? Ни за что!

Поверенный осуждающе покачал головой. Так поступать, как я сейчас, здесь совершенно не принято. Оставить вдовца одного, без своего покровительства, равноценно тому, чтобы выбросить маленького котенка зимой. Вот только Ярве совсем не похож на несчастного котенка. Скорее уж, на наглого, разъяренного тигра.

— Мама должна подумать, — вступила во взрослый разговор дочка, — Простите нас.

Здесь же рядом стоят все мои дети! Они не должны ничего понять. Я подумаю обо всем позже, когда смогу остаться одна. Дмитрий Ярве — олигарх, владелец огромного состояния, красавец... За что?! Почему именно он должен стать моим мужем? Я торопливо сунула в карман измятый конверт, чтобы избавиться от соблазна и не изорвать его в клочья.

— Я понимаю, — вежливо поклонился пристав, — Смерть любой ведьмы огромная потеря для нашего мира. Дети, вы должны позаботиться о маме со всем почтением к ее горю.

— Разумеется. Я сделаю все, что в моих силах, — совершенно по-взрослому ответила моя девочка. Где только научилась?

Староста повернулся ко мне и покачал головой.

— Вступить в брак с бывшем мужем сестры вы можете в городской ратуше не позднее следующего четверга. Тогда наследство — он кивнул на карман моего платья — вступит в законную силу, и вы завладеете всем.

— Да, конечно, я подумаю, как поступить.

— Но я бы советовал поторопиться. Нельзя бросать мужа в такой момент одного. Как бы вам ни было тяжело, не портите свою репутацию. Немногие станут покупать чарованных кукол у злой ведьмы, мало ли что? Да и потом, ваш супруг не обязательно должен поселиться с вами в одном доме. Главное, заключить брак, дать мужчине надежду, предложить ему помощь и опеку.

Я на секунду представила себе Дмитрия. Не хочу даже знать, что он сказал бы, если бы получил от меня такое предложение. Закаленный бизнесом тигр. Уф.

— Да, конечно, я подумаю об этом.

— Но у меня есть и хорошая новость для вашей семьи, — улыбнулся староста сразу нам всем и протянул гладкий розовый конвертик поменьше размером, — Ваш друг и один из лучших молодых мужчин нашего города приглашает вас к себе на смотрины.

— Я никогда не дружила с Ингваром, вы ошиблись.

— Что вы! Ведь речь идет о герцоге Мальфоре, последнем в роду. Сиятельный Джим сделал вам предложение прибыть на смотрины.

— Дядя Джим? — хлопнули сыновья в ладони.

— И скольким же ведьмам он это предложил? — такой редкой подлости от друга я никак не ожидала.

— У меня в руках только один конверт. Предложение явиться на смотрины герцог отправил только вам. Вы принимаете его?

— Нет! — отшатнулась я от калитки.

— Да! — выхватила из рук старосты заветный конвертик дочка, — Мама отправится на смотрины жениха.

— Приглашение принято, — староста ловко открыл портал и скрылся в нем.

— Лили, как так можно? — рассердилась я.

— Это же дядя Джим! Он хороший! — подпрыгнула дочка и вместе с братьями убежала к дому.