Его дети. Хозяйка дома на границе миров

Глава 2

Дмитрий Ярве

Дмитрий в полном одиночестве раскачивался на стуле в просторной кухне квартиры своей бывшей жены. Перед его лицом в воздухе зависла фарфоровая чашка. Она танцевала в лучике солнца почти как живая. Мужчина казался задумчивым. Раз в несколько секунд он проводил рукой в воздухе над чашкой, но предполагаемую леску так найти и не смог.

— Что за чертовщина? Может, электромагнит?

Он достал из кармана монетку и попытался подвесить ее рядом с чашкой. Монетка исчезла, а в углу комнаты послышался сдавленный смех.

— Идиотизм! Кому это может быть нужно? Кому я так помешал, что влезли в квартиру с детскими шуточками? Дурь какая-то, — мужчина потряс головой, чашка сместилась в пространстве и стукнулась донышком об стол. На его поверхность брызнули веером капельки крепкого кофе.

— Она же пустая была! — парень еще раз прошёлся по квартире, проверил темные углы, кладовки и нишу за статуей.

Старинная Петербургская квартира прочно хранила свои тайны от чужих глаз. Дмитрий был уверен, что в богатой квартире старого доходного дома должен быть второй, тайный, ход. Здесь жили купцы, а они разумные и предусмотрительные люди, можно сказать, родственные души современного олигарха. Парень тщательно простучал стены в подозрительных местах, в очередной раз проверил камина. Вот только узкую полосу декоративной штукатурки за зеркалом потрогать не догадался, никогда он не любил первоцветы. И лепные ландыши его нисколько не впечатлили. Мужчина уставился в потемневшее зеркало, задумчиво поскреб отросшую за ночь щетину, распустил узел галстука.

— Я похож на сумасшедшего? Вроде бы, нет. Глаза, по крайней мере, у меня точно карие. Шизофреникам везде мерещатся зелёные глаза, — задумчиво пробормотал он, — Кофе бы выпить, что ли? Может, тогда полегчает?

На столик перед зеркалом опустилась та самая чашка. Лёгкий пар поднялся вверх от горячего напитка.

— Благодарю, — мужчина привычным жестом потянулся за кофе, отдернул от него руку в последний момент и заозирался по сторонам, но, естественно, никого не увидел. Только слабый шелест страниц позабытой на столике книги показался ему тихим шепотом.

— Пей, зятек. Кто знает, как оно дальше будет?

Мужчина сглотнул. Рационалист до кончиков ушей, он никак не мог поверить в то, что творилось вокруг. Всему должно быть логическое объяснение! Хоть какое-то. Плавно опустить чашку на стол вместо того, чтобы убежать вон стоило ему немалых усилий. Слабаком он себя ощущать не привык.

Олигарх сделал глубокий вдох, потянулся за телефоном и вызвал свою службу охраны.

— Доброе утро. Мне нужен айтишник и доктор. На квартиру Изабеллы.

— Дмитрий Артурович, что-то серьезное? — ровным тоном ответил начальник службы.

От раскатистого звучания этого вкрадчивого, спокойного голоса у Дмитрия чуть отлегло от сердца. Даже неудобно стало за свои глупые страхи.

— Ничего серьезного. Мне кажется, что в квартире... В квартиру Изабеллы проник шутник.

Картина на стене сползла за стеклом, четкие мазки шедевра на глазах у мужчины превратились в расплывчатое пятно серой грязи.

— Откуда я знала, что эта мазня боится воды? — опять послышался шелест.

Трубка в руке парня ожила, четкий голос привел его в чувства. Дмитрий сглотнул.

— Примите мои искренние соболезнования. Такая потеря. Какую именно службу пригласить?

— Что?

— Вам кардиолога вызвать? Сердце?

— Никакую. Я пошутил.

Сознаться в том, что ему понадобился психиатр, Дмитрий просто не смог. Пусть охрана сама на все посмотрит своими глазами, а там он уже примет решение, как поступить дальше. Если понадобится, ляжет в клинику. И лучше это сделать на другом конце необъятной родины, чтобы никто не узнал. Или вообще слетать на родину предков, это еще дальше. И, наверное, надежнее. Швейцария — замечательная страна, и климат там мягкий. Снега сейчас уже нет.

— Скоро будем, ждите. Я тут недалеко. В вашем гостиничном комплексе на Фонтанке.

— Жду.

Мужчина добрел до холодильника, распахнул дверцу морозилки, вынул замороженный пакет неясного содержимого. На боку была нарисована древняя руна.

— Сплошной куй фуй! Нет, это как то не так называется. У Изабеллы была мания. Фен-шуй! Вспомнил. А у меня, похоже, шизофрения, — буркнул зло парень и прижал пакет со льдом к своему лбу.

Родовое привидение уселось на люстре. Старушка весело болтала ножкой, затянутой в полосатый чулок. Подол ее многочисленный юбок взлетал, играл призрачной бахромой. Сегодня Дмитрий никак не мог понять, как его угораздило женится на Изабелле. Зачем? Почему? В этом не было никакой логики, ни капли выгоды. И детей он заводить не торопился. Главное — бизнес. Устойчиво встать на ноги, одолеть очередную вершину, а уж потом, когда-нибудь там, может быть, и стоит подумать о потомках. Наверное, это неплохо — иметь собственных наследников, свое отражение в вечности.

Когда-то он любил ту, другую, что исчезла из его жизни. Истово любил, до дрожи, до потери разума. Она исчезла, растворилась сизым туманом над Невской водой, будто бы ее и не было вовсе. И как Дмитрий ее ни искал ее, найти так и не смог. Будто бы она была наваждением. Элька! Как он мечтал о ней, как ждал.

Девушка стала казаться ему теперь миражом, наваждением. От нее не осталось ни фотографий, ни вещей, ничего. С общих снимков Элька просто исчезла, как так получилось, парень не знал. Половина снимка ясная, чёткая, а вторая заблюрена. Службе безопасности об Эльке тоже ничего не удалось выяснить. Порой Дмитрию Ярве казалось, что та девушка ему просто приснилась, была мечтой, чьи невесомые поцелуи ему удалось ощутить. Страстная, чистая, скромная, с озорным огоньком в зеленых хрустальных глазах. В ее взгляде отражался весь мир, она была такой искренней, такой наивной. И вокруг ее темных зрачков вились хороводом разноцветные искорки. Невероятная и несуществующая, увы. Четыре года ее искали и всё бесполезно. Если цель не дано рассмотреть, значит, ее вовсе не существует.

Может, потому он и женился на Изабелле, что она была так похожа на его любимую Эльку? Те же зелёные глаза, почти та же стать, розовые бутоны пухлых губ, улыбка, озорная походка, вот только душа и характер совершенно другие. Эллька напоминала молодое вино, пьянеящее, чистое с лопающимися пузырьками счастья. Изабелла оказалась совершенно иной. Непримиримая, жадная, глупая. Как он раньше этого не замечал?!

Такой бы стать женой олигарха, блистать на приемах. Впрочем, Дмитрий и был олигархом. Отели, виллы, счета в банках, собственные яхты и самолеты. Всё чего душа пожелает. Почти все. Эльку он обрести так и не смог. Она ускользнула, растворилась в объятиях тающего сизого города. Будто ее и не было вовсе.

Изабелла, говорила, что никакой Эльки она не знает. Странно, вроде они родственницы или сестры? Элька сама познакомила Дмитрия с Изабеллой. И исчезла потом. Молодой олигарх в очередной раз потёр лоб.

В дверь квартиры позвонили, в скважине провернулся замысловатый ключ. Через минуту столовую залу квартиры, небольшой по меркам дореволюционных времен, наводнила охрана. Крепкие тела, сизые лица, мягкие голоса, умные глаза, показ мод как он есть. Воплощённая красота мужского тела, приправленного умом. Дураков олигарх никогда не держал. Бывшая жена была скорей обидным исключением, нежели правилом.

— Итак, Дмитрий Артурович. Позвольте выразить вам наши самые искренние соболезнования.

— Угум, — чуть смутился Дмитрий собственной черствости.

— Пройдемте на кухню? — обманчиво ласково предложил начальник охраны.

— Не стоит. В доме творится чертовщина, — покаянным голосом отрапортовал парень и опустился на кушетку.

— Чертовщина? — брови служивого взлетели вверх.

— Именно так. Галлюцинациями я не страдаю.

— Может быть, вы приняли успокоительное? Фармакология штука такая. Я даже чай на травках стараюсь не пить, мало ли какие побочные эффекты? Если прочитать инструкцию к зелёнке, так и то кажется, что помереть от инфекции будет легче, чем от побочных эффектов.

— Я ничего не принимал, — зло рыкнул парень, — Воду, и ту пил из банки, которую принес с собой. Изабелла была такая... Своеобразная женщина. Мы расстались перед новым годом, а теперь март. Мне просто незачем было бы принимать успокоительные!

— И всё же.

— Я полагаю, — Дмитрий резко поднялся из кресла, — Это пранк! Шутка. Или диверсия. Проверьте камеры, вдруг в квартире установлено стороннее оборудование? Камеры, магниты, механизмы и приспособления для театральных постановок?

— Хозяин — барин, конечно, — замялся начальник службы охраны.

С пола поднялась шкура медведя и уверенными шагами направилась в сторону ванной комнаты.

— Понаразвели шерстюгу! Ни одного зверолова в доме, а пыли! А шерсти! Нет бы, постирать раз в год. Лучше бы уж тараканов, из них хоть отечественный аналог приворотного зелья сварить можно, — пробурчал призрак весьма отчётливо. Начальник охраны перекрестился на всякий случай.

— Упырь! — буркнула шкура и самоотверженно утопилась в наполненной до краев ванной. Воду Дмитрий в нее не набирал.

— Ясно, — гаркнули все мужики и мигом разбрелись по комнатам.

Эти люди действительно хорошо знали свое дело, но никто из них не замечал призрак вредной старушки, который с комфортом расположился под потолком. Старушка сидела на одной из веточек монументальной люстры и задорно болтала ногами в деревянных ботиночках. Цепь, на которой держалась хрустальная махина, растягивалась с каждым движением привидения. Еще чуточку и она разорвется, а сама люстра в сотню плафонов грохнется на кафельный пол, или на голову вдовца и его телохранителя.

Каждый миллиметр пространства был изучен и проверен охраной с максимальной дотошностью. Этой участи не миновал опрокинутый торшер, разбитый надвое камин, фарфоровая посуда, смазанная картина в деревянном багете и даже оплывшие разноцветные свечи, расставленные всюду по полкам и столам.

— Вы точно не проводили тряпкой по этой мазне? — задумчиво почесал голову один из молодых специалистов.

— Я что, похож на сумасшедшего? — опешил олигарх, а привидение старушки решительно кивнуло головой.

— Очень похож, — неслышно сказала она, — С моей праправнучкой нормальный человек ни за что бы свою судьбу не связал! Даже за шрехтов хвост. А уж безоплатно! Или она тебя опоила? Добровольно жениться на ведьмочке! Той, у которой самый дурной характер из всех нас! Угораздило, тоже мне. Молись и радуйся, что так вовремя овдовел! Тебе жить оставалось неделю. Уж я-то знаю.

— Нет, разумеется, я просто подумал, — извиняющимся тоном продолжил охранник.

— Шестнадцатый век, она, знаешь, каких денег стоит? Как твоя зарплата за сотню лет, — охранник присвистнул, — И потом картина под стеклом. Там микроклимат особый. Всё по науке. В страховую теперь звонить, — покачал головой молодой мужчина, — На деньги с продажи этой мазни квартиру в центре Москве можно было купить.

Привидение кувыркнулось вокруг веточки люстры, так, что взметнулись сизые юбки, пок

— Сколько? Сколько-сколько она стоила? — прошипела бабулька, — Нет, ты точно рехнулся! И не ты один! За вид на грязный двор старой захудалой деревни столько платить? Эбенест всегда был отвратительным хозяином, уж я-то не знаю! Жили по соседству. Ты видел, какая дурная корова там была нарисована? Ни рогов, ни хвоста и вымя с два кулака! Тьфу! Если б я раньше знала, в художники бы подалась. От слова худо!

Приведение щёлкнуло пальчиками, краски растеклись под рамой.

— Смотрите! — ткнул охранник в растекающееся кляксами полотно.

— На что, я должен смотреть? — обернулся к картине Дмитрий и тут же перекрестился.

Вместо серой лачужки кисти известного голландца на полотне проступил основательный кирпичный дом. Потускневшую грязь средневекового двора заменили аккуратные грядки, ломящиеся от спелых плодов. Объёмы тыкв изумляли. Охранник крякнул и тоже перекрестился по примеру хозяина. Со стороны крыльца на зрителей беззастенчиво пялилась круглыми глазами ожиревшая скотина с выменем, скорее напоминающим небольшой такой, комнатный дирижабль.

— Твою ж кхм...Вашу ж картину обратно дорисовали!

— Сам вижу, — ощупал раму хозяин полотна, — Может, тут экран подключили? ЖК дисплей вставили под стекло? Какая дрянь это сделала? Квартира всегда под охраной была!

— Да нет, не похоже, Дмитрий Артурович, — охранник присоединился к ощупыванию рамы, — Проводочки бы были или аккумулятор.

— Нужно в полицию звонить. Это уже тянет на кражу. Подменить известного голландца на мазню!

Старушка открыла было рот, взболтнула ногой в деревянном башмачке и запустила им в голову Дмитрия Артуровича. Хозяин от удара невидимого предмета выругался и отпрыгнул в сторону. Молодой охранник на уровне рефлексов прикрыл Дмитрия своим телом. Тот вздернул руку к голове, ощупал затылок.

— Какого черта здесь происходит? — завертел головой брюнет, — Ты что-нибудь видел?

— Ничего, — спокойно ответил охранник.

— Мазня! — возмутилась старушка, — Ну, знаешь, зятек! Я между прочим старалась! Любитель тощих коров! Теперь я понимаю, почему ты выбрал именно эту мою пра-пра-внучку в жены! — продолжило раскачиваться привидение. Цепь захрустела звеном, люстра сорвалась и полетела в объятия кафеля.

— Люстра! — выкрикнул охранник, повалил хозяина на пол и прикрыл уже всем своим телом от осколков. В метре от пола люстра зависла.

— Нет, уж. Так и до беды недалече. Если у него мазня на стене стока стоит, то от светильника вообще неизвестно чего ждать! — спрыгнула старушка на пол, подобрала призрачный ботинок, сунула в него ногу и побрела в сторону кухни, — И почему за мной-то никто не приходит? Ужо и пристав был. Не берегут хранителя рода. Ух я ей дам! Совсем Элька распустилась! Наследует за сестрой, так хоть бы поторопилася, — потрясла старуха кулчком. Люстра очень медленно опустилась на кафель. Охранник раскрыл глаза, слез с хозяина и поднялся на ноги.

— Она резиновая у вас?

— Была хрустальная.

— Так и не скажешь

— Я вот одного не пойму. В фирме надрали и пластик подсунули вместо хрусталя, или мне уже пора психиатра вызвать?

Из просторной кухни вышел еще один мужчина, с гаджетом в руках. В дверном проёме он споткнулся, упал, приложившись лбом об пол. Гаджет вылетел из рук парня, пролетел через всю комнату и попал чётко в лоб Дмитрия Артуровича. Старушка победоносно потрясла клюкой.

— Дуплет? Одним ударом уделала два шара! Всегда обожала бильярд. Что дают сегодня на ужин? Опять похлебку нищего итальянца? Суп из того, что выкинуть из сети жалко, а нести на рынок совесть не позволяет? Мидии, креветки, дорадо! Ну, хоть одну рыбешку раздобыли сегодня. Тьху! Да на такое даже облезлый петербуржский кот не позарится. Гады. Золото есть, а жить не умеют.

Парень медленно поднялся с пола, приложил руку к своему лбу.

— Простите меня, Дмитрий Артурович. Чертовщина какая-то.

— Вот уж точно, — синхронно с ним потер лоб молодой олигарх, — Сам-то цел? Или скорую вызвать?

— Цел, вроде бы. Никакого дополнительного оборудования в вашем доме не обнаружил. Предварительно отсмотрел изображения с камер наблюдения в ускоренном режиме. Подозрительных лиц нет. Мебель и вещи рушились сами собой.

— Сами собой? Ты картину видел? — ткнул пальцем в раму хозяин. С картины большими глазами осуждающе таращилась тощая корова. Серый двор кисти известного голландца смотрелся неказисто посреди дорогого интерьера.

— Опять подрисовали, — искренне обрадовался охранник.

— Подрисовали, — задумчиво протянул бизнесмен, — Я надеялся, со смертью Изабеллы вся чертовщина закончится в моей жизни.

— Так только на сороковой день, — охранник продолжил блаженно улыбаться, — Изабеллы Генриховна, и вправду, ведьмой была.

— Обрадовал. Дожить бы.

— Единственный момент меня смутил, — продолжил паренек с гаджетом, — Вы некоторое время общались с пустым пространством за дверью.

— Не было такого. Ко мне нотариус заходил. Нёс какой-то бред. Якобы все здесь унаследует сестра Изабеллы — Элоиза Нортон. Хоть бы и так. Я полгода до продажи ждать не хотел бы. Жаль, что у Изабеллы никогда не было никакой родни.

В гостиную по воздуху выплыло ресторанное блюдо, само собой оно кувыркнулась, раковины мидий разлетелись по комнате.

— Клининг закажите, — олигарх потряс головой, — Я к нотариусу. Нужно все уладить поскорей. Будете уходить, дверь заколотите крест-накрест. Родни у этой стервы вроде бы точно не осталось.

— Ошибаешься, мил человек, — выплыла старушка из кухни, — Есть родня-то! И квартирка, и мебель, и картинка, и ты сам — давно уже завещаны другой моей пра-парара- внучке.