Его жажда

4

Камилла

История с мальчиком зацепила меня.

Я понимала, что не могу помочь. Более того — сделаю только хуже. В таких ситуациях лучше убедить себя, что ничего не видел. Что это привиделось, показалось. До поры до времени я и сама в это не верила. Мне просто снились сны, как и всем вокруг. Одни были черно-белыми, плохо запоминались. Другие — напротив. Красочные, яркие, со множеством деталей.

Но однажды я заметила, что сны повторяются. А после некоторых "выдуманных" событий я видела такую же реальность. Все переносилось в жизнь. Другими словами — пришло ясновидение, я могла предвидеть будущее. Хоть и не управляла этими процессами. Не могла понять, как это работает и могу ли я видеть именно то, к чему питаю интерес. Со временем мои родные поняли, что я вижу вещие сны.

И мать. И отчим. И мой сводный брат Марсель.

Вот только если родители делали вид, что никакой проблемы нет — говорили, что я должна это искоренить… Марс наоборот меня поддерживал. Он верил в мою силу. Повторял, что я особенная. И смогу помочь тысячам людей по всему миру. Что буду известным экстрасенсом, меня станут показывать по телевизору, печатать в газетах.

Мне было восемнадцать. Ему — на два года больше. Мы были так молоды и наивны. Горячи внутри. Излишне сконцентрированы на чувствах друг к другу.

И вскоре я увидела вещий сон о нем.

Он был. Ужасен.

Ведь там мы вместе. Я и он. Хорошая девочка. Со своим сводным братом. Мы не могли так поступить. Он не мог так поступить со мной. Ведь это табу. Если бы люди узнали о нашей связи — все бы рухнуло. Этот позор разрушил бы семью, разрушил бы бизнес отчима. Разрушил бы карьеру Марса. Убил бы меня как личность, ведь я понимала, что так… НЕЛЬЗЯ. И точка.

Марсель не предполагал, что будет развивать во мне ментальные способности. А затем сам же станет их жертвой. Уверена, он был одержим страстью ко мне. Вот и все. И чем больше мы проводили вместе время, тем меньше было сомнений — это случится, момент наступит. Он овладеет мной, и это будет конец спокойной жизни.

— С кем ты разговаривала? — вытащил меня из мыслей Джош.

Он уже проснулся, встал с постели, одевался на работу. Пока я сидела у окна и сверлила взглядом дом напротив. Казалось, в нем пусто. Нет ни машин, ни людей. Никто не входит, не выходит. Я помнила, что он сказал во сне, будто купил этот дом. Но так ли это на самом деле? Может, он заселится сюда позже? Как я могу проверить, есть у дома новый владелец или нет?

— Да так… Одна женщина звонила.

— Меня искала? — заправлял муж рубашку в брюки шерифской формы. — Что-то срочное?

— Нет, это ко мне.

— К тебе? — удивился Джош. — И что за повод?

Он сел за стол, чтобы выпить чашку кофе. Взял стеклянную чашу из кофеварки, налил себе немного. И отпил, смотря в глаза.

Муж был ревнив и подозрителен. Он хотел меня контролировать. Причем полностью. Особенно теперь, когда "мы все знаем кто" вдруг вышел из тюрьмы.

— Ситуация немного странная. Мама жаловалась, что ее сын видит сны.

— Но ведь это нормально, — отхлебнул мой муж немного кофе. — Все мы видим сны. И даже мелкие засранцы… Сколько лет тому ссыкле? Еще писает в кроватку?

— Я не знаю, она не говорила. Но… это не просто сны, понимаешь? Он видит видения. По крайней мере, мать в этом уверена. Ей кажется, что…

— Ей кажется, что ты ей можешь помочь.

— Да, — кивнула я. — Ей кажется, что я могу помочь, а я…

— Ты просто занята фигней, Камилла.

Он ответил в жесткой форме.

Здесь Джош был полностью в своем репертуаре. Да, с одной стороны, мой супруг надежен, честен, нормален. Его уважают, даже побаиваются. Когда-то он защитил меня от Марса. Когда никто мне не верил. А он просто взял меня под свое крыло и отрезал путь мерзавцу.

Может, это и не самая романтичная история любви. Но я благодарна Джошу, что он стал для меня опорой. За ним я как за каменной стеной. И у этой стены есть свои особенности. Ведь стена — порой она тверда, как кирпичи.

— Ты так считаешь? Думаешь, я просто ерундой маюсь? А вдруг это что-то важное? Что если я обязана им помочь, а не игнорить?

— Просто забудь об этом, Кэм. Выбей эту идею из головы, — вздохнул он, допивая кофе и читая новости в газете. Обычной, бумажной, шуршащей газете. — Ты не должна таким заниматься. Для этого есть психологи. И психиатрические больницы.

Его слова были жестоки. Ведь когда он говорит так о других — он подразумевает и меня. Выходит, мне тоже там место? В дурке, психушке?

— Не надо так говорить. Так ты унижаешь меня.

Он поднял на меня глаза, оставив газету в покое.

— В чем проблема, Кэм? Ты не с той ноги сегодня встала? Сначала едешь к своим упырям. Потом говоришь во сне имя, будто я не слышу, ничего не понимаю. А теперь вот зациклилась на каком-то странном мальчике из… Откуда он вообще? Он где-то тут неподалеку живет?

— Я не знаю. Не спросила.

— И не спрашивай. Я запрещаю.

— Как это "запрещаю"? — удивилась я. — Что я такого сделала вообще?

— Ты уже смотрела те фотографии? С места преступления… Есть какие-то догадки?

Джош имел в виду материалы, которые он принес домой. По сложному делу. Я ему помогала с расследованиями. Все эти годы я старалась быть полезной. Поэтому изучала документы, записи допросов, смотрела фотографии, чтобы потом во сне увидеть новую картинку — кто был виноват. Кого будут садить в тюрьму. И так мы отыскали не одну зацепку. Всегда, каждый раз, когда я указывала на кого-то, при обыске все подтверждалось. Виновный всегда признавался. Не было осечек, не было ошибочно подозреваемых.

Успехи Джоша — и моя заслуга. Хорошо ему — хорошо и мне.

Но порой мне казалось, что он меня использует.

— Ты знаешь… Как-то ничего не приходит в голову. Прости, мне ничего не снилось.

— Но ведь этой ночью ты что-то видела. Я знаю. Видела.

Я почувствовала, как немеют руки. Нервное покалывание, жар, мороз и пот. Я стала нервничать при мысли о том сне. Ведь он не видел, что происходило. А я — да. Не только видела, но и чувствовала. Словно наяву занялась сексом с другим.

— Это другое.

— Что именно? Поделись со мной. Может, я помогу тебе с разбором символов, подсказок. Что ты там видела? Я ведь знаю больше о деле. Вдруг ты пропустила важную деталь.

Мое сердце стучало и рвалось наружу. Он себе даже не представляет, что я видела и слышала сегодня ночью.

Рассказать ему? Или соврать?

— Почему для тебя так важно раскрыть это дело? — спрашивала я Джоша. — Ведь ты не книжный Шерлок Холмс, которого придумал автор. Ты просто человек. Пускай и опытный шериф. Но тебе ведь необязательно раскрывать все дела на свете.

Муж протяжно выдохнул, его скулы напряглись. Ему не хотелось упускать возможность выйти победителем. В том месте, где без меня он бы не нашел разгадку.

— Да, но дела моего округа я должен щелкать как орешки. Ведь люди на меня рассчитывают. С твоей помощью, Кэм — сам бог велел.

— Слушай, я правда ничего не видела полезного.

— Камилла, я должен предоставить отчет до пятницы. Иначе дело передадут полиции штата. Я останусь без премии, принесу меньше денег в дом. И…

— Что?

— Я уже поспорил с пацанами, что смогу раскрыть это дело. Как и все предыдущие.

Господи, он поспорил с подчиненными, что сам раскроет это дело…

Сам. Раскроет. Как и все предыдущие.

— А твои пацаны — они вообще в курсе, что тебе помогают?

— Но я ведь тебе тоже помог. Кэм. — Он подошел поближе, приобнял за плечи. Стал их поглаживать шершавыми ладонями. — Помнишь, как ты провалилась в депрессию? Как была невменяема периодически. Как ты покидала дом и шла куда-то, как лунатик. Ты могла погибнуть… Кто тебя искал в такие дни? Кто тебя ловил на краю моста? Кто приютил тебя, когда все были против?

— Это был ты.

— Вот именно, бэби. Это был я. Так может… ты все же найдешь в себе силы и поможешь мне с этим висяком? Как раньше…

— Такие дела меня выжимают, Джош. То, что я вижу потом во сне — это кошмар.

— Но ведь ты сегодня видела один такой. Сама ведь говорила мне. О чем ты видела сны этой ночью? Расскажи об этом Джошу.

Я упала ему на грудь и закрыла глаза. Хотелось плакать от бессилия. От терзаний и дилемм. Ведь я не могла ему рассказать, не могла признаться мужу, что ко мне во сне приходит Марс. Но и держать это в себе я тоже не могла. Это давило, выворачивало душу наизнанку.

— Прости, я ненормальная… Прости…

Из глаз тихо капали слезы. Я винила себя в том, что создаю проблемы. Я ломаю жизни всем, с кем контактирую. Кто мной опекается. Кто любит меня. И кого люблю я сама. Все вокруг меня страдают. А я молчу и ничего не делаю, чтобы спасти этот мир.

Я только ломаю его дальше.

— Ты ненормальная? Да что ты такое говоришь… Чш… С тобой все в порядке. Ты нормальная. Для меня ты не просто нормальная. Ты чудесная. Ты просто лучшая из людей, которых я встречал.

Он гладил меня по голове и нашептывал хорошие слова. А я лежала на мужской груди и только всхлипывала. Было мерзко от того, что я обманываю мужа.

Было стыдно. Меня грызла совесть.

— Ты страдаешь со мной?

— Я только страдаю, когда ты плачешь, Кэм… Не парься так. Ничего страшного. Придется отдать парням сто баксов из получки. Спор есть спор.

Джош отпустил меня, надел полицейскую фуражку. Готовился уйти.

Но я собралась с силами и решила помочь.

— Постой, я правда ничего пока не вижу. Но… может… Я могла бы сказать что-то конкретное, дай ты мне больше улик.

— Больше улик? Так ведь вот они, — вытащил он фотографии из папки, — на фото все.

— Нет. Я хочу посмотреть на все вживую. Увидеть улики, прикоснуться к ним. Это может стать проводником для видения.

— Ты хочешь, чтобы я провел тебя в участок и показал вещдоки?

— Да, — кивнула я без задних мыслей.

Думала, что помогаю ему таким образом. Но ответ был отрицательным.

— Извини, но я думаю, что это плохая идея.

Муж сложил обратно фотографии, поправил галстук. Сделал шаг к двери.

— Почему?

— Я не имею права это делать. Ты сама ведь это понимаешь.

— Но я хотела просто помочь…

— Ничего. Ты ведь сама говорила, что мне необязательно раскрывать все дела на свете… А теперь прости, мне надо ехать.

Я застыла посреди прихожей. И наконец-то поняла, в чем дело. Я это просто почувствовала между строк. Чутье меня еще ни разу не подводило.

— Тебе стыдно.

Джош замер, держась за дверную ручку.

— Что?

— Ты просто стыдишься меня.

— О чем ты, женщина? Это неправда.

— Правда, — настаивала я.

— Нет, Кэм. Нет.

— Да, Джош! Это так! Ты хочешь, чтобы я раскрывала за тебя преступления, а сам стыдишься показать меня своим друзьям! Ведь… вдруг они решат, что я ненормальная. Что я странная. Что я… ведьма, — смотрела я ему в глаза.

В его спокойные зеленые глаза. Он знал ответы на мои вопросы. Но, как и я, играл в игру. Мы оба были неискренни в последнее время. Не удивлюсь, если у него еще кто-то есть на стороне. Пока я сижу в этом долбаном доме, он может шастать по всему штату. Полиция крышует проституток. Шериф — всегда очень видная фигура.

Именно поэтому я спряталась за ней. Вот только не придется ли мне платить за это до конца своих дней?

— Алло, шериф слушает…

Ему позвонили. Нашей пламенной беседе помешал звонящий.

Джош внимательно выслушал с каменным лицом. Затем отключил телефон и сказал мне:

— Меня не будет какое-то время. Нужно съездить к руководству штата. Буду завтра. Никуда не выходи, будь просто дома. Хорошо? Я беспокоюсь о тебе, Кэм. Я ведь единственный в этом чертовом городе, кому реально не плевать на тебя. Ты ведь это понимаешь? Сама ведь это знаешь лучше меня.

— Удачной поездки.

Тогда я еще не знала, чем все обернется для меня. Его короткое отсутствие дома станет лишь началом того, что остановить уже нельзя.