Экстрасенс в СССР-4

Глава 20 Инспектор ГАИ

Я лежал на кровати и любовался обнажённой Ольгой, едва прикрытой пуховой шалью. Девушка в этот момент стояла напротив работающего экрана телевизора и рассматривала огромный букет садовых роз, замерших в вазе на столе. Конечно, это не голландские мутанты из будущего, но даже через сорок лет выращенные в парнике цветы будут выглядеть так же шикарно.

— Алёшка, значит, ты решил меня сегодня напоить и затащить в свою тайную берлогу, — наконец выдала она. — Думаешь, я не заметила, что ты в ресторане вместо коньяка яблочный сок себе постоянно подливал?

— Оля, напоить тебя у меня точно не получилось. Двести грамм красного вина такую, как ты, точно не заставят потерять голову и заночевать у постороннего человека.

— Хочешь сказать, что я сама этого захотела⁈ — возмутилась Ольга и, резко повернувшись, попыталась закутаться полностью в предательски прозрачную шаль. — Да это всё твой Рыжий охламон. После того как они со Стёпой музыкальный инструмент перегрузили, предложил сесть в «Москвич» и отвезти к тебе. А потом, когда грузовик нас догнал и остановился, Санька просто перебежал в него и уехал с остальными. Получается, у меня и выбора не было.

Я не стал напоминать, о подружке Ольги живущей в квартире, находящейся в пяти минутах ходьбы от гостиницы «Чайка». Вместо этого просто улыбнулся и, откинув одеяло, показал, что готов к продолжению весьма бурной ночи.

— Оля, с этого момента можешь считать меня самым коварным человеком в СССР. Признаюсь, я к этой ночи подготовился очень долго. Создал обстоятельства, приведшие безвинное создание в логово извращенца-тирана. Заодно подговорил Саньку с остальными, чтобы не мешали.

Увидев максимально широко распахнувшиеся глаза девушки, я зловеще ухмыльнулся и похлопал по разглаженной простыне рядом с собой.

— Оля, ну так что тебя долго ждать? Неужели ты не воспользуешься шансом меня победить в следующем раунде и наказать?

Для приличия Ольга выдержала паузу, а потом совершила самое коварное нападение из возможных, заставив меня покрепче вцепиться в её бёдра.

Зелёный автомобиль повернул на трассу и покатил по направлению к видневшемуся невдалеке стационарному посту ГАИ. Оля сидела рядом и всю дорогу, пока мы выезжали из города, не сводила с меня прищуренных глаз.

— Алёшка, если ты не сотрёшь эту самодовольную улыбочку с лица, то я тебя точно букетом роз огрею, — внезапно пообещала она. — Одна ночь ничего не значит.

— Согласен, просто обычная, рядовая ночь. Такая же, как все остальные, — тут же подхватил я и состроил подчёркнуто безразличную гримасу.

— Вот ты гад! — вспылила девушка и действительно едва не влепила мне розами по лицу.

— Любимая, ну ты же сама так сказала. А моё дело маленькое. Проще согласиться.

Ольга замерла.

— Значит, всё-таки любимая?

— А как же ещё может быть. Любимая, проверь-ка, нормально застегнулся замок ремня безопасности, а то нас похоже сейчас остановят.

Я не просто так предупредил Ольгу. Едва зелёный «Москвич» комби появился в поле видимости стоявшего на обочине молоденького гаишника, он тут же перебежал четыре полосы практически пустой трассы и изготовился замахать полосатой палочкой. Одновременно второй сотрудник автоинспекции бросился подниматься по лестнице на второй этаж поста, напоминающего остеклённый скворечник.

Инспектора явно действовали согласно вбитой в голову начальством директиве и были готовы выполнить в точности все инструкции. Я примерно понимал, что там за инструкции, и тёплого приёма не ожидал.

Конечно, сегодня, в связи со вчерашними событиями, можно было избежать поездки за рулём через пост ГАИ, но я решил узнать лично, что готов предпринять папаша Валеры Смирнова, по совместительству являющийся начальником ГАИ.

— Лёша, смотри, это он нам полосатой палочкой машет? — спросила Ольга в тот момент, когда я начал тормозить.

— Оля, сиди спокойно. Ремень не отстёгивай. Молчи и из машины не выходи.

Проехав мимо молоденького инспектора, я остановился на обочине и, открыв боковое окно, достал документы и принялся ждать, когда он подойдёт.

— Инспектор дорожно-патрульной службы, лейтенант Гаврилов. Попрошу предъявить ваши документы, — потребовал гаишник чересчур ретиво и сделал вид, что на мгновение приставил руку к фуражке.

Затем он заглянул в заднее боковое окно, обнаружил, что ни в багажнике, ни на заднем сидении ничего нет, и удивлённо хмыкнул. Прочитав в его мыслях, что он ожидал там увидеть склад музыкальных инструментов, я протянул права, талон предупреждений, техпаспорт и доверенность на машину.

— А машина-то вам не принадлежит, — тут же заметил гаишник, словно это грубейшее нарушение.

— Там доверенность есть, выписанная на управление транспортным средством.

— Вижу. А что у нас насчёт аптечки и огнетушителя?

— Всё на месте. Показать?

— Обязательно.

Выйдя из машины, я вытащил новенький порошковый огнетушитель и аптечку. Последняя, в отличие от тех, что обычно возили автолюбители в эти времена, была плотно набита не просроченными лекарствами, новыми бинтами и всем, что там должно находиться по ГОСТу.

Судя по начавшемуся спектаклю, главная цель молодого инспектора ГАИ — необходимость меня задержать до приезда начальника. Это хорошо. Значит, кое-какие тормоза имеются, и по беспределу никто поступать не будет.

Внимательно осмотрев документы, Гаврилов не нашёл, до чего докопаться. Его смутила печать сельсовета на доверенности, но вопросы он задавать не стал. В эти времена подобное легко заменяло участие нотариуса в составлении документа и делало любую бумагу основательной.

Увидев новенькие аптечку с огнетушителем, Гаврилов нахмурился. Для проформы проверил даты годности и, не найдя просрочки, ещё больше расстроился. Желание выслужиться перед начальством сквозило в его мыслях, но пока он не мог понять, до чего можно докопаться.

Во время всех процедур инспектор ГАИ становился ближе ко мне и шумно втягивал носом воздух, явно желая учуять остаточный запах алкоголя.

— Гражданин Соколов, а вы вчера случайно не выпивали?

— Товарищ инспектор, если вы считаете, что пятьдесят грамм коньяка — это много, то выпивал. Однако с той единственной рюмки прошло больше десяти часов, так что любое мед освидетельствование покажет сплошные нули.

За пять минут инспектор ГАИ осмотрел всё. Проверил даже накачку шин и работоспособность фар. Колёса были в порядке, фары светили ближним и дальним светом, стоп-сигналы работали, поворотники моргали, показывая выбранное направление движения.

Чем быстрее эта проверка превращалась в фарс, тем чаще гаишник посматривал с надеждой на стационарный пост. Там в этот момент его старший напарник то ли пытался до кого-то дозвониться, то ли разговаривал с кем-то по телефону.

— Товарищ инспектор, если вы решили провести полный техосмотр, могу открыть капот и показать номер двигателя и кузова, но только и они на сто процентов окажутся родными. Может, скажете, в чём причина остановки? А то я, насколько помню, сегодня точно ничего не нарушал.

Мой вопрос подкреплялся ментальным пинком, заставляющим мозг Гаврилова работать в несколько раз быстрее. В итоге гаишник буквально завис, несколько раз оценил сложившуюся ситуацию, но так и не нашёл, до чего можно докопаться.

Разогнавшись его мозг начал анализировать действия хозяина и прокрутил все сомнения насчёт службы в милиции, которые долгое время терзали душу Гаврилова. Оказалось, несколько лет назад он пришёл из армии и пошёл служить. Думал, всё будет совсем по-другому, но оборотная сторона службы быстро накрыла парня с головой и начала его менять.

Сначала старшие товарищи научили его аккуратно забирать рубль, который водители на всякий случай помещали между правами и талоном предупреждений. Потом ему начали совать трёшки и пятёрки те, кто превышал скорость или совершил иное злостное нарушение. Не каждый хотел брать выписанные квитанции на штрафы и тратить время, оплачивая их в сберкассах. Они предлагали деньги, а Гаврилов брал.

Всё это позволяло не жить от зарплаты до зарплаты и крепко задуматься о покупке личного автотранспорта. Кроме этого, бонусом шло изменившееся отношение людей. Теперь с Гавриловым не хотели ссориться ни бывшие одноклассники, ни родня, ни соседи. Кто-то постоянно просил помощи в разрешении того или иного вопроса. А он сам мог спокойно потратить за вечер десятку-другую целковых на поход в кафе или кино с приглянувшейся девушкой.

Возможно, Гаврилов обошёлся бы без сбора добровольных взяток, но сама среда, в которую он попал, и личность начальника ГАИ майора Смирнова давили, заставляя принять подобное положение дел. Ведь если бы он захотел проявить себя принципиальным, Гаврилова бы быстро отослали подальше от оживлённой трассы, где даже рубль в кармане — это для гаишника деньги.

Со временем он втянулся и научился изымать более крупные суммы у пьяниц, пойманных за рулём, и водителей, боявшихся появления третьего прокола в талоне предупреждений. Никто не хотел доводить до изъятия прав с потерей возможности управлять автомобилем от трёх месяцев до года. Иногда это приносило существенный доход, так что новенькие «Жигули»-шестёрку Гаврилов себе купил уже на третьем году службы.

Предпоследней моральной преградой для молодого инспектора стала так называемая охота. Это когда он с напарником должны были сами искать нарушения, которых зачастую попросту нет. При этом приходилось предъявлять претензию на пустом месте, угрожать карой и требовать взятку. На это инспектор Гаврилов иногда соглашался, особенно в те дни, когда собранных за смену средств не хватало даже для того, чтобы отдать долю майору Смирнову.

Но самой последней красной линией для Гаврилова оставались особые поручения начальника ГАИ. Пока молодого инспектора привлекали только косвенно, но он знал: иногда его коллеги специально подставляют неугодных Смирнову граждан.

По тем сведениям, которые получил Гаврилов сегодня утром, я из-за своих действий перешёл именно в эту категорию. Сейчас мне повезло — я не попал к опытным инспекторам, но совсем скоро меня будут ждать на дороге куча неприятных сюрпризов.

Узнав то, что хотел, я сделал вывод, что гаишники во все времена занимаются одним и тем же, как бы их не называли. Сейчас в СССР это не так явно выражено, но буквально через десять лет всё станет намного хуже. Насколько я помню, к концу девяностых доход в две-три тысячи долларов за смену на стационарном посту трассы Минск — Москва считался стандартным.

Интересно, до каких высот достиг майор Смирнов в период моей прежней жизни? Не помню персонажа с такой фамилией. Надо собрать побольше информации и напрячь память. Может, после этого всё прояснится.

Закончив читать мысли Гаврилова, я выдернул его мозг из турборежима и одновременно с этим хлопнул в ладоши.

— Ну так что, товарищ инспектор, вы нас отпускаете или пойдём по второму кругу?

Я знал, что после такой встряски голова Гаврилова идёт кругом. За эти несколько секунд инспектор кое-что переосмыслил и уж точно не хочет проявлять инициативу. Тем более Валера Смирнов, из-за которого заварился весь этот сыр-бор, ему никогда не нравился. Если честно, Гаврилов с удовольствием сделал бы ему три прокола в талоне предупреждений, а потом отобрал права.

Ещё раз глянув на стационарный пост, инспектор протянул мне документы и коротко отдал честь.

— Товарищ автолюбитель, можете следовать дальше.

Возвращаясь на место водителя, я считал проскользнувшее в голове Гаврилова крамольное желание меня предупредить о надвигающейся бури и понял, что он ещё не потерян для общества.

Уже отъезжая, обнаружил, что налаженная связь с разумом инспектора не прервалась, и, хотя это продлилось меньше минуты, я смог подслушать диалог Гаврилова с появившимся на трассе напарником.

— Гаврилов, ты чего его отпустил? Ведь номера, модель и цвет тачки совпадают?

— Он трезвый. Правила не нарушал. Даже пассажирка пристёгнута. Аптечка и огнетушитель полгода назад из магазина. Петрович, вот скажи, за что мне этого Соколова задерживать?

— Я бы нашёл за что. Ну ладно, до майора Смирнова я всё равно не дозвонился. Дома нет, а в РОВД сказали, что он начальника милиции утром искал. Узнал, что тот на водохранилище уехал на рыбалку, и рванул за ним.

— Значит, и правда это начальник ГАИ мимо поста утром проскочил на своей белой «Волжанке». Я машину узнал, когда нам сменщики суть дела объясняли и про инцидент в ресторане наперебой рассказывали.

— Ну и что теперь делать?

— Петрович, ну раз ты до шефа не дозвонился, давай сделаем вид, что этого зелёного «Москвича» сегодня на посту не видели.

— Да я не против, — легко согласился опытный напарник Гаврилова. — Главное, сам не проговорись. Когда майор Смирнов назад проезжать будет, обязательно на пост заедет и про разыскиваемый «Москвич» разговор заведёт.

— Нет, не приедет он сегодня к нам. Начальник милиции обычно на водохранилище с ночёвкой ездит рыбу ловить. И если кого из знакомых там встретит, заставляет на уху остаться. А та уха без водки не обходится. Так что наш майор Смирнов на рыбалке до понедельника зависнет.

Я не особо спешил, но расстояние стало слишком большим. Из-за этого подслушанный диалог прервался. А потом мы повернули на просёлочную дорогу и покатили по новенькому асфальту.

— Мне показалось, или этот молодой гаишник до тебя реально докапывался? — заметила Ольга.

— Не показалось. Но ты не переживай, этот вопрос я совсем скоро решу, — вполне честно ответил я, ибо полученная только что информация буквально подтолкнула разработать план действий.

Ольга не стала спрашивать, как я буду решать проблемы с ГАИ. Судя по тому, как она начала рассматривать стоявшую недалеко прямо в поле технику дорожников, её сейчас озаботило совсем другое.

— Отец вчера обмолвился, что ему позвонили из обкома и предупредили: в среду в колхоз снова нагрянет товарищ Егоров. Кстати, это он ремонт дороги тормозит. Ты же заметил, что дорожники уже неделю еле шевелятся. Вроде как Егоров не подписал смету на поставку битума и асфальта.

— Значит, в среду приедет. Надо внести в расписание. Оля, хотел спросить, а как ты объяснишь отцу ночёвку в городе?

— Алёша, он не дурак, да и я уже не школьница. Надеюсь, не спросит. А если спросит, то поможет легенда с ночёвкой у подружки.

Проезжая мимо поворота на пионерлагерь и водохранилище, я представил себе, что будет, если сейчас оттуда вырулит белая «Волга» начальника ГАИ. Ведь у майора Смирнова глаз на машины профессионально намётан. Вмиг поймёт, что это тот самый автомобиль, на котором ездит обидчик его младшенького сына, и точно рванёт в погоню. Я не против погоняться и разобраться с гаишником один на один после остановки, но только не при Ольге, сидящей на соседнем сиденье.

Со стороны опасного поворота так никто и не появился, так что мы его проскочили без осложнений. Зато экстрасенсорный дар внезапно откликнулся на думы о начальнике ГАИ и подсказал, что он до сих пор находится где-то в том направлении.

Ещё раз вспомнив диалог гаишников, я уловил, как подсознание продолжает составлять планы возможных действий по оперативному устранению одной из новых проблем. А ведь и правда, вопрос со Смирновым-старшим лучше всего решить, как можно быстрее. Не хочется, чтобы меня постоянно тормозили гаишники, на чём бы я за рулём ни ездил.

Запланировав на вечер попытку контакта, я продолжил продвигаться по подобию дороги. До села доехали без осложнений. Правда, Ольга заставила себя высадить на перекрёстке и не заезжать на улочку, где стоял дом председателя. А вот цветы она забрала и даже чмокнула в щёку, несмотря на то что кто-то мог увидеть.

Матрёна встретила меня чересчур приветливо. Видимо, выпытала итоги поездки ещё ночью у Рыжего предателя. Из-за этого даже подробно расспрашивать не стала. Вместо этого накормила, затем сунула в руку кружку с восстанавливающей силы крепкой настойкой на французском «Наполеоне» и приказала закрыться в предбаннике и, хотя бы несколько часов поспать. При этом знахарка так довольно улыбалась, словно личная жизнь начала налаживаться не у меня, а у неё.