Экстрасенс в СССР-4

Глава 6 Не по понятиям

Как только мы вышли из общаги, Саню пришлось тормознуть. Понимаю, когда под мышкой пакет с шестью тысячами рублей, из которых три — чужие, только что выигранные в карты, ноги сами пытаются убежать куда подальше.

— Эй, бегун, притормози, — сказал я, остановившись в кругу света уличного фонаря.

— А если из этих кто-то увяжется? — возразил Саня, но всё равно остановился и нервно закурил.

— Вот сейчас и проверим, увяжутся или нет, наши шулера доморощенные. А то, видите ли, долги у них карточные — это святое.

Презрительно сплюнув, я принялся наблюдать за общагой. Удовлетворился только тогда, когда в окне второго этажа заметил усатую рожу Валета.

— Ну всё, теперь можем сваливать. Следующий ход за ними.

Отойдя от фонарного столба, мы направились в сторону частного сектора, при этом не срезая углы через подворотни, а наоборот выбирая самый освещённый путь. Преследователи сразу в поле видимости не появились, но я чувствовал: минимум двое точно топают за нами.

— Шесть тысяч — это ж какие деньжищи! Можно новенькую машину, «Жигули», купить, — мечтательно изрёк Рыжий.

— Ни хрена ты не купишь. На «Жигуль» надо записаться, в очереди несколько лет отстоять, и только получив приглашение, можно будет идти выкупать. Можно, конечно, заплатить частникам за подержанную машинку, но она в полтора-два раза дороже выйдет. Так что, Санька, за эти шесть кусков ничего, кроме старого «Москвича» или «Запорожца», не возьмёшь, — возразил я. — К тому же эти деньги сначала в руках удержать надо.

Рыжий согласился и принялся нервно озираться.

— Саня, хватит башкой крутить, — остановил его я. — Лучше скажи, что ты, игроман хренов, из сегодняшней ситуации вынес?

Рыжий призадумался.

— Теперь я знаю, что мы с тобой с любого можем банк снять, даже с шулера, — выдал он верное, но ошибочное заключение.

Хотелось дать Рыжему за это леща, но я сдержался. Понял, необходимо провести быструю политинформацию, пока не началось.

— Санька, мы больше без нужды никогда и ни с кем в карты на деньги играть не будем. А если в следующий раз ты решишь сесть за стол и захочешь всё заработанное в унитаз слить, знай: я тебя выручать не полезу. Раз одного жизненного урока мало, значит, второй тоже мимо твоей дырявой башки проскочит.

Рыжему стало стыдно, и он поник.

— Если честно, поначалу мне нравилось выигрывать у Малюты, но, когда я в последней раздаче его банк обнулил, как-то не особо весело стало, — признался он.

Услышав это, я удовлетворённо закивал. Выходит, подействовала моя частичная кодировка. Впредь такого удовольствия от выигрыша в карты Рыжий никогда не получит. Ну ничего, он этого заслужил.

— Больше играть на деньги не сяду, — пообещал он.

— Вот и отлично. А что ты по поводу дальнейшей жизни думаешь? — поинтересовался я, понимая, этот разговор всё равно неизбежен.

— Не знаю. Ты в село свалил. На заводе — тоска зелёная. Теперь каждый выезд на грузовичке в город — как праздник воспринимаю. В общаге по вечерам как-то невесело без алкоголя сидеть. Через пьянку я на крючок к Малюте с компашкой и попался.

— Ну а чего же ты тогда сиськи мнёшь? Давай в понедельник иди на завод и трудовую книжку забирай. Жуков самого рыжего человека в мире, водителем в колхоз с руками оторвёт. Или тебе пинок нужно дать для ускорения? Так я это быстро устрою.

— Опять у Матрёны в бане жить, — проворчал Рыжий, но в мыслях друга я прочитал, что он совсем не против вернуть во двор знахарки.

— Баня у Матрёны намного лучше, чем койко-место в общаге. А её домашняя еда, во всех смыслах полезная и вкусная. Тем более у тебя всегда под пятой точкой грузовик будет или «Урал». В город сможешь хоть каждый день мотаться. Да и по деньгам в колхозе ты больше зарабатывать будешь. Есть ещё один вариант: можешь не увольняться, с общаги съехать и в мой коммунальный рай заселиться. Прописку в коммуналке я тебе лично организую. — Я не хотел давить и решил предоставить Сане альтернативу.

— Ладно, уговорил. Мне уже опостылело между цехами на грузовичке гонять. Коммуналка — это, конечно, не общага, но тоже добра мало. Как вспомню банду твоих соседок на кухне, так в дрожь бросает. Они же меня без горчицы сожрут. Выходит, пока у меня только один путь — в колхоз устраиваться баранку крутить.

— Вот и хорошо, — изрёк я, удовлетворённый тем, что не пришлось пользоваться даром для склонения Рыжего к переезду.

— А чего мы опять еле плетёмся? — спросил Саня, спохватившись.

— Я же тебе сказал: со всеми карточными делами надо сегодня покончить. Нельзя такие шипастые хвосты за собой оставлять, иначе вылезут в самый неподходящий момент и уволят.

— Что-то я никого за спиной не вижу. Ты уверен, что они следят? — усомнился Рыжий.

Я утвердительно кивнул.

— Просто наши каталы больно ушлые. Плетутся на расстоянии. Трое или четверо. Наверняка прямо сейчас решают, что с нами делать.

— И всё-таки я не понимаю этого. Мы же законно выиграли. Наверняка они догадываются, что мы жульничали, но доказать же это невозможно. А значит, по понятиям выигрыш забирать нельзя. Малюта сам каждый вечер по несколько раз повторял: «Карточный долг — это дело святое».

— Саня, да о чём ты? Эти козлы всё что хочешь скажут, чтобы лохи безропотно платили карточные долги и можно было спокойно обдирать новых простаков. Святость долгов приплели. Однако, как только это их самих коснётся, все понятия — и людские, и уголовные — быстро в мусорном ведре окажутся. Вот представь, что было бы, если бы не они, а ты несколько дней подряд у Малюты выигрывал и в конце концов он бы перед тобой на десять тысяч остался в долгах.

Рыжий призадумался.

— Да ни хрена бы этот гад мне ничего не отдал, — наконец сделал он правильный вывод.

— Вот-вот. И даже хуже. Таких, как Малюта, должниками нельзя оставлять. Если не будешь выигрыш требовать вернуть — это ещё полбеды. А если заикнёшься, мол, пора бы отдать долг, то жди неприятностей. Конечно, прилюдно тебе пообещают скоро вернуть, а потом в лучшем случае инвалидом сделают, а в худшем — прямиком на кладбище отправят.

Вкладывая Сане в голову простейшие истины, я вспомнил собственный нехороший опыт из прошлой жизни. Конечно, в азартные игры на деньги я никогда не играл, но зато как-то раз дал в долг человеку, которого считал одним из друзей. Сразу после этого гражданин исчез из поля видимости и перестал отвечать по телефону.

Закончилось всё плохо. Через год я его выловил и, пристыдив, потребовал отдать крупную сумму. Разумеется, без каких-либо процентов и неустоек. Бывший друг попросил ещё немного времени, но вместо выплат оболгал меня, пользуясь своим положением.

В результате я не получил назад деньги и был исключён из сообщества, выводящего на чистую воду всевозможных экстрасенсов и колдунов. Именно после этого случая мне пришлось сломать игру и наперекор всем заняться карьерой телевизионного экстрасенса на популярном шоу.

— Саня, крупные суммы лучше никому в долг не давай. Если есть возможность выделить сколько не жалко, давай, но предупредив, что без отдачи. Так от тебя бегать не будут. И даже если это твой родственник денег просит, и он готов расписку написать, всё равно не ведись. Ничем хорошим не закончится.

— Так что мне теперь и тебе в долг не давать, если попросишь? — спросил Саня, сделав своеобразные выводы.

— Я не попрошу. А если попрошу, то это уже не я.

Заметив одного из преследователей, я покончил с обучением друга элементарной финансовой грамотности и решил: пора объяснить, что нужно делать, когда к нам подойдут. Заодно мне предстояло мотивировать Рыжего.

Конечно, я мог его вообще не вовлекать, но решил: пусть он сейчас на личном опыте поймёт, как нужно поступать. Сегодня я подготовлен, в другой раз нечто подобное может произойти внезапно и меня смогут застать врасплох. Прикрывающий спину Рыжий должен знать, как действовать, и вступить в дело не задумываясь.

— Саня, ты помнишь, как твой магнитофон в руки к этим архаровцам попал? — задал я провокационный вопрос.

— Да я сам принёс, хотел на него и новые джинсы сыграть, но Малюта прилюдно отказал. Заявил, что дескать на чужое барахло не играет. В тот вечер я ещё больше ему проиграл, пересел на соседний стол и с горя напился. Кастет с Валетом потом сказали, что я на магнитофон и джинсы с девчонками поспорил, что смогу бутылку водки с горла выпить, да не получилось. А в глаз я от Кастета получил, когда под утро у подруги Малюты хотел проигранный в споре магнитофон забрать.

Выслушав мутную историю, я сопоставил её со считанными в сознании Кастета данными. Разумеется, на самом деле всё было не так.

— Значит, напился и не помнишь. Эти суки шептались, когда ты выигрывать начал. Саня, магнитофон и джинсы девка Малюты у тебя пьяного забрала. А когда ты немного очухался и возмущаться начал, Кастет тебя вывел и фингалом наградил. А историю про проигранный спор им пришлось придумать.

— Вот гады! Я чуял, что они брешут, но доказать не мог. Эх, сейчас бы этому Кастету рыло начистить.

— Так кто мешает? Сейчас мы к гаражам подходим. Думаю, там они к нам там подвалят. Считай, что Кастет — твой. Только давай не тормози, когда я начну.

Рыжий не был трусом, раньше занимался в секции самбо, так что драться умел. Он бы не убежал, но, судя по промелькнувшим в голове мыслям, был не уверен, что справится с мускулистым парнем. Ведь Кастет был выше на полголовы и тяжелее на тридцать килограмм.

— На, держи, чтобы наверняка, — я протянул Рыжему потёртый кастет, отобранный у посланца Аглаи, Кащея. — Не смотри так, словно я тебе боевой пистолет даю. Забивать им никого до смерти не надо. Одного-двух ударов в челюсть вполне достаточно.

Я думал, Саня начнёт спорить, но в этот момент свет от фонаря обрисовал четыре фигуры, преследующие нас на расстоянии сорока метров. Посмотрев в сторону катал, решивших пересмотреть итоги большой игры, Рыжий кивнул и, надев кастет, спрятал кулак в карман ветровки.

— Теперь давай мне пакет с деньгами, а то он тебя отвлекать будет.

Выполнив указание, Рыжий передал пакет, а я, пользуясь тем, что мы как раз перешли дорогу, зашёл за крайний гараж в ряду и сунул пакет под козырёк, в щель между плитами. Саня понял мой замысел и тут же выбросил проблему целостности денег из головы: ведь за пакетом всегда можно вернуться.

Проходя мимо знакомого гаражного кооператива, мы специально притормозили. Как я и предполагал, каталы не упустили возможности нас прижать там, где в это время суток точно никто не бывает. Да отсюда даже до ближайшего жилого дома двести метров, так что никто не услышит. Четвёрка преследователей это понимала и начала активно приближаться.

Увидев их позади, я дёрнул Саню за рукав. После этого мы нырнули между двумя рядами гаражей, ведущими в кирпичный тупик. В результате, когда преследователи нас нагнали, мы встретили их стоя так, чтобы они не могли обойти по флангам.

Свет от фонарного столба, вкопанного в конце тупика, неплохо осветил выскочивших из-за угла преследователей. Как я и предполагал, здесь были сам Малюта, Дементий и Кастет с Валетом. Трое из них смотрели на нас волками, и только во взгляде Валета чувствовалась неуверенность. Судя по прочитанным мыслям, он очень хотел вернуть деньги, так как долг частично повис бы на нём, но калечить и убивать точно не собирался.

— Мы вас не ждали, а вы припёрлись, — начал я первым.

— Сокол, ну ты же не думал, что мы тебя далеко отпустим с нашими деньгами? — ответил Малюта и, оскалившись, сверкнул золотой фиксой.

— Насколько я помню, эти деньги час назад у тебя Саня выиграл, по тем правилам, что ты сам навязал, — напомнил я.

— Не знаю, как он это исполнил, но тут точно что-то нечисто, — изрёк Дементий.

Опытный уголовник единственный из всех занял правильную позицию для атаки. Он стоял сбоку от меня у гаража, и ожидая развязки, держал в кармане пиджака руку, сжимающую наборную рукоять финки.

— Чего зря воздух гоняешь, доказать можешь? — спросил я, взяв Дементия в фокус.

— Да кто ты такой, фраерок, чтобы правильный человек тебе что-то доказывал? — зло ответил он и презрительно сплюнул.

— Да что с ними вообще базарить? — подхватил Кастет, занявший позицию напротив Рыжего. — Малюта, давай их замесим, деньги сами выпадут.

Они бы именно так и поступили, если бы не Малюта, который понимал, к чему этот замес может привести, и не хотел снова сесть в случае привлечения внимания милиции.

— Пацаны, давайте так, — с видом хозяина начал катала. — Вы сейчас отдаёте нам все тугрики и рассказываете, что за схему шулерства применяли. В этом случае я разрешу свалить отсюда на своих двоих. Обещаю, вас даже пальцем никто не тронет.

— А если бабки не отдадим? — поинтересовался я, как раз решая, как с оппонентами поступить.

— Ноги, руки, рёбра переломаем. А рожи разукрасим так, что в больничке вас потом родные мамки не узнают.

Сейчас Малюта не понтовался. Ему не хотелось столкнуться с последствиями расправы, но в ней он намерен поучаствовать лично и проследить, чтобы нас его дружки не поубивали.

— Напоминаю всем, чтобы потом непоняток не возникло: бабки Саня прилюдно выиграл. Выходит, проигравший должен их отдать и больше не отсвечивать. Малюта, ты же сам без конца повторяешь: «Карточный долг — это святое». Получается, это всё туфта?

— Сокол, да кто ты такой, чтобы за слова меня притягивать? — разозлился Малюта, так как я специально задел за живое. — Последний раз предлагаю: деньги на бочку.

— Это, конечно, заманчивое предложение. Но, пожалуй, мы с Саней откажемся. В свою очередь, предлагаю тебе забрать своих шавок и скоренько скрыться с глаз.

Это моё предложение даже Валета заставило стиснуть кулаки от злости.

Читая мысли оппонентов, я думал, что разговор ещё не закончен, и едва не упустил момент, когда Малюта молниеносно принял решение, и подал своим сигнал, бросив коробок спичек на землю. Среагировав на характерный звук, ко мне от гаража метнулся Дементий. Миг промедления едва не закончился клинком финки, вошедшим в моё лёгкое.

Чудом увернувшись, я достал уголовника левым кулаком. Удар был так себе, но его шоковая составляющая обеспеченная даром, заставила Дементия потерять ориентацию и крутануться на месте.

Почти одновременно с этим подскочивший Малюта вознамерился вмазать мне в нос, но был встречен коварным ударом ноги по опорной конечности. Послышался хруст ломающейся кости, заставивший каталу вскрикнуть и начать падать.

В этот момент я успел увидеть, как челюсть рванувшего в атаку Кастета встречается с куском потёртого металла, носящего точно такое название. Порадовавшись тому, что Саня не отступил и исполнил всё так, как договорились, я поддел коленом падающее тело Малюты, угодив прямо по роже.

Дементий начал приходить в себя. Перекинул финку в другую руку и тут же получил удар ступнёй в колено. Там что-то нехорошо хрустнуло, и уголовник едва не напоролся на свой же клинок, когда падал.

Всё это время Валет хотел рвануть в атаку — сначала на Рыжего, потом на меня, — но так и не решился. А увидев, что вся троица его дружков уже валяется, принял правильное решение и припустил с места так быстро, насколько это возможно.

Саня не стал добивать врага кастетом, но и не остановился. Выплёвывая ругательства, он несколько раз добавил Кастету от души ногой по рёбрам, тем самым подавив любое сопротивление.

Я не стал его останавливать. Вместо этого продолжив визуально контролировать друга, подошёл к Дементию и со всей силы пробил ногой по пальцам, удерживающим финку. После того как она выпала из сломанной руки, двинулся к Малюте и грубо перевернул его на спину. Посмотрел в разбитую рожу, заметил, что шулер потерял передний зуб с фиксой.

Применив дар к мозгам Малюты, я зловеще ухмыльнулся и замахнулся клинком, при этом многократно усилив предвкушение удара, охватившее всё его сознание. В этот момент из горла каталы вырвался крик отчаяния, и он весь сжался в комок. Я знал: это Малюта запомнит на всю жизнь и теперь при любом моём появлении будет инстинктивно впадать в ступор.

— Малюта, знай: в следующий раз я не остановлюсь. Увижу рядом со своим домом или с близкими — без разговоров закончу начатое. Так что советую тебе с дружками свалить из города.

Закончив с устным предупреждением, я решил завершить дело, как задумал, и провёл бесконтактную процедуру вазэктомии. Это небольшое вмешательство в организм не помешает ему вести активную половую жизнь, но навсегда лишит возможности размножаться. Думаю, одного Малюты нашему маленькому кусочку СССР вполне достаточно.