Это спецназ, детка

Глава 27

Мекс

Лежу и подыхаю, член горит адски, по ощущениям на сто из ста, мать его так.

Выдержка висит на тонком волоске, и он вот-вот оборвется. Проучить она меня хотела. Возбудим и не дадим, да? Ну же, малышка, ты не с тем играешь в такие игры, я могу быть очень умелым игроком, что мало и не покажется.

Я буду терпеть долго, но потом…когда ты сломаешься, моей выдержки хватит на всю ночь. И не сточится.

Наказать хочется почти так же, как и погрузиться в нее грубо, чтобы прямо наконец-то ощутить тугость манящего тела. Во рту разливается сладкий привкус, я смакую его с одержимостью маньяка.

Маша ошалело на меня смотрит, а я даже если моргаю, то перед глазами ее дыньки мелькают. Сдуреть, какая же она сладкая, но нет, малыш, будет по-плохому. Ловлю беглые эмоции пупсика за хвост, а сам тяну довольную лыбу. Предвкушая дальнейший исход.

Взглядом ныряю в манящие бедра, а они дрожат у нее, кожа гусиная.

Волнуется, краснеет, млеет. А ещё злится, что видно невооруженным глазом.

Глаза в глаза, дыхание сорвано. Я бедрами вверх двигаю, отчего член дёргается, и Маша сразу же переводит туда голодный взгляд. Да. Хочешь. Сильно хочешь. Это видно и чувствуется.

Бляха, как выдержать острое желание схватить эту фигурку и на себя насадить. Вот прямо так, чтобы без ничего. И тут сторону себя сам, улетая на воображаемый шлагбаум.

Ты с ума сошел, Шолохов? Без ничего собрался?

Да, блять, мне кажется, что я сейчас подохну, а это единственный путь к спасению.

—Знаешь что? Пошел ты к черту, спецназ, — шипит дикой кошкой, с места срываясь, а я только голые ягодички и вижу, мои глаза в такт двигаются этим движениям.

Пока пупсик собирает с пола вещи, я отмираю и встаю, перехватывая ее за талию и упираясь стоящим членом между ягодичек.

Замираем оба, и я слегка толкаюсь между бедер, безошибочно считывая и до того очевидную готовность. Влажная, жаркая, моя. За бедра стоит схватить чуть ниже и будет…

—Корона упадет признаться, что хочешь меня? Также сильно, как я тебя? — шепчу, скользя ладонями по плоскому животику выше к груди, которую накрываю и уплываю к чертовой матери. Выступающие пики щекочут кожу. Слюна во рту моментально скапливается.

Пиздец, меня накрывает.

—Тебе показалось, — бросает мне дерзкое, отчего терпение лопается. Ах, показалось?

Тяну строптивую на кровать и падаю сверху, впиваясь одновременно в губы и стягивая с нее трусики. Пальцами между складок вожу и собираю влагу, тут же размазывая по губам и по лобку.

Она в такт моим движениям бедрами двигает, извиваясь подо мной. Волосы веером разлетаются по постели. Зрение отказывает, в мозгах только что наструганные опилки, я полный ноль.

Сверху собой накрываю Машу, расставляя ножки пошире, а пальцами раздвигаю складочки, массирую горошину и продолжаю таранить рот. Кусаю, слизываю, вторгаюсь. Мне хочется всего и сразу.

А малышка спину царапает, впиваясь пальцами так, что любому другому могло бы и не понравиться. Но не мне. Я от этого только сильнее завожусь.

—Не вздумай без защиты! — рычит, оторвавшись от меня на миг. Сейчас взгляд серьезный, ударяется о мои воздвигнутые скалы. Ясно…с горестью тянусь к тумбочке. Пиздец, первый раз в жизни я был готов без ничего, а меня по носу щелкнули молотком. Пришибло знатно, даже обидно стало.

Ну и чего это я? Серьезно не понимаю сам себя, но злюсь.

Защита месте, член вибрирует от желания, Маша передо мной голая абсолютно. Кожа сладкая, блестит на свету. Я бы на нее смотрел и смотрел. Вожу головкой по губам, раздвигая складочки, а Маша глаза закатывает и голову запрокидывает, тяжело дыша. Тут же наклоняюсь и слизываю выступающие капельки пота.

Трясет адски. Каждое касания сродни разряду тока. Ладонью накрываю грудь и снова провожу по складкам членом. Пиздец, пиздец. И это даже не вошел. Икры сводит судорогой.

Маша кусает губы, а я наклоняюсь и перехватываю это движение, освобождая нижнюю. Вожу по губам языком.

Подбородок перехватываю и всматриваюсь в широко распахнутые глаза. Пиздец. Тебя уже ведёт, давно ведёт.

—Скажи, что хочешь меня также сильно, как я тебя, и мы продолжим…—рычу в губы, свирепая от ее наглости и ценности.

—Я хочу тебя, — приподнимает бедра повыше, а у меня на глаза падают шоры. Толкаю бедра и рывком вхожу, размазываясь как в наркоте в этом адово приятном ощущении тесноты.

Секундный всхлип выдыхает мне в губы, хватаясь руками за ягодицы. Я в ее впиваюсь и держу крепко, вторгаясь в нее снова и снова, насаживаю грубо, до сорванного голоса малышки.

Рывком перехватываю под коленками и поднимаю ножки, что я изменить угол наклона. Капли пота по спине скользят, и я не выходя из Маши снова толкаюсь поглубже. Сейчас ярче, сейчас иначе, что меня вырубает, и я срываюсь на бешеный ритм, впитывая в себя стоны малышки.

Опускаюсь к губам и затыкаю ей рот языком, глотая огненный воздух, который она пытается выдохнуть.

Зрение плывет, когда я чувствую, как она подо мной сжимается и тут же расслабляется, уплывая куда надо. Первый пошел отлично. Дрожит.

—Херли ты ломалась, мы бы уже давно так отжигали везде и всюду…—хриплю, удерживая малышку за подборок. Она хрипло смеётся, прикрывая глаза. Испарина блестит на коже. Красивая, закончила красиво, но я в самом процессе. Медленно выхожу, рывком поднимаюсь и бегу к заветной коробке с тем, что Маше очень понравится.

—Если бы я знала, что ты такой, изнасиловала бы тебя ещё в клубе. Эй, ты куда?

—У меня есть то, отчего ты будешь в восторге…это эректильное вибро кольцо, —разворачиваюсь и смотрю на изящную фигурку своей девочки.

Встаю перед ней и надеваю на себя кольцо, а пульт передаю шокированному пупсику. Ну же, малышка, не смотри так скептически, это пздц как приятно. Устанавливаю сигнализатор повыше, и ложусь рядом с ней.

—Давай ты сверху. Кнопкой на клитор, сейчас начнется самое интересное.