Это спецназ, детка

Глава 8 — "Оторви и выбрось + хорошая девочка"

МЕКС

Малышка дрожит. Зуб на зуб не попадает, на меня не смотрит, но вся словно на иголках. Красивая очень. Я бы поцеловал сразу, но бля, при исполнении же. И так втык получу, что остался. Но мне что? А похер!

Я когда узнал, куда мы выдвигаемся, прыгал до потолка. «Девочку свою увижу прямо при параде», но и страх за нее червячком в груди пробирался куда-то очень глубоко. Ну какого же черта тут происходит? Не могла же быть замешанной.

Она не такая, это я такой, что мог бы. И это, и то…и все, вообще-то.

Ой, я такой пиздюк, каких поискать, и это при условии, что у меня батя прокурор, а мама декан юрки.

Оторви и выбрось — это про меня. Уж каких я фортелей не выкидывал. Эх. Молодо, зелено. Меня после очередного прикола и заперли к Архангельскому в отряд. Он меня ломал, но как говорится, доломал. А на как работу принял, сказал "ещё поработаем, мамина поця". Вот и поработали. Огонь пацан же.

Говорит, пиздюк, но сработаемся. А я что? Мажорчик? Да! Бешеный? Да. Нарушать люблю все правила? Еще бы! На мне штрафов, хоть жопой жуй. Если бы не отец, давно бы на тралике ездил. Сейчас мне пистонов вставляет царь-батюшка, говорит, что тачку отберет. Он и отбирал на пару дней…потому я на мотоцикле гонял.

Не отрицаю даже, что я тот еще кадр, но на службе втянулся. Как-то неожиданно для самого себя я получаю удовольствие от того, что делаю. Гены, бляха, хер проссышь их.

И когда пацаны тормозят за превышение, я им даже взятку не даю. Вернее, уже перестал давать/предлагать. Улыбаюсь и машу…они мне все предупреждения выписывают.

—Ты видел этого придурка конченного? У него машина, как у миллионера!

—Отпусти, это сын Шолохова.

—Та хоть президента нах! Ты видел его? Задавит еще кого. Вязать надо.

—Пацан в Альфе у Архангельского.

И тогда лицо ДПСника быстро сдулось. Пацан Архангельского. Ну хоть НЕ девочка депутата, уже хорошо!

А сейчас стою, впитываю, как Маша дрожит, мысленно посылаю ей успокоение. Она на меня бросает беглый взгляд и сразу в краску, а я же…могу в краску вогнать только взглянув. Отработанные навыки хер пропьешь.

Следак тут сейчас нормальный, я ему сказал, что это свои. И надо бы помягче. Он, конечно, залупился, мол, сам разберется. Но я сам разберусь и соберусь, чтобы разобрать его челюсть по запчастям. Лего…

Сбор улик и опечатывание офиса завершается одновременно с окончанием допроса моей девочки. Она встает из-за стола и медленно подходит к своему рабочему месту, очевидно. Да, именно тут я ее и зажал, довольный как слон.

Руки дрожат, а я со спины их перехватываю, мягко поглаживая в своих. Перчатки снял, часть камуфляжа тоже. Хожу и сверкаю тут бицухой, но Маша не смотрит. Замирает, а затем дергается и выпутывается.

Ладно, мы о твоем плохом поведении попозже поговорим. Малышка молча собирает вещи.

—Ну не волнуйся ты так. Ты же не при чем, значит, к тебе вопросов не будет. Златовласка, а ну посмотри на меня, — приказываю грубо, и она резко поднимает на меня потерянный взгляд. Глаза на мокром месте, и я недовольно хмыкаю.

Мне не нравится, что она сейчас в таком состоянии.

Хочется поехать на опережение в СК, чтобы перехватить этого ее бывшего. Ты глянь, какой пиздюк малохольный. Мало того, что он явно педрила, каких поискать, так еще и подставил девчонку под такой головняк.

Да ему вдвойне надобно бы накостылять, чтобы каждое движение было напоминанием о собственной дурости.

Пальцем стираю остатки слез, а она задерживает дыхание, дрожа сильнее. Ну вот…а мне так нравится тебя трогать. —Я отвезу тебя домой.

А может и не домой. Хер его знает.

Сажусь на стул и слежу за тем, как она быстро пытается собрать ВСЕ свои личные вещи, словно думает уже сюда не возвращаться. А мне нравится эта идейка!

Уверен, такую девочку можно пристроить и к нам. Будет моим личным секретарем. Ох, влажные мечты, хоть бы не захлебнуться в них. А я, так и быть, буду чаще в служебке, чем хер пойми где. Глядишь, заинтересуюсь бумажной работой. В общем, я обещаю пытаться быть сносным мальчиком.

Хорошим не обещаю, а то завтра апокалипсис начнется.

Маша молча выходит из помещения, а я за ней хвостом, нагло трогая аппетитную попку глазами. Там есть что трогать и есть на что смотреть.

—Какого черта ты здесь делал? — резко остановившись на лестнице, она стала причиной лобового столкновения, а я, как порядочная сволочь, был вынужден подхватить ее за ягодицы и прижать к стене, проехавшись губами по влажной щечке.

И по уголку рта. Сама виновата. А меня прямо штырит от этих касаний. Приходится даже мысленно нашлепать себе оплеух. Вот прямо тут бы и пошел дальше, наплевав на свидетелей.

Охнув и прикрыв глаза, Маша впивается в меня руками мертвой хваткой. Красота среди бегущих…

—Я тут работал. И я тебе уже это говорил. Хватит задавать глупенькие вопросы.

—Хорошо. Работал. А теперь отпусти меня, я ухожу, а ты дальше…— мычит нечленораздельное, всматриваясь в меня ошалелым взглядом, — работай.

Отпускаю сопротивляшку на ступеньки, и она гордым шагом спускается вниз. Я снова обтекаю, замирая взглядом на нижних девяноста. Но может они и девяноста пять. Выдающиеся.

—Э, нет! Я тебя отвезу. И вообще ты мне торчишь, как минимум, поцелуй, как максимум...

—Пощечину?

—Только в эротических играх, пупсик. Торчишь мне свидание.

Маша недовольно пыхтит, что-то выуживая из сумки…телефон. На меня внимания не обращает.

То есть это на меня сейчас девушка внимание не обращает? Серьезно? Это мне снится в кошмарном сне или как? Это что вообще такое?

Неплохо так приписюнило. Вот прямо с разбегу по харе. Стоит вся такая снежная королева, непреклонная. А я что? Обтекаю. Прекрасно.

—Я сказал, что отвезу, — рычу, когда замечаю приложение такси на экране смартфона. Одной рукой натягиваю куртку, второй тяну малышку к парковке. Потому что я, блять, сюда сегодня опоздал из-за доблестных ДПС и их желания снова напомнить мне о том, что в пределах города действует скоростное ограничения.

А я, млять, не в курсе. Просто я слегка задержался на сбор, меня Архангел обещал отлюбить в одно место без смазочных материалов, и пришлось немного притопить.

ЧЕ меня теперь за это?

—Послушай, Максим…я понимаю, что ты нахрапом берешь баб и все такое. Ясно. Но я не твой вариант, у меня по личке все сложно, и я не хочу еще больше усложнять свою ситуацию, — тоненьким голоском шепчет, пытаясь тормозить меня. Второй рукой упирается.

—Че это такое "все сложно"? Пупсик, хуйня это все на лопате. У меня все просто, так что соглашайся. Хотя можешь и не соглашаться. Кто тебя вообще спрашивать будет?

Маша глубоко оскорблена, судя по округлившимся глазам и резко распахнутому рту. Губки прелесть, так бы и сожрал.

—Парень. Я не твой вариант! Понимаешь, да? Да у тебя на лбу бегущая строка «блядская натура». Я не хочу так, меня не интересует просто секс на один-два раза!

А женатые мужики, значит, нормально? Полет огонь, да? —Не думал, что блондинки умеют читать, — пизжу глупость, и тут же отхватываю по морде лица. Ну и отлично.

—Видеть тебя не хочу! — разворачивается…и далеко не уходит. От спецназа не уйти.

В самом деле. Че я парюсь?

—Можешь на меня не смотреть.

Подхожу впритык и закидываю манящее тело на плечо.

Хер ли тут разговаривать вообще?

—Ты что делаешь? Отпусти меня! — визжит так громко, что народ на улице оглядывается.

—Только на кровать, когда будем шпили-вили. Народ, расслабьтесь, я представитель закона. А это моя задержанная, — последнее произношу громче и властнее.