Это спецназ, детка

Глава 51

МАША

Он впивается губами в мои и рывком поднимает, на ходу сбрасывая с себя обувь. Кажется, что я взлетаю, но нет, меня просто так подбрасывают на каждом повороте. Оплетаю ногами узкую талию спецназа и отвечаю на таранящий поцелуй, больше похожий на секс языком.

Лавина самых разных чувств накрывает меня с головой, но среди прочего есть одна: упоительное счастье, перекрывающее вообще все негативные эмоции, что до недавнего времени так плотно вплелись в мою душу и вросли в сердце. Когда казалось, что жизнь вообще повернулась самым непримечательным местом из всех.

—Я так скучал, чуть не подох. Не делай так больше, всегда говори со мной. Это пиздец, как накрывает. Когда я не слышу твоего голоса, когда ты не ругаешься хотя бы со мной. Ужасно. Худшее психологическое насилие из всех, — рычит спецназ, стягивая с себя куртку, с меня кофточку, тут же присасывается к груди и ведет языком по открытым участкам.

Пальцы проворно расстегивают бюстье и освобождают от оков пухлые капли, что тут же оказываются в плену губ. Языка, зубов. Максим покусывает, заливает и всасывает в себя то один сосок, то второй, успевая при этом еще и стянуть с меня домашние штаны, болтающиеся на бедрах на честном слове.

Яркая вспышка перед глазами загорается. Волнами по телу поднимается мучительное предвкушение предстоящего тайфуна.

Наша скорость запредельная, а чувства вывернуты наизнанку. Сталкивается лбами, губами, языками. Не успеваем, не успеем! Веду взмокшими ладошками по широким плечам и сама жмусь к спецназу, ощущая, насколько он на пределе.

Джинсы падают вслед за домашними штанами, и мы приземляемся на раскладной диван, не дойдя даже до кровати. В самой неудобной позе, в самой ожесточенной гонке, срывая дыхание, растворяясь в поцелуях и касаниях на грани боли, мы есть друг у друга.Каждое касание как ожог на коже оседает, оставляя яркие отметины о нашем безрассудстве. Впиваю ногти в огненную смуглую кожу и хрипло стону…

Член вторгается в меня рывком без всякой подготовки, ведь рядом с Мексом я вообще всегда готова, стоит только взглянуть на эту широкоплечую машину для убийств. Шучу…насчет машины.

Зрение подводит, и все на мгновение гаснет, тухнет под напором, смывающим мою реальность напрочь бушующими волнами неспокойного нрава спецназа.

Первый толчок как поток свежего воздуха. Охнув, прогибаюсь в пояснице, когда следует второй, третий. четвертый без остановки. Спецназ таранит меня, кусая шею, следом зализывая кожу. Обнимает так крепко, что сложно выхватить хоть клочок живительного кислорода.

Придавливает грудью.

За свою грубость извиняется прорывающимися иногда нежными поглаживаниями лица, но я не способна воспринимать ничего, кроме ощущения полноты в теле, разрывающих реальность поцелуев и острых, до боли глубоких толчков, возносящих меня ввысь.

Мы приходим к финишу быстрее обычного и одновременно, вздрогнув и тут же опав в объятиях друг друга. Переплетясь руками и ногами.

Остается непрекращающаяся вибрация и пульсация между ног. Он все еще во мне. А я в нем.

Спецназ прижимается носом к моему лицу и хрипит еле слышно:

—Выходи за меня.

Не сразу соображаю услышанное. Наверное, все еще давление в ушах стреляет. Но сердце удар пропускает, оступается и слетает куда-то вниз и сразу наверх. Кардиограмма показала бы сбой. И глупая улыбка на лице расползается именно потому, что я плохо расслышала.

—Что?

—Выходи за меня, я тебя люблю, — возвышается надо мной спецназ и всматривается в глаза без тени юмора на лице.

Ноль усмешки на мужественном лице пугает не меньше, чем все, что с нами уже случилось. Замираю, чувствуя, как по спине сползает неясно откуда взявшийся страх. Вдруг он так шутит? Или мне все это снится?

Давление в ушах растет. И то самое предвкушение захватывает тело, потому что меня сейчас вообще проворачивает в центрифуге, к чему я не была готова от слова совсем .

—Я хочу, чтобы ты стала моей женой, малыш, потому что я не представляю, как без тебя жить вообще. Вообще не хочу, я не хочу так. Без тебя не хочу. Мне хватило этих дней, чуть не окочурился к чертовой матери. Хочу хвастаться, что моя жена китайский знает, и что она у меня самая пиздецововзрывающая мозг женщина. И что люблю ее сильно и очень хочу, чтобы она со мной была до старости и даже больше. Даже когда я буду очень-очень старым и противным, но все равно буду любоваться ею, гордиться ею, целовать, любить, — опускает взгляд и бодается носом в мой, все еще пульсируя во мне.

Могла ли я подумать, что он когда-то сможет такую речь произнести? Нет.

А что я соглашусь выйти за него?

Тоже нет.

Но счастье такое внезапное, и такое всепоглощающее.

—Да.

Махнув головой, спецназ подозрительно косится на меня с прищуром, Считывает подвох? А нет его? Внутри разливается патокой радость, которую я заслужила. Которую он заслужил. Мы.

—Да, то есть? Ты согласна?

—Я согласна, да, я тебя люблю, — смеюсь в ответ и перехватываю его голову, чтобы…поцеловать сильнее и продолжить начатое.

Новый год мы встречаем по-своему прекрасно, ну а кто нам запретит? Никто.

Вам нужно знать, кто ловит букет на свадьбе у Нины?

Максим меня буквально толкает навстречу этому букету. А сам героически сражается за подвязку. Мы всех уделали, потому что мы команда.

Приглашаем вас на торжество, дорогие. Скучно не будет точно…

Теперь уже точно, когда ко мне у суда нет вопросов, и я могу посвятить себя подготовке к свадьбе и еще кое-чему...

Всем оставаться на местах, потому что работает спецназ.

Вернее, он уже отработал как надо.