Где найдешь, где потеряешь…

Глава 21 ИСЧЕЗНОВЕНИЯ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Утром Влас быстро собрался и, даже не позавтракав, уехал . Ему сегодня нужно было быть на работе.

Анфиса долго нежилась в постели, вдыхая оставленный Власом запах мужского пота и табака. Ее будоражил его запах, навевал воспоминания прошлой ночи. «Как же хорошо! – думала она. – И все нормально. Никаких тебе дурацких ощущений». На какое-то время она задумалась, потом в памяти всплыл ее печальный первый опыт. Теперь это уже не ранило душу, ей даже казалось, что все это было не с ней, не в ее жизни. Вспомнилось объяснение Люськи, и туг же она подумала: «Теперь я, наверное, уже проснулась как баба…» От этой мысли ей стало смешно, и она расхохоталась, уткнувшись в подушку Власа.

Материальный ущерб, нанесенный Анфисе Штырем, довольно ощутимо ударил по ее карману. Пришлось покупать новые сапоги. Была куплена и сумка, а вот с записной книжкой оказалось хуже всего. Анфиса страшно жалела свою электронную, она так к ней привыкла, да и удобно с ней ужасно. Но приобрести замену было уже не по карману, поэтому пришлось ограничиться простой книжицей.

, заполнив ее по памяти. Самые необходимые телефоны она худо-бедно помнила.

Анфиса нашла телефон дворничихи дома, где проживал Антон с женой, и набрала его. Хорошо, что тот был записан на клочке бумаги. Дворничиха Анфису сразу узнала и обрадованно доложила:

– С Клавдией говорила. Ее девка в выходной приедет. Так что я могу кое-что выяснить. – Дворничиха как женщина решительная и, по всей видимости, властная пыталась перехватить инициативу в свои руки.

Анфиса возразила:

– Извините, тетя Шура. Но мне нужно бы с ней лично. Я лучше сама приеду.

Такой поворот событий явно не глянулся дворничихе, и она уже с меньшим энтузиазмом произнесла:

– Ладно, вам виднее. Вы, молодые, все лучше нас знаете. Только вот чего хочу я тебе сказать. Клавдия вспомнила, что видала этого Светкиного парня вместе с Антоном на лестнице.

– Как? – внутри у Анфисы что-то ёкнуло.

– Ругались они там. Но ее увидели и замолчали. Так что она не поняла, в чем там друг между дружкой дело было…

– А давно?

– Память-то у нее тоже никудышная. Но говорит, что как раз незадолго до того, как Антон пропал. Вот такие дела-то! – многозначительно добавила она.

Договорившись с дворничихой на выходной, Анфиса еще долго сидела и размышляла. Выходит, действительно, не все так безоблачно было в

семейной жизни Антона. А от матери он свои неурядицы скрывал. Жалел ее… Как бы найти этого парня… Хотя Влас считает, что дело в наркоте… Наверное, он прав, но все равно нужно найти Светлану.

Прервав свои размышления, Анфиса позвонила своей тетушке.

– С Анной все нормально, – сообщила тетя. – Не переживай… Очухалась уже. Так что такая же, как всегда… Правда, я ее сегодня в церковь звала, не пошла. И чего, дурочка, не идет, легче же потом будет.

Анфиса вспомнила все, что говорила ей Анна Максимовна о церкви, о чувствах, которые испытывает она там.

Нет, еще не приняла она полностью смерти сына… И сердце Анфисы вновь защемило жалостью к этой несчастной женщине.

– Ты когда подъедешь-то? – спросила тетушка.

– Тетя Маш, постараюсь завтра… Не знаю, как получится.

– Ох, занятая… Чем занимаешься-то?

–Думаю на работу устраиваться.

– И что?

– Предложили на рынке с азербайджанцами Торговать.

– Ах, – только и вымолвила тетя Маша.

– А что, плохо? – засмеялась Анфиса.

– Нет, ну чего удумала-то? Такого мужа богатого на ларек променять! Это как же тебе такое в голову пришло? Ты знаешь, что с такими бывает, которые под кавказцами работают? Мне такое рассказали…

– Да не пойду я туда, пошутила.

– Уф, – перевела дух тетя Маша. – А то я…

– Все нормально будет. Пойду в школу… Или еще куда.

Повесив трубку, Анфиса просидела, не двигаясь, почти час. Меньше всего она думала о будущей работе. А думала она о том, с чего начинать раскручивать линию жены Антона и какие версии тут возможны… Ну вот, начиталась детективов. Вся терминология оттуда выплывает.

Она взяла листок, ручку и написала крупно: «Светлана». Обвела другой, красной ручкой. Вскоре рядом устроились еще несколько квадратиков. «Клавдия». «Антон». «Неизвестный».

Она вдруг ощутила себя собакой, вышедшей на след. Иногда интуиция подсказывала ей многое. И сейчас говорила, что тут она найдет нечто важное, что поможет разобраться во всем этом деле.

Машину занесло, и она въехала крылом в сугроб.

– Осторожнее, придурок! – прикрикнул Штырь.

– Лед же, – пожал плечами Степан.

– Веди нормально.

Машина притормозила и уже медленно завернула во двор.

Это был двор Анфисиного дома. Машина поравнялась с ее подъездом и затормозила.

– Ни хрена! Решеток наставила, боится, курва, – заржал Степан.

– Но ничего, мы эту цыпу и из-за решеток достанем, – буркнул Валет.

– Уже один, раз достали… – насмешливо и презрительно воскликнул Штырь. И потянул ручку на себя. – Мать твою, когда вы дверь сделаете. – Он дернул ручку сильнее, и дверь распахнулась.

– Ты куда? – удивленно спросил Степан. – Давай лучше я пойду с Валетом сначала. Мало ли чего!

– Много! – огрызнулся Штырь. Он не любил, когда ему указывают. – Сам пойду!

Он вышел из машины и медленной, вальяжной походкой направился в подъезд.

Войдя, Штырь огляделся – в подъезде никого не было. Откуда-то сверху доносился плач младенца. Штырь поднялся по ступенькам и остановился возле Анфисиной двери. «Боится! – довольно подумал он. – Раз решетками и металлическими дверями обставилась…»

Вдруг он услышал, как щелкнул замок на противоположной соседской двери. Штырь быстро поднял руку к звонку и сделал вид, что звонит. Соседская дверь скрипнула.

Штырь повернулся, лицо его изображало досаду человека, не дозвонившегося в нужную ему квартиру. Из приоткрытой двери торчала рожа запойного алкаша с красным носом.

– Что-то не дозвонюсь, – обратился к нему Штырь. – Хозяйки нет, что ли? – Конечно, сейчас он меньше всего хотел, чтобы Анфиса оказалась дома и открыла дверь. «Хотя какая разница… – подумал он. – Выкручусь, не впервой…»

Рожа, не мигая, смотрела на него молча.

– Говорю, – вновь обратился к ней Штырь, – пригласила, а самой нет. Может, в магазин за закусью убежала?

– Да нет. Она рано утром куда-то ушла, – морда обрела дар речи. – У тебя курнуть не найдется?

Штырь подошел к заговорившей голове и, с шиком вынув дорогую пачку сигарет, протянул ее алкашу.

– Ух ты! – удивленно буркнул тот. – Знать, ты дружок ее мужика.

– На. Всю возьми, – предложил ему Штырь и отдал пачку красномордику. – Нет. Я из фирмы, по делу, – соврал Штырь.

– У, блин, – то ли осуждающе, то ли одобрительно протянул алкаш.

– А где же ее муж? Назначили, и никого! – Штырь изобразил нетерпение и досаду.

– У-у, мужик у нее бизнесмен. Крутой такой, как ты… – Морда явно решила польстить Штырю за пачку сигарет.

Штырь действительно был одет сегодня с иголочки. В черном пальто с белым шарфом, дорогой шапке, надвинутой на лоб, он выглядел вполне солидно. Но ему было не до лести алкаша. Главное, он считал Анфису одинокой, бесящейся без мужской ласки бабой. А оказывалось всё не так.

– Крутой, говоришь? – произнес Штырь.

– Ага. Бандит…

-Да?

– Угу… Денег – тьма. Ей-Богу, бандит.

– Так где ж они?

Голова алкаша продолжала торчать в щели. У Штыря даже возникло желание взять и с силой захлопнуть соседскую дверь, чтобы рожа отвалилась от туловища.

– Говорю же… Ушла она утром.

– А он? – начал терять терпение Штырь. Сейчас его больше интересовал муж этой бабы. Но алкаш не торопился с объяснениями или просто не знал, где он…

Штырь так и не получил ответа на свой вопрос. За дверью алкаша раздался вдруг властный и негодующий женский голос:

– Чего жопу выставил! Хва трепаться! Жрать иди!

Красномордик вздрогнул.

– Ну ладно, пока, – смущенно произнес он, его голова исчезла. Дверь захлопнулась.

Штырь матернулся, сплюнул и пошел на улицу.

– Ну, чего? – поинтересовался Валет, когда Штырь развалился на переднем сиденье.

– Значит, так… – произнес Штырь и замолчал. Было видно, что он что-то сосредоточенно обдумывает. Появление крутого мужа-бизнесмена несколько его озадачило. «Надо сначала все выяснить… Черт, времени нет! Но иначе можно и черт-те на что опять напороться…» И он принял решение:

– Все отменяется.

– Как? – в один голос изрыгнули подельники.

– Будете за ней следить. Понятно? И чтобы она вас не заметила. О каждом шаге ее мне докладывать…

– А бинокль с прибором ночного видения дашь? – Валет нахально ухмыльнулся.

– По ушам я тебе дам. И по зенкам – вообще ничего не увидишь! – ответил Штырь, и всем стало ясно, что шутить он сейчас не намерен. – Давай домой! – скомандовал он Степану, сидящему за рулем. – Обсудить все надо.

– Ага, – кивнул Степан и рванул машину так, что она заскользила и опять въехала в сугроб.

– Ты чего, рожа?! – воскликнул Штырь. – Уже наркотой обдолбался?

– Все нормально, – Степан вырулил на дорогу и прибавил газу…

Анфиса была счастлива. Влас звонил ей каждый день. Они болтали о пустяках, но главной их темой все равно оставались поиски Антона. Влас по-прежнему настаивал на том, что его исчезновение связано с наркотиками. Он прошелся по своим былым связям, и все подтверждалось: в медицинском центре не все чисто. И хотя проверки ничего не выявили, основания так думать были. Анфиса хотела еще раз сходить к Сидоренко, но Влас ей категорически запретил.

– Ну, если я днем пойду, ничего со мной не случится. Он же вполне нормальный…

– Нет, – резко возразил Влас. – Ты собиралась в выходной встречаться со Светиной подругой. Вот и встречайся. А там уж я.

Хотя ее уже многое смущало в семейной жизни Антона, все же главным звеном был медицинский центр.

В выходной, ровно в назначенный час, Анфиса карабкалась на пятый этаж пятиэтажки, подхватив двумя руками полы шубы. Пока добиралась до нужной двери, она не раз подумала о том, что еще неизвестно, какой этаж в пятиэтажках непрестижен. На первом плохо, но и на последнем не лучше. Лифта нет, да и крыши нередко протекают. А именно на последнем этаже жила дворничиха – тетя Шура.

– И как вы только сюда забираетесь? – тяжело дыша, произнесла Анфиса вместо приветствия, когда тетя Шура открыла ей дверь.

– Привычка… Но вообще, если правду сказать, – дворничиха вздохнула, – не дай Бог. К старости вообще не знаю, как подниматься буду…

Она пригласила Анфису в комнату. Квартира была обставлена стандартно, но светилась чистотой. Отремонтирована так, что даже «новые русские» со своими евроремонтами позавидовали бы. Больше всего Анфису поразил узорный паркет. В первый момент она даже подумала, что эго блестящий ковер лежит на полу. И только рассмотрев, поняла, что это изумительное произведение мастера-паркетчика.

– Ух ты! – удивилась Анфиса. – Первый раз такое вижу. Даже в музеях такого нет.

– Вот, а она на меня все ругается, – в комнату вошел пожилой худенький мужчина. Анфиса сразу догадалась, что он хозяин и мастер. – А ведь нормально получилось? Я сам даже не ожидал…

– Конечно… – протянула тетя Шура. – Только из-за этого твоего ковра мы целый год в одной комнате ютились. Хорошо еще, сын женился и от нас тогда съехал…

– Красотища! – Анфиса была просто поражена. – Вашим рукам цены нет…

– Да какая цена, – отмахнулся он. – Просто всю жизнь на стройке… А когда опыта поднабрался, то решил для души сделать…

– А на заказ делаете? – спросила Анфиса. Она сразу вспомнила об Андрее. За такой паркет он выложил бы приличную сумму.

– Нет. Вот только для себя сделал, и все. И так, точно жена говорит, – он кивнул в сторону дворничихи, – год горбатился… Тут же пока породы дерева подберешь…

– Ну, все, сел на своего конька, теперь не остановить, – перебила мужа дворничиха. – Иди к своим старикам в домино резаться, а у нас тут дело.

– Вот такая моя жизнь, – развел он руками, улыбаясь. Было видно, что удивление Анфисы и ее похвала сильно польстили ему. – Что жена скажет, то и делай. Как это называется – матхат?'

– Матриархат, – кивнула Анфиса.

– Он самый, – улыбнулся хозяин и пошел к двери.

– Я уже чайник поставила, – объяснила тетя Шура. – Сейчас Клавке позвоню, пусть приходит ее девка-то… Чаю попьем, вот и поговорите. А то у них там только крик да шум. – Поймав удивленный взгляд Анфисы, она пояснила: – У Вали-то двойняшки. Как к деду с бабкой приедут, так дым коромыслом…

Анфиса догадалась, что Валя и есть дочь Клавдии и подруга Светланы. Вскоре появилась и сама Валя. Анфису поразили тогда слова дворничихи «откармливаться приезжают». Ее воображение рисовало почему-то Валентину полной, откормленной женщиной, а вошла маленькая, худенькая. Ее можно было принять за подростка. Анфиса никогда бы не подумала, что у нее двойня. Чувствовалось, что она стесняется и не уверена в себе. Уловив ее настроение, к ней на помощь поспешила тетя Шура.

– Ты чего это? – обратилась она к Валентине. – Совсем, как к мужу съехала, чужой стала? Аль забыла, как я вас по двору метлой гоняла?

Общий смех снял напряжение.

– Нет, – смеялась Валентина. – Помню. Еще ваш Сашка штаны тогда разорвал.

– Вот, вот. И неча дичиться. Заходи, когда приезжаешь-то… – довольно улыбалась тетя Шура. – Ладно, пошли чай пить на кухню.

Дворничиха очень напоминала Анфисе ее тетушку. Она тоже всех знала и всех привечала. Анфисе было хорошо здесь. Совсем не чувствуешь себя посторонним человеком. Расслабилась и Валентина. Именно это и дало им возможность разговориться… И, несмотря на то, что видели они друг друга первый раз в жизни, Валентина рассказала Анфисе все, что знала о Светлане.

– Светка, она хорошая, только все мечется чего-то, – говорила Валентина. – Куда уехала, не знаю. Она со мной даже не простилась, да и вообще мы после школы уже не так дружили. Только перезванивались, а встречались редко. У меня семья, у нее тоже…

– А что за хахаль ее школьный все здесь крутится? – перебила ее дворничиха.

– Колька-то… Не знаю, я его один раз видела, поздоровалась, а он мне не ответил… Как будто и не знает меня. Да чего с него взять, несчастный он…

– Почему? – Анфиса не поняла, в чем же несчастье этого самого Кольки.

– У них со Светкой в школе был жуткий роман. Мы так и звали их мужем и женой. А потом так и пошло у них – ну, сами понимаете, как… Но Светка с ним расписываться не спешила, так жила.

– В гражданском браке, что ли? – уточнила Анфиса.

– Да не то чтобы в гражданском. Просто иногда пустит к себе переночевать… А он все ее замуж звал… А потом, когда он уже мединститут-то закончил…

Анфису как кольнуло:

– Он медик? – уточнила она.

– Да. Хирург-неудачник. Пошел работать, сразу у него там неприятности начались. Вроде пациент умер. Однако точно, что и как, я не знаю. Светка мне ничего не говорила, да и он ходить сюда закончил. Потом она с Антоном сошлась, замуж вышла… Вот вроде и все, – заключила Валентина, но по ней было видно: что-то еще осталось сокрытым.

– А в последнее время у них что-то было? – поинтересовалась Анфиса.

– Раньше у Светки со многими мужиками было. Но, по-моему, после замужества она угомонилась…

– А из-за чего он с Антоном сцепился? – не унималась дворничиха.

– Светка говорила, что он ее опять замуж звал… Говорил, чтобы Антона бросала… Ну, может, и повздорили мужики… Только Светка от Антона уходить не собиралась… – последнюю фразу Валентина произнесла как-то очень поспешно, словно пыталась убедить в этом не только своих собеседников, но и себя.

Анфисе вся эта история все больше и больше не нравилась. Хотя в наше время из-за ревности не убивают. Но и непонятно, где же он был, Николай-то, все эти годы… Почему раньше не приходил? Из-за чего они расстались? На эти ее вопросы Валентина, естественно, ответить не могла. Не знала она…

– Ну, хоть каких-нибудь ее родственников не знаешь? – допытывалась дворничиха. – Ведь куда-тоже она сорвалась, беременная… А мать Антона переживает… Уехала, и след простыл. Хоть бы позвонила или написала. А то молчок. Ну, что за молодежь пошла!

При этих словах Анфиса заметила, как Валентина стыдливо отвела глаза. Анфиса не могла понять, в чем дело, но ощущение, что Валентина что-то скрывает, оставалось…

– Она просила никому не рассказывать? – догадалась Анфиса.

Валентина помолчала, потом угрюмо кивнула и произнесла:

– Угу. Вообще-то я ей слово дала… Да жалко его маму… У самой двое, она снова в растерянности замолчала.

– Говори, чего тянешь, – вмешалась дворничиха. – Какое слово такое? Чего это еще она скрывала?

– Как Антон-то пропал, она сразу ко мне прибежала, – неохотно произнесла Валентина. –

Стала умолять, чтобы я ее со своей знакомой врачихой свела:.. Плакала.

– Ну-ка, какой врачихой? – внимательно посмотрела на нее дворничиха.

Валентина смутилась, покраснела, потом махнула рукой:

– Говорила, ну, как она одна с ребенком останется…

– И ты свела? – уточнила Анфиса, ответ она уже давно прочитала на лице Валентины.

– Да. Так что она уже не беременная.

– Та-ак, – протянула тетя Шура. – Начисто, значит, смоталась… Ну, теперь ее и искать не стоит.

«Еще один удар Анне Максимовне, – подумала Анфиса. – Похоже, ошибалась она в снохе-то?» Ну, со Светланой теперь все ясно. Теперь Анфису уже больше интересовал Николай.

– А о Николае знаете еще что-нибудь? Где он работал? – спросила она.

– Чего я о нем знаю, – пожала плечами Валентина. – Ой, мы как-то тогда с ней ездили в эту больницу… – Она поморщилась, пытаясь вспомнить. – Нет, номера не помню, а вот как доехать… – С трудом она все же объяснила Анфисе, как добраться до той больницы.

– Да зачем он тебе, мужик-то этот? – недоумевала дворничиха, потом поцокала языком. – Надо же, не оставила дите-то! – продолжала удивляться она.

– Хочу узнать, что за разговор у них был с Антоном, – объяснила Анфиса.

– Да правильно сказала Валентина. Из-за нее они повздорили… – не унималась дворничиха. –

Но, если я его теперь здесь увижу, обязательно с ним заговорю. Может, и узнаю чего?

Анфиса улыбнулась. Она хорошо понимала, что на такие подвиги дворничиху толкает ее необузданное любопытство. Эго, может быть, была единственная слабость доброй и отзывчивой женщины. Анфисе она помогла, за что заслуживала благодарности.

– А как его фамилия? – спохватилась Анфиса.

– Кушнир. – Прочитав сомнение на лице Анфисы, Валентина повторила: – Кушнир. Я точно помню, Николай Кушнир. Она его еще Кушей любила дразнить. А он страшно злился. Ну а отчества его я, конечно же, не знаю.

Распрощавшись с тетей Шурой, Анфиса с Валентиной вышли из квартиры.

– Я Антона-то редко видела… Да и не знала совсем, – сказала Валентина, останавливаясь на лестничной площадке. – А все равно даже представить жутко, что вдруг пропал и нет его.

–Я тоже в первый момент поверить не могла, – согласилась с ней Анфиса. – Запиши мой телефон – вдруг она приедет.

– Я запомню.

Анфиса продиктовала телефон, Валентина несколько раз вслух, как молитву, повторила номер.

– Ну, пока, – кивнула Анфиса. – Спасибо тебе!

– Да не за что, – уже вслед Анфисе сказала Валентина.