Где найдешь, где потеряешь…

Глава 30 «Я ТЕБЯ В ГРОБ УЛОЖУ!»

У морга стояла длинная вереница из автобусов.

«Как их здесь много!» – подумала Анфиса, проталкиваясь между ними. И вдруг она буквально отпрыгнула назад. Медленно, о чем-то задумавшись, мимо нее прошел Влас. У Анфисы учащенно забилось сердце. Нерешительно она выглянула из-за автобуса, чтобы посмотреть, куда он пошел. Если бы Влас обернулся, то увидел бы ее. Анфиса поняла, что он направлялся к метро.

«Что он тут делал? – И тут же пришла догадка. – Штырь? Нет, не может такого быть! Чтобы так совпало».

Анфиса буквально бегом кинулась обратно.

Возле, морга Анфиса настороженно осмотрела всех стоящих, но ни Степана, ни Валета не обнаружила.

«Может, я все же ошиблась?» – Она решила заглянуть в траурный зал. Он располагался даже не на первом этаже, а в подвале. Туда вела крутая каменная лестница. Анфиса поспешила по ней, боясь упасть. В приоткрытую дверь проскользнула в зал.

Народа было довольно много. Из-за спин ей не был виден покойный. Где-то впереди тихо плакала

женщина. Анфиса прошла осторожно вперед и наконец увидела Штыря. Маска смерти так изменила его лицо, что Анфиса в первый момент его не узнала. Но, приглядевшись повнимательнее, уловила знакомые черты. Сердце ее сжалось, зло, сделанное ей Штырем, забылось, отступило куда-то на второй план. Она простила его за все. Ей стало не по себе, захотелось скорее отсюда уйти. Но в это время прощание закончилось, и гроб, поднятый на руки, поплыл к выходу. Какая-то женщина дернула Анфису за руку.

– Вы Что? Впереди гроба нельзя, – предостерегла она ее.

Анфиса отошла в сторону и прижалась к стене. Гроб проплыл мимо. Анфиса узнала Валета среди мужчин, несших гроб. Степана среди них не было. «Куда это он подевался? Лучший друг, и не пришел…» – удивилась Анфиса.

Валет не заметил ее, занятый своей тяжелой ношей и тем препятствием, которое представляла собой крутая лестница. За гробом шла группа ребят с отсутствующими, блуждающими взглядами.

«Наркоманы, – определила Анфиса. – И их лечил Антон. Лечил или…»

Анфиса так была ошеломлена своими мыслями и печальным зрелищем, что даже не заметила, как из группы провожающих покойного отделились две девицы и направились к ней.

– Что, сука, пришла посмотреть на него? – не доходя до Анфисы, чуть ли не заорала одна. – Я тебя сейчас саму в гроб уложу, сволочь! – С этими словами девица кинулась к ней, вытянув руки. Но другая успела на них повиснуть, останавливая подругу.

– Катька, ты что, с ума сошла! – стараясь говорить громко, но не кричать, останавливала она подругу. – Нельзя здесь.

– Да я ее порву щас!..

– Погоди, мы ее потом уроем!

Но Катька продолжала тянуться к Анфисе, кидая ей в лицо угрозы.

– Убью, сука! – кричала она.

К ним подскочили мужчины и, бросив злобные, ничего не понимающие взгляды на Анфису, схватили и утащили на улицу сопротивляющуюся и безумно брыкающуюся Катерину.

Вся сцена заняла, наверное, меньше минуты, но Анфисе показалось, что прошла целая вечность. Она продолжала как вкопанная стоять, слыша, как с улицы доносились рыдания девицы. Кто-то из мужчин довольно громко сказал:

– Жил не по-людски, ушел не по-людски, да еще и на похоронах бардак.

На него недовольно зашикали женщины. Автобус, газанув, зашуршал шинами, а Анфиса все еще продолжала стоять в траурном зале. И только когда в зал ввезли гроб с очередным покойником, она медленно направилась по лестнице на улицу.

Выйдя на свежий воздух, она вздохнула. Огляделась – нет, никто ее тут не поджидал.

«Откуда она меня знает? Почему кинулась на меня?» – задавала она себе вопросы, и в тот же момент ей показалось, что она где-то видела эту девицу. Но где? Сколько ни пыталась, так и не могла вспомнить.

– Куда я иду? – спросила она себя вслух, резко остановившись и вернувшись от своих мыслей к действительности. Она машинально почти уже дошла до метро.

«А как же Николай? Нет. Не приезжать же сюда еще раз», – с этими мыслями она повернула обратно.

«Бомба дважды в одну воронку не падает, – вспомнила Анфиса где-то слышанную поговорку, выходя через полчаса из морга. – Если уж ты попала на похороны Штыря, то, естественно, Николай здесь никогда не работал. Ну а теперь, наконец, к тетушке…»

Очередная больница. Анфиса все-таки решила «отработать» ее, а после этого двигать к тете Маше за деньгами да обсуждать радужные планы на безрадостное будущее… Или наоборот – безрадостные планы на радужное будущее.

Опять – больница. Опять поиски – куда податься, кого с милой улыбкой спросить: где у вас тут трупохранилище? Господи, еще пару месяцев назад, если бы ей сказали, что она будет шататься по Москве и задавать такие вопросы…

– Извините, – обратилась она к двум девушкам, перегнавшим ее, – а где здесь морг?

– Вы там, за углом, корпус пройдете и как раз в него упретесь, – пояснила одна из них, сочувственно посмотрев на Анфису.

Анфиса догадалась, что ее приняли за одну из несчастных родственниц. Ей стало как-то не по себе, и она, не желая, чтобы о ней так думали, пояснила:

– Мне просто надо узнать, не работает ли там один врач.

– Там нет врачей, там патологоанатомы, – пояснила девушка. Обе они были довольно симпатичные, стройные. Дубленки на них были накинуты на белые халаты, значит, бегали куда-то по делам. Одна, что разговаривала с Анфисой, была перекрашена в яркую блондинку, но отросшие корешки волос выдавали ее, другая – тоже крашенная, только в рыжую.

– А кого вам нужно? – поинтересовалась рыжеволосая.

– Мне нужен Николай Кушнир, – не надеясь получить от них точного ответа, сказала Анфиса, просто из-за уважения за помощь и желания удовлетворить их девичье любопытство.

– Николая Васильевича? – удивленно произнесла ненатуральная блондинка, и девчонки загадочно заулыбались.

Анфисе не верилось в удачу.

– Он здесь работает? – с замиранием сердца спросила она. – Вы его знаете?

– Конечно, – затрещала рыжеволосая. – Кто же его не знает. Он здесь самый обольстительный мужчина… – Она засмеялась, а ее подруга недовольно поджала губы. – А вы кто ему?

– Я просто разыскиваю его по делу, – пояснила Анфиса.

– Так вы его не знаете и никогда не видели? – поинтересовалась она. Анфиса отрицательно качнула головой.

– А-а, – немножко разочарованно протянула рыжеволосая. – Тогда сейчас сами убедитесь. Мужик во! – и продемонстрировала большой палец руки. – У нас почти все девчонки по нему сохнут… Вон и Надька тоже!

– Да перестань, – недовольно отмахнулась Надежда.

– Сохнет, сохнет… – смеялась рыжеволосая. Ей явно нравилось издеваться над подругой. – Только он – кремень. Сколько они его ни обхаживают, ни на одну не клюнул… – Девица была из любительниц поболтать, и Анфиса с удивлением ее слушала, идя с ними рядом, тем более что им оказалось по дороге.

Больше всего Анфису поразило, что Николай, оказывается, довольно красивый и интересный мужчина. Ей никто этого не говорил…

«Может, просто девчонки по молодости бесятся, – думала она. – Все мы влюблялись в школе в учителей, и они нам казались красавцами. А теперь глянешь на фотографию и удивляешься. Урод уродом! А мы сохли…» В Анфисином воображении образ Николая сначала вообще никак не складывался, а потом стал ассоциироваться с его дядей. Она ожидала увидеть такого же неприятного, умалишенного, только моложе. Эдакий маньяк с дрожащими руками и слюной на подбородке.

А рыжеволосая продолжала трещать:

– Знаете, песня такая старинная была… Ой, сейчас точно не вспомню… Там что-то: «На побывку едет молодой моряк…», а дальше там как? А, вспомнила: «Хором девушки вздыхают, мы не нравимся ему…», ну, потом он им все о море, а им хочется о любви. Вот и у нас так же получается – они ему о любви, а он им все о жмуриках.

– О ком? – спросила Анфиса.

– О трупах…

– А тебя он не интересует? – поинтересовалась Анфиса, чтобы поддержать разговор. Подруга рыжеволосой Надежда шла молча, по-прежнему обиженно поджав губы на подругу.

– Да на что он мне? У меня муж есть, – ответила она.

– Как муж? – удивилась Анфиса. – Я подумала, вы студентки.

– Студентки, – подтвердила рыжеволосая. – Только я ранняя пташка – в пятнадцать замуж выскочила. Да у меня сыну скоро два годика будет, – гордо произнесла она. – А Кушнир – он действительно странный. Холостой, ну и пользовался бы моментом, щюпал бы наших дурочек. Ан нет.

– А специалист он хороший? – Анфиса решила поменять тему разговора, ей вдруг стало жаль Надежду. Вид у нее был очень уж несчастный, девчонка, похоже, действительно была влюблена.

– Да, – тут же оживилась Надежда. – Он очень хороший специалист, его здесь все хвалят. И родственники всегда благодарят.

– Ага, – подтвердила рыжеволосая. – Тут уж ничего не скажешь. Покойнички у него – как огурчики малосольные, только что не хрустят… Хотя никто не пробовал, – она засмеялась. А Анфису передернуло от ее шуточки, девица явно была без комплексов. – Секрет он, что ли, какой знает, да только ни с кем не делится… Вот и пришли. Вы тут подождите, – они остановились возле боковой двери. – Это наш служебный вход. Я вам его позову. Или нет. Лучше пусть Надька.

И девчонки скрылись за дверью. Через минуту дверь открылась, и оттуда выпорхнула рыжеволосая.

– Сейчас, он только руки вымоет. А хотите покойничков посмотреть? – с издевкой спросила она у Анфисы.

– Нет, – резко ответила та. – Я на них за последнее время достаточно нагляделась.

– Ну что ж, – разочарованная девица исчезла за дверью…

Пришлось ждать минут десять.

– Вы ко мне? – спросил Анфису высокий мужчина, выйдя на улицу. – Я Кушнир. Если заморозка на дому, то я этим не занимаюсь, – сразу предупредил он.

– Заморозка? – переспросила Анфиса.

Она внимательно глянула на него и увидела, что девчонки правы. Он действительно был красив. Стройный, даже несколько худощавый, однако в каждом его движении чувствовалась внутренняя сила. Копна густых, слегка вьющихся волос с проседью украшала его голову. Правильные черты лица, волевой подбородок. Вот только глаза… Анфиса никак не могла поймать их выражения. А считают, что глаза – зеркало души. В глазах Николая отражались только потемки.

– Нет, я к вам по другому делу, – Анфиса думала, как лучше начать, – Я родственница Антона Кротова…

Николай недовольно покачал головой и вдруг резко спросил:

– Как вас зовут?

– Анфиса.

Он никак не прореагировал на ее ответ. Анфиса, заметив, что он вышел только в халате, наброшенном на рубашку, спросила:

– Мы не могли бы с вами где-нибудь поговорить? На улице холодно…

– А нам не о чем с вами говорить, – отрезал Николай и повернулся, чтобы уйти.

– Я знаю, что вы ищете Светлану… – Анфиса чувствовала, что его надо как-то заинтересовать. – Я тоже. Может, нам вместе это будет сделать легче?

Он остановился и обернулся:

– Зачем вам ее искать? – Он насторожился и весь напрягся.

«Как пантера перед прыжком, – промелькнуло у Анфисы сравнение. – А жертва кто? Я?»

– Я хочу знать, что случилось с Антоном, – откровенно сказала Анфиса, она уже поняла, что с ним лучше не играть в кошки-мышки.

Он недобро глянул на нее, и Анфисе показалось, что глаза у него абсолютно черные, даже зрачка не видно.

– Она не знает, – твердо сказал он и ушел, хлопнув дверью.

– А кто знает? – кинула ему вдогонку Анфиса.

– Дьявол, – услышала она его голос из-за двери.

Пораженная ответом, Анфиса кинулась за ним следом, но стоило ей войти в здание, как на ее пути встала женщина.

Посторонним нельзя, – отчеканила она, тесня Анфису к выходу. – Здесь тебе не цирк, здесь последнее жилище усопших.

– Мне нужен Кушнир.

– Мало ли кому кто тут нужен. И потом я же

слышала, что он не желает с тобой разговаривать. – И она бесцеремонно вытолкала Анфису на улицу.