Где найдешь, где потеряешь…

Глава 40 НЕОЖИДАННЫЕ ВСТРЕЧИ

– Привет, голубок, – сказал Влас, встречая у подъезда Степана и перегораживая ему дорогу.

Степан затравленно огляделся.

– Тебе чего? – спросил он.

– Поговорить.

– Я же все сказал.

– Степа, не нарывайся. Мы друзья или нет?

– Таких друзей…

– Я не понял, – Влас взял его за воротник пальто и встряхнул.

– Ладно, друзья. Такие друзья, бля, что ох…шь!

– Вот и хорошо. Выкладывай, что в вашей шайке сейчас творится, – сказал Влас. Он хорошо запомнил слова Анфисы и ее подозрения о слежке. Ее он успокоил, но сам все же решил, что с этим нужно разобраться.

– А чего творится? Я с этой компашкой разошелся. Нам с ними не по пути.

– Да? И чем занимаешься?

– Работу ищу.

– Ага. С утра уже обдолбанный. Сумки дергаешь?

– Не твое дело.

– Дергаешь, гаденыш… Эх, будь моя воля… Так что у них?

– Катька с катушек слетела. Сама решила бандой верховодить.

– Сонька Золотая Ручка.

-Кто?

– А, ты не поймешь. Так что?

– Насколько я знаю, она не оставила мысли найти Антона. Долг с него стребовать.

– Ну да.

– Ага. Наркошей местных на это дело подбивала, некоторым «герычем» платила.

– Откуда у нее?

– Наверное, еще покойничек зашхерил.

– А к Василю чего ходила?

– К кому?

– К Василю. Пахан местный.

– Я без понятия. Она что, ходила к нему?

– Ходила.

– У, блин.

Степан был настолько зол на Катерину, что практически с радостью выложил Власу все об их делах. Но ничего существенного это Власу не дало. Ясно было одно: после смерти Штыря его компашка переругалась и разбрелась в разные стороны. А Катька продолжала вербовать «сыщиков» за Анфисой.

Одно успокаивало Власа, если бы Катька работала на Василя, была бы при деньгах. Значит, Василь этим делом не заинтересовался, и это хорошо.

После разговора со Степаном Влас отправился на работу. Дежурство выдалось суетное.

Утром, после работы, усталый, невыспавшийся, он поехал к Анфисе. Тут она его и нагрузила новостями.

– Интересно, очень интересно… – сказал Влас, выслушав Анфисин рассказ.

– Противно все это, – вздохнула Анфиса.

– Выходит, возможно, что наш чернокнижник не без греха. И если это так, то подозрительно бегство Светки. За колдуном она чихать могла на Штыря…

– Почему?

– Потому что деньги. У колдуна их полно. Не так много и нужно заплатить кое-кому, чтобы Штырю башку открутили.

– А я тебе все время что говорила, – произнесла с нотками торжества Анфиса. – А ты не верил. У них там такая любовная интрижка была закручена, любой романист позавидует…

– Все это хорошо, – Влас сонно потер глаза. – Но с наркотой как-то не вяжется…

Телефонный звонок прервал их рассуждения.

– Кто бы это в такую рань? – удивилась Анфиса и сняла трубку. Звонила вновь Валентина, она была очень взволнована.

– Анфиса, Светлана приехала, – сразу выпалила она.

– Да ты что!

– Сейчас звонила… Спросила, как дела, и обещала завтра ко мне заскочить…

– Я обязательно приеду. Можно? – спросила Анфиса.

– Конечно. Я вам еще перезвоню, а то мужа на работу собирать надо…

Анфиса повесила трубку и обернулась к Власу.

– Ну вот, колдовские чары Романа Семеновича сработали, – сказала она Власу. – Светлана прикатила…

– Интересно, откуда? И зачем?

– К сожалению, шанс с ней встретиться представится только завтра, – вздохнула Анфиса.

– Спешить некуда.

– Некуда… Кстати о Николае, – Анфиса потянулась в кресле. Последние события были столь бурными, что она плохо спала ночь, и сейчас, глядя на зевающего Власа, ее тоже потянуло в постель. – Влас, а как бы узнать его домашний адрес? Телефон домашний у меня есть… Понимаешь, мне больше не хочется разговаривать с ним в морге…

– Что, неприятное заведение? – улыбнулся Влас.

– Куда неприятнее… Да и посторонних там

много. В такой обстановке его особенно не разговоришь. А в том, что он скрывает что-то, – уверена. Он мне сказал странную фразу тогда, что, мол, Светлана сначала не хотела стать его женой, а потом, – Анфиса сделала ударение на последнем слове,–согласилась…

– Потом – это когда они уже вместе Антона пришили, что ли? – предположил Влас. – Тогда чего ж не стала?.. Ерунда какая-то… Они, по-моему, сами уже все запутались… Вообще, что ты собираешься делать с этой Светланой?

– Переговорить для начала.

– Если она захочет с тобой говорить.

– Попытаюсь.

– Попытайся. И ненавязчиво попробуй узнать, знала ли она, что Антон приторговывал «синей клубникой». Жена ведь – должна была знать, откуда бабки… – Влас зевнул. – Все, пора ехать. Я Иришке обещал, что сегодня она в детский сад не пойдет.

– Балуешь, – улыбнулась Анфиса.

– И да и нет, – ответил Влас, застегивая сапоги в прихожей. – Она что-то подкашливает, как бы не рассопливилась.

Влас надел куртку, поцеловал Анфису, резко открыл дверь… И на секунду оба потеряли дар речи.

За дверью стояла симпатичная девица в дубленке, ее рука застыла на пол пути к Анфисиному звонку. Одного взгляда было достаточно, чтобы Анфиса с изумлением выдавила:

– Катька!

Влас резко обернулся на голос Анфисы и, тут

же сориентировавшись в ситуации, шагнул назад в прихожую.

– Прошу… Мы, конечно,.вас не ждали, но… – он наигранно пожал плечами, – раз уж вы, мадам, приперлись…

По растерянному виду Катьки было нетрудно догадаться, что она не ожидала здесь встретиться с Власом. Она дернула головой и сказала:

– Извините, я, кажется, ошиблась… – и уже шагнула по направлению к лестнице.

Не тут-то было. Влас в два шага нагнал ее, схватил за рукав, втолкнул в квартиру Анфисы.

– Ты что? Оборзел, урод! – завизжала Катька. – Синяк же будет…

– Каков гость – таков и прием, – сказал Влас и, сняв летную меховую куртку, вновь повесил ее на вешалку. – Незваный гость хуже татарина, Катерина, а ты незваный… Ну, ладно. Снимай дубленку и проходи. Беседовать будем. Ты же за этим сюда пришла?

Анфиса настолько была поражена, что так и стояла безмолвно все это время.

Катька разделась и, не спросив Анфису, бесцеремонно нацепила ее домашние тапочки и первая прошла в комнату.

– Хреново живете, – заключила она, оглядевшись и плюхнувшись в кресло, в котором только что сидела Анфиса. Но, несмотря на то, что она пыталась держаться нахально, глаза ее испуганно бегали.

Анфиса опустилась на диван, она никак не могла предположить, зачем сюда притащилась Катька. «Неужели ее привело желание исполнить свои

угрозы? – Анфиса вспомнила про похороны Штыря. У нее по спине пробежали мурашки. Катька явно была человек непредсказуемый, чего только ее та выходка стоила. Она, пожалуй, еще растерзала бы Анфису… Если бы сумела. – Боже, как хорошо, что Влас не успел уйти…»

– Так с чем пожаловала? – спросил Влас, заняв место у двери на стуле. – Я же успел подъезд оглядеть. Ты без свиты приехала…

– Без чего? – не поняла его Катька. Закинув свои длинные ноги одна на другую, она демонстративно, привычно ими покачала. На ней были черные обтягивающие брюки-стрейч и короткая, до талии, ажурная шерстяная кофточка. Под ней отчетливо виднелся черный бюстгальтер. Он тоже был ажурным, и под всем этим просматривались коричневые соски.

«Шлюха», – подумала Анфиса, и почему-то ей стало неудобно за одеяние Катьки перед Власом.

– Без охраны, объяснил ей Влас более доходчиво. – Где же твои Степан с Валетом? – Влас сделал вид, что не в курсе Катькиных проблем.

– Да пошли они оба, – Катька махнула рукой. – Да и что, я без них бы не управилась?..

– Ага, жди, – запальчиво воскликнула Анфиса.

– Крутая ты наша, – хмыкнул Влас.

Катька уставилась на него. Она поняла, что сболтнула лишнее, но было поздно. Влас встал и, подойдя к креслу, где она сидела, оперся о подлокотники и завис над нею. Теперь Катьке было сложно выбраться из его ловушки.

– Так что ты от нее хотела? – рявкнул Влас, качнув головой в сторону Анфисы.

– Ничего, – Катька, поджав губы, отвернулась от Власа.

– Слушай, детка, – Влас говорил негромко, но твердо. – Ты мне здесь лапшу на уши не вешай. Если твоя шкурка змеиная тебе дорога.

– Фи, – поджала губки Катька.

– Или ты мне сейчас говоришь, зачем пришла, или… – Влас на секунду замолчал и потом уверенно сказал: – Или я сейчас звоню Василю.

– Зачем? – Катька даже подпрыгнула на кресле. – Василь ваще наркотой не интересуется, я предлагала – он отказался…

– И ты пришла сюда, наркоту искать, так? – Влас все ниже нависал над нею.

– А вы что ищете, уроды чернобыльские? – взвизгнула Катька. – Небось тоже ширяетесь. Вон шуба какая. И наркоты небось завались! За каждую дозу чурбанам отдаваться не надо! – В глазах Катьки появились слезы.

– Как же ты права, Катерина, – всплеснул руками Влас. – Наркоты у нас – завались. Героин даже не колем, а нюхаем. И кокаинчиком балуемся – денег-то мешок.

Катька с завистью посмотрела на него. Героин нюхают, но при этом его требуется куда больше, чем при внутривенном вкалывании. А кокаин вообще в Москве считается супердорогим. Двести баксов грамм. Но если героин, стоящий сто баксов за грамм, можно разделить на десять доз, то, когда нюхаешь кокаин, разложив дорожкой, первое время не ощущаешь, что он начал действовать, так что всосать его можно много. Кокаин – наркотик арт-элиты и бизнесменов.

– А я что, хуже, что ли? – воскликнула Катька. – Мне тоже бабки позарез нужны… Василь заплатить обещал.

– Так это он тебя к нам приставил? – спросил Влас.

– Угу! – буркнула Катька. Действительно, трактовать слова Василя можно было и так, ведь обещал заплатить…

– Значит, так, – подвел Влас итоги. – Если я еще раз тебя или твою шоблу возле нее увижу, – он вновь кивнул в сторону Анфисы, – я самолично тебе твои длинные ноги из задницы повыдергиваю. Поняла? И Василь мне за это еще спасибо скажет.

– Ну да.

– Да. Я с ним общий язык найду.

– Ага, – обиженно всхлипнула Катька.

– А теперь выметайся. И не доводи до греха. Хуже будет.

Он выпрямился, освободив Катьке дорогу. Она не заставила себя ждать и юркнула в прихожую. Не сказав больше ни слова, она выскочила на улицу.

Влас вернулся и, обняв продолжавшую молчать Анфису, сказал:

– Успокойся, думаю, она больше сюда не сунется. Одна, во всяком случае. А ты дверь никому не открывай.

– Да ладно, – Анфисе не хотелось казаться перед ним совсем уж трусихой. – Она всего лишь баба…

– Да, но озлобленная баба и к тому же наркоманка. Такая, Анфисочка, таких дел может наворотить,

когда сорвется, похуже любого отмороженного мужика. Ее породу сразу видно.

– Плевать я на них на всех хотела! – решительно воскликнула Анфиса.

И она говорила искренне. Она знала, что не собирается бояться всякой швали. И будет поступать так, как хочет она, а не какие-то наркоши…

«– Ты убил его… Ты, – сказал он, поправляя белый костюм и глядя на вальяжного человека в кресле. – И час расплаты пришел.

– Но кто докажет, что убил его я? – спросил зло человек в черной рубашке. – Где доказательства, презренный глупец?

– Мне не нужны доказательства, несчастный! – Человек в белом вытащил револьвер. – Я отомщу сам.

– Но ты не посмеешь!

– Посмею. Это мое правосудие.

– Нет. Я дам деньги, – человек в черном выбрался из кресла и рухнул на колени. – Пожалуйста, не убивай меня! Я дам тебе много денег.

-Нет!

– Но ты станешь богат.

– Ты не заслуживаешь, чтобы я марал о тебя свои руки, – заявил он и обернулся. – И мне не нужны твои деньги, негодяй! Мне не нужно ничего!

Стоящий на коленях зло осклабился. Рука его метнулась за пояс. И в руке возник большой пистолет.

– Умри же! – крикнул он. Вскинул пистолет.

Первый обернулся, резво отпрыгнул в сторону. Послышались выстрелы.

Минут через пять перестрелка закончилась.

Победитель в белом костюме встал над поверженным телом человека в черном.

– Я отомстил за моего брата, и презренный Шер закончил свою жизнь, как последняя собака».

Послышались музыка и нудное пение. Какие-то женщины затанцевали. Индийский фильм закончился победой справедливости и добра.

– Бог ты мой, какая глупость, – покачала головой Анфиса, включившая телевизор уже в конце фильма. Нетрудно было предугадать, во что же выльется весь этот бред.

Тут раздался настойчивый звонок в дверь.

«Кто бы это? А вдруг опять эта сумасшедшая?» – Анфиса еще не пришла в себя от посещения Катерины и тихо подошла к двери.

Глянув в «глазок», Анфиса оторопела. За дверью стоял Андрей. Ей показалось, что выглядит он как-то странно, и к тому же за дверью раздавалось непонятное бормотание. Поколебавшись, Анфиса все же открыла дверь.

– Привет, – буркнул Андрей, обдав ее перегаром.

Анфиса была просто потрясена, в таком состоянии она его никогда не видела. Да и бывал ли он когда-нибудь в таком состоянии?

Ей пришлось помочь ему раздеться, так как у него ничего не получалось и он только пьяно размахивал руками, беспрестанно повторяя:

– Я люблю тебя, моя женушка… Я прилетел к тебе…

И все время норовил ее поцеловать. Кое-как Анфиса усадила его на диван и поспешила на кухню варить крепкий чай.

– Этого мне еще не хватало, – раздраженно воскликнула она.

Хорошо подсластив чай, кинув туда дольку лимона, Анфиса с огромным трудом, с уговорами, смогла все же заставить Андрея выпить целый стакан.

– Анфисочка, я не могу без тебя… – продолжал твердить Андрей.

Ей не хотелось его ни видеть, ни слышать. Но не могла же она его выставить за дверь в таком состоянии. От вытрезвителя его спасло то, что он не наткнулся на милиционера. В трезвяках любят таких – хорошо одетых. Они, в отличие от бомжей и опустившихся алкот, вполне способны платить штрафы и издержки, пополнять как бюджет города, так и бюджет милицейских семей.

– Ну что ты нашла в этом козле? – продолжал Андрей убеждать ее, уцепившись двумя руками за полу ее халата и не давая ей уйти. Анфиса ничего ему не отвечала, это было сейчас бесполезно. – Он же нищий… А я могу бросить к твоим ногам все, что у меня есть…

– А мне этого недостаточно, – Анфиса имела в виду, что ей нужно еще и понимание, но Андрей понял ее по-своему.

– Анфиса, я могу стать сказочно богатым… Слышишь, ты даже не представляешь, какие бабки мы можем заработать с Ник-Ником…Во! – И Андрей, отцепившись от ее халата, пьяно развел руки в разные стороны.

– Ты встречался с Ник-Ником? – Анфиса напряглась. – А ты спрашивал его о «синей клубнике»?

– Так я тебе об этом и говорю, – Андрей качнул головой. – «Синяя клубника». Звучит?

– Звучит.

– Ник-Ник сказал, что можно иметь огромные деньги… Он, гад, хитрый, времени зря не терял и нашел его… – он поднял многозначительно указательный палец вверх. – Понимаешь? – Андрей зевнул и начал заваливаться на бок.

Анфиса, дернув его за пиджак, придала ему вновь сидячее положение.

– Кого его?

– Ну, его.

– Он знает поставщика? Кто он? – спросила она, глядя в слипающиеся глаза Андрея.

– Зачем поставщика… Он знает того, кто эту дрянь варит.

– Изготовителя?

– Того, кто эту отраву изобрел… – пробубнил сонно Андрей и завалился на бок. Да, доза, которую влил в себя Андрей, была слишком велика, чтобы чай смог оказать на него какое-то действие. Сон валил его с ног в полном смысле этого слова.

Анфиса, опустившись на колени перед диваном, теребила его за плечи и повторяла:

– Кто он? Кто он? Андрей, ну скажи же, кто он?

На секунду Андрей очнулся и, открыв глаза,произнес:

А я знаю? Анфиса, кто же такие вещи говорит? Кто сдает поставщика, тот утрачивает на него все права, не так?

– Так.

– Во-о, – Андрей потряс пальцем и пьяно хихикнул.

– Ты чего, решил связаться с торговлей наркотиками?

– А чего? Думаешь, я буду торговать? Шиш. Я буду деньги мыть. Ясно. Берешь грязный, мятый, деревянный рубль и вымываешь его до чистого, сияющего доллара.

– Это же преступление.

– Ага, – с готовностью согласился Андрей. – Ну и что? А где ныне не преступление?

– Ох, Андрей, – она окончательно утвердилась в своих худших опасениях.

– Ну и че?

– И что, Ник-Ник все это затеял? – с сомнением спросила Анфиса, вспоминая Ник-Ника. Все-таки трудно было представить, что такой тип будет размениваться на торговлю наркотиками. Удел таких людей – крупные финансовые махинации.

– Понимаешь, птичка моя, – он потянулся, чмокнув губами. – Сейчас кризис. Единственное, что приносит доход, – наркота. Естественно, Ник-Ник не станет снабжать дурачков, которые торгуют на углу. Тут речь идет о больших партиях.

– О больших?

–А чего? До этого «синей клубники» на рынок приходило – капля в море. Потому что изобретатель – дешевка. Хотел заколотить пару-другую тысчонок баксов. И связался с дурачками. С мелкотой, шпаной обычной. Он ни ухом ни рылом в этом деле.

– Аты?

– Научимся. Ник-Ник толк знает. Он организует производство и поставки. Это миллионы баксов. Россию завалим. Америку. Европу, – разошелся Андрей.

– Ничего он об изобретателе не говорил?

– Погодь, – Андрей приподнял руку. И громко икнул: – Говорил.

– Что говорил?

– А я помню?

– Вспомни.

– Ну, говорил, что он из этих, как его… Ох, мудреное словцо такое… – протянул он, силясь вспомнить. – В общем, какой-то шарлатан… А-а, вспомнил – бакалавр. – Это было последнее, что он смог выдавить из себя, и на это ушли его последние силы.

-Кто?

– Бакалавр, – Андрей напрягся. – Пошутил, наверное…

«Не пошутил», – подумала Анфиса.

– Ложись спи…

– Сейчас, – он опять икнул. – Спать пора, спать пора, – пропел он и распластался на диване.

Анфиса, оставив в покое пьяного бывшего мужа, кинулась к телефону. Быстро набрав номер Власа, она стала ждать, нервно теребя провод. «Ну, возьми же, возьми…» – уговаривала она его.

– Да, – услышала она голос Власа. Про себя поблагодарив Господа, что Влас дома, Анфиса закричала в трубку:

– Это я.

– Добрый вечер.

– Я все узнала…

– Успокойся. Что ты узнала?

– Все встало на свои места. Роман Семенович – это он… Слышишь, он изготовлял «синюю клубнику».

– Да ты что? – удивился Влас. – Откуда знаешь?

– От Андрея. Ему Ник-Ник предложил торговать ею… Слышишь?

– Да, – ответил Влас. – Я тебя внимательно слушаю…

– Понимаешь, все сходится. Андрей пьяный, но все равно я смогла из него выудить. Он говорит, изготовитель – бакалавр. Знаешь бакалавра?

– Роман Семенович…

– У него же в дипломе именно так и написано: «бакалавр», я точно помню. Влас, надо к нему ехать…

– Подожди, не гони лошадей… Что мы ему скажем-то? Бакалавров сейчас как собак нерезаных… Доказательств у нас с тобой, кроме пьяных слов твоего мужа, – никаких… И еще – если это действительно он, тут такие деньги завязаны – прозвонит колдун твоему Ник-Нику…

– И что?

– И нас с тобой будут показывать по телевизору.

– Это еще почему?

– Как пропавших без вести.

Анфису такая перспектива не прельщала. А Власа тем более – в отличие от Анфисы он знал о таких вещах не из кино. Он прекрасно помнил тот

миг, когда увидел своего напарника с дыркой в груди.

– Так что, бросить все?

– Нет. Не бросить, – с угрюмой решительностью произнес Влас. И она поняла, что он тоже решил дотащить дело до конца.

– И что предлагаешь?

– Пока не знаю. Нужно эту Свету колоть. Она при делах должна быть. Не может такая стерва везде мелькать и быть не при делах.

– Если и при делах, с чего она перед нами расстелется?

– Вот, у тебя появляются задатки оперативного мышления.

– Задатки, – обиженно произнесла Анфиса.

– Для начала к Николаю надо, – вдруг сказал Влас.

– Зачем?

– Он что-то мог знать, как ты предполагала… Светка навряд ли разговорится, а вот он… Я, пожалуй, к нему, – решил Влас.

– Я с тобой, – закричала Анфиса. – Он тебя не знает, а меня знает…

– Тоже верно. Тогда жди, сейчас заеду. – И Влас бросил трубку…

Андрей храпел на диване в комнате. Анфиса не могла находиться рядом с ним, ей оставалась только кухня. Она пыталась ходить, чтобы успокоиться. Но в пятиметровой кухне больше трех шагов не сделаешь. Тогда она уткнулась в окно, вглядываясь в темноту и рассматривая поздних одиноких прохожих. Влас приехал только через сорок минут.

Анфиса не заставила себя ждать, и не успел он

выйти из машины, как она уже выбежала из подъезда…

– Ты адрес узнал? – спросила Анфиса, плюхнувшись на сиденье машины.

– Конечно, он тут на «Войковской» в коммуналке обитает, – сказал Влас и сорвал машину с места так, что ее занесло. – Черт, – он выправил машину.