Где найдешь, где потеряешь…

Глава 44 СКОРПИОНЫ

– Посмотри, в окнах свет, – сказал Влас, затормозив у дома колдуна. Часы показывали семь вечера.

– Да, на кухне, похоже. А вдруг они нам не откроют? – испугалась Анфиса, захлопывая дверцу машины.

– Мне, конечно, нет. А тебе, думаю, не откажут… – Влас закрыл машину, и они подошли к двери подъезда.

Анфиса набрала номер квартиры. К домофону подошел сам Роман Семенович. Услышав, что пожаловала Анфиса, он даже не удивился ее позднему визиту и без каких-либо лишних вопросов открыл дверь.

– А они тебя ждут, – сказал Влас, когда они подымались в лифте.

Роман Семенович действительно поджидал Анфису на пороге своей квартиры, но, когда увидел ее не одну, выражение его лица сразу сменилось с приветливого на недовольное.

– Нужно было предупреждать, что вы не одна, – пробубнил он вместо приветствия. Но отступать было некуда. Они вошли в квартиру.

В просторную прихожую выпорхнула Светлана в шикарном длинном атласном халате изумительного бирюзового цвета.

– Здравствуйте, – кивнула она пришедшим. И Анфиса заметила, что ее глаза оценивающе остановились на фигуре Власа. Этот взгляд настолько ей не понравился, что она непроизвольно шагнула вперед, чтобы загородить Власа от столь бесцеремонного разглядывания.

– А я чай заварила зеленый с жасмином, как «ты любишь, – заворковала Светлана, обращаясь к Роману Семеновичу. – Думаю, что и наши гости не откажутся… Или как?

– Ну, коль у вас другого нет, то сойдет и с жасмином, – спокойно ответил Влас. И Анфиса чуть не рассмеялась от того недовольного тона, коим Влас умудрился произнести эту фразу.

Выражение лица Романа Семеновича уже сияло его обычной приветливостью. Одет он был в стального цвета спортивные брюки и широкую белую футболку.

Анфиса представила им Власа.

– Так за чаек? Или у вас какие-то вопросы? – поинтересовался колдун, познакомившись с другом Анфисы. – Но, по-моему, Светлана вам все объяснила,.. – С этими словами он вновь обратился к Анфисе.

– Естественно, после того как вы точно определили ее местонахождение, – парировала Анфиса. Но Роман Семенович даже не удостоил ее ответом.

– Я думаю, сначала дело, – решил за всех Влас.

– Тогда прошу в мой кабинет. – И хозяин первый пошел в его направлении.

– А я там нужна? – вдруг недовольно спросила Светлана. – Чай же остынет…

– Обязательно нужна, – ответила ей Анфиса.

– Я тоже думаю, что тебе нужно послушать, что скажут эти господа, – под держал Анфису Роман Семенович.

«Как они спокойны. Особенно она. Никогда бы не поверила, что эта особа убийца», – подумала Анфиса. Эта мысль заставила ее иначе посмотреть на происходящее. Их наглая уверенность возмутила Анфису, решительность и злость начали заполнять ее душу. Перед ее глазами всплыла плачущая Анна Максимовна. «Она страдает, а они туг жизни радуются. Сволочи!»

В кабинете было все как обычно: полумрак, вращающиеся игрушки. Гости расположились в креслах. Роман Семенович занял свое законное место, за столом.

– Если честно, то я не понимаю, в чем дело, – взял первым слово хозяин. – Я думал, что ваш, Анфиса, визит – просто желание искупить свою вину, попросить извинения…

– Что? – Анфиса даже привстала от неожиданности.

– Не надо вскакивать, это может отрицательно сказаться на вашей нервной системе, а она у вас и так никуда, – продолжал Роман Семенович спокойно. – Вы подозревали Светлану Бог знает в чем. Бегали, шпионили за ней…

Анфиса хотела ему возразить, но он ей не дал, остановив властным жестом руки.

– У вас были благородные намерения, я знаю. Конечно, вы уличили меня во лжи. Но ложь во благо человека – дело святое, да и никакого криминала в этом нет. Так чего вы добились – ничего. С чего начали, тем и закончили, только перебаламутили всех… А я же вам говорил, где искать надо, однако вы, даже найдя вещи Антона, это проигнорировали…

– Не так все просто, Роман Семенович, – произнес Влас.

– Ну, вас-то, по-моему, вообще это все не касается, молодой человек, – колдун откинулся на спинку кресла.

– Ошибаетесь, очень даже касается… Ведь я работаю в том самом ангаре, в который вы постоянно тычете своим пальцем, – по голосу Власа Анфиса поняла, что его тоже начинают раздражать эти два уверенные в себе типа.

Светлана все это время сидела со скучающим видом. И, что еще больше задевало Анфису, не сводила взгляда с Власа.

– Вы не правы, Роман Семенович, я смогла многое узнать, – решительно начала Анфиса. – Антон, конечно, мертв. Его убили.

– Что же, возможно, – кивнул колдун.

– И за убийцей далеко ходить не надо. Убила его собственная жена.

– Я?.. Да ты что, ошалела?! – несмотря на казавшееся искренним негодование, прозвучавшее в ее голосе, обвинение ее нисколько не тронуло.

– Ты! – решительно повторила Анфиса. – Ты думала, что запрятала все концы, отравив Николая, но промашечка вышла – он выжил.

– Как? – вскрикнула Светлана, дернувшись в кресле от неожиданности, все ее спокойствие и уверенность слетели в один момент. И всем стало ясно, что Анфиса была права.

– Чего ты кричишь, – недовольно пробурчал Роман Семенович. – Она тебя провоцирует, а ты орешь…

– Никого я не провоцирую, как вы изволили выразиться. Вот! – Анфиса достала из сумочки магнитофон и, положив на стол, включила. По комнате разнесся голос Николая…

– Я его убила… Я его убила… – и вдруг Светлана неожиданно рассмеялась. – Нет, вы только послушайте, этот идиот действительно поверил, что я его убила…

Анфиса выключила магнитофон, не дав им прослушать всю запись. Ни к чему им знать, что труп найти практически невозможно…

– Вы его убили. И за убийство мужа вам придется отвечать, – решительно сказал Влас. Он понял, почему Анфиса поспешила нажать кнопку. – Есть свидетель – Николай, есть улика – труп.. Так что все точки над «и» поставлены. Я уж не говорю о том, что и свидетеля вы пытались отравить, что в конечном счете будет доказано.

Светлана уставилась на него, как будто увидела впервые. Она вдруг резко обернулась к Роману Семеновичу.

– А ты чего молчишь, старый шут? Ты что, оглох или не слышишь, что они мне шьют тут убийство? – Анфиса заметила, что Светлана дрожит. Ее наконец проняло, она была на грани истерики.

– А я-то тут при чем? – спокойно ответил он вопросом на вопрос, недоуменно пожав плечами.

– Ах, ты ни при чем? – закричала Светлана. Ее нервы сдали, и она сорвалась. Роман Семенович поморщился, как от зубной боли.

– Зачем кричать? – попытался он ее остановить, поняв свою ошибку.

– Кричать не надо! – еще громче заорала Светлана. – Значит, я буду за тебя сидеть, а ты продолжать наркотой всех травить и на эти денежки мне передачи носить. Хотя хрен. Не принесешь ты мне передач…

– Значит, «синюю клубнику» вы изготовляли, а Антон продавал? – спросил Влас.

– Он! А кто же еще! – взревела Светлана.

– Замолчи! – крикнул на нее Роман Семенович. – Ты, дура, понимаешь, что несешь?!

– Ах, я дура! – Она подскочила к нему, и Анфисе показалось, что сейчас она схватит его за большие уши и приподнимет с кресла. Но Светлана только нависла над ним. – Ты, ты всем нам тут голову морочил. Ты Антону эту гадость всучил под видом лекарства… «Наркоманов хорошо из ломки вытаскивать. Переводить на более легкие наркотики, а потом избавлять от зависимости. Пока не получили патент на препарат – надо опробовать». Говорил, старый шиш? Да, да… – Она повернулась и, уже обращаясь к Анфисе и Власу, продолжала: – Антон думал, что он их этим лечит. Понимаете? А на

самом деле травил… Да еще Кротова начальник убеждал, что все экспертиза проверила. Только я об этом ничего не знала, это Роман мне вчера рассказал. Я-то, дура, думала, что он из-за любви ко мне Антона убил, а он из-за наркоты… – И она разрыдалась.

– Заткнись! – Роман Семенович вскочил с кресла. Но Влас одним движением усадил колдуна обратно в кресло.

– Молчать! – рявкнул он на него.

– Кто убил? – спросила Анфиса.

– Он, он, – Светлана, рыдая, указывала на колдуна. – Вот тут, на этом месте. – Она вышла на середину кабинета и топнула ногой. – Антон застал меня здесь. Мы тут все переругались… Я сказала, что остаюсь с ним, – она кивнула на колдуна, размазывая по щекам слезы. – Но Антон требовал, чтобы я поехала домой. Он сказал: «Родишь ребенка, оставишь мне, а потом можешь убираться…» Но я же не могла, не могла… Тогда он схватил меня и потащил к двери… Я брыкалась и даже ничего не поняла… Только вдруг он охнул и отпустил меня, а сам стал заваливаться на ковер… О Боже! – Светлана вновь завыла.

– Так что же произошло? – Анфиса подошла к ней и, взяв ее за плечи, начала трясти. – Что случилось?

– Он шарахнул Антона в висок вон той штукой! – Светлана протянула руку в сторону. И Анфисин взгляд упал на металлическое сооружение, представляющее собой разнообразные, переплетенные между собой геометрические формы: треугольники, квадраты, прямоугольники. Во все

стороны из этой штуки торчали острые металлические углы.

– А почему ты сказала Николаю, что сама убила? – удивленно спросила Анфиса. Она никак не могла понять, неужели любовь к деньгам в Светлане была так велика.

– А куда труп-то девать было? Он велел, – она кивнула на Романа Семеновича, – труп отвезти Кольке. А тот, дурак, поверил и все для меня сделал… А вчера Роман признался, что Антон все понял и хотел его сдать в ментовку.

– Дура ты… Он сам по уши в этом дерьме был… Думаешь, не знал, чем торгует?.. Он наркоманам это зелье сбывал! И деньги в предоплату брал!

– И тебе приносил.

– А, – он махнул рукой.

– Вот он, сволочь, и воспользовался моментом, убил его… А клялся, что из-за меня… А вещи, его специально в какой-то склад отвез. Ну, чтобы по ложному следу пошли… – Дальше она не договорила, и так было все ясно.

Влас подошел к шкафу и снял орудие убийства с полки, взвесив его на руке, он удивленно сказал:

– Действительно, тяжелая штучка… И с описанием Николая совершенно совпадает…

«Вот я его и расчленил и избавился. .Не надо меня спрашивать где и как», – вдруг разнесся голос Николая по кабинету. Это Роман Семенович, воспользовавшись общей суматохой, нажал кнопку магнитофона, лежавшего на столе. О нем все просто забыли. – «Я избавлялся от частей в разных местах. Где, не помню…»

Запись кончилась. Какое-то время все молчали.

Потом заговорил Роман Семенович. Да, его уму и выдержке можно было позавидовать…

– Я же говорил, не надо кричать, – спокойно произнес он, обращаясь не то к Светлане, не то ко всем. – Все, ваш цирк закончился, господа. В общем, это было недурно… – И он захлопал в ладоши, аплодируя.

– Ты чего? – удивленно произнесла Светлана.

– Ты убила своего мужа…

– Нет, ты убил, и хватит валить на меня. Я знаю, почему ты это делаешь. Ты избавиться от меня хочешь… Но не выйдет. Вот тебе… – И она показала ему фигу.

Не обращая на нее внимания, колдун продолжал:

– Ты ли, я ли – не имеет значения… Нет трупа… Николай сделал свое дело. Трупа нет. А раз нет трупа, значит, и дела нет… А Колька, он псих, и мало ли чего он здесь наговорил. – И он кивнул на магнитофон.

– А «клубника»? – спросила Светлана. Тон ее уже стал спокойнее, как будто его уверенность начала передаваться и ей. И она стала понимать, что угроза оказаться за решеткой отступает…

– Светочка, я же не дурак… Она у меня вот здесь… – он постучал по голове. – Им ее отсюда не достать… Так что пусть ищут. Я чист. Чист, как новорожденный…

– Влас! – Анфиса понимала, что они проигрывают в этом сражении. Но как же так? Теперь, когда они знают все о смерти Антона, зло не будет наказано?

– Нам пора, – спокойно ответил ей Влас. Он взял магнитофон со стола и положил его в карман. Прихватив с кресла Анфисину сумку, направился к выходу.

– А вы чего, дамочка, ждете? – спросил Анфису колдун. – Я же вас насквозь вижу: крови жаждете. Вы ее всегда жаждете… Только не будет вам крови. Не свершится ваше желание. Во всяком случае, пока…

Анфиса быстро вышла следом за Власом.

Состояние Анфисы было хуже некуда… Она обессиленно упала на сиденье машины рядом с Власом. Она чувствовала себя совершенно опустошенной.

– И что теперь? Почему ты ушел? – спросила она.

– А что там еще делать? Роман Семенович умный мужик, он продумал всю эту комбинацию так, что не подкопаешься… Если бы не Светка, никто бы никогда ничего не узнал… Светлана – его ошибка.

– Да, ты прав, – перебила его Анфиса. – Он заставил ее уехать, а потом, когда я нашла Николая, решил перестраховаться, убрать его – он же точно не знал, что сделал Николай с трупом. И боялся, что тот может его вытащить на свет Божий.

Влас кивнул головой. Они по-прежнему сидели в машине в темноте.

– Влас! – Анфиса даже вскрикнула от догадки. – Он же хотел избавиться и от нее… Толкнув ее на убийство Николая, он бы мог ее потом сдать…

– Нет! – возразил Влас. – Просто их роли бы

поменялись. Теперь не она его шантажировала бы убийством Антона, а он держал бы ее крепко за горло.

– А теперь они оба, выходит, вздохнули с облегчением? Мы же им и помогли. А как же Анна Максимовна, Антон? Влас, я ничего не понимаю. Но должна же быть справедливость! – Анфиса нервничала, ее голос дрожал. Столько времени, сил, нервов было потрачено, чтобы узнать правду. А теперь, когда она известна, убийцы смеялись ей в лицо. «Нет трупа, нет дела!..» – вспомнила она слова колдуна.

– Верно.

– Так ничего и не получится? – Анфиса огорченно махнула рукой.

– Ну почему же ничего? – спросил Влас. – Смотри.

В салоне было темно. Отсюда просматривался подъезд колдуна. Ждать им долго не пришлось. Из подъезда выбежала Светлана и бросилась вперед.

Далеко Светлана не ушла. К ней подкатила машина, оттуда выскочили двое. Светлана стала им что-то объяснять, но с ней не церемонились, быстро затолкали в «жигуль». «Жигуль» подъехал к машине Власа.

– Все нормально, – сказал Власу, выглянув в окошко, парень в китайском пуховике.

– Держи, – Влас вытащил из кармана диктофон и протянул парню.

– Спасибо, – сказал парень.

– Ты за этим, – Влас кивнул на подъезд, – за колдуном приглядеть оставил кого-нибудь?

– А то как же…

«Жигуль» сорвался с места.

– Это кто такие? – ошеломленная, спросила Анфиса.

– Как кто? Милиция.

– Что?

– Позвонил знакомым ребятам. Спросил – не нужно ли им раскрытие тяжкого преступления?

– Ну?

– Оказалось, нужно… Кстати, разговорчик я записал.

– И это доказательство?

– Ну, в совокупности с другими доказательствами вполне может лечь в основу обвинения.

– И что дальше?

– А дальше они побеседуют со Светланой. Потом нагрянут с обыском к экстрасенсу. А потом нас затаскают. Будут допрашивать, проводить очные ставки. Ты к этому готова?

– Готова.

– Вот и отлично… Ах ты, сыщица моя, – он поцеловал ее.