...Или будет? (СИ)

Глава 14. И вся королевская рать

Анна

После ухода Алекса стало страшно. Страшно настолько, что я сползла вниз, обнимая колени и тихонько завыла, раскачиваясь из стороны в сторону. В душу же заползал холодный липкий ужас со вкусом обречённости. Я вдруг поняла, что никогда никого больше не полюблю. И дело даже не в предательской реакции тела, которое дрожало, потело и норовило свалиться на ковёр под ноги Алексу. Хотя эта реакция и вызывала вопросы, преимущественно нецензурные. Просто мне вдруг подумалось: а что если я однолюбка (слово-то какое ужасное!) и могу любить только одного мужчину? Ведь никогда никто больше не трогал мою душу.

Вспомнилась история одной коллеги, у которой по юности случилась первая любовь. Феерический секс, взаимопонимание на уровне глубинного единения, пресловутые бабочки в животе. Но он был обычный парень из обычной семьи, а она — ух какая красавица, и хотелось ей не ипотеку и старые жигули, а Мальдивы и личный красный БМВ. И когда первая страсть чуть поулеглась, она после очередной ссоры рассталась со своим любимым. И были у неё другие поклонники, были Мальдивы, машины, квартиры, вот только бабочек в животе не было больше никогда. И даже удовольствия в постели тоже не было. Она попыталась вернуть отношения, но тот парень оказался гордым, не простил, а потом по-глупому погиб. У коллеги сейчас муж и двое детей, но она до сих пор каждый день вспоминает о своём возлюбленном.

Что если я такая же?

И что мне тогда делать? Прощать?

Нет! Нельзя! Он же… он же… мерзавец! И шлёндру свою наверняка бы трахнул с удовольствием, если бы не метка.

Ох, как же тяжело без подруг! Объявляется лот «разговор с Олесей», первоначальная ставка миллион эргов.

Нет, я прекрасно понимала, что в произошедшем есть и моя вина. Мне так хотелось любви, отношений, тепла, ощущения семьи, ещё одного ребёнка, есть уж быть честной… так хотелось просто не быть одной, что я взяла пусть не первого встречного, но по факту совершенно незнакомого мужика, нарядила его в свои мечты и ожидания, старательно сделала вид, что «всё хорошо, прекрасная маркиза», и даже не задавала ему вопросов, чтоб ненароком из своей фантазии не выпасть. И теперь платила именно за это. Если бы не прошаренная Олеся, осталась бы в этом мире не только с кровожадной любовницей мужа на хвосте, но ещё и с голым задом. А ведь чувствовала, что он не договаривает, догадывалась, что у него кто-то есть, понимала, что он сильно изменился. Но молчала. Спряталась в розовую раковину под названием «Алекс вернулся, и теперь всё будет, как в сказке» и притворялась самой счастливой улиточкой на свете. Даже когда реальность откровенно стучалась не просто в двери, а прямо мне в лоб. А ведь Алекс не лжец. Обманывать не в его характере, как максимум он может избегать темы, но на прямой вопрос отвечает честно. Надо было спрашивать про поцелуи у него, а не у Маританы и заезжего профессора. И обсуждать, как именно он планирует распорядиться купленной на мои деньги бирюзой.

Но теперь поздно об этом рассуждать…

Когда я спрашивала Тарниса, можем ли мы вернуться в наш мир, он ответил, что для мальчиков действительно лучше остаться тут и подтвердил, что опасения Алекса вовсе не беспочвенны. То же самое говорил свёкор. Кроме того, Тарн, к примеру, обладает достаточной силой, чтобы открыть межмировой портал, но вот куда? Куда идти? Координаты известны только Алексу.

В мучительных мыслях и метаниях прошли остаток вечера и половина ночи.

Маленькую коробочку на столе заметила только на следующее утро. В крошечной стеклянной шкатулке лежало невероятно красивое кольцо, инкрустированное лиловыми камнями. В драгоценностях я не очень разбиралась, но, судя по насыщенности цвета, это были скорее сапфиры, чем аметисты. Кольцо в родовых цветах. Я закрыла коробочку и отложила в сторону. Необходимо вернуть как можно скорее, к украшениям я была равнодушна, тем более к золоту. Оно не вызывало восторга, не люблю жёлтый металл.

Я отправила Тарнису записку, и он тут же ответил.

«Тарнис, блага. Есть ли способ вернуть подарок обратно Алексу?»

«Блага. А насколько большой подарок? Что-нибудь маленькое даже магической почтой можно отправить».

«Кольцо».

«Что же, не понравилось?» — ответил он, а я прямо сквозь строчки отчётливо почувствовала, как он улыбается.

«Не ношу такое».

«Тогда отправь ему обратно, просто напиши текст, затем сделай маленький конверт из записки, вложи кольцо внутрь, приложи почтовый артефакт, назови имя и представь человека. Если письмо исчезнет в минипортале, то всё отправилось, как обычно».

«Спасибо!» — ответила я и села за дело.

Спустя полчаса стараний у меня получился некривой конверт, способный удержать кольцо.

«Не стоило утруждаться», — написала я и отправила магического вестника в полёт.

«Буду знать, что ты освоила магическую почту, любовь моя. Украшения ты не хочешь, чем тогда я могу тебя порадовать?».

«Полным исчезновением с горизонта», — ответила я.

«Скоропостижной кончиной от мук совести», — отправила следом.

«Одновременным приступом острейшей диареи и кашля», — не стала скромничать.

«Последнее вряд ли, я же целитель», — пришёл ответ Алекса.

«Ты спросил, чем меня можно порадовать, я ответила», — тут же отправила я.

«Хорошо, тогда спрошу иначе. Что тебе нравится?».

«Мне нравятся мужчины, которые не планируют меня убить», — только отправив эту записку, я осознала, что подарок сделал своё дело.

Я вступила с ним в диалог! Нужно было просто выкинуть в окно или отдать Исбеле. В который раз усомнившись в наличии у себя интеллекта, я отправилась на завтрак. Где уже сидел за столом рядом с детьми кто? Правильно, Алекс.

Это разозлило меня ужасно, до такой степени, что я хлопнула дверью, развернулась на пятках и отправилась обратно в свою комнату. Но меня, конечно, догнали.

— Аня, подожди. Это тебе.

Алекс настиг меня и буквально всучил в руки здоровую металлическую урну. Тяжеленную. С прахом. Я ужаснулась тому, что это Ксендра. Ну то есть ей он хотел подарить мой труп, но приоритеты поменялись, и вот теперь мне — её прах. Попытавшись всунуть бывшую соперницу обратно возлюбленному, я добилась только того, что он открыл крышку! Пока я держала урну! Желание выкинуть её в окно стало просто непреодолимым, но мы стояли в коридоре, ближайшее окно было в десяти шагах, и я точно знала, что столько не пройду — не выдержу.

— Ты с ума сошёл, как ты мог? — срывающимся голосом ответила я, пока по коридору поплыл тонкий цветочно-фруктовый аромат.

Неужели у этой шлёндры даже прах приятно пахнет?

— Аня, ты чего? — искренне удивился Алекс. — Я просто подумал, ты так любишь горячие напитки, вот, можешь заваривать…

От ужаса у меня затряслись руки, он вообще в своём уме? Заваривать её прах? Чтобы что? Может, там за завтраком ещё и печень её подавали? Банка выпала из повлажневших ладоней и со звоном упала на пол, веером рассыпая тёмное содержимое. Мне стало не просто дурно, а противно настолько, что чуть не вывернуло сверху, но Алекс уже прижал к себе, и волна его энергии хлынула в тело, смывая ощущение тошноты.

Я попыталась вырваться из его объятий, но он был слишком силён.

— Отпусти! Я! Не! Буду! Это! Пить! — в панике закричала я, чем вызвала у него искреннее недоумение и огорчение.

— Там лепестки нефритового цвета, люпина, снежного ландыша… Я просто подумал, что ты любишь горячие напитки, это специальная смесь. Для тебя, — извиняющимся голосом проговорил муж, а я ошеломлённо посмотрела себе под ноги.

Да, не прах. И пахнет очень приятно. Вырвавшись наконец из цепких рук мужа, я устремилась обратно к себе в комнату, освещая путь пылающими щеками. И где все эти грёбаные охранники? Дармоеды! Он бы меня десять раз убил в этом коридоре! Преисполненная негодования, я тут же настрочила гневное письмо Тарнису, чтобы получить почти мгновенный ответ.

«Алекс тебе ничем не угрожает, мы с ним поговорили, и охрану я отозвал. Я в восторге от того, что ты подумала, что он подарит тебе прах шлёндры в банке. Ржу и не могу остановиться. Это лучшее, что я слышал за последний месяц. Ты великолепна. Хоть и немного (совсем чуть-чуть) невнимательна».

В общем, на него тоже обиделась. Захотелось кого-нибудь отпинать и чаю. Из цветков снежного ландыша. Да что за жизнь такая, хоть вой!

Завтрак мне всё же принесли, как и чай. Надеюсь, что не с пола собрали. Он действительно оказался чудо как хорош, пожалуй, лучшее, что я пила в этом мире.

Остаток дня пряталась в библиотеке, даже на тренировку не пошла. На следующий день все силы ушли на то, чтобы избегать Алекса. Он сделал ещё четыре попытки мне что-то подарить, но я выставляла подарки за дверь и перестала выходить из комнаты.

Нет, так дальше дело не пойдёт. Я не смогу тут жить, если поблизости вечно будет ошиваться Алекс.

— Лей Арванис? — постучала я в дверь кабинета Иртовильдарена-старшего.

— Входи, Аня!

Открыв дверь, я, конечно, увидела внутри Алекса. У него что, пятнадцать проекций? Как он догадался, что я приду сюда?

— В другой раз, у меня личный разговор, — сказала я, намереваясь уйти.

— Обещаю никому не рассказывать, — с улыбкой ответил Алекс, а я едва сдержалась, чтобы не наорать на него.

Нервы стали совсем ни к чёрту.

— Помните, вы хотели предложить мне в собственность поместье, куда Алекс не сможет попасть? Думаю, что я согласна на покупку.

— Наивно думать, что я не смогу куда-то попасть, — муж одарил меня чуть укоризненной улыбкой.

— Я буду жить там, а ты с детьми можешь встречаться тут. Метку сниму, но я не смогу этого сделать, если ты будешь постоянно ошиваться рядом! — рявкнула я.

— А я не хочу, чтобы ты её снимала. Она мне нравится. Прекрасно украшает руку. Навевает приятные воспоминания.

— В этом и разница, у меня воспоминания исключительно неприятные! — язвительно ответила я.

— Хорошо, тогда займёмся тем, что будем создавать новые воспоминания, приятные. Кстати, тут рядом есть восхитительный водопад, окружённый дикорастущими аросами. Потрясающая красота, хочешь покажу?

— Нет, хочу, чтобы ты оставил меня в покое! — взорвалась я.

— Не получится. Ты, кстати, вещи собрала?

— Нет! И не буду!

— Без проблем, купим тебе всё новое после того, как ты ко мне переедешь. Добровольно. Ещё не надумала?

— Ни за что! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Ты — эгоистичный подонок, вот ты кто!

— Последнее, к сожалению, правда. Но я пытаюсь исправиться. В остальном ты ошибаешься, Аня, — развёл он руками, а я в очередной раз поразилась предательской реакции своего организма.

Ну в чём дело, а? Адекватность, здравомыслие, ау! Но вместо них только дрожь в руках и бешеное сердцебиение.

— Ненавижу тебя! — тихо, но очень твёрдо сказала я.

И это мужа задело по-настоящему, настолько, что лукавая улыбочка сползла с лица, и он даже отвернулся на секунду, чтобы совладать с эмоциями.

— Будет гораздо проще, если ты перестанешь сопротивляться и признаешь, что у нас есть взаимные чувства, дети, общее прошлое и мы идеально подходим друг другу.

— Будет гораздо проще, если ты признаешь, что упустил все свои шансы, вызываешь у меня только страх и ненависть, и оставишь меня в покое!

— Я только начал, Аня, — с непробиваемой уверенностью ответил Алекс. — Не хочу и не могу отступить.

Развернувшись, я невежливо хлопнула дверью и убежала в свою комнату. Сколько же можно надо мной издеваться?

Или я сама над собой издеваюсь? Ведь если рассуждать логически, то получается следующее: мне сейчас больно, все силы уходят на борьбу с ним, удовольствия нет, секса нет, перспективы исключительно безрадостные, ещё и сомнительный обряд с негарантированным исходом прямо по курсу. И, судя по всему, Алекс не отстанет, даже если я сейчас каким-то чудесным образом метку сниму.

Он закусил удила, я такое уже видела и прекрасно понимала: проще его прибить, чем с намеченного курса сдвинуть. Если он вот так упёрся, то будет упрямиться до последнего, даже когда начнёт понимать, что давно стоит отступить. В этом весь Алекс.

Ох, как же сложно! Зачем я вообще с ним связалась?! У меня же был огромный выбор неликвида — и психопаты, и алкоголики, и наркоманы, и бабники, и мамины сынки… Все понятные, земные. Но нет! Надо было втюриться в мага из другого мира! Каковы вообще шансы на такое? Один на восемь миллиардов? Это ж надо суметь быть настолько феерической неудачницей!

А если сдаться? Признать, что Алекс обязательно сделает мне больно ещё раз. Но это будет потом. А пока у меня будет море удовольствия, наполненные страстью ночи, забота, пусть и временная. Причём в дальнейшем расставание может быть и не таким болезненным, может, через пять годин мы тупо надоедим друг другу и мирно разъедемся по разными поместьям. Теперь, когда есть способ снять метку, вряд ли муж станет второй раз планировать моё убийство. Что меня останавливает? Гордость. Страх, что потом будет ещё больнее. Обида. Желание сделать больно в ответ. Отказывая ему, я делаю приятно себе, тут не поспоришь. Это называется вторичная выгода.

Что вообще делают женщины в моём положении? «Рожают третьего!» — саркастично подумалось мне. Ужасная идея! Отвратительная! Но мальчики уже совсем взрослые, через пару лет я буду им не нужна. И потом, вдруг это будет девочка? Всегда хотела маленькую кудрявую дочу. В кого кудрявую, если у нас все прямоволосые? Ну не знаю, в игры генетики.

Господи, да что со мной такое?! Какая девочка? У меня что, при виде мужа интеллект атрофируется?

Запретив себе даже думать о маленьких пухлых пальчиках, я отправилась на полосу препятствий. В это время там никого не бывает, можно спустить пар.

Следующие дни Алекс постоянно мозолил глаза, но во мне уже взыграл азарт. Кто быстрее сдастся: он или я? Его подарки я по-прежнему отвергала. Сапожки из змеиной кожи? Неудобные. Экзотичные сушеные ягоды и фрукты из других стран? Детям вроде понравились, сама не пробовала. Личный крылар? Не умею управлять и боюсь, кроме того, конкретно этот выглядит кровожадно, словно хочет меня съесть. Бесчисленные украшения? Все ужасно некрасивые, подарила служанкам. Часы? Отдала Исбеле и купила себе по вкусу, продемонстрировав обновку всем желающим. Красные кружевные пеньюары, напоминающие шлёндрины? Изрезала в клочки и выкинула в окно. Подушечка, набитая сушёными цветами и душистыми травами? Её съели козары, наверное, не стоило ходить с ней на пастбище. Надеюсь, не продристались с изысканных ароматных трав. Артефакт-массажёр? Отдала Исбеле и купила себе такой же, но голубенький. Голубенький и очень стильный почтовый артефакт? Потеряла! (На самом деле спрятала в укромном месте и пользуюсь, он такой красивенький!)

На любые попытки Алекса поговорить или прикоснуться я отворачивалась, фыркала, цокала, закатывала глаза, раздражённо притопывала и даже зевала. Последнее его и доконало.

Алекс продержался кинтену и исчез, а я было вздохнула спокойно (и немного грустно, потому что у меня запал ещё остался, не ожидала, что он так быстро сольётся). Но на следующее утро пришёл вызов от короля. Король вызывал меня лично.

Не понимая, в чём может быть проблема, я отправила сообщение Тарнису и начала собираться. Лей Арванис сказал, что сможет перенести нас порталом туда и обратно, Исбела тоже вознамерилась отправиться с нами.

Нам было назначено на два часа пополудни, поэтому время на сборы оставалось. Исбела была занята исключительно собой, а мне помогли девушки из домашнего персонала. Я надела торжественный кафтан с разрезами чуть ли не до рёбер и тончайшие тёмно-синие штанишки под него.

Уже перед самым порталом свёкры внимательно меня осмотрели, и лей Арванис сказал:

— Аня, ни в коем случае не перечь королю и не спорь с ним. Его это бесит, а когда он бесится, то ведёт себя, как полнейший подонок. Он — избалованный гайрон, лучше молча выслушать и обсудить ситуацию потом. Главное — не груби.

Я понятливо кивнула. С чего бы мне вообще грубить королю?

В королевский дворец мы прибыли в портальную комнату, по длинным светлым коридорам нас провожали лакеи. Перед огромными двустворчатыми дверями я несколько занервничала. И что от меня может быть нужно королю? Нас как раз нагнал Тарнис, охрана дворца всем застегнула на руках блокираторы магии, и в таком виде мы вчетвером вошли в помещение.

Тронный зал поражал воображение потрясающей тонкой резьбой на стенах, разноцветной каменной отделкой разных частей помещения, а вот сам массивный королевский подпопник на меня впечатления не произвёл. Это вам не Железный трон из «Игры Престолов», стул как стул. Золото с бирюзой, высокая спинка, резьба по дереву с подсветкой. Пха. Видали и покруче.

Вокруг суетились люди, сновали от стола к столу с какими-то бумажками, камнями, цепочками. Посередине приёмной стоял металлический пилон до самого потолка. Поразительно, тут что, и стриптиз танцуют? И король прямо на троне смотрит? Фу, лучше тут ничего не трогать, вряд ли помещение регулярно дезинфицируют. Разглядывая обстановку, я не сразу заметила Алекса, болтающего с одним из секретарей короля. Погодите-ка, это что за подстава такая?

— Лея Анна Иртовильдарен Василькова с сопровождающими, — наконец объявили нас, и король занял подобающее ему место.

— Блага вашему роду, релей Ферралис, — поздоровался лей Арванис.

Алекс здороваться с нами не стал, только смотрел выразительно.

— Лея Анна, прошу вас сделать два шага вперёд и отвечать правдиво, — передо мной возник один из помощников короля и принялся сверлить взглядом.

Я опасливо кивнула, переводя взор с него на короля.

— Лея Анна, король рад вас снова видеть. Наконец загадка вашей личности разгадана. Король же обещал, что мы ещё встретимся, — слащаво заговорил монарх, а мне с каждым его словом становилось всё тяжелее на душе.

Так что же, это не муж послужил причиной вызова на аудиенцию? Это из-за аукциона? Почему тогда Алекс тоже тут и стоит по другую сторону от нас? Только сейчас обратила внимание, что пол перед троном цветом разделён на две части, светлую и тёмную.

— Блага вашему роду, релей Ферралис, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие.

— У меня к вам несколько вопросов. Это правда, что вы проживаете отдельно от лея Иртовильдарена?

— Нет, я проживаю в его поместье, — растерялась я.

Помощники зашептались, бросая на меня любопытные взгляды. Лицо монарха исказилось в недовольной гримасе.

— А он заявляет, что вы проживаете у его отца, — скрестил руки на груди релей.

— Да. Так и есть, — негромко ответила я, не понимая, что от меня нужно.

— Так где вы проживаете, лея Анна? — раздражённо спросил король.

— В поместье у лея Иртовильдарена, — вытаращив глаза, ответила я.

— Арваниса или Алексиса? — разозлился релей Ферралис.

— Арваниса.

— И с леем Алексисом Иртовильдареном жить в качестве жены вы отказываетесь?

— Отказываюсь.

— И планируете снять метку и развестись, но пока что только предприняли шаги к тому, чтобы проживать раздельно? — уточнил король.

— Да, — робко ответила я.

— В таком случае король вынужден признать вас с супругом раздельно проживающими и удовлетворить прошение лея Алексиса Иртовильдарена об определении проживания с ним сыновей. Вы же знаете, что по закону дети в случае развода остаются с отцом. В связи с чем король определяет местом проживания детей поместье Эльогар или другое избранное леем Алексисом Иртовильдареном в качестве основной резиденции.

— Но подождите, — возмутилась я, — сыновья и так проживают на территории семьи мужа, у них есть учителя, регулярные занятия с дедом и бабушкой. Отец никак не отграничен в их посещении и общении. Для них огромным стрессом будет очередной переезд, кроме того, поместье Эльогар не безопасно.

— Это не так, релей Ферралис. Поместье абсолютно безопасно, персонал проверен, а дети пусть переезжают вместе с новыми друзьями, учителями, моими родителями и женой. Место найдётся для всех, — весело ответил Алекс.

И меня словно молнией ударило: пари. Если дети будут с ним, то куда я денусь, тоже перееду! Глаза запекло от злых слёз.

— Вы не имеете права забирать у меня детей! Этот, с позволения сказать отец, за всю жизнь хорошо если месяц времени с ними провёл! — в запале воскликнула я.

— Как вы смеете так дерзить королю?! Король сам знает, кто на что имеет право, и определяет место проживания детей с отцом, — желчно ответил монарх. — А вам в наказание за дерзость — десять плетей. Может, это научит вас не перечить королю.

Его ядовитые слова разнеслись по помещению, но мой мозг отказывался их понимать.

Ошеломлённую, меня подвели к пилону, который оказался столбом для порки. От ужаса и неверия я даже не сопротивлялась.

— Релей Ферралис, как законный супруг, я имею право взять на себя физическое наказание жены, — раздался голос Алекса, когда один из людей короля уже протянул руки, чтобы стащить с меня кафтан.

— Лея должна быть наказана за своё неповиновение! — процедил взбешённый король.

— Я прошу вас, релей, — спокойным голосом ответил Алекс, а меня отпустили.

Отодвинув меня с дороги, к пилону подвели мужа, он сам снял кафтан и рубашку, оставшись в одних штанах. Затем его руки пристегнули к столбу на уровне головы, а я продолжала наблюдать происходящее сквозь призму шока. Заметив на Алексе блокирующий браслет, я с ужасом осознала, что сейчас всё будет по-настоящему, и он не сможет применить целительские способности!

Что за дикость?!

Сзади меня за руку схватила Исбела.

— Только молчи, Аня, — прошептала она мне на ухо и сжала локоть двумя руками.

Королю тем временем принесли плётку, и он несколько раз щёлкнул ею в воздухе, то ли разминаясь, то ли красуясь. Он что, сам будет это делать? Он больной?!

Короткий свист и удар — на спине Алекса появилась кровавая полоса. Снова свист! Удар! Ещё одна отметина рассекла спину. Король не торопился, знал, что экзекуция будет длиться столько, сколько он захочет. С каждым ударом у меня что-то обрывалось внутри, казалось, будто это я охаживала мужа плёткой по спине. Кровавых полос стало так много, что каждый следующий удар издавал мерзкий чавкающий звук. Исбела рядом со мной молча роняла крупные слёзы.

Никто не вмешался, даже лей Арванис.

У меня внутри всё сжималось от ужаса и жалости. Удар! Кровь струилась по коже, вся спина — кровавая сетка из старых и новых рубцов. За всё время экзекуции Алекс не издал ни звука, и я просто поражалась тому, как он это терпел. Свист, ещё удар! Плеть рассекла шею, верхняя часть штанов уже намокла и потяжелела, от пояса вниз расползалось чёрное пятно.

— Кажется, последний удар. Как вы себя чувствуете, лей Иртовильдарен? — издевательски спросил король, и во мне поднялась волна неудержимого гнева и ненависти.

Какая же он тварь!

— Предпочёл бы поскорее закончить, — сдавленно ответил муж.

Релей Ферралис весело засмеялся и стеганул плёткой ещё раз, заставляя мой желудок сжаться в болезненном спазме.

— Вот и всё, — довольно ухмыльнулся король. — Стороны довольны вердиктом короля?

— Да, релей, — ответил Алекс.

— Да, релей, — механически повторила я.

Я бы сказала и согласилась на что угодно, лишь бы всё это закончилось как можно быстрее!

— Лей Иртовильдарен, вы последнее время так часто обращаетесь к королю с просьбами, что думаю, вы не удивитесь, если король обратится с просьбой к вам.

— Конечно, релей Ферралис, — с трудом выговорил Алекс.

— Теперь все свободны, — улыбнулся король, а я мысленно пожелала ему подавиться этой мерзкой ухмылкой.

Стоило нам выйти из зала, как со всех сняли блокирующие магию браслеты. Рваные полосы на спине Алекса сразу же начали затягиваться, Исбела мгновенно присоединилась к лечению, а я безмолвно стояла рядом, шокированная и раздавленная увиденным.

Никто не говорил ни слова, не упрекал, но я чувствовала себя так, будто лично отхлестала Алекса. Затем подумала, что в ином случае у меня сначала отобрали бы детей, а потом ещё и плёткой отходили, и стало ещё гаже на душе. И вообще, если разобраться, то Алекс заслуживал наказания. Не плетей, но хорошей выволочки точно. Но, конечно, не такой. Сердце сжалось от ужасного воспоминания, и я достала из рюкзака маленькую фляжку с водой и носовые платки. Когда Алекс с Исбелой закончили с лечением, я молча стала оттирать кровь со спины мужа. Муж стоял, вздрагивая от каждого прикосновения.

— Тебе больно? — остановилась я.

— Нет, теперь совсем нет, — Он развернулся ко мне лицом, а затем обхватил рукой за талию и потянул в портал. — Жду всех в Эльогаре к ужину, — бросил он оставшимся через плечо.

Мы вышли из портала в незнакомой спальне. Не дав ни секунды на раздумья и осмысление произошедшего, Алекс снова подставил окровавленную спину. Словно загипнотизированная, я продолжила оттирать кровь. На местах рассечений остались розовые полосы, вскоре о произошедшем напоминали только напитавшиеся кровью штаны, которые он начал снимать прямо при мне. Открыла рот, чтобы возмутиться, но замерла, так и не решив, с чего именно начать.

— Я в душ, смою кровь и потом поговорим. Твоя спальня за дверью, загляни и посмотри, нравится ли тебе отделка.

Я в замешательстве замерла посреди спальни мужа.