Исход Тьмы

Глава 1

... Северус скорчился на тощем бугристом матрасе. Кровать оказалась узкой и скрипучей, бархатный балдахин сверху провис и местами был порван. Пахло сыростью и плесенью.

Эти апартаменты ему выделил Дамблдор. Почему-то старые комнаты Слагхорна были заперты, хотя, по традиции, все зельевары занимали эту просторную квартиру в подземельях, считавшуюся преподавательским жильем. Директор снисходительно бросил, что Слагхорн оставил там часть своих вещей, поэтому комнаты занять не представляется возможным, и молодому преподавателю зелий придется пожить пока в этой комнате.

Когда Снейп, сопровождаемый сморщенным директорским эльфом, который являлся по совместительству старейшиной хогвартской общины домовиков, вошел в неприметную дверь, он даже не удивился. Тогда ему казалось, что именно это он и заслужил, и мрачная, сырая и темная каморка станет ему личным Азкабаном. За то, что не смог уберечь Лили.

Он пребывал в таком отчаянье и унынии, что сам готов был сдаться аврорам. Достаточно лишь задрать левый рукав перед патрулем, и комфортабельная камера с почетным караулом из дементоров будет ему обеспечена: после исчезновения Темного Лорда авроры, подобно шавкам, разом осмелели и пытались шарить по домам чистокровных аристократов, куда в лучшие времена их не пустили бы и на порог, даже не предъявляя ордеров и постановлений. Правда, многие из бравых вояк сильно пострадали при этом, вовсе не достигнув успеха — охранные заклятья ставили отнюдь не дилетанты, а сильные маги, которые за века набегов и грабежей твердо уяснили, что «Мой дом — моя крепость» в самом натуральном смысле.

Рыдающий в кабинете Дамблдора Северус не мог думать ни о чем, не то что об охране какого-то мальчишки, отродье Джеймса, ни, тем более, о преподавании в Хогвартсе, но тогда до его воспаленного разума не доходил смысл того, что он отвечал Дамблдору, какие обещания давал, ему хотелось одного — лечь и умереть. Он даже не потребовал от директора объяснений по поводу его клятвенных обещаний сохранить жизнь Поттерам. Находился в каком-то сером вязком тумане, из которого никак не мог выбраться.

Он перевернулся на дряхлой кровати и застонал в воняющую прелой сыростью подушку.«Умерла, ее больше нет! Какая теперь разница, что она была на другой стороне, что стала женой его лютого врага, лишь бы с ней было все в порядке! Как же так случилось? Ведь директор обещал, а он самый сильный волшебник столетия, победивший Гриндевальда. В чем же заключается рекламируемое могущество, если он не способен остановить Темного Лорда, не способен защитить слабую маглорожденную колдунью, не смог убедить молодых сопляков доверить Фиделиус ему, а не замыкать его на своих паршивых дружках!»

Снейп всегда гордился своей способностью даже в самых критических ситуациях рассматривать сразу несколько вариантов и выбирать оптимальный. Вот и сейчас, после того, как он уже более полусуток находился в сыром каменном склепе, здравый смысл, похороненный под тоннами горя и отчаяния, потихоньку прокапывал себе путь наружу, к сознанию хозяина. И отчаянно теребил того, пытаясь указать на явные нестыковки и ловушки. Но пока тщетно...

Раздались чуть слышные шажки и напряженной худой спины, обтянутой дешевой черной шерстяной мантией коснулась лапка домовика.

— Мистер Снейп! Пожалуйста!

Снейп рывком повернулся и сел на кровати. На него огромными круглыми глазами смотрел незнакомый домовик в чистеньком белом полотенце с гербом Хогвартса.

— Я пришел помочь хозяину обустроиться на новом месте. Труппи, наш старейшина, выбрал меня, чтобы я прислуживал вам. И я сразу же явился, — пропищал маленький домовик, жалостливо глядя на ужасающе выглядевшего молодого человека.

— Спасибо... Мордред, все мои клятвы, что я не переступлю больше порога этого замка, оказались напрасными. Наверное, это мое проклятие. Надо было перевестись в Дурмстранг, когда была возможность, может, сейчас моя жизнь была бы совсем иной. Последователям Тьмы ведь нечего делать в прекрасной зеленой и светлой Британии, — отрешенно пробормотал Северус.

— Мистер Снейп, Священная книга Адриэли говорит, что нет Тьмы без Света, и нет Света без Тьмы. Если удалить Тьму из мира, то все живые создания просто-напросто иссушатся и ослепнут от непрекращающегося сияния, высохнут все реки и озера, рассыпется в прах от жара трава и умрут деревья. Тень и сумрак уравновешивают свет и без них волшебники и все остальные магические существа не смогут жить комфортно, — домовик как мог, пытался утешить молодого зельевара.

— Права ваша Адриэль, черт возьми! Кстати, я нигде не нашел ни одного свитка о ее учении, — проворчал Северус, протягивая руку. — Как тебя зовут?

Домовик недоуменно покосился на него, потом уши у него мелко затряслись и он схватил обеими ручонками ладонь новоиспеченного преподавателя зельеварения и крепко сжал ее, расплывшись в широкой щербатой улыбке.

— Я Грейди, и я обязательно принесу вам почитать священные свитки, вот только выпрошу их у бабули. Она трясется над ними, как не тряслась над нами, своими внуками, — пропищал домовичок радостно. — Просто никто из волшебников никогда не интересовался нашими трудами... Вы первый, мистер Снейп!— А теперь давайте, я наведу тут порядок. Почему-то мне кажется, что вы тут задержитесь надолго, а потомку древнего рода Принцев нельзя жить в этой убогой конуре.

— А как ты узнал, что я наполовину Принц? — спросил заинтригованный словами маленького создания Северус. — Да что тут можно сделать? Трансфигурировать только, — равнодушно огляделся Снейп. — Дамблдор, я так понимаю, специально меня наказал, дескать, раз ты не в Азкабане, то посиди тут и пойми, каково тем, кому не повезло так, как тебе. Это, видимо, урок мне, подлому слизеринцу, за то, что пошел против Света.

— Мы знаем все старинные чистокровные рода в Британии. Ведь все домовики регулярно собираются и общаются между собой, — лопотал Грейди, комкая в руках полотенце. — А насчет обстановки... Нужно было просто поручить кому-нибудь, чтобы подготовили комнаты. Мы, эльфы Хогвартса, обладаем большими полномочиями, чем действующие директора, потому что клялись в верности замку своей кровью. Крови Альбуса Дамблдора Хогвартс не принял, а это о многом говорит, — презрительно сказал Грейди.

Северус удивленно посмотрел на маленькое создание. В этот момент домовик показался ему очень внушительным и грозным. А ведь никто не воспринимал их как личности, всем казалось само собой разумеющимся, что маленькие трудяги не показываются на глаза студентам, работая только по ночам.

— Зови меня просто Северусом, безо всяких хозяев и мистеров, — строго сказал Снейп. — А почему замок не принял клятвы на крови директора?

Грейди расцвел улыбкой во все свои восемнадцать эльфячьих зуба и закивал головой.

— Потому что он совершил когда-то давно ужасное преступление. Замок это чувствует и знает, что доверять ему нельзя. А теперь идите, примите теплую ванну, а я тут все устрою, как положено.

Северус, подавив внезапно проснувшееся любопытство о жутком преступлении Дамблдора, поднялся, чувствуя, что он и правда весь липкий и грязный — двухсуточная нервная гонка отключила все чувства, и сейчас ему нестерпимо хотелось вымыться, выпить чего-нибудь покрепче, чтобы заглушить тоску и, наконец, поесть. Не рассчитывая на сносную ванную комнату, он открыл крепкую дубовую резную дверь и едва сдержал удивленный возглас.

Ванная оказалась уменьшенной копией ванной старост, в которой он бывал несколько раз с Люциусом Малфоем. Тот, как с распределения взял над ним шефство, так и продолжил его опекать вплоть до самого своего выпуска, впрочем, после окончания Хогвартса он передал шефство над мальчишкой Принцев своей невесте Нарциссе Блэк. Снейп сначала взбрыкнул против опеки девчонки, которая была лишь на пару лет старше него, тем более родне ненавистного Блэка, но потом они подружились.

Он оглянулся на домовика, но тот уже вихрем носился по комнате, размахивая руками и щелкая пальцами, обустраивая все на свой лад. Северус пожал плечами и шагнул в ванную. Единственным отличием от ванной старост было отсутствие русалки на витраже — ее место занимал юный красавец Тритон с раковиной-рогом.

Ванна была уже наполнена, и он с наслаждением погрузился в горячую ароматную воду. Лимонная эссенция и чуть-чуть лаванды — Грейди точно угадал с его любимыми запахами. Как хорошо, что он не будет в этом мрачном неприветливом замке один. Хотя... тут нет и Мародеров, а без них, на новогодних каникулах, когда он оставался в школе, не желая ехать домой выслушивать бесконечные скандалы родителей, было не так уж и плохо. Он все дни напролет просиживал в школьной библиотеке, где они с мадам Пинс пили горячее сладкое какао с сэндвичами и пирожными. Пожилая одинокая библиотекарша разглядела в мальчике родственную душу, и, сама не обладая выдающейся внешностью, прекрасно понимала его. Имея такой блат, Северус прошерстил всю Запретную секцию, откуда почерпнул много полезного... и светлого, и Темного.

Но когда он учился, у него, кроме мадам Пинс и профессора гербологии Стебль был еще и профессор Кеттлберн. Сейчас его нет. Северус не видел пожилого ученого уже три года. Нужно срочно разузнать, куда тот делся и как-нибудь навестить его. Если, конечно, Дамблдор позволит ему писать письма и вообще отлучаться из замка. Как только что понял Северус, его тут станут держать исключительно как будущего шпиона, на случай, если вернется Повелитель. А он вернется... Потому что Метка не сошла окончательно, и потому, что не стал бы Дамблдор помогать ему, не будь такая вероятность совсем мала. Этот человек ничего не делал просто так — он мог одинаково больно ранить, как словами, так и поступками. В это Снейп убедился, пока учился в школе, да и после...

Через час, немного собравшийся с силами, Северус вышел из ванной комнаты прямиком в уютную теплую светлую гостиную и опять удивленно замер.

Сырая маленькая комнатка преобразилась. Теперь апартаменты молодого зельевара состояли из небольшой спаленки с просторной кроватью, застеленной свежим хрустящим бельем, тяжелый бархатный темно-зеленый полог с кистями был аккуратно задернут, перед кроватью пушистый серый ковер, на тумбочке лежит стопка книг и горит толстая восковая свеча. Также тут располагался вместительный платяной шкаф, открыв который Северус улыбнулся. У него было всего две мантии, которые чувствовали себя сиротливо в столь просторном гардеробе. И в спальне и в гостиной горели камины, прогревая холодный воздух подземелий.

Гостиная оказалась не менее уютна и удобна. Мягкий широкий коричневый диван с несколькими подушками, два удобных кресла с высокой спинкой и широкими подлокотниками, одно пододвинуто к горящему камину, рядом скамеечка для ног. Вдоль стен стоят три массивных шкафа, два книжных, один в виде горки, только заполнен не праздничными сервизами и кубками, а множеством различной формы флаконов для зелий. Рядом бар со спиртными напитками. Маленький домовик Грейди все предусмотрел, но как он это сделал...

Снейп только развел руками.

— Грейди, откуда все это великолепие? Ты что, трансфигурировал обстановку из того старого барахла, которое стояло тут?

— О, нет. Эльфы не применяют трансфигурацию в обстановке и расширении пространства — это очень нестабильное преобразование. Я просто-напросто попросил замок добавить лишнюю комнату, а мебель переместил из заброшенных и закрытых покоев в замке. Тут ведь даже не все этажи изучены, а многие комнаты не открыть просто так. Я же говорил, что директор не знает и десятой доли секретов Хогвартса. Тот сам решает, кому их открывать. А так как мы находимся в магическом симбиозе со зданиями, в которых обитаем, то они дают нам почти полный доступ во все потайные уголки и чуланы.

— А это, случайно, не вещички Слагхорна? — с опаской спросил Северус эльфа. — Не хотелось бы мне спать на матрасе этого старого толстого моржа.

— Ну что вы, Северус, я бы никогда не сделал бы этого. Профессор Слагхорн мне не по душе, — скривился Грейди. — Это из покоев профессора Кеттлберна, — он подмигнул Снейпу.

— Ты вовремя про него сказал. Я хотел спросить, не знаешь ли ты, преподает он сейчас? Скажи, у него все было в порядке, после того, как я закончил Хогвартс? — c тревогой спросил Северус.

— Профессор уехал через месяц после вашего выпуска, — печально сказал Грейди, усаживаясь в кресло напротив Северуса. Поначалу он все норовил подобострастно приседать перед Снейпом, сложив ручки на груди, но тот нахмурился и запретил эти нелепые ужимки. Грейди оказался еще совсем молод и не так консервативен, к тому же обладал живым умом и быстро принял его правила. — Мне кажется, он был не совсем здоров, тем не менее, сказал, что отправляется в какое-то путешествие. И вроде бы, он вам предлагал стать его учеником, но вы отказались. Я слышал, как шушукались домовики на кухне. Почему?

— Потому что был дураком, — вздохнул Снейп. — Захотел доказать Лили Эванс, помнишь такую, рыженькую и зеленоглазую, училась на Гриффиндоре, что я на что-то гожусь, хотел богатства и славы сразу и побольше, чтобы она увидела, что я не хуже Поттера. Только все равно было поздно — они ведь поженились сразу после школы, а я как раз тогда только пошел в ученики в Амброзиусу Лавкрафту, выдающемуся мастеру зельеварения. Да только вряд ли бы он взял меня, не рекомендуй ему Темный Лорд своего протеже. Ведь он не берет учеников уже пятьдесят лет. Так что мне повезло. Теперь я Мастер зелий высшего класса. Могу сварить все, что угодно. Славу, почет, смерть закупорить во флаконе... Вот только не могу возвращать к жизни. То есть, могу, но сомневаюсь, что она захочет вернуться одна, без мужа, да и умертвиям в нашем мире не место.

— Мисс Эванс не любила вас, у нее был выбор — друг или авторитет, и она выбрала свой факультет — робко промолвил Грейди. — Мы, домовики, много чего слышим по ночам в спальнях, пока ученики не заснут... Вам надо было дружить с той девочкой с Рейвенкло, Диной Резник. Она была неравнодушна к вам... ой! — и домовик испуганно схватился за уши.

— Правда? А я ведь ее помню... у нее еще была длинная роскошная коса, почти до колен. Ни у кого такой больше не было, — слабо улыбнулся Северус. — И что она нашла во мне тогдашнем... Только вряд ли что-то бы вышло. Ведь для меня существовала только Лили. Ну да ладно, мы потом поговорим о моих воздыхательницах! А сейчас, друг мой, давай что-нибудь поедим. Я только сейчас понял, как голоден. Последний раз ел три дня назад.

Грейди просиял и вскочил. Он, как все домовики, обожал кормить хозяев.Вот и сейчас, по щелчку пальцев на столике появился огромный серебряный поднос с горячим супом, сочными бифштексами, жареным картофелем, зеленым горошком, свежими булочками с маслом, блюдца с сыром, ветчиной и копченой семгой, пирог с тыквой, чернично-малиновые маффины и чайник с горячим чаем. Северус плотно поужинал, и ему стало гораздо легче.

Поздно ночью, лежа в чистой постели, под теплым верблюжьим одеялом, он долго размышлял о том, что его ждет в будущем. Видимо, ничего особо позитивного. Просто директору нужен хороший зельевар, потенциальный шпион на случай, если Темный Лорд вернется, да и просто человек, отягощенный виной за содеянное, для особых деликатных поручений. Хотя... ведь в случившемся и директорской вины было немало. Северус, придя в себя и поразмыслив, решил, что не он один виноват в смерти Лили. Ситуация вообще складывалась весьма неоднозначная.

Он знал, что пророчества не всегда сбываются — много читал о них. Но, конечно, директор, несмотря на свое могущество так и не поставивший Повелителя на место, не мог бы упустить такой шанс. Потому что Темный Лорд испарился, а ребенок остался жив. Это значило, что младший Поттер имеет немаленькие возможности уничтожить Лорда навсегда. А он вынужден будет оберегать этого малолетнего Мессию, чтобы не угробил себя раньше назначенного времени.

Поэтому ближайшие десять лет, до поступления мальчишки в Хогвартс, ему волей-неволей придется жить здесь. Вот только интересно, ему и правда пришлось бы жить все эти годы в сырой темной каморке и питаться сухим хлебом с водой? Или пришлось бы регулярно заниматься Трансфигурацией, если бы не попался такой доброжелательный домовик?

Северус скептически хмыкнул, подивившись про себя воспитательным методам Дамблдора, подумал, что надо бы попросить Грейди повесить Завесу иллюзии перед камином, на случай, если Альбус вздумает контролировать его, и наконец-то уснул, как будто в глубокую яму провалился, так он вымотался за эти дни.

Грейди неслышно подошел к кровати, вглядываясь в измученное худое лицо, и провел маленькой рукой сверху, накладывая чары Крепкого сна. Он знал Снейпа еще когда тот учился в школе — часто убирался в Больничном крыле и жалел тощего носатого паренька, который регулярно оказывался в койке, напичканный микстурами и зельями.

Затем заблокировал камин от нежелательных посетителей, и, забрав поднос с посудой, неслышно растаял в воздухе.