Все болело.
Кожа, кости, мозг.
Болела каждая клеточка моего тела.
Сильные руки держали меня за ноги и за плечи, прижимая к твердой, теплой стене. К стене, которая трепетала и пульсировала, как бьющееся сердце.
Я всхлипнула, и стена замерла.
— Ваше высочество…
— С дороги!
— Вокруг склада осталась несработавшая взрывчатка. Как нам?..
— Разыщите вице-генерала. Дальше с ситуацией разберется она.
— Но ваше вы…
— С дороги, мать твою!
Потом я начала двигаться и подпрыгивать, каждый резкий толчок сотрясал содержимое моего черепа.
Я попыталась открыть глаза, но ничего не получилось. Все очень-очень сильно болело.
— Я с тобой, — куда тише проговорил кто-то. — Ты выживешь, обещаю.
По какой-то причине я в это поверила. Голос казался знакомым, но хранился будто бы не в памяти, я словно помнила его не сознанием, а чем-то более глубоким и сокровенным. Его непоколебимая решимость успокаивала мое слабое сердце, но звучало в нем что-то… потрясенное.
Потерянное.
По телу пробежала дрожь, когда ледяной ветерок коснулся моей кожи в самых неожиданных местах — ужалил ребра, бока, бедра. Я попробовала заговорить, но с губ сорвался лишь слабый прерывистый звук.
Руки сжали меня еще крепче — нежно и при этом отчаянно.
Мне стало спокойно. Очень-очень спокойно. Хотелось заснуть на этих руках и чтобы меня никогда-никогда не отпускали.
Спать…
— Дием, останься со мной! Пожалуйста… останься здесь со мной. Нет, пожалуйста, не ухо…
Темнота.
***
— Кто она?
— Это неважно. Мне нужно, чтобы ты ей помогла.
— Помогла ей? Да ты посмотри на нее. Ей не я нужна, а целитель.
— Просто сделай, что сможешь.
— Как я должна?..
— Помоги ей, Элинор, пожалуйста.
— Ладно, ладно. Расскажи, что случилось.
— Хранители напали на оружейный склад Дома Бенеттов. Она вошла внутрь, чтобы вытащить двух стражей из огня. Крыша обвалилась прежде, чем она успела выбраться.
— Блаженный Клан… Почему, ради девяти королевств, спасательную операцию проводила эта девушка?!
Низкий рык.
— Потому что я долбаный идиот.
Тишина.
— Ладно. Тогда я, м-м-м, раздобуду ей платье.
— Брюки. Она обычно носит брюки.
— Брюки? У меня брюк нет… Не беда, найду что-нибудь. Ты побудешь с ней, пока я не вернусь?
— Сама Люмнос не оторвет меня от нее.
Снова тишина.
— Кузен, кто тебе эта девушка?
Пауза, потом долгий, тяжелый вздох.
— Элинор, я… я думаю, она…
Темнота.
***
Удобно.
Мне в жизни не было так удобно.
Все мое тело было окутано теплом — не как раньше, на оружейном складе, когда меня, казалось, медленно обжаривают на вертеле. Это тепло было приятным, в таком я с удовольствием задержалась бы и никогда не захотела бы из него выбираться.
И мягко.
Меня окружала мягкость. Целое гнездо мягкости, подоткнутой под меня со всех сторон.
Пахло божественно. Мужчиной, свежестью, землистым мхом и влажным лесом. Старой дубленой кожей и перечным мускусом.
Пахло моим любимым лесом. Пахло домом.
Кто-то держал меня за руку, так что наши пальцы переплелись. Покалывающая нить энергии ползла по моей руке из места, где меня касалась чужая кожа. Кто-то говорил со мной.
На слух казалось, что мне говорят добрые вещи.
Слов я разобрать не могла: в голове по-прежнему была каша, а тот клятый голос внутри меня не переставал бубнить.
Но мне было… приятно.
Спокойно.
Хорошо.
И снова темно.