Кальдебарас. Вехойтис, Загрис, Форманис

Часть 10

Братья-мантос хотели было догнать кого-нибудь из высших чинов, чтобы разузнать, не противоречит ли Хахору то, что они собираются продолжить поиски Славы королей, но как только их разумы задумались над этим, тут же воля Хахора дала ответ на этот вопрос. Нет, она не заговорила с ними, но к Валиону и Дэмперу пришло осознание того, что это не мешает тёмной миссии и даже наоборот, если они отыщут магические артефакты, это будет хорошим вкладом в могущество всех хахормес, ведь тёмному даргу угодно скапливать различные знания, чтобы его народ становился сильнее. Так, слуги Хахора завоёвывают новые миры и возводят свои тёмные оплоты не только ради расширения границ, но и для того, чтобы отыскивать то, что ещё не изучено, то, чем ещё не обладают тёмные завоеватели. А потому эти двое решили закончить поиски, которые они начали по инициативе нечестивого сурана. Но, помимо того, что они раздобудут магические предметы, по дороге они войдут во многие другие города, чтобы нести тёмную весть о конце света и последующей за этим вечную власть тьмы. И, конечно же, этот поход поможет исполнить их давнюю человеческую мечту – побыть пилигримами. Это будет последнее дело, которое осталось от их прошлой жизни, после которого они будут целиком и полностью сосредоточены как раз на исполнении более важного дела – воли тёмного господина, который даровал им такое бесконечное величие. До Коулрухи было ещё далеко, однако и тёмная миссия пока что ещё не завершалась. Так что у них было предостаточно времени и для того, чтобы добраться туда, и для того, чтобы разгадать все загадки. А те чудовища, которые охраняли сокровища, их вовсе не волновали. Став мантос, Валион и Дэмпер полагали, что теперь их вообще никто не сможет одолеть. Рассудительный брат смотрит на карту и строит не самый короткий маршрут, однако так они смогут обойти как можно больше городов, чтобы усерднее исполнять повеление тёмного господина. Валион, сосредоточившись в этот миг на возросшей силе, отвечал, что полностью поддерживает своего брата, а потому они тут же пустились в путь, чтобы как можно скорее приступить к своему приключению.

Теперь, когда с ними нет многочисленного обоза, который двигался очень медленно, а также капризного юноши, который то и дело норовил отдохнуть или перекусить, их продвижение заметно ускорилось. Тем более возросшая мощь милости Хахора позволяла им двигаться с большой скоростью. Они перешли на бег и могли пребывать в таком состоянии хоть всю вечность. Ни усталости, ни боли, ни одышки. Таким образом они преодолевали расстояния между городами самое большее за один день. Если город был населён людьми, Валион и Дэмпер переходили на шаг и перемещались по улицам на такой манер. Валион с ходу начинал во всеуслышание провозглашать о начале конца света и приближении власти вечной тьмы. Его слова, само собой, привлекали внимание всех, кто их окружал, а потому люди прислушивались к мрачной вести. Большинство, поняв, о чём идёт речь, само собой, махали рукой в знак того, что они пренебрегают этим известием. Но были и такие, кто решили подробнее разузнать об этом самом конце. В таком случае в разговор вступал уже Дэмпер. Воля Хахора использовала его рассудительность и помогала людям понять, что здесь вскоре произойдёт. Кого-то эти слова не убедили, но были и такие, кто поверили рассказам двоих пришельцев. Они стали расспрашивать, что им нужно делать во избежание гибели. Дэмпер побуждал их отринуть свой прежний образ жизни, а после прославлять Хахора и дальше нести другим волю их божества, рассказывая о конце света и приближении тьмы другим людям. Такие присоединялись к двоим братьям в их проповеднической деятельности и учились нести тёмную весть. Когда они становились готовыми к этому, происходило невероятное – из ниоткуда являлась тёмная сущность Хахора и поражала такого человека, так что он падал наземь, как будто бы собирался умирать, но со временем боль и слабость проходила, а на их место вставали новые силы и новая сущность. Он превращался в орху. Таким образом рядом с Валионом и Дэмпером начало ходить всё больше и больше народу несмотря на то, что те, кто становились орхас, отсоединялись от них и шли в другом направлении, чтобы распространять тёмную весть в других частях города. Но к ним присоединялись не только те, кто искренне верил в Хахора и желал приобщиться к тёмному народу, чтобы нести волю владыки другим. Некоторые, видя, что двое пришельцев бесплатно раздают могущество, думают, что смогут также получить эту силу. Так как их не интересовало исполнение воли дарга тьмы, то они желаемого не получали, потому что хахормес становятся только те и силу от чёрного дракона получают только те, кто готов использовать новую сущность и новую силу для служения господину, а не для исполнения собственных прихотей. Так что многие из тех, кто уже давно путешествуют с братьями и не обретают новую сущность, начинали ропот. А когда двое мантос объясняли им, почему это происходит, те со скандалом уходили от них. Изредка попадались и такие, кто начинали богохульствовать. Таких Валион не мог терпеть и предавал смерти.

В общем, в городах братья-пилигримы задерживались на пару-тройку дней, а после уходили оттуда, чтобы продолжать путешествие к Коулрухе. Но, когда им попадались города, разорённые другими хахормес, теми, кто с самого начала вторжения занимались проповедью, они надолго в таких местах не задерживались, потому что здесь не было живых, а, значит, и тёмную миссию они не могут исполнить. Правда, однажды они застали Вэйру за делом воскрешения. Валион и Дэмпер всегда покидали бывший человеческий оплот с той стороны, где перед вратами располагалось поле распятий, чтобы напитаться праведностью тёмной, ведь все, кто тут были пригвождены, воспротивились воле тёмного владыки, из-за чего проповедники их убили. Это помогало братьям увидеть, насколько жуткая участь ожидает тех, кто из-за своей слепоты не смогли разглядеть истинного бога среди тех, кто были посланы этим богом. И вот, они видят, как среди этих многочисленных распятий стоит та самая девушка, которую воскресил слепой пианист. А потому остановились и стали глядеть за тем, что она станет делать. Вэйра, приблизившись к одному распятому мужчине, после чего в её руке загорелось зелёное пламя, которое она поднесла к умершему. Пламя погасло в руке, но зажглось в глазах мертвеца. Братья видели, как он собственными руками при поддержке силы смерти снял самого себя с чёрных шипов, а после они оба глянули на мантос. Возвысив голос, Валион спросил:

- Что ты делаешь, нежить?

Вэйра отвечала, так как этот вопрос был направлен ей:

- То, что не оценил Хахор, оценим мы. Разорад и хахормес ищут в других разные признаки.

- Вы же знаете, что скоро здесь образуется вечная тьма Хахора, и весь этот мир будет принадлежать ему?

- Знаем. И не станем мешать.

Манту подумал, что сможет завербовать этих двоих в свои ряды, однако они исчезли, как только он начал свою проповедь.

Так, город за городом, селение за селением Валион и Дэмпер приближались к заветной цели. Изредка им встречались другие мантос, которых они пытались привлечь к себе, чтобы те стали их попутчиками в том приключении, которое они собирались свершить. Но никто не пожелал с ними разделить это стремление, по большей степени потому что во время своей человеческой бытности им не были интересны россказни странствующих героев об их приключениях. Так что двое братьев продолжали следовать своей давней мечте только лишь вдвоём. Однако они ощущали, что продолжают угождать Хахору. В этом их убеждала частица сущности тёмного дарга. Более того, они видели, как господин обращал тех, кого заинтересовала проповедь Дэмпера, а после – разъяснения Валиона, в орхас. И это было неоспоримым доказательством того, что тёмный господин благоволил им обоим.

И вот, спустя множество дней и ночей они достигают Коулрухи. Молодой суран, который хотел обладать Славой королей, представлял себе это место как большой котлован, в котором будут находиться строения гномов. Однако здесь было всё совершенно иначе. Коулруха – это гориста местность, изредка разбавленная лесами. А из особенных мест можно выделить лишь каньон, который уходит далеко вглубь гор, а потом резко поворачивает назад. Здесь нет никаких признаков цивилизации, как прошлых, так и нынешних. Ни людских городов, ни развалин гномьих крепостей – только лишь природа. Это немного сбило с толку двоих хахормес. Ведь действительность отличалась от ожиданий, так что первая мысль, которая родилась в их головах, то, что они ошиблись. Точнее, ошиблись те, кто предполагали, что где-то здесь покоится Слава королей. Дэмпер ещё раз взглянул на карту, проследил маршрут, сопоставил ориентиры и пришёл к выводу, что они прибыли именно туда, куда нужно. И всё-таки, глядя на округу, Валион и Дэмпер наполнялись неуверенностью. Однако они тут же заверили самих себя в одном – о том, что здесь должен располагаться гномий город, говорил лишь непутёвый суран, который был уверен, будто бы он собрал всё, что известно о Коулрухе, а потому обязательно найдёт свою славу. Но разве не мог этот недотёпа оказаться лишь самоуверенным выскочкой? Вполне. Хорошо, что карту рисовал не он. Ведь это могло означать, что на неё можно положиться. И это могло гарантировать двоим приключенцам, что они прибыли именно в нужное место. А потому, немного помедлив, они ринулись осмотреть всю эту округу.

Глянув на карту, Дэмпер решил, что сначала они осмотрят место, отмеченное предками сурана. Если верить их исследованиям, в том месте будет располагаться жезл королей, который находится под охраной лераска. Это место было на востоке от каньона, и точкой указана вершина горы. Мантос без каких-либо обсуждений перешли на бег, чтобы как можно скорее оказаться там и обнаружить хранителя, сразиться с ним, после чего заполучить вожделенный артефакт.

Из-за незнания братья предполагали, что перемещаться по горам не так-то и сложно, чуть сложнее чем передвигаться по ровной дороге. Но теперь они этого никогда не узнают, не узнают, что обычному человеку для подъёма на вершину необходимо специальное снаряжение, а также умение пользоваться этим снаряжением. Ведь, прибегая к помощи даров Хахора, пользуясь его милостью, они могли преодолевать любые поверхности. И карабканье по горам давалось им очень и очень легко. Когда было возможно, они продолжали бег по уклону. Когда уклон был слишком крутым, они цеплялись руками и ногами. И, если посмотреть на них со стороны, то может показаться, что скалолазание – это вообще простое дело. Они цеплялись за невозможные уступы, упирались в невероятные поверхности, легко подтягивали свои тела и смотрели вниз, не испытывая никакого страха. Взобравшись на одну из вершин, они глянули с неё и, не проронив ни слова, направились дальше, как будто бы не совершали сейчас ничего необычного. Как будто бы просто прошли небольшое расстояние, а теперь оглянулись назад. Таковы дары чёрного дракона.

Взобравшись на нужную вершину, они стали оглядываться и осматриваться, но ничего не обнаруживали. Валион спросил своего брата, не ошибся ли тот. Дэмпер вновь развернул карту и посчитал вершины гор, которые нужно было пройти, чтобы добраться до отмеченной точки. После этого он пересчитал вершины, которые они с братом преодолели, стремясь сюда, а затем сказал, что всё сходится. Тогда мятежный манту принялся проклинать сурана, который дал им фальшивую карту. И пока первый разорялся, второй стал думать. И верная мысль пришла к нему в голову сразу же. Он поспешил поделиться ею со своим братом:

- А что, если артефакт хранится под горой? Гномы, насколько мне известно, названы подгорным народом.

Валион отметил:

- Копать будет долго.

- А зачем копать? Если предки сурана отметили эту гору, значит, они видели проход. Значит, нам нужно обыскать место, на котором мы стоим, в попытке обнаружить какую-нибудь пещеру.

Брат с ним согласился, и они разделились, чтобы осмотреть эту гору.

Пещеру пришлось искать долго, потому что она была не совсем очевидна. Однако упорство, внимание и пытливость помогли двоим ученикам Хахора заподозрить в зарослях укадо́ла неприметный проход. Приблизившись к тому месту, они поняли, что за этими зарослями находится чёрный зёв подземелья. Ни мгновения не раздумывая, они направились туда.

Чего лишены были мантос, так это способности видеть в кромешной тьме. Ведь, углубившись в эту пещеру, он оказались именно в полной темноте. Дэмпер, конечно же, начал проклинать эту Славу королей, когда как Валион снова принялся размышлять. И в своих мыслях он обратился к воле Хахора, и та ему ответила, направив всё тело манту в необходимую сторону. Он поделился этим со своим братом, и тот с небольшим трудом, но всё-таки понял, как заручиться поддержкой своего владыки. Они шли и прославляли Хахора за то, что буквально ведёт их за руку к цели. Они так бы и продолжили говорить друг с другом об этом, если им не показалось, будто бы впереди пробивался свет. Они двинулись к нему и вскоре обнаружили факел, висящий на стене. Длинная пещера заканчивалась, но начиналась, как подумали хахормес, гномья архитектура. Множество факелов, висевших на стенах, освещали округу, так что двое путешественников видели не грубую поверхность пещеры, а коридор какого-то строения. Стены были ровными и явно составными, потому что на границе света факелов можно было различить стыки. Потолок был высоким, так что свет не достигал его, и над головами служителей дарга тьмы ничего не видно. Так как пещера поделилась на две части, братья сначала замешались, а потом выбрали правую развилку и двинулись по ней. Однако быстро поняли, что это помещение – ничто иное, как самый настоящий лабиринт. Великое множество поворотов, тупиков и развилок. Валион заметил:

- То, что место нахождения жезла королей было отмечено кем-то на этой карте, вовсе не означает, что его теперь легче всего обнаружить. Ведь нам ещё предстоит не затеряться в этом лабиринте.

- Ты прав, - отвечал ему брат, - Я думал, что это очень странно. Если место положения одного из артефактов разгадано, то почему он ещё не находится в чьих-то руках. Я подозревал, что в этом есть какой-то подвох, однако ж думал, что он заключается в хранителе, который не отдавал этот артефакт. Но теперь всё встало на свои места, - чуть поразмыслив, он продолжил, - На нашей стороне Хахор. Поэтому будем прибегать к помощи воли нашего господина, чтобы не заплутать в этом сплетении коридоров.

И, заручившись поддержкой частицы своего владыки, они продолжили путешествие.

Довольно часто они встречали скелеты людей, которые вошли в этот лабиринт, но вот выйти не сумели. Наблюдения Дэмпера показали, что они умерли тут не от голода, потому что их доспехи, а также некоторые части округи несли в себе следы сражений. На полу и стенах остались углубления, которые не способны были сделать мечи. Слишком они широки для обычного лезвия. А также признаки воздействия кислотой – оплавленные поверхности, предметы и даже скелеты. Валиону уже не терпелось повстречаться с этим лераском. Дэмпер посоветовал ему быть осторожнее со своими желаниями, потому что наблюдения показывали не очень утешительные результаты: зверь очень огромен. Однако это ни капли не напугало его воинственного помощника.

Чем глубже они проникали в лабиринт, тем реже встречались скелеты, так что вскоре братьям так вовсе они перестали попадаться на глаза, и те могли гордиться собой – из всех искателей артефактов они пробрались дальше. Было также ещё кое-что. На это Дэмпер как-то не сильно обращал внимания – щёлканье, которое до них доносило эхо. Оно было настолько незначительным, а манту настолько сосредоточен на поиске, что не врезалось в память. И только когда щелчки начали раздавать достаточно близко, буквально в соседнем помещении, он насторожился, но пока не стал делать никаких выводов. А иногда их безмолвие разрывалось ещё одним звуком – как будто бы порыв сильно ветра проносился над головой. Но сама стихия не ощущалась. Рассудительный хахорму подозревал, что это вовсе не ветер, но какая-то большая птица, на подобии костеглода или ше́берня. Но, чем больше он слышал над собой эту птицу, тем сильнее казалось ему, будто бы летун гораздо-гораздо больше.

Тем временем прошло очень много времени. Воля Хахора, что направляла мантос, помогала понимать, куда надо идти, чтобы не петлять по уже хоженым путям. Однако подсказать, где находится артефакт, она не могла. Валиона это начало раздражать. Его вздорный характер никогда не мог терпеть топтания на одном месте. А то, что они сейчас делают, именно это и напоминает. Его бурный нрав подталкивал всегда быть в действии. Он долго терпел это, и Дэмпер его предупреждал, что лучше не делать необдуманных действий. Однако терпение закончилось, и мятежный хахормес решил сделать хоть что-нибудь, лишь бы упростить себе задачу. Отталкиваясь от стен своими ногами, он взбирается наверх и теряется во тьме потолка. Его брат лишь ограничился очередным предупреждением, но мешать ему, как всегда, не стал. Когда звуки карабканья прекратились, он спросил, что же это ему дало. И отчётливый голос брата послышался из-под потолочной тьмы:

- Много чего. Взбирайся. Отсюда виден весь лабиринт. Сейчас мы этот артефакт мигом отыщем.

Дэмпер последовал совету и, карабкаясь своими металлическими руками по стенам, оказался наверху. И в самом деле, у лабиринта не было потолка. И сейчас они стояли на одно из стен, откуда видно всё, каждый поворот, каждый виток, каждый коридор, ведущий в тупик. Да, конструкция казалась бесконечной, так что любой, кто посмеет войти сюда, обречён на вечное скитание среди этих бесконечных путей. А тем более простые люди, у которых нет вечности и которые лишены воли Хахора, которая подсказывает, в какой месте они уже были, чтобы не ходить кругами. Дэмпер заметил:

- Лабиринт возводился для того, чтобы никто уж точно не отыскал артефакт. Наверное, это очень могущественная вещица несмотря на то, что она хранится в лабиринте и оберегается исполинским лераском.

- С чего ты взял, что он исполинский? - поинтересовался Валион, и его брат рассказал о своих наблюдениях и размышлениях, что нисколько не убавило желания Дэмпера наконец-то уже сразиться с этим хранителем.

Да, находясь над лабиринтом, хахормес гораздо упростили себе задачу, однако это не означало, что она тут же разрешилась. Потому что теперь нужно определить, куда был помещён сам артефакт. Они подумали, что места, которые больше других освещены факелами, это и есть наиболее вероятные помещения для содержания искомого предмета. И они, перебираясь по верхним граням стен лабиринта, достигали этих мест и убеждались, что это не так. Однако не стали менять методику, вознамерившись проверить все наиболее светлые места, а уж потом размышлять, куда они ещё могут направиться. Тьма продолжала сковывать их взоры, поэтому верхушки стен, по которым они прыгали, всё равно видеть не могли. Но перемещались по ним достаточно успешно, ориентируясь по освещённому пространству под ногами. А воля Хахора им в этом помогала. И вот, перепрыгивая от одного места до другого, они вдруг услышали очередной порыв ветра над головами. Только теперь он не просто проносился мимо, а явно приближался. Братья даже успели заметить стремительно надвигающуюся на них чёрную крылатую тень, которая сбила их с ног, из-за чего они повалились на пол лабиринта. Но на этом всё не закончилось. Крылатая тень явно нависала над ними, щёлкая, наверное, своими зубами. Братья тут же вскочили на ноги, готовясь к битве с хранителем артефакта.

Чудовище продолжало находиться во тьме, а потому о его внешности можно было только лишь догадываться. Братья знали, что у него были крылья. Но в тот же миг они убедились в наличии клешней, ведь оно пыталось ими схватить двоих охотников за артефактами. Так что хахормес поняли: это был какой-то крылатый лераск. Очень большой крылатый лераск. Валиону и Дэмперу было очень тяжело противостоять тому, кого они видеть не могли. Существо сидело на верхних гранях стен и, склонившись над двоими путешественниками, пыталось хватать их. Мантос уворачивались от этих попыток. Но не могли ничего поделать. Такое положение быстро надоело мятежному хахоропоклоннику. Точнее же, оно сильно разозлило его, потому что он не мог терпеть того, когда враг имеет над ним преимущество. А потому по время очередной попытки лераска схватить одного из них своими клешнями Валион изловчился и запрыгнул на покрытую толстым, подобно латной броне, хитином конечность и, пользуясь своими ногами, облачёнными в милость Хахора, старался нанести хоть какой-то урон. Однако всё было тщетно. Наружный скелет огромного насекомого сам по себе был прочен, так ещё и не имел зазоров. На месте сочленений невозможно было нанести удар по жилам. Пока разъярённый хахорму искал способы навредить противнику, существо поднесло конечность к себе, так что Валион стал угадывать очертания туловища хранителя. В восьми его глазах отражалось восемь факелов. Шесть его лап опиралось на две стоящих друг напротив друга стен лабиринта. Перепончатые крылья были сложены на его спине. И, конечно же, самая выдающаяся часть тела любого лераска – это нависающий над его телом дугообразный хвост с крючком-жалом на конце. Существо защёлкало своими хелицерами, то ли показывая своё раздражение, то ли пытаясь что-то сказать, то ли вообще готовясь полакомиться добычей. Манту, поняв, что ничего не сможет сделать с ним, спрыгнул вниз, к своему брату, а после заговорил:

- Бронированная тварюга. Моих сил не хватает, чтобы пробить его. Надеюсь, у тебя есть какие-нибудь идеи?

Дэмпер сказал:

- Основные органы чувств лерасков – это их глаза. Можно попытаться выколоть их.

Увернувшись от очередной попытки чудовища схватить их своей клешнёй, Валион отвечал:

- Легче сказать, чем сделать. У него этих глаз восемь штук. И все расположены в разных местах.

Послышался плевок, и прыть двух братьев спасла их от участи быть сваренным в едкой кислоте этого членистоногого громилы. Сгусток жёлто-зелёного цвета шипел и пенился, растворяя каменный пол. Дэмпер заметил:

- Кажется, он больше не будет пытаться хватать нас.

Увернувшись от очередного плевка, Валион ответил:

- Что ж, пусть будет так. Значит, мы сами идём к нему.

И, отталкиваясь от стен, он добрался до противника и хотел было уже нанести удар по одному из глаз, как тут же был сбит клешнёй этого чудовища и улетел куда-то в другое помещение лабиринта. Дэмпер не мог понять, что происходит там, за пределами света факелов, а потому подумал, что лераск занят боем со Валионом, и принялся карабкаться по стене, чтобы присоединиться к нему в попытке выколоть глаза хранителю. Но тут булькнула кислота, и хахорму почувствовал жуткое жжение на правом предплечье. Рука тут же разжалась, и манту спрыгнул на пол. Пытаясь сохранять спокойствие, он глядел на то, как жижа болотного цвета растворяла его металлическую руку. Боль была несильной, да и казалось, что кислота не сможет справиться с милостью Хахора. Что было дальше, ученик дарга не видел, потому что неожиданно из потолочной тьмы явилась клешня, которая схватила рассудительного хахоропоклонника. Дэмпер заметил её приближение, однако движение конечности было настолько стремительным, что его реакции не хватило для уворота. И он попался. Тиски сжали очень плотно. И если бы его не защищала милость господина, то хватка лераска точно распопаламила бы его. А так он оставался в его клешне, но все попытки как-то вырваться из неё были тщетными. Как и говорил Валион, его хитин очень прочный, так что даже металлические руки не могли причинить хоть какого-нибудь ощутимого ущерба. Тем более Дэмпер ощущал, как его права рука начала слабеть. По всей видимости, кислота справилась с милостью Хахора и добралась до его мышц. Мрачный и бесчувственный хахорму в этот миг преисполнился ужаса, такого же едкого, как и яд противника. Так как лераск поднёс его к себе, то свет перестал попадать на раненную часть руки, и Дэмпер не мог видеть того, что с ней происходит. По ощущениям трудно было сказать, заканчивается ли действие кислоты, потому что всё предплечье жутко болело. И то, как стремительно приближались восемь сфер, в которых отражалось пламя факелов, показывало, что чудовище тщится полакомиться хахорму. Хелицеры снова защёлкали, и манту бросил попытки разжать клешни, готовясь бороться с клыками. Боли в правой руке не становилось меньше, однако в то же самое время она ещё была способна шевелиться и даже вроде как перестала слабеть. Дэмпер приготовился сопротивляться попытке быть съеденным, но враг остановился. Даже перестали клацать его зубы. На какое-то время воцарилось полнейшая тишина. А после чудовище заговорило. Оно изъяснялось на древнем наречии, которого хахорму никогда не слышал, однако приверженность тёмному даргу позволяло понимать то, что излагало чудовище. И манту удивился, что лераск оказался разумным, когда как эти существа, а также скорпионы – их мелкие подобия – не имеют сознания.

- Ты силён, - низкий утробный щёлкающий голос исходил не изо рта, а откуда-то из-под пластин его лба, - В тебе тьма. Но ты не победил меня. А, значит, не достоин награды.

Хахорму спросил его:

- Тогда почему ты не уничтожишь меня, как сделал это со многими людьми, которые вторглись в твои владения?

Скорпион долго молчал, однако ответа так и не дал:

- Лишь тому предназначается награда, кто силой превзойдёт меня. Многие приходили ко мне и пытались блуждать в лабиринте, но все они прекратили своё существование. Они были слабы. Очень слабы. Очень медлительны. Очень неуклюжи. Очень трусливы. Но вы двое, - он развернулся в ту сторону, куда отшвырнул Валиона, - Не путаетесь, хоть и скитаетесь в поисках. Не боитесь, хоть и проявляете осторожность. Вы ловкие, стремительные и сильные.

Он замолчал, но двинулся в ту сторону, где находился брат Дэмпера. Сам же хахорму был сосредоточен на своей руке, пытаясь понять, насколько сильный урон нанесла ему кислота. Ничего не изменилось: боль и слабость остались. Пока он пытался разглядывать свою конечность, лераск схватил ещё и Валиона. Рассудительный манту понял это, когда услышал, как тот разразился жуткой бранью. А, когда Дэмпер дал понять, что он тоже здесь, то его брат немного успокоился и принялся советоваться, как им выбраться из его хватки. Один говорил, что бороться с ним бессмысленно, когда как другой не собирался мириться с поражением. Пока они спорили, хранитель артефакта принёс их в одно из неприметнейших мест своего лабиринта. Однако именно здесь находился артефакт Славы королей. Клешни разжались, и двое хахормес оказались в небольшом помещении, посреди которого располагался цилиндрический каменный пьедестал, а уже на нём лежал скипетр. Хахормес не успели ничего спросить у хранителя, как он вспорхнул и улетел. Дэмпер рассказал Валиону о разговоре с этим чудовищем, и мятежный манту изумился, что этот исполин оказался разумным существом. Однако остался в недоумении от того, почему же, несмотря на их явное поражение, огромный лераск позволил взять этот артефакт. Братья рассудили, что таково их предназначение, а потому чудовище и помогло им в достижении одной из целей их судьбы. Они согласились с этим и стали приближаться к артефакту, который выглядел неприметно: просто жезл длиной от кончика среднего пальца до локтя, без каких-либо украшений и орнаментов. Валион потянулся к нему, однако Дэмпер остановил его:

- Подожди. Дай лучше я. У меня руки явно прочнее твоих.

Брат уступил, однако от замечания не удержался. Глядя на правое предплечье, он сказал:

- Как видно, не совсем. Он умудрился попасть по тебе?

Беря скипетр левой рукой, рассудительный хахорму отвечал:

- Да, он подловил меня, когда я начал карабкаться к нему, - поняв, что артефакт безвреден, он продолжил, - Что-то я не чувствую никакой силы в нём.

Валион взял этот магический предмет, немного поглядел на него и отвечал:

- А я вот чувствую. Но что-то для могущественного артефакта, который лежит в неприметном уголке лабиринта, да и при том охраняется таким сильным противником, этот жезл слишком слабоват.

Выставив скипетр перед собой, мятежный манту произвёл магический выстрел. Небольшой снаряд синего цвета со скоростью полёта стрелы устремился вперёд, врезался в стену лабиринта и рассеялся в воздухе. Воцарилось молчание, которое разорвал Дэмпер:

- Как по мне, то неплохо. Волшебный снаряд.

- Ошибаешься. Это плохой волшебный снаряд. Как ты мог видеть, попав в стену, он сам получил больше урона, нежели причинил его. Эта не артефакт, а ненужный хлам.

Сказав это, Валион положил скипетр обратно. Дэмпер немного поразмыслил и ответил:

- И в самом деле, огромный запутанный лабиринт с жутким хранителем и такой нелепый артефакт. Он должен быть в разы мощнее. Но что, если он обретает полную силу только лишь в совокупности с другими предметами? Не зря же он называется комплект Славы королей. Заберём его и продолжим поиски. Когда раздобудем остальные два, тогда и будем рассматривать его силу.

Валион согласился с братом и всё-таки забрал жезл с пьедестала.

Что ж, одну из трёх личных целей эти два хахормес достигли. И это было самым лёгким испытанием, ведь место нахождения жезла было отмечено. И всё же, несмотря на это, им пришлось изрядно повозиться, чтобы заполучить его. Как искать остальные артефакты, они даже не имели понятия. Но сейчас это было не первостепенной задачей, ведь они пока что ещё не нашли обратный выход. Но, как и во время поисков артефакта, сейчас они положились на поддержку воли Хахора, и частица дарга тьмы, которая зиждилась в сознании братьев, помогала им отыскивать дорогу обратно. Так что выбрались они из этой пещеры в разы быстрее, чем скитались в поисках артефакта. И вот, оказавшись на поверхности, они принялись размышлять о том, как им быть дальше, за какой из артефактов им взяться.

При свете дня Дэмпер рассмотрел свою рану. Зрелище вызывало трепет. Кислота огромного лераска прожгла его металлическую плоть и добралась до мышц, но, по всей видимости, яд растратил всю свою силу на попытки разрушить кожу, потому что живые ткани были повреждены совсем незначительно. Место ожога всё почернело, однако любое прикосновение отзывалось лёгким жжением. Валион подметил, что, если ничего не предпринять, то можно получить заражение. Брат лишь утвердительно кивнул, а после обратился к воле Хахора, чтобы выяснить, не может ли она как-то исцелить его. Однако безмолвие было ответом, что означало лишь одно – нет, милость Хахора не позволяет залечивать раны. Следовательно, место попадания отравы нужно залатать чем-то. Дэмпер глянул на свои штаны, подумав, что может оторвать от них часть и сделать перевязку, однако тут же отбросил эту мысль, ведь они грязные. Но частица Хахора, обитавшая в его сознании, тут же дала ответ – поискать куст жату́лда. В кладезе знаний хахормес хранится множество рецептов лекарственных микстур, чьи ингредиенты даже без приготовлений могут быть полезны. И вот жатулдовый компресс мог как раз ему помочь в этом. И даже несмотря на то, что в окрестных лесах невозможно обнаружить второй компонент для создания повязки, всё же листы этого растения могут дать обеззараживающий эффект. Их можно смочить, приложить к ране и закрепить. Конечно, чуда не произойдёт, но от заразы спасти сможет. Обратившись к памяти всех хахормес, Дэмпер понял, как выглядит это растение. А потому, сообщив Валиону об этом, он принялся рыскать по округе в попытке обнаружить его. Долго искать не пришлось. Небольшой пышный куст с маленькими листочками, который рос под деревом, всецело подходил под описание жатулда. Даже небольшие ягодки, которые годятся разве что для приготовления бодрящей настойки, на нём были. Дэмпер проглотит несколько штук, хотя никакого эффекта не было от этого, потому что сила Хахора, которой они были движимы, переиначивала работу их тел, из-за чего теперь всё, что попадает в их желудок, не приносит им никакой пользы. Манту нарвал листов, промыл их с помощью сока ягод с того же куста, оторвал кусок штанины и сделал себе импровизированный компресс. Рана стала болеть, но для хахорму не составило труда переносить эти страдания. А потому, стараясь не обращать на своё повреждение внимания, он принялся размышлять о том, как им обнаружить следующий артефакт Славы королей.

О месте нахождения обоих предметов даны только лишь загадки. Согласно первой, диадема находится в какой-то кузнице, где лежат 9 молотов. Согласно второй, плащ висит на каком-то крюке. Хахормес решили придерживаться первоначальной отгадки и стараться искать следы цивилизации гномов, чтобы, в конце концов, найти и кузницу, и гардероб, в которых они как раз таки обнаружат необходимые предметы. И путешествие по этой местности началось.

А к поискам они приступили, конечно же, с каньона. Ведь он был самым примечательным местом в этой округе. И вот, войдя в него, они двигались всё время вперёд. Чтобы не пропустить возможные следы цивилизации, они заручились поддержкой воли Хахора и стали более внимательно всматриваться в округу. Если им на глаза попадалось что-то подозрительное, они подходили ближе, чтобы рассмотреть, как следует. Однако всякий раз оказывалось, что это были камни, простые камни, которые под разным углом обзора или сиянием солнца казались чем-то необычным. Но, наполнившись терпения, братья не оставляли попыток вглядываться в округу, лишь бы отыскать то, что нужно.

Прошло четыре дня. Они уже приближались к концу этого каньона, когда он резко развернётся и начнёт идти назад. Любое бы другое существо давно забросило этот поход, ведь столько времени потрачено, а никаких признаков… Да чего там признаков? Никаких даже намёков на то, что в этой местности раньше располагалось гномье королевство. Они часто вспоминали лабиринт. Это было самым явным доказательством того, что здесь и проживал подгорный народ. А потому они продолжали поиски. Вот, теперь стоя на повороте, они всматриваются в скалу. Воля Хахора, чьей поддержкой они заручились, подсказывала им: там что-то есть. Они смотрели туда, но не видели, за что глаз мог бы зацепиться. И с одной стороны можно довериться тому, что видимо, а с другой – довериться Хахору. И так как братья уже научились верить своему повелителю, то, конечно же, направились туда, куда указывала частица дарга тьмы.

Там была пещера, а вход в эту пещеру преграждал огромный камень. И мантос понадобилось какое-то время, прежде чем к ним пришло понимание, потому что скала выглядела однородно. И только после детального рассмотрения они поняли, что камень тут буквально воткнут в скалу. Приложив немало усилий, Валион и Дэмпер освободили проход. Глядя на то, как сгущается мрак в этой пещере, мятежный хахорму сказал:

- Надеюсь, кузница или гардероб, которые мы там обнаружим, будут сделаны не в виде лабиринта.

Его брат заметил:

- Стены пещеры слишком гладкие.

- И что?

- Это парадный ход.

- А там, значит, был чёрный?

- Возможно. А точнее не чёрный, а грубо сделанный, как будто бы в лабиринт невозможно проникнуть с поверхности, но искатели артефакта прорыли его.

- И как это связано с тем, что в конце нас может ожидать лабиринт?

- Моё замечание с твоим вопросом никак не связано. Я, как и ты, надеюсь, что там простая кузница или обыкновенный гардероб. Хотя, если учесть, каким огромны был лераск, то нужные нам помещения должны быть огромны, как дворцы виранов.

- Вот и я о том же. Поэтому предлагаю пойти туда и победить всех тварей, что там обитают.

Сказав это, Валион первым вошёл в эту пещеру. Дэмпер ринулся за ним следом.

Как и в прошлый раз, братья думали, что им придётся прибегать к помощи Хахора, чтобы сущность провела их по темноте. Но здесь всё обошлось, потому что свет не успел померкнуть, как они увидели могучие створы, которые не отпирались, наверное, много тысяч лет. На одной двери был изображён явно Зорага – жнец с чёрной балахоне, а на другой – некто, противоположный духу гибели по сущности – человек, объятый светом. Братьям не верилось, что эти створы ещё можно распахнуть. Однако удивились, когда двери немного тяжеловато, но всё-таки поддались. Даже грохот не был сильным. И то он создавался из-за трения камня о камень. И, когда образовался проход, хахормес увидели больше круглое помещение. И первое, что бросалось в глаза, так это огромный монумент кузнеца, который воздвиг свой кузнечный молот над наковальней, готовый низринуть его на своё будущее изделие. Изваяние стояло ровно по середине. Вокруг него располагались четыре колонны. А по стенам вокруг этого монумента виднелось много дверей. Братья подумали, что их будет 9, чтобы совпадало с загадкой про дом для девяти молотов. Но нет, когда братья посчитали вместе с той, через которую они вошли, их получилось 12. Они медленно двинулись к большому кузнецу, обсуждая друг с другом план поиска диадемы, как вдруг одна из дальних дверей открылась, и оттуда вышли два человека: мужчина и женщина, облачённые в белые мантии, отдалённо напоминающие одеяния чародеев Святой Империи. Только если у членов ордена для удобства производства магии в бою были заужены рукава и не было никаких развивающихся элементов, то эти двое напоминали не боевых магов, но жрецов храма, потому что их рукава были широкими, а также с плеч до подола свисали две широкие золотые ленты. Хахормес насторожились, когда как эти жрецы нисколько не страшились тех, кто к ним пришли. Они приблизились к служителям дарга тьмы, почтили их лёгкими поклонами, а после зазвучал приятный и лёгкий мужской голос, в котором смешались искреннее гостеприимство и некая тягость:

- Приветствую вас. Пожалуйста, не сочтите за дерзость, но скажите сразу: вы слуги Зораги или Сакраарха?

Двое переглянулись, и Валион отвечал:

- Хахора.

Мужчина сказал, и теперь в тоне его ответа преобладала именно тягость:

- А, значит, очередные пилигримы, которые пришли на поиски Славы королей.

Заговорил Дэмпер:

- Всё верно. Мы шли по следам других людей, которые пытались найти этот загадочный комплект магических артефактов. И они привели нас сюда. Об одном из них сказано…

Хахорму развернул карту, на которой была написана загадка, однако мужчина увидел в его руках жезл королей и удивился:

- Как вам удалось выкрасть артефакт к Такту́ку?

Дэмпер только и успел глянуть на жезл, как Валион принялся во всех подробностях рассказывать битву с этим чудовищем. А, когда рассказ по просьбе его брата закончился досрочно, мужчина сказал:

- Что ж, тогда, должно быть, рука предназначения с вами, пойдёмте, мы покажем вам, где находится диадема.

Они направились к одной из соседних дверей, а, пока все четверо приближались к ней, рассудительный манту сказал:

- Нам также известно, что диадему защищает какой-то дракон.

Проводник ответил:

- Шиза́ши, - несмотря на сложность слова, он произнёс его без спотыкания, - Всё верно. Дракон-змей охраняет этот артефакт. Но раз уж его брат Тактуку доверил вам сокровище, тогда и Шизаши вам нечего бояться.

Когда они подошли к одной из дверей, мужчина продолжил:

- За ней находится подземелье, где и обитает дракон-змей. Но только будьте осторожны, пробираясь к нему, ведь обычно пещера наполнена кри́нами. Если вы ненароком раздавите хотя бы одного из них, это вызовет гнев их отца.

Валион отвечал:

- Ну и пусть. Посмотрим, каков он в бою.

После этого дверь распахнулась, и двое мантос принялись погружаться во тьму подземелья.

Изредка откуда-то с потолка пробивался тусклый свет. Так как они отыскали скрытое убежище вечером, то закатное светило сюда пробивалось очень слабо. А пола пещеры практически вообще не достигало, из-за чего опасность наступить на детей этого Шизаши была достаточно высока. Дэмперу не хотелось разгневать дракона-змея, когда как Валион, наоборот, тщился как можно скорее увидеться и даже сразиться с этим исполином. Хотя, конечно, в душе он также не желал видеть драконью ярость, потому что исполинский крылатый лераск плевался ядом, а этот наверняка может изрыгать огонь.

Как поняли хахормес, крины – это змеи, потому что всё это подземелье было наполнено их шипением. Долгое время братья не могли его слышать, и только лишь когда одна из змей выскользнула из-под ноги с противным шипением, их уши будто бы открылись, и они поняли, что вся округа утопала в равномерном шелесте тысяч, если не миллионов раздвоенных языков. Так, осторожно ступая по тёмному полу, они с помощью воли Хахора понимали, куда надо идти, чтобы не повторяться, прям как лабиринте Тактуку. И, как предполагали мантос, эта же воля помогала им избегать неприятности с этими кринами, их ноги ступали так, чтобы не раздавить ни одну из рептилий.

Пока они осторожничали, успела опуститься ночь, так что весь свет, который пробивался с потолка, совсем исчез, погрузив это место в полнейший мрак. И двоим охотникам на Славу королей пришлось целиком и полностью положиться на своего бога. И так они продолжили путешествие, изредка обмениваясь между собой какими-нибудь наблюдениями, идеями или мыслями. Ни одна змея не была раздавлена, никто из хахормес не был укушен, хотя изредка шипение разбавлялось погремушкой. И можно с уверенностью сказать, что прошёл целый день их скитаний, потому что постепенно в эту пещеру начал возвращаться свет. А, когда наступил настоящий полдень, округа озарилась настолько, что можно было даже различить всё это множество рептилий, которое ползало под ногами. Валион задался вопросом:

- Интересно, что они едят?

Дэмпер ответил:

- Обычно мышей.

- А ещё всяких насекомых и даже птиц. Это я знаю, нашёл кого учить. Я имею в виду, что едят конкретно эти змеи? Их так много, что всех мышей этого мира не хватит, чтобы прокормить их.

- Слишком много вопросов задаёшь для того, кто стремится лишь к награде.

- Не ты у нас тут один умник, оказывается. А я вот думаю, они друг друга едят.

- Сомневаюсь. Скорее уж, присутствие дракона-змея, этого Шизаши, как-то подпитывает их, из-за чего они могут существовать так долго.

Валион ничего не ответил, потому что они оба были живым доказательством того, что присутствие и благосклонность божества может заменить всё на свете и даровать свободу от всяческих низменных потребностей.

При более-менее ярком свете эту пещеру можно было разглядеть получше. Везде были сталактиты и сталагмиты, большинство из которых соединялись в одно целое, образуя своего рода естественные колонны, широкие у пола и потолка, но сужающихся к эпицентру. Гости ходили по этому подземелью, однако никаких признаков дракона-змея или диадемы королей тут не было. Солнце вновь зашло, округа потонула в кромешном мраке. И так наступил второй день скитаний в этом своеобразном лабиринте. Валион уже изрядно подустал бродить тут, а потому решился на отчаянные меры. Изловчившись, он поймал одну из змей, которые шипели при виде незваных гостей, а после принялся сжимать её у шеи, думая, что таким образом он вызывает у неё боль и призывает змеиного дракона. Однако ничего не менялось на протяжении всего периода, пока он её держал. Убедившись, что это никак не приближает момент встречи с исполином, мятежный хахорму отпустил крина, однако это не остановило его. Он возвысил свой звонкий голос и огласил с его помощью всю пещеру, изрекая всего одно слово:

- Шизаши.

После этого они с братом вслушивались в тишину, пытаясь понять, принял ли посторонний зов хозяин этой пещеры. Но ничего, кроме еле уловимого шипения, слышно не было. Манту повторил это ещё несколько раз, но решил было, что этот жрец их обманул, что никакого дракона тут нет. Однако Дэмпер его исправил, указав на то, что шипение прекратилось. Они ещё продолжали блуждать в полумраке, как вдруг один из столбов света затмился за огромной фигурой дракона-змея. Уперев две свои когтистые лапы в природные столбы, он глянул своими сверкающими глазами на двоих пришельцев, а потом нырнул во тьму, как в воду, так что на какое-то время братья потеряли его из виду. Но быстро поняли, что его длиннющее тело сейчас медленно движется к ним. Валион поинтересовался у Дэмпера, как его рука, потому что предполагал, что сейчас могут понадобиться все силы для того, чтобы сражаться с этим чудовищем. Брат принялся отвечать, но его перебил третий участник их беседы – тихий рычащий голос послышался совсем близко за спиной:

- Осторожные, но дерзкие. Пытливые, но неподготовленные.

Из тьмы на них таращились два сверкающих глаза. Какое бы другое существо в этот миг замерло бы от непередаваемого ужаса, но хахормес успешно боролись со своим страхом. Дэмпер сразу же отвечал ему:

- Мы прибыли за диадемой королей. Твой брат Тактуку отдал нам жезл.

Тихий рычащий голос послышался вновь:

- Ещё и бесстрашные, - глаза исчезли, а слова начали кружить над братьями, - Зачем вам эта Слава королей? Ваш народ и так успешно ведёт завоевание этого мира.

Оба мантос изумились внутри себя, что этот дракон, который сидит в пещере, которая находится в ещё одной пещере, ведает о том, что происходит на поверхности. Но Валион первый стряхнул этот ступор, отвечая Шизаши:

- Во славу нашего бога Хахора, чтобы предоставить ему дар и снискать его благоволение.

- И что произойдёт с артефактами, когда они попадут в руки вашего бога?

- Будут изучены, а после этого использованы во благо тёмной миссии.

- Что ж, всяко лучше, если диадема будет лежать на голове того, кто её сможет использовать, чем покоиться в этом подземелье без дела.

Огромные кисти рук схватили двоих искателей магических предметов и потащили по этому подземелью. И не успели они даже опомниться, как стояли перед очередным каменным пьедесталом, на котором покоилась диадема королей. Совершенно обычный металлический обруч без каких-либо украшений. Валион тут же водрузил себе на голову и простоял так какое-то время, силясь понять, что изменилось и вообще изменилось ли что-то. Проблуждав таким образом в своих мыслях определённое время, он сказал, что этот артефакт для них бесполезен, потому что даёт лишь изначальные знания в магическом ремесле. После этого он попросил у Дэмпера жезл. Но и это ничего не дало. В руках просто находились два предмета со слабыми чарами. Это не огорчило хахормес, ведь им ещё предстоит обнаружить третий, заключительный компонент. Валион снова возвысил голос, спрашивая у Шизаши, где теперь им искать плащ. Но ответа не было. После этого они принялись возвращаться.