Кальдебарас. Вехойтис, Загрис, Форманис

Заключение

- Здесь выбрался саткар.

- Да, это была моя следующая теория.

- Ты не понимаешь, это не теория. Помнишь Дароис, остров пятой стихии?

- Ну и?

- Так вот, я побывал там. И оказывается, на этом острове обитают не такие уж и злые сенонцы, как мы думали. В общем, это долгая история. Но среди даруров жил Санум, тот самый Санум, с которого и началась эта чума пятой стихии. Так вот, оказывается, под Сеноном был закопан... А, может, и не закопан... В общем, в сердце нашего мира содержался саткар, который называл себя Кальдебарсон. И Санум хотел помочь ему высвободиться. А это означало, что Сенон должен пасть.

- И, как видно, ты ему позволил это сделать.

- Я же говорю, это долгая история. Но да, ты прав, я позволил ему сокрушить Сенон, но этот самый Кальдебарсон так и не суме...

Вдруг эта планета содрогнулась дважды, невдалеке образовались Алас и Ятаг, а после этого оттуда выбрались Дракалес и Тераника. Бог войны возвысил свой голос:

- Вот так всегда! Это после меня должно остаться разрушение! Но я решил не трогать этот мир! А что у нас тут? А, это ты, мой чародейский брат! Я уж подумал, ты сгинул вместе со своим Сеноном. И ты тут, скрытень-неудачник? Что вас четверых привело сюда?

Йимир с нескрываемой радостью отвечал громиле с оранжевыми глазами:

- Предназначение, не иначе!

- Это ты верно сказал, мой чародейский брат. Но в чём оно заключается? - вдруг голос Дракалеса сделался мягким, - А вот и ты, Предвестница поражения. Посмотри на них. Это те самые Кселай и Йимир, - девушка учтиво кивнула им, - А вы вчетвером внемлите: вот, перед вами стоит та, кто разделила со мной войну, кто стала воплощением поражения и гибели перед моей поступью. Увидеть её перед собой означает проиграть. Но не беспокойтесь, сейчас мы не враждуем друг с другом, а потому её взгляд для вас нестрашен.

Дракалес утробно рассмеялся. Воцарилось небольшое безмолвие, после чего Йимир оживился: приняв облик саткара, он призвал Орха и сказал:

- Кажется, это твоё.

Победоносец взял из руки огненного существа свой клинок и призвал его близнеца, так что Кселая, Оивию, а также Йимирона и Олию объяла жажда сражений, которую они удерживали… Пока что удерживали. Увидев это, воитель отозвал свои оружия и спросил, обращаясь к саткару, который превратился обратно в мага:

- Ну что, помог ли мой дар тебе пройти путь своего предназначения?

- Помог, - чуть поклонившись своему воинственному брату, отвечал Чародей, - И ты даже не представляешь, как.

Заговорил Кселай:

- Что ж, все признаки говорят лишь об одном – мы должны были здесь оказаться. Но вот для чего?

Он задумчиво воззрился в бездну. Йимир в очередной раз подчеркнул, что раньше там был заточён саткар, но теперь он выбрался-таки оттуда. Несмотря на то, что Кальдебарас опустел, чародей своими глазами видел следы магии, силы саткара а также чего-то ещё. Но увидел закономерность: сила Кальдебарсона витала в воздухе, словно останки, которые были использованы, но сейчас не представляют никакой ценности, а вот магия и эта самая непонятная сила рисуют какую-то коммуникацию, как будто бы они составляли что-то единое целое, как-то взаимодействовали друг с другом.

- Вот только с чем может сочетаться магия? – направил в пустоту свой вопрос Йимир, - Пока она нематериализована, ни с чем взаимодействовать не должна. По всей видимости, есть что-то ещё, чего мы не понимаем или не видим. Какая-то иная сила.

Дракалес сказал:

- Не счесть, сколько сил управляют миропорядком. Так что нет ничего удивительного в том, что мы нашли это.

- Например?

- Например, тартоб. Ты знаешь, что это такое и каковы истоки его происхождения?

- Нет, а ты?

- Вот и я не знаю. Но важно ли это? Главное, он подчинён мне и служит моим целям. Откуда он берётся, мне совершенно не важно.

- Надпространство. - произнёс Кселай.

- Ты хочешь сказать, что моя сила как-то связана с этой выдуманной сказкой про какое-то там сверхпространство?

- Такова теория. Миры-аномалии, на подобии Атрака, Флаксизо и Элунеи, получают свою необычность за счёт того, что находится ближе других к надпространству. Возможно, даже на его границе.

- Как скажешь, умник. Но мне всё равно на это.

- А вот стоило бы знать.

- Главное, что ветра войны подчиняются мне, а остальное не важно.

Никто ему ничего не отвечал. Кселай делал какие-то замеры, Йимир и Дракалес наблюдали за ним. Через какое-то время он заговорил:

- Понять, что за вторая сила удерживала Кальдебарсона в заточении, мне так и не удалось. Однако мне кажется, она как-то связана с межпространством.

Йимир удивился:

- Что, хаос в порядке? Тогда почему этот мир ещё существует?

- Без понятия. Но что-то мне подсказывает: иэтэспилио и эспилио как-то связаны между собой. Осталось понять теперь, как.

Дракалес усмехнулся:

- И это поможет тебе покорить эту неизвестную силу?

- Представь себе, да, поможет.

- Что ж, удачи. Когда это произойдёт, зови. Мы с тобой сразимся. Мой тартоб против этого твоего межпространства.

- Если я смогу покорить межпространство, то я смогу убить тебя одной его частицей.

- С нетерпением жду.

Чуть помолчав, Кселай отвечал:

- Пока что здесь нечего делать. Нам нужно оставить этот мир, дать ему восстановиться, и тогда можно будет приступить к его изучению.

Дракалес его поддержал:

- Верно. Войны сами не выиграются.

И постепенно Кальдебарас опустел. Лишь Кселай и Оивия немного постояли над этой непроглядной бездной, силясь понять, что же ещё удерживало Кальдебарсона тут, помимо магии, но потом они оба даригерировались прочь отсюда.