Князь Медведев II. Сила рода

Глава 24 Моя Надя

Проскочив мимо агонизирующего трупа крылана, я заметил, что верёвка, затянувшаяся на горле Семёныча, проходит через крюк в потолке и привязана к батарее.

Перепрыгнул табурет и всей душой пожелал видоизменить арбалет на привычный нож.

Болт, пробивший голову крылана, растаял в воздухе. Руку вновь прострелил сильный разряд электричества. Арбалет в руке превратился в нож.

Безо всяких усилий лезвие перерубило верёвку.

Теперь на полу корчились в судорогах два тела. Причём нехороший крылан регенерировал и вскоре мог прийти в себя.

Назойливая мысль — откуда взялся крюк в потолке? — не помешала мне перерезать горло крылану.

Семёныч оказался крепким мужиком. Перебарывая душивший его кашель, сам стянул петлю с шеи. Убедившись, что крылан перестал подавать признаки жизни, я метнулся к примеченному ранее графину с водой. Семёныч с благодарностью принял стакан. Говорить он ещё не мог, поэтому просто махнул головой и сморщился от прострелившей шею боли.

— Хорошо, что узел на петле был сзади, — сказал я.

Семёныч с удивлением взметнул брови.

— Был бы спереди, сразу бы сломал шейные позвонки.

Семёныч как-то странно взглянул на меня и перевёл взгляд на крылана. Попытка задать вопрос закончилась для него приступом тяжёлого кашля.

— Это нехорошее существо, — ответил я на незаданный вопрос. — Взяло тебя под ментальный контроль и почти убило.

Семёныч впал в задумчивое состояние, пытаясь вспомнить предшествующие события.

Я же обыскал крылана, рассчитывая найти зацепки: чего ему было надо и кто его послал. Кроме окровавленного рваного балахона, ничего не обнаружил.

Осмотрелся. На стойке лежал оборванный лист с парой строк, написанных ломаным почерком.

Прочитал. Ну и дела! Загадка, откуда в потолке появился крюк, отошла на задний план. А вот то, что было написано на листе, вызывало больше вопросов, чем ответов:

Я не хочу больше жить. Моя месть свершилась. Дочь моего кровного врага навечно заперта в проколе.

Хриплый голос Семёныча заставил меня отвлечься от этой странной записки:

— Что произошло? Я помню, как собирался отправиться на помощь Кате. Потом — провал.

Я протянул записку.

Пока он вчитывался в скупые строки и пытался их осознать, я пересказал последние события.

Семёныч, приняв какой-то эликсир, быстро пришёл в себя и сделал вывод:

— Похоже, в Академии завелась крыса. Причём занимающая немаленький пост.

Трезво оценив расклады, мы решили не светиться. Лишние глаза нам сейчас ни к чему — будем работать вдвоём.

Меня решили вооружить в арсенале с литерой «А». Огнестрел в проколах не работал. Выбрал блочный арбалет-пистолет «Аспид».

Набрал стальных шариков и взял пару гарпунов с катушкой молекулярной нити, выдерживающей до четырёхсот килограмм.

Выразил желание переодеться в военную форму, но Семёныч возмутился:

— Совсем обалдел? На тебе полный сет «Теневого хамелеона». Зачем тебе эти тряпки?

— А что вообще он даёт? — спросил я и вспомнил, как настраивал свою одежду.

Чётко представил форму бойца спецназа. Через три минуты стоял, одетый в полевой вариант «Морок».

— Помимо этого, — Семёныч взглянул на меня, — ты теперь можешь прятаться в тенях. Но этот навык нарабатывается годами и зависит от силы духа. Самое же главное — материал, из которого изготовлен костюм, самостоятельно берёт энергию из окружающего мира. Он подходит даже для пустышек.

Пока он рассказывал о моей замечательной экипировке, мы успели вернуться в холл.

Решив скрыть следы боя, убрали труп крылана в холодильную камеру. В ней хранились особо дорогие ингредиенты для кафедры алхимии.

Занимаясь этим, я задал мучивший меня вопрос:

— С какой стати Кэт вообще так резко рванула в прокол?

— Государственная тайна, — буркнул Семён Семёныч.

Потом, видимо, сообразив, чем мы собираемся заниматься, добавил:

— В общем, род Ордынских встал во главе Гильдии внутренних дел. Семья Годуновых отравлена. Все, кроме самой младшей, — Надежды. Их поместили в стазис. Срочно нужен ингредиент из этого прокола. Причём ни на складах, ни на аукционе, — вообще нигде этого ингредиента не нашлось. Вот Катерина со своим отрядом и отправилась.

— Так, я правильно понял? — с трудом справившись со злостью, процедил я. — Род Ордынских занял место у трона. Императорская семейка находится при смерти. Для их спасения нужен ингредиент из прокола. И добывать его посылают Кэт⁉

— Ну да, всё правильно, — закивал Семёныч.

Я даже продышался: на четыре счёта вдох носом и на шесть — выдох ртом. За минуту этой простой дыхательной гимнастики снял раздражение и спокойно спросил:

— А тебе не кажется странным, что послали слабенькую группу под руководством девушки, которая является не самой сильной фигурой? Там, в гильдии, никого посильней и поопытнее не нашлось?

— Не кричи, — рявкнул Семёныч… хотя я, в общем-то, и не кричал. — Операция тайная. Прокол считается безопасным. Был риск утечки информации.

Выясняя между собой: кто прав, кто виноват и что сейчас делать, мы вышли на парковку и подошли к ретромашине.

Она смотрелась металлоломом на фоне остальных тачек. Пребывая в сомнениях насчет возможности куда-либо добраться на этом так называемом транспорте, я занял протёртое до дыр переднее сиденье. Отсутствующий ремень безопасности не добавил оптимизма.

Семёныч, усевшись на водительское место, завёл чихающий двигатель и гордо произнёс:

— «Победа» тысяча девятьсот сорок шестого года. Ни разу не была в ремонте. Не то, что нынешнее барахло.

Выехав на серпантин, мы направились в сторону площадки телепортации в проколы. На механических часах приборной панели стрелки указывали первый час дня.

Я прервал молчание вопросом:

— Откуда у тебя крюк в потолке?

— Так там висела моя любимая антикварная люстра, — внимательно следя за дорогой, начал Семёныч. — Граф Гнедич дал указание снять. Сегодня должны были установить светодиодную фигню. Экономия, блин.

Я задумался. Очень уж много фактов наводило на мысль, что главная нехорошая крыса — именно заместитель директора Гнедич.

Машина ушла в противоположный от площадки телепортации поворот.

— Ты, похоже, заблудился, — я прекрасно помнил, как мы совсем недавно добирались до данного места. — Наш поворот чуть дальше — и в противоположную сторону.

— Нам нужен мастер телепортации.

Мы подъехали к небольшому бревенчатому домику.

Участок с резной калиткой радовал глаз аккуратным газоном и обилием хвойных насаждений. Пройдя по дорожке из фигурной плитки, Семёныч постучал во входную дверь.

Покой и тишина в ответ.

— Наверное, на точке сидит, — пробурчал он и направился на выход.

Я на всякий случай потянул за ручку. Незапертая дверь открылась. Из полумрака коридора потянуло запахом крови.

Арбалет мгновенно оказался у меня в руках. Пальцы Семёныча сложились в хитрую фигуру.

Я с огромным желанием слиться с тенями, шагнул в сумрак коридора.

Матерная тирада, закончившаяся словами: «Ты куда пропал», заставила меня вернуться на крыльцо.

Семёныч вздрогнул, уставившись на меня.

— Ты когда успел натренеровать «Теневой скрыт» до такого уровня? — полушёпотом спросил он.

Я в это время вспомнил, как прошёл путь Силы Духа. Видимо, это дало возможность использовать моё обмундирование на полную катушку. Объяснять что-либо в данную минуту я посчитал лишним.

— Все вопросы потом, — ответил так же полушёпотом. — Жди здесь. Проверю и позову.

Снова исчезнув в тенях коридора, я двинулся в сторону приоткрытой двери. Застыл на пороге в гостинную. Заметил неподвижную фигуру, сидящую в кресле у потухшего камина. Больше никого не наблюдалось.

В спину толкнули.

С разворота врезал нападавшему арбалетом в лицо. Семёныч с пола у моих ног высказал всё, что думает, и даже чуть больше.

— Семён Семёныч, ведь попросил подождать, — укоризненно выдал я.

Фигура в кресле на весь созданный нами шум никак не отреагировала.

Взглядом я нашёл на стене выключатель, щёлкнул им и не обрадовался тому, что увидел при свете ламп.

В кресле сидел знакомый седоволосый старец, мастер порталов восьмого ранга. Кровь из раны на груди пропитала ковёр у его ног.

Семёныч, закаменев лицом, подошёл к убитому.

— Учитель, я их найду. Обещаю, найду и порву… — шептал он.

Тут Семёныч обратил внимание на валяющуюся рядом финку. Потянулся за ней.

— Тормози! — схватил я его за плечо. — Это орудие убийства. Вдруг по нему смогут вычислить гада?

— По нему смогут вычислить только меня, — прорычал Семёныч. — Эту финку мне подарила Ольга Ордынская, когда я прикрывал ей спину в проколе.

— Тем более тормози! — Я тоже перешёл на повышенный тон. — Нечего здесь топтаться. Пошли на воздух. Сейчас попробую вызвать знакомого прокурора, пусть он разбирается. Ты лучше думай, кто нам портал откроет.

Ухватив Семёныча за руку, я потащил его на выход. Времени предаваться рефлексии не было. Чувство беспокойства за Кэт росло с каждой минутой.

На крыльце я достал переговорник и набрал номер Ягужинского. На удивление, он принял звонок сразу.

Описал ему ситуацию и получил указание ждать на месте.

Поинтересовался насчёт мастера порталов и получил ответ:

— Сейчас никого нет. Будет через сутки.

Семён Семёныч стоял рядом и слышал весь наш разговор.

— Я знаю координаты прокола. Думаю, смогу его открыть.

При этом он стал каким-то потерянным.

— Но?.. — со значением спросил я.

— Что «но»? — непонимающе уставился на меня бывший мастер порталов.

— Всегда после хорошей новости следует плохое «но». Так какую гадость ты приберёг для нас?

— Портал пропустит только одного. Я вырублюсь примерно на пару часов.

— Кто откроет портал обратно?

— У Кэт с собой артефакт.

— Поехали, — скомандовал я, направляясь к машине.

В дороге узнал цель посещения прокола. Это оказалась скорлупа яиц обитающего там грифа-стервятника.

Через пятнадцать минут я стоял на площадке, а Семёныч сидел в старинном кресле, похожем на трон.

Арка в центре площадки приглашающе засветилась. Я решительно шагнул в неё.

Сумерки небольшой пещеры с высоким потолком приняли меня в свои объятья. Когти химеры отрастали медленно и болезненно. Я в проколе!

Прежде чем лезть из пещеры наружу, я осмотрелся.

Похоже, в данной точке прокола я был не первым. На полу обнаружились пара фантиков от конфет, пластиковая бутылка и порванный коврик для йоги. Очевидно, «цивилизация» сумела заявить свои права на этот прокол.

Подцепил когтями коврик, он вроде был чистый, и положил на камень в самом дальнем и тёмном углу. Сел на него и достал нож, готовясь срезать когти химеры.

Шорох у входа заставил меня насторожиться. Внутренний голос заорал о приближающейся опасности. Вскочив на камень, я в прыжке вогнал когти химеры в потолок. Зависнув так, постарался слиться с тенями и даже не дышать.

До пола, кстати, было около двух метров. Прыжок не рекордный, но тоже неплохо. Регулярные тренировки дают о себе знать.

Стараясь не выходить из тени, сосредоточил всё своё внимание на входе.

На фоне яркого светлого пятна выхода в открытый мир прокола появился суслик.

Я чуть не взвыл от возмущения!

И ради этой нехорошей зверушки внутренний голос так заорал об опасности?

Да, согласен, суслик большой. Примерно метр, когда встал на задние лапы.

Развернувшись, суслик просвистел трель. Затем сделал небольшой шаг вперёд, в пещеру, и запищал:

— Кито здеся есть?

Это было так мило и забавно, что я уже собрался выйти из тени и бросить все силы на то, чтобы ответить и приласкать этого самого красивого в мире суслика…

Повезло, что блок от ментальный атак вернул трезвый взгляд на мир.

Я затаился еще сильнее. Эти суслики-менталисты не так просты, как кажутся. Да и вообще — как же много в мире нехороших менталистов! Будто их притягивает ко мне. Не успею прибить одного, как появляется другой. Ненавижу, когда лезут мне в мозги!

Суслик зашёл в пещеру, принюхался, начал исследовать подозрительные, на его взгляд, места.

Добравшись до камня с ковриком, застыл столбом и начал излучать дружелюбие и желание познакомиться.

Ничего не добившись, совсем не по-сусличьи оскалился и в мгновение ока порвал коврик на мелкие лоскуты. Более того, пока сдёргивал коврик, провёл своими когтями по камню. Тот развалился на пять частей.

Коготки у зверька были не хуже моих когтей химеры.

Выместив злость на безвинным коврике, суслик покинул пещеру. По его поведению было видно, как не нравится ему находиться в пещере. Интересно, почему?

Переждав ещё пяток минут, я спустился вниз.

Крадучись добрался до выхода.

Ярко-зелёное солнце освещало долину, окружённую отвесными скалами. В одной из скал и располагалась моя пещера. Причём высоко. Метров двадцать до земли.

Внизу резвились суслики. Сотни! Разноцветные потоки энергии, словно нитки, крепились к их головам и уходили в небо, в сторону зелёного солнца.

Высунув голову из пещеры, я посмотрел вниз. Двадцать сусликов медленно спускались, втыкая когти в отвесную скалу.

Быстро убрался назад, пока эти твари меня не заметили. Вернулся к облюбованному месту. Задумчиво опустился на пол.

Предстояло подумать, как пройти этот необычный прокол.

Нож и арбалет — отличное оружие. Но только для немногочисленных противников. Сусликов же было очень много.

Решил начать с разведки.

Призвал своих фамильяров. Подросший Потапыч, оглядевшись, рыкнул:

— Где вр-раг? Всех пор-рву!

Дракоша, вспорхнув с его загривка под потолок, прочирикала:

— Как-то уныленько тут. Ни сала, ни яблок.

В это время зелёный свет у входа померк. Его сменил холодный фиолетовый.

Потапыч обессиленной плюшевой игрушкой разлёгся на полу.

Дракоша, успев помянуть чью-то маму, рухнула из-под потолка. Я подхватил её у самого пола.

Положив малышку на Потапыча, выглянул наружу.

Нити энергии исчезли, солнце сменило цвет на фиолетовый, а суслики валялись неподвижными тушками. Над пещерой раздался мерзкий скрипучий клёкот.

Я быстро втянул голову обратно в пещеру.

Мимо входа промелькнула птичка… Хорошая такая птичка — с пятиметровым размахом крыльев.

Не высовываясь, наблюдал, как ещё несколько таких пернатых спустились с верхушек окружающих долину скал.

Внизу началось кровавое пиршество. Могучие клювы пернатых перемалывали сусликов. По голым шеям стервятников стекала фиолетовая кровь.

Всего в долине покушали пять грифов.

Заглотив по паре сусликов, они с разбега начали взлёт.

На всякий случай я отошёл подальше от входа, наблюдая из глубины.

Поднявшись на вершину, те птицы, которых я видел, ушли чуть вглубь. Там, кажется, отрыгнули пищу и вновь полетели вниз.

Тем временем фиолетовый свет начал постепенно меняться на красный. Стервятники ускоренно замахали крыльями, возвращаясь обратно к своим гнёздам.

Свет полностью перешёл в красный спектр.

Стервятник, сидевший внизу, рядом с моей пещерой, замешкался при взлёте. Похоже, примеривался, чтобы залететь прямо ко мне.

Когда пришёл красный свет, он прямо напротив моей пещеры продолжал судорожно махать крыльями, оставаясь при этом на месте. Выбившись из сил, рухнул вниз и слабо затрепыхался на земле. Суслики тоже ожили, но еле двигались. Словно только что вышли из-под тяжёлого наркоза.

Фамильяры, до этого лежавшие неподвижно, тоже подали признаки жизни.

Высунувшись из пещеры, я анализировал происходящее в долине. Вёл про себя счёт.

Успел досчитать до тысячи трёхсот, прежде чем свет снова сменился на зелёный. Вновь появились потоки энергии, устремившиеся к сусликам. Те сразу вскочили, засуетились. Замершего без движения на земле стервятника оперативно добили.

В дальнем конце долины из самой крупной норы вылез суслик. Он был крупнее своих собратьев раза в два. Талию зверя опоясывала верёвка с костями.

Затем из той же норы выбрались Кэт и её отряд из семи бойцов. Порванная грязная одежда, потёки крови на лице и руках, — всё это контрастировало со счастливыми улыбками на лицах и пустыми глазами. Сердце пропустило удар.

Нити энергии, проходя через голову огромного суслика, щупальцами присасывались к затылкам людей. Видимо, это предводитель или шаман.

Тварь, конечно же, держала моих товарищей под полным контролем. Мерзкие мозголомы!

Кэт и её группа приступили к разделке стервятника, нарезая его мелкими кусочками. Суслики под ритмичный свист исполняли танец. Оторвавшись от этого зрелища, я отправил дракошу на вершину скалы над нашей пещерой. Уверен — стервятника теперь в этом месте нет. Ведь именно его сейчас разделывает группа Кэт.

Поручил Стукачке сбор скорлупы и доставку её в нашу пещеру.

Потапыча оставил вести наблюдение за происходящим внизу.

Сам занялся реализацией разработанного на коленке плана.

Взятый ещё в оружейной гарпун с молекулярной нитью мог бы помочь быстрому спуску. Тем более, арбалет у меня был.

Сложность заключалась в защите рук. Перебирая способы, достал нож и срезал, наконец, когти. По привычке убрал их в инвентарь. При этом обнаружил в ячейке, где раньше лежали остальные когти, непонятный жидкий металл. Чем-то он напоминал ртуть. Новую порцию когтей растворил в себе без остатка.

На моё желание вынуть это безобразие из инвентаря оно, приняв форму шара, появилось у моей ноги. Это, судя по всему, уже теперь живое создание, словно кошка, начало тереться об ногу, обхватив её вытянутыми из тела жгутиками жидкого чёрного металла.

Я нагнулся и подхватил его рукой. Через мгновение кисть обволокла перчатка из жидкого металла.

Провёл пару экспериментов со своим новым спутником. Поднял рукой в перчатке гранитный кусок, оставшийся от разрушенного сусликом камня.

Пожелал его разрушить, сжав кулак.

Камень с треском разлетелся на мелкие куски.

В это время, пыхтя от напряжения, в пещеру влетела дракоша, волоча целое яйцо размером с неё саму.

Уронив на пол, устало пропищала:

— Давайте его сожрём.

Жидкий металл стёк с руки и устремился к яйцу. Дракоша, увидев такой фокус, быстро обосновалась на загривке Потапыча.

— Фу! Нельзя! — скомандовал я.

Металлический ручеёк собрался в сферу и замер в ожидании.

Из долины послышался гневный свист. Под рык Потапыча я подбежал к выходу из пещеры.

Выглянул вниз.

Плюнул на голову одного из орды поднимающихся по скале сусликов.

Видимо, к тем, кто танцевал, присоединилось ещё столько же из нор. И все они живой волной лезли по стене к нам.

В долине остались только вожак и Кэт с отрядом.

Я выхватил арбалет и начал отстреливать ближайших грызунов.

Дракоша пискнула.

— Мы их всех не съедим…

Сфера жидкого металла подкатилась ко мне и начала подпрыгивать в нетерпении. Суслики меж тем преодолели уже половину расстояния.

— Что, дружок, — обратился я к сфере, перезаряжая арбалет, — хочешь их съесть?

Сфера, излучая согласие, растеклась лужей.

— Ну иди, покушай, — усмехнулся я.

В тот же момент сфера распалась сотнями капель, которые потекли вниз.

Микрочастицы металла, попадая на зверьков, исчезали у них внутри.

До земли после этого долетали только пустые шкурки.

Смело всю волну противников, образовав на земле гору опустошённых тушек. Вот это поворот! Это кого же я призвал?..

Своего нового питомца я не видел. Хотя питомец ли. Судя по его возможностям — это сущность иного порядка, родившаяся под видом питомца из когтей химеры.

Но в тот момент мне было не до него. Так как главный суслик бросился в свою нору. Кэт и отряд устремились за ним. Я достал из инвентаря нож и гарпун для арбалета с катушкой из той самой молекулярной нити. Выстрелил им по пологой траектории. Он впился в один из холмиков долины.

Бросив арбалет с прикреплённой к нему катушкой перед Потапычем, велел тому навалиться на него и удерживать во что бы то ни стало.

Трансформировал нож в спусковое устройство с петлёй для руки, получив очередной разряд электричеством, и бросился в погоню.

Скоростной спуск занял мгновение.

От переломов меня спасли укреплённые кости скелета и усиленный мышечный каркас. Лучше бы на гору шкурок спрыгнул.

Вернув нож в руку, я рванул к норе, в которой скрылся суслик.

Внутри обнаружился длинный узкий тоннель. Пробежав по нему, я оказался в полутёмном зале размером с конференц-зал Академии.

Зелёный свет, проникая через узкие отдушины, плохо справлялся с темнотой.

Углы зала тонули в густой тени. Всё моё внимание приковала картина в центре: суслик держал возле горла Кэт остро заточенную кость.

— Твой самка помирать, — пропищал этот нехороший зверёк. — Ты сам помирать. Я тебя жрать.

«Где остальной отряд?» — мелькнула мысль.

Ответ я получил мгновенно: они выскочили из теней за моей спиной и задавили массой.

Суслик, отбросив Кэт, направился ко мне. Распластанный на полу, я наблюдал, как, медленно поигрывая ножом, ко мне приближается эта тварь. Намерения у неё, конечно же, были самые недобрые.

Так глупо погибнуть от лапы суслика я не мог. В голове быстро сформировался план. К сожалению, не все из отряда Кэт выживут. Я уже готов был сорваться в бой, когда мимо меня проскользнула полоса жидкого металла.

Суслик и пискнуть не успел, как его пустая шкурка опала на пол.

Удерживавшие меня бойцы схватились за головы и завыли.

Неожиданно пришло мысленное послание от жидкого металла:

Стал сильный. Теперь здесь жить буду. Отдохну, помогу.

Собравшись в сферу, он закатился в дальний угол.

Я бросился к катающейся по полу Кэт. Упал рядом с ней на колени. Прижал дёргающееся тело к груди.

До меня донёсся её шепот:

— Шатун, я знала, что ты меня найдёшь, — отстранившись, она с любовью взглянула на меня. — Я всё вспомнила! Нашу прошлую жизнь. Всё как в тумане…

Она потеряла сознание.

Я так и знал! Я чувствовал!

Да, это она! Моя Надя!

Она переродилась в теле Кэт, но, в отличие от меня, не помнила о своей прошлой жизни, оставшись Екатериной, но с характером и повадками моей Нади.

Осталось только выбраться из прокола и наказать всех врагов, которые встали у нас с ней на пути.

В этот момент тусклый свет пещеры сменился с зеленого на фиолетовый. Тушка, оставшаяся от главного суслика, вспыхнула зелёным светом и сгорела, а пещера начала разрушаться. С потолка полетели земля и камни.

На руках у меня лежала бессознательная инкарнация моей жены, а весь её отряд продолжал биться в судорогах на полу.

Конец второго тома

Третий том: https://author.today/reader/563431