Конфетка для придворного мага (СИ)

Глава 47

Глава 47

— А ты в гневе ещё прекраснее, дорогая Милена, — Элиас провёл ладонью по спине графини Розамель, которая сидела на краю постели среди смятых простыней.

— Не до шуток сейчас, — огрызнулась женщина, но очень вяло.

Всё же хорошая близость её немного успокоила и даже разморила. Жалела ли она о том, что всё вскрылось? Определённо. Единственное, Милена надеялась, что её муж не станет пороть горячку, ведь помимо их репутации на кону стояла репутация дочерей. Вряд ли бы он рискнул теми, кого на самом деле очень любит. Иллюзий относительно себя фея не питала уже давно.

— Так что насчёт твоей младшенькой, Эн? — чернокнижник встал с кровати, потянулся и прошёл босыми ногами по ковру к столу в углу комнаты.

— Нет. Её я тебе точно не смогу отдать, Элиас, — она бросила взгляд через плечо на своего любовника. — Она помолвлена с рождения с княжичем Ройером, сыном князя Амира Светлого.

— Помолвку можно расторгнуть, — маг пожал плечами и потянулся к портсигару.

— Не тогда, когда она заключена в храме. Тебе ли этого не знать, — Милена тоже встала и потянулась за своей одеждой.

Сейчас они находились в комнате одного из домов, которых полно в столице, где имена и титулы теряют власть, а те, кто находится в комнатах за закрытыми дверями — теряют контроль над телом и душой.

— Случайность или подстраховалась? — хохотнул за спиной Элиас, по комнате поплыл аромат дорогого табака.

— Ты обещал не курить при мне, — вскинулась фея, даже крылья раскрыла.

— А ты обещала мне Эрианту, — парировал маг, оставил длинную сигарету в пепельнице и подошёл к женщине, схватил её за подбородок, больно сжал пальцами. — Но ты умудрилась не уследить за девчонкой, которая могла бы стать идеальным сосудом. Твоя вина, что всё пошло не по-твоему, моя маленькая фейская шлюха.

— Да как ты смеешь!

Попытка ударить барона Лайма не увенчалась успехом. Мужчина легко перехватил её руку и вывернул за спину, подумал и надавил на плечо, принуждая встать на колени. Фея болезненно застонала, ударившись острыми коленками и пол под тонким ковром.

— Смею. Ты дала клятву, Эн, — Элиас продолжал удерживать свою любовницу. — Ты принадлежишь нашему Ордену Возрождения. И подчиняешься мне, если забыла.

— Я помню.

— Ты будешь послушной? — пальцы впились в хрупкое плечо, Милена Розамель поморщилась.

— Да.

— Не слышу, — к физической силе добавилось магическое воздействие.

— Да, Мастер! — вскрикнула Милена, одновременно испытывая и боль, и удовольствие от соприкосновения с магией чернокнижника. — Я буду очень послушной.

— Умница, — маг похлопал её по щеке и отпустил, фея упала на ковёр. — Одевайся. И возвращайся домой. Кстати. Где договор?

— В надёжном месте, — отозвалась она, поднимаясь, упираясь руками в пол. — В моём сейфе в кабинете особняка. О нём никто не знает.

— Надеюсь, ты отдаёшь себе отчёт в том, что я с тобой сделаю, Эн, если договор всплывёт именно сейчас. Игры закончились. Настало время платить по счетам. То, что ты меня подкармливаешь своей силой, не делает тебя особенной. Запомни это.

— Да, Мастер, — графина Розамель хотела бы много высказать и сделать, но…

— Проваливай. И проследи, чтобы твой муженёк не наделал глупостей.

Фея быстро оделась, накинула тёмный плащ и надвинула капюшон. На лицо применила заклинание отвода глаз и вышла из комнаты. В конце коридора её встретил слуга, проводил до кареты без опознавательных знаков. Пока ехала к дому, думала.

— Чёртова девчонка, — в бессильной злобе Милена стукнула кулачком по коленке и зашипела. — Всё она, дрянь, виновата.

Женщина искренне винила во всех бедах своего первенца, свою дочь от демона, с которым познакомилась в юности. Если бы она была осторожнее, то не вернулась бы в империю беременной. А ещё мать. Именно она настояла на том, чтобы сохранить нежеланное дитя. Отречься пригрозила. И после держала в ежовых рукавицах, ставя свои условия. Милена прикрыла глаза. Мучала ли её совесть, что пришлось убрать с дороги когда-то самого близкого человека? Пожалуй, нет. И то, что она сделала после… Милена отдавала себе отчёт в том, что творила. Вернись она в прошлое, то поступила бы также. И, памятуя то, какие ошибки совершила её собственная мать, Милена постаралась не сделать подобного в отношении собственных дочерей.

Для Эрианты — дисциплина, повиновение, дисциплина.

Для остальных всё то же самое, но через призму любви.

Карета подскочила на кочке. Женщина поморщилась. Она много раз задавалась вопросом: смогла бы она полюбить Эрианту также сильно как, например, других своих дочерей? Или настолько всепоглощающе, как младшую. Малышке Нинэль исполнилось в прошлом месяце восемнадцать лет. Совсем юная, даже по меркам людей-магов, что уж говорить о феях? Но кроме этого существовала ещё одна причина, по которой Милена не могла пожертвовать Нинэль. Особенная причина. И дело вовсе не в помолвке, хотя и это имело место быть.

Карета остановилась на углу улицы. Графиня Розамель покинула транспорт и прошла немного пешком. Заходила она через главные двери, ведь думала, что за городским особняком Розамель уж точно никто не следит — повода их семья никогда не давала. Даже учитывая последние события. В холле её привычно встретил слуга, поклонился, взял плащ и также молча повесил на вешалку. Только после этого обернулся и посмел окликнуть хозяйку.

— Госпожа, — мужчина поклонился и произнёс немного тревожно. — Господин в гостиной и ожидает вас.

— Почему ты так напряжён, Гренд? — Милена остановилась на первой ступеньке лестницы наверх и обернулась.

— Его Сиятельство, — дворецкий на секунду запнулся. — Его Сиятельство пьян. И не один.

Милена передумала идти наверх. Вместо этого она развернулась и пошла в гостиную. Супруг и правда обнаружился. Пьяным на диване. С бутылкой крепкого алкоголя в руке.

Фея стремительно подошла к мужу и отвесила тому пощёчину. И хотела спросить, с кем это он тут развлекается. Вот только столкнулась со взглядом глаз того, кого никогда не любила. И в них читалась неприкрытая насмешка.

— Графиня Милена Розамель, — послышался позади голос незнакомого мужчины. — Не советую совершать необдуманных действий.

— Кто вы? И что делаете в моём доме? — гневно вскинулась фея, хотела воспользоваться магией, но ничего не вышло.

— Меня зовут Коннор Вард. Я дознаватель Его Императорского Величества, — представился мужчина в чёрном мундире.

— Меня вы прекрасно знаете, — ещё один голос, но уже женский. — И я не советую совершать вам глупости, графиня, — из тени в углу, скинув заклятие невидимости, вышла графиня Нияра Ли-Шан-Рис. — Вы арестованы.