Криминалист 2

Глава 19 Шина

Я вышел из лаборатории, поднялся на третий этаж. В офисе Дэйв и Маркус сидели за столом, разговаривали по телефону и записывали информацию в блокноты.

Томпсон сидел в своем кабинете, изучал карту с отмеченными точками убийств.

— Сэр, можно доложить?

Он обернулся.

— Митчелл. Как прошла работа в лаборатории?

— Закончили анализ волокон и грунта. Есть важные результаты.

— Слушаю.

— Волокна на одежде всех семи жертв идентичны. Темно-синий нейлон производства Юнироял Интериор Фэбрикс. Использовался в обивке грузовиков Интернешнл Харвестер, Форд, Шевроле с 1968 по 1972 год. Это подтверждает, что убийца использует грузовик одной из этих марок, и жертвы контактируют с салоном.

Томпсон кивнул, записал на доске мелом.

— Хорошо. Что еще?

— Анализ грунта показал общее сходство. Четыре из семи мест убийств содержат частицы промышленного шлака. Убийца выбирает участки шоссе вблизи индустриальных зон. Темные, пустынные места ночью. Это может быть связано с его маршрутом или местом работы.

Томпсон подошел к карте, изучил красные точки.

— Роли, Балтимор, Уилмингтон, Спотсильвания. Нужно проверить, есть ли заводы или промышленные объекты рядом с местами убийств.

— Да, сэр. Это сузит географию поиска.

— Отлично. Когда Чен идентифицирует шину?

— Слепок пока еще не высох полностью. Вечером сфотографируем и снимем размеры. Завтра утром Чен начнет звонить производителям. К вечеру вторника будут результаты.

— Хорошо. Как только получите модель шины, немедленно докладывайте. Начнем фильтрацию транспортных компаний.

— Есть, сэр.

Я вышел из конференц-зала. Дэйв подошел, протянул сэндвич, завернутый в вощеную бумагу.

— На, ешь. Индейка с салатом. Принес из кафетерия.

— Спасибо.

Сел за стол, развернул сэндвич. Хлеб свежий и белый, индейка тонко нарезанная. Ел, слушая разговоры вокруг.

Маркус закончил телефонный звонок и повесил трубку.

— Это была транспортная ассоциация Пенсильвании. Прислали список из сорока трех компаний, маршруты вдоль I-95. Добавил в общую базу.

— Сколько всего набралось? — спросил я.

— Сто двадцать семь компаний по шести штатам. Когда узнаем модель шины и тип грузовика, то отфильтруем до двадцати-тридцати.

— Потом проверим водителей. Криминальное прошлое, графики работы, совпадения с датами убийств.

Дэйв кивнул.

— План четкий. Осталось дождаться результатов по шине.

Остаток дня прошел в рутинной работе. Я изучал хронологию убийств, искал дополнительные признаки. Интервалы между убийствами сокращались, от двух месяцев в начале до двух недель между шестой и седьмой жертвой. Убийца теряет контроль или становится увереннее.

В шесть вечера я спустился обратно в лабораторию. Чен как раз проверял слепок.

— Высох?

— Да. Полностью. Можем фотографировать.

Он включил настольную лампу над столом. Вспыхнул яркий свет, белый и направленный. Я установил слепок на черном бархате. Контраст резкий, белое на черном.

Достал фотоаппарат, с тяжелым черным металлическим корпусом. Объектив на 50 мм. Установил камеру на штатив.

— Чен, позволь я настрою освещение, — сказал я. — Для рельефных объектов лучше использовать боковой свет под углом. Тени выделяют глубину канавок, детали становятся четче.

— Покажи.

Я взял вторую лампу с гибким штативом, установил сбоку от слепка под углом сорок пять градусов. Включил. Свет упал сбоку, тени легли в канавки протектора. Рисунок проявился объемным и рельефным.

— Видишь? Боковое освещение создает контраст. Выпуклые части светлые, углубления темные. На фотографии все детали будут видны четко.

Чен смотрел в видоискатель камеры.

— Действительно. Намного лучше чем обычно.

Я продолжил.

— Еще один момент. Нужно сделать серию снимков с разных углов. Общий план всего слепка, крупный план центральной части протектора, детали боковых канавок. Чем больше фотографий, тем легче инженерам производителей идентифицировать модель.

— Согласен. Я сделаю серию фотографий.

Чен фотографировал, я переставлял освещение для каждого ракурса. Щелчок затвора, пленка перематывалась с характерным звуком.

Через двадцать минут мы сделали двенадцать снимков. Разные углы, разное освещение, общие планы и детали.

— Отлично, — сказал Чен, убирая камеру. — Завтра утром проявлю пленку и сделаю отпечатки. Потом начну звонить.

— Теперь снимем точные размеры.

Я достал штангенциркуль из ящика. Металлический, хромированный, шкала с делениями. Точный инструмент, измеряет до сотых долей дюйма.

Приложил к слепку, измерил ширину протектора. Свел губки циркуля, посмотрел на шкалу.

— Ширина протектора ровно десять целых две десятых дюйма.

Чен записывал в блокнот.

Я измерил глубину канавок, расстояние между блоками, ширину центрального ребра. Каждый параметр точно, до сотых долей дюйма.

— Глубина канавок ноль целых шесть десятых дюйма. Расстояние между поперечными блоками два целых одна десятая дюйма. Ширина центрального ребра ноль целых восемь десятых дюйма.

Чен заполнял таблицу измерений.

— С такими точными данными производители быстро найдут модель. Обычно идентификация занимает несколько дней. Здесь могут уложиться в один день.

— Именно на это я и рассчитываю.

Я положил штангенциркуль обратно в ящик.

— Во сколько начнешь звонить завтра утром?

— В восемь ноль-ноль. Технические отделы производителей открываются в восемь тридцать по их местному времени. Гудьир и Би-Эф-Гудрич в Акроне, Огайо, часовой пояс восточный, как у нас. Файрстон в Детройте, тоже восточный. Дженерал Тайр в Калифорнии, там на три часа раньше, позвоню им после обеда.

— Хорошо. Я приду завтра, буду на связи. Как только идентифицируешь модель, сразу дай знать.

— Обязательно.

Мы закрыли лабораторию, я поднялся в офис. Дэйв и Маркус уже собирались уходить.

— Итан, идешь домой? — спросил Дэйв.

— Да. Завтра большой день. Чен начнет идентификацию шины.

— Тогда до завтра.

Я взял пиджак и надел. Вышел из здания, сел в машину.

Ехал домой в вечерних пробках. Машины ползли медленно. За окном темнел вечерний Вашингтон, горели уличные фонари, ярко светились витрины магазинов.

Мысли крутились вокруг дела.

Приехал домой, припарковался рядом с домом на стоянке. Поднялся в квартиру. Дженнифер встретила у двери и обняла меня.

— Как прошел день? Поймал всех преступников?

Я улыбнулся и поцеловал ее.

— Продуктивно. Завтра узнаем важную информацию по делу.

— Хорошо. Ужин готов. Жаркое из курицы с овощами.

Мы сели за стол, ели и разговаривали. Она рассказывала о своем дне, я слушал вполуха. Мысленно я был все еще в лаборатории, думал о слепке протектора, об убийце.

После ужина я лег спать пораньше. Завтра день идентификации шины. День, когда мы узнаем какой именно грузовик водит убийца.

И тогда начнется настоящая охота.

На следующее утро я проснулся в шесть тридцать, быстро оделся и позавтракал. Моя невеста все приготовила и оставила на столе, сама легла на диванчике. Я тихо вышел, стараясь ее не разбудить.

В офис приехал без четверти восемь. Здание Гувера встретило прохладой кондиционеров и запахом свежего кофе из автоматов.

Спустился в лабораторию на втором этаже. Чен уже там, стоял у ванночек с химикатами. Над ванночками на веревке висели фотографии, прикрепленные прищепками. Черно-белые снимки слепка протектора, еще влажные, капли стекали в ванночки.

— Доброе утро, — сказал я.

Чен обернулся.

— Доброе утро, Итан. Проявил пленку ночью. Вот снимки. Получились четкие, все детали видны хорошо.

Я подошел, чтобы изучить фотографии. Двенадцать снимков, разные ракурсы. Общий план слепка, крупный план центральной части, детали боковых канавок. Боковое освещение создавало глубокие тени, рельеф протектора выступил объемно.

— Отличная работа. С такими снимками производители быстро идентифицируют модель.

— Надеюсь. Планирую начать звонить в восемь тридцать. Технические отделы открываются в это время.

Я посмотрел на его забинтованную руку. Чен держал ее осторожно, пальцы почти не двигались.

— Чен, у тебя куча другой работы. Образцы по делам, анализы, отчеты. Давай я сам позвоню производителям. Я знаю технические детали шин, смогу правильно описать параметры.

Он колебался.

— Ты уверен? Разговор с инженерами может быть сложным. Они задают специфические вопросы.

— Справлюсь. Вчера мы с тобой сняли все размеры, я записал параметры. Знаю рисунок протектора, глубину канавок, расстояния между блоками. Этого достаточно.

Чен кивнул с облегчением.

— Хорошо. Буду признателен. Откровенно говоря, меня действительно много работы. Вчера принесли образцы крови по делу об ограблении, нужно определить группу. И волокна с одежды по другому делу.

— Займись этим. А я найду нашу шину.

Я поднялся в офис на третьем этаже. Дэйв и Маркус еще не приехали, слишком рано. Сел за стол, достал блокнот с записями параметров слепка.

Посмотрел на часы. Восемь двадцать пять. Можно начинать.

Взял телефонную трубку, набрал справочную.

— Чем могу помочь? — в трубке раздался приятный женский голос.

— Мне нужен телефон технического отдела компании Гудьир в Акроне, Огайо.

— Минуту, проверю.

Я слышал далекий шорох бумаги, щелчки переключателя.

— Гудьир Тайр энд Раббер Компани, технический отдел. Номер: ноль-два-один-шесть, пять-пять-пять, три-два-ноль-один.

— Спасибо.

Повесил трубку и набрал номер. Диск крутился туго, возвращался с щелчком после каждой цифры. Междугородний звонок, гудки длинные.

Три гудка, четыре…

— Гудьир, технический отдел, Дональд Паркер слушает.

Голос мужской, средних лет, поставленный, как у профессионального диктора.

— Доброе утро, мистер Паркер. Агент Итан Митчелл, Федеральное бюро расследований, Вашингтон. Веду расследование серии убийств, нужна помощь в идентификации шины по гипсовому слепку протектора.

Короткая пауза.

— ФБР? Серьезное дело. Чем могу помочь, агент Митчелл?

— У нас есть четкий слепок протектора с места преступления. Мы сняли точные размеры, сделали фотографии. Нужно определить модель шины и типы транспорта, на которые она устанавливается.

— Понятно. Опишите параметры.

Я открыл блокнот.

— Ширина протектора десять целых две десятых дюйма. Глубина канавок ноль целых шесть десятых дюйма. Рисунок протектора агрессивная «елочка» с выраженным центральным ребром. Расстояние между поперечными блоками два целых одна десятая дюйма. Ширина центрального ребра ноль целых восемь десятых дюйма.

Слышался шорох бумаги, Паркер записывал мои сведения.

— Хорошо. Это коммерческая шина, судя по ширине и рисунку. Для грузовиков. Вы сказали центральное ребро ноль целых восемь десятых дюйма?

— Да, именно.

— Гм. У наших шин центральное ребро обычно уже, около половины дюйма или шесть десятых максимум. Ноль целых восемь это нетипично для Гудьир.

— Может быть старая модель? Шестидесятые годы?

— Проверю каталоги. Минуту.

Я услышал стук положенной трубки, далекие шаги, скрипы открывающихся ящиков. Ждал почти пять минут.

Вскоре Паркер вернулся.

— Проверил архивы с шестьдесят пятого по семьдесят второй год. У нас нет моделей с такими параметрами. Ширина десять целых две подходит под наш размер девять целых ноль-ноль на двадцать, но рисунок протектора не совпадает. Наши коммерческие шины той ширины имеют продольные канавки, а не поперечные блоки.

— Понятно. Значит это не Гудьир?

— Скорее всего нет. Попробуйте Файрстоун или Би-Эф-Гудрич. У них были модели с агрессивным поперечным рисунком.

— Спасибо за помощь, мистер Паркер.

— Не за что. Удачи в расследовании.

Повесил трубку. Первая попытка неудачная, но это нормально. Производителей несколько, нужно проверить всех.

Набрал справочную снова, попросил номер Файрстоун в Детройте, Мичиган.

Через минуту соединили.

— Файрстоун Тайр энд Раббер, технический отдел, Роберт Макнили.

Голос молодой и энергичный.

— Доброе утро, мистер Макнили. Агент Итан Митчелл, ФБР. Нужна помощь в идентификации шины для расследования.

— ФБР? Интересно. Слушаю внимательно.

Я повторил описание параметров. Макнили записал данные и задал уточняющие вопросы.

— Рисунок «елочкой», говорите? Поперечные блоки два целых одна десятая дюйма между ними?

— Да.

— Похоже на нашу серию Транспорт. Коммерческие шины для грузовиков. Но ширина не та. У нас десять целых две дюйма только на шинах для тяжелых грузовиков, десять тонн и выше. Они имеют другой рисунок, более грубый, блоки шире.

— А для средних грузовиков? Три-пять тонн?

— Для средних наша ширина восемь-девять дюймов, не больше.

— Понятно. Значит, не подходит.

— К сожалению, нет. Но попробуйте Би-Эф-Гудрич. У них линейка Тракшн Мастер как раз для средних грузовиков. Рисунок агрессивный, может подойти.

— Спасибо, мистер Макнили.

— Пожалуйста. Надеюсь вы найдете то что нужно.

Повесил трубку. Второй звонок тоже неудачный, но появилась зацепка. Би-Эф-Гудрич, серия Тракшн Мастер.

Набрал справочную в третий раз.

— Номер технического отдела Би-Эф-Гудрич в Акроне, Огайо пожалуйста.

Через минуту дали номер. Набрал и ждал.

Гудки один за другим. Пять, шесть… Что-то долго не отвечают.

Наконец трубку взяли.

— Би-Эф-Гудрич, технический отдел, Роберт Хэмилтон.

Голос пожилого человека судя по всему, значит, опытного, с легким акцентом Среднего Запада.

— Доброе утро, мистер Хэмилтон. Агент Итан Митчелл, Федеральное бюро расследований. Веду расследование серии убийств, требуется идентификация шины по слепку протектора.

— ФБР? Серьезно? Слушаю вас агент.

— У нас гипсовый слепок протектора с места преступления. Точные размеры, фотографии. Нужно определить модель.

— Описывайте параметры.

Я снова зачитал данные из блокнота. Хэмилтон молча слушал, потом прервал.

— Минуту. Ширина десять целых две десятых дюйма, рисунок агрессивная «елочка», центральное ребро ноль целых восемь?

— Да, именно.

— Это звучит знакомо. Очень знакомо. — Пауза, шорох бумаги. — Расстояние между поперечными блоками вы сказали два целых одна десятая дюйма?

— Верно.

— Боже мой, это наша Тракшн Мастер! Я сам работал над этой моделью в шестьдесят восьмом году!

Сердце забилось быстрее. Попал в яблочко.

— Вы уверены, мистер Хэмилтон?

— Абсолютно. Параметры совпадают идеально. Би-Эф-Гудрич Тракшн Мастер, размер семь целых пять на двадцать. Коммерческая шина для средних грузовиков. Выпускали с шестьдесят восьмого по семьдесят второй год.

Я быстро записывал в блокнот.

— Можете уточнить на какие грузовики она устанавливалась?

— Конечно. Минуту, проверю спецификации.

Я услышал стук дверцы открывающегося шкафа, шелест страниц толстого каталога.

— Вот. Би-Эф-Гудрич Тракшн Мастер, размер семь целых пять на двадцать. Тип: коммерческая шина для средних грузовиков весом от трех до пяти тонн. Применение: стейк боди тракс, деливери тракс, фургоны. Основные производители грузовиков: Интернешнл Харвестер Лоудстар серии одна тысяча шестьсот и одна тысяча восемьсот, Шевроле Си-пятьдесят и Си-шестьдесят, Форд Эф-шестьсот, ДжиЭмСи четыре тысячи серии.

Я записывал каждое слово, рука летала по бумаге.

— Период выпуска шины?

— С марта шестьдесят восьмого года по февраль семьдесят второго. Производство прекращено, заменили новой моделью Супер Тракшн весной этого года.

— Сколько примерно продано таких шин?

— По нашим записям около ста восьмидесяти тысяч шин за четыре года. Популярная модель для независимых дальнобойщиков и средних транспортных компаний. Хорошее сцепление, долгий срок службы.

— Можете сказать средний пробег до износа?

— При нормальной эксплуатации пятьдесят тысяч миль до замены. Но зависит от нагрузки, условий дорог и ухода.

Я посмотрел на свою запись об износе слепка, примерно сорок процентов.

— Если шина изношена на сорок процентов, какой примерный пробег?

— Сорок процентов износа означает шестьдесят процентов остаточного ресурса. Значит прошла около двадцати-двадцати пяти тысяч миль. Еще осталось тридцать тысяч до полного износа.

— Понятно. Мистер Хэмилтон, вы очень помогли. Это критически важная информация для расследования.

— Рад помочь, агент Митчелл. Надеюсь поймаете преступника.

— Поймаем. Спасибо еще раз.

Повесил трубку. Сидел несколько секунд, глядя на записи в блокноте.

Я сделал это. Би-Эф-Гудрич Тракшн Мастер, размер 7.5–20. Грузовики Интернешнл Харвестер, Шевроле, Форд, ДжиЭмСи. Годы 1968–1972.

Круг сомкнулся. Волокна обивки указывали на те же марки грузовиков. Теперь шина это подтвердила.

Посмотрел на часы. Десять ноль-пять. Томпсон в офисе, надо доложить.