Криндж и Свидетели Пиццы

Глава 18 Салочки-обоссалочки

— ААА!!! — ору я, бултыхаясь над бездной подуровня. Под моим брюхом нету никаких таких летающих машин, только сомнительной чистоты воздух, да высотные здания, до которых долго падать. Мне страшно, тоскливо и грустно.

— Ааа!!! — панически орёт приглушенный голос могучего мужика в зеленой силовой броне, за пятку которого я и держусь.

Тот, кто держит мужика за руки, не орёт. Он, тоже одетый в силовую броню, молча и мужественно высовывается из кружащегося на одном месте летающего бронетранспортёра, изо всех сил пытаясь втянуть ранее выбитого летящим мной из транспорта мужика в зеленом. Ситуацию сильно усложняют жужжащие вокруг нас дроны, половина из которых снимает происходящее, а вторая — пытается ударить меня током или вогнать под кожу шприц с какой-то гадостью. Мне приходится сильно извиваться, чтобы этого не произошло. Такое девиантное поведение сильно усугубляет панику, фрустрацию и уменьшает шансы спасательного мужика втащить нас обоих внутрь слегка подбитого кем-то транспорта, кружащегося на месте.

Как подобное произошло? А очень просто. Взрыв двух ракет за моей спиной, очевидно устроивший шиш-кебаб из всех посетителей выставки, придал мне достаточный импульс, чтобы я влетел в корыто этих самых перцев, а затем, пролетев его насквозь, выпал в наружу, прихватив с собой вот этого орущего перца. Что теперь делать — не представляю совершенно, поэтому только танцую всем телом, пытаясь избежать внимания дронов. Моей единственной надеждой является оторвать себе мужика, у которого в таком мощном и крутом костюме может найтись какой-нибудь прибамбас, который поможет нам спастись.

Надежды мальчиков питают, надежды девочек штормят, но эта история не про счастливые концы. Кто-то со стороны решает, что этот бронетранспортер своё оттанцевал, поэтому стреляет по нему каким-то голубым энергетическим зарядом. Чертова машина начинает моментально терять высоту, падая кирпичом. И кружась.

Я же падать не могу. На мне смокинг, я только-только пошёл на взлёт в этой жизни. Сильным рывком отцепляюсь от мужика в зеленом, тем самым разрывая его тактильный контакт с мужиком-спасателем, а затем, вытянувшись, таки вцепляюсь руками в пару дронов! Спасён!

А, нет, падаю!

Правда, медленно и косо, дроны жужжат, пытаются выжить, помогают выжить мне. Мы несемся спиралью вниз, но куда медленнее чем машина-кирпич и бронированные мужики. Я лихорадочно пытаюсь сменить траекторию, двигая скрипящими дронами. Получается так себе. Мимо крыши небоскреба промахиваемся на «ура».

Беда. Отпускаю ту машину, что тянет меня от здания, а сам начинаю падать вдоль него, схватив обеими руками оставшийся дрон. Пытаюсь пробить им стекло или хотя бы затормозить, но проклятая летающая хреновина рассыпается прямо в руках, лишь немного затормозив моё падение. Этого оказывается достаточно, потому что кто-то добрый сбоку промахивается по мне ракетой, взрывающейся чуть ли не под моими ногами!

Удар, боль, судорожно сжатые руки, выбитые суставы, крошащиеся от напряжения зубы, распоротый бок. Малая цена за возможность вцепиться руками прямо в организованную взрывом дырку в здании!

С радостью плачу её, заползая внутрь раздолбанного этажа небоскреба бессмертным тараканом, плачущим внутри от утраты смокинга. Теперь на мне просто туфли, штаны, рукава и… галстук-бабочка. Целых два метра ползу, тараканисто, то есть быстро. Взрыв за спиной, полёт вперед через какой-то супернавороченный опен-спейс, набитый орущими людьми. Всё, нет у меня штанов. И трусов нет.

Зато я жив и не падаю! Выкусите!

Пробежка по коридорам омрачена взрывами. Создается впечатление, что снаружи война. Внутри тоже неспокойно, офисные хомячки в ужасе убегают от окровавленного меня, вызвали все лифты. Сволочи. Ладно, ступеньки даже в этом веке — надежны как скала. По ним сбегаю на три этажа вниз, пятная всё кровью из распоротого бока, но торможу, увидев, что попал на этаж, занятый медицинским центром. Беру двери штурмом. Медсестры в очень коротеньких халатиках бегут с писками и визгами, а я, рыча как престарелый бегемот, заглядываю в раскрытые двери. За одной из них кабинет, в котором на меня заинтересованно разворачивают манипуляторы три рободока, наперебой советующие срочно к ним подойти. Не подхожу, а аж подбегаю, сдвигая аппараты поближе. Они резво шуршат, штопая меня на ходу, опрыскивая разной лечебной гадостью и советуя диеты.

Трачу секунды на анализ своего состояния. Пузо и грудь пострадали при врыве в здание, сейчас их штопают. Спина, жопа и задняя сторона ляжек обожжены детонацией ракеты, а заодно нафаршированы осколками. Ими занимаются. Глаза на месте, ручки вот они… рукава! Проклятые рукава! Сдираю их под ругань рободоков. Теперь на мне одни туфли. Искать одежду по размеру некогда и негде.

Здание содрогается, за большим окном вижу, как мелькает в воздухе ярко-красная фигурка, по которой лупят три внушительных мобиля, нафаршированных людьми. Они используют обычный огнестрел, да и сами тачки у них не ахти, так что прилетевший сверху лазерный луч сразу поджигает одну машину и заставляет две других спасаться. Это сложно, дронов всё больше и больше. Они ведут съёмку. Они видят меня.

Улыбаюсь, подмигиваю прямо в кадр, делая «выстрел» пальцем. Если помирать, то на стиле!

Слышен приближающийся вой многочисленных сирен.

— Благодарю за службу! — вырываюсь из объятий полезных роботов, но… не совсем. Их многочисленные манипуляторы, не закончившие свою работу, отнимают у меня почти последнее — мою фиолетовую кожу, трещащую, пищащую, растянувшуюся гигантским несчастным презервативом. Вылупляюсь из неё а-ля натюрель. Время делать ноги.

— Не забудьте оплатить счет! — доносится мне в спину.

Засранцы, они что, клятву Гиппоталамусу не давали⁈

Шутка юмора прошла криво, небесам не понравилось, они показали мне лестницу, битком забитую спасающимися людьми. Люди панически кричали о том, что в здание врезалось уже целых два чертолета, поэтому всё шатается и может рухнуть. При виде меня пара офисных работниц взвизгнули и пошли по головам, удирая вниз со скоростью, достойной восхищения. Я никому не мешал, стоял и лихорадочно думал.

Надо свалить, но если выйду из здания, то меня увидят дроны. Это будет фиаско, потому что стрелять нечем, жопа голая, стволы остались у Мурхухна… черт! Коммуникатор!!!

Тот оказался цел, лишь немного поцарапан, однако, улыбнуться мне не дали. Неожиданно меня подняла в воздух неведомая сила и упёрла вдаль по коридору, прямо к протянувшей по направлению ко мне руки бабе в красном! Не успел я рассмотреть эту шикарную красотку, как та, изящно провернувшись, провернула висящего в воздухе меня вместе с собой, отправляя в полёт! Сквозь стекло, прочь из здания!

Сука!

Технически, до асфальта уже было метров двадцать, но кто бы мне дал долететь вниз спокойно. Красная стервь, выбросившая меня на мороз, допорхнула до меня в тот же момент, как мой полёт стал замедляться, а затем снова растопырила руки, заставляя нас обоих замереть в воздухе. Правда, оказалась ко мне близко. Удобно близко.

…поэтому я ей дал в глаз. От души дал, коротким, но очень мощным прямым выбросом, четко возвращая достаточно кинетической энергии, чтобы она вошла в здание чуть ли не через ту же дырку, через которую мы очутились тут. Чуть-чуть промахнулась, плечом стену задела, ну ничего, тоже считается.

Снова падаю, дронов рядом нема, машины стреляют друг в друга где-то в стороне, пустота и скорбь. Видимо, поэтому меня сюда и вытолкнули, чтобы потом дотолкать до того мужика в сиреневом, если он выжил. Кажется, теперь я точно сломаю ноги или вообще стану отбивной. Жалко.

Мысли проносятся огненными скакунами, но хрень, на которую я падаю брюхом и мордой вниз, еще быстрее. Буквально скрав меня в падении, она несется дальше, вынуждая меня плечом вдавливаться в мягкое. Это мягкое скрипит и хрипит. Уши слышат чей-то визгливый голос из прекрасного далеко… а нет, довольно близко. Что там мне орут?

— Слезь с моей мамы, Криндж!!

— И с меня-я… — голос напоминает полураздавленного Дюракса, а посмотрев, что я мну плечом, понимаю, что так оно и есть.

— Одного нашел, мамы не видно, — докладываю я, понимая, что рейлы в какой-то тарантайке на бешеной скорости вывозят меня из войны, что разразилась на подуровне, — Вы…

— Мама! — вопит несчастным голосом Майра, сидящая за рулем, — Ты где⁈

— Ооох… — скрипит из щели подо мной, — Чуть хером не убило… Прямо по лицу… теперь синяк будет. А что с носом…?

— Мама!!!

— Так, вы меня… кудааааа!!! — приняв сидячее положение, я хотел завести беседу, но Майра, завизжав нечто нечленораздельное, уронила совсем небольшую летающую машинку-кабриолет в жесткое пике! Мало того, что мне, со свистящим ветром в ушах, пришлось ловить едва не вылетевшего Дюракса, так еще и получил в лицо Литрой Пиамакс, обнявшей меня ногами за шею и истошно матерящей собственную дочь!

— Они отключили все гражданские мобили в городе! — визжит Майра, управляющая воющим аппаратом, несущимся на следующий уровень, — Сейчас включится экстренная посадка! Они сажают весь Рим!!

— Почему?!! — вопит Литра, не обращая внимания на то, что я рычу, мотая головой с налипшей на неё рейлой, — Что происходит?!!

— Сюда летит ударный флот «Омнипола»! С орбиты!! — крик Майры отчетливо слышен, а еще я чувствую, как мягкое и довольно приятное пузо пожилой шпионки морщится и начинает дрожать.

Впрочем, черная рейла начинает выводить тачку из пике и, под лютой перегрузкой, сползающая Литра снова знакомится с органом, чуть не убившим её ранее. Правда, более плотно, впритирку прошла, можно сказать. Я же просто кряхчу от натуги, не понимая, как подобные кунштюки выдерживают организмы рейлов. Резкое торможение едва не вынуждает меня запустить Дюраксом вперед, в лобовое стекло. Да уж, судьба нетривиального жука его избежала чудом…

Что произошло? В курс меня вводят замотавшиеся в какие-то лохмотья рейлы, когда мы скрываемся в переулках, бросив машину. По Риму инициирован «полный стоп» воздушного транспорта, специальный сигнал был отправлен на все средства передвижения. Майра успела, чуть ли не секунда в секунду, отправить нашу тачку на нижний уровень, из-за чего автоматика обесточила механизм, когда мы уже были относительно далеко.

— Угоняем наземную тачку и рвем отсюда когти! Криндж, где твой приятель⁈

— Ворует нам леталу, чтобы смыться отсюда.

— Зашибись! Как у него дела⁈

Дела у Мурхухна шли так себе, по крайней мере, матерился он в ответ довольно тихо, но очень прочувствованно. Еле удалось узнать, что в воздушном порту, куда уже пробрался наш свин, бросив где-то мою тачку на произвол судьбы (хнык), царили настоящая паника, разброд и шатание. Сейчас бывший полицейский как раз был в процессе выбора, какую именно халабудину слямзить.

— Скажи ему, чтобы сразу не взлетал! — пропыхтела спешащая за мной Литра, — Покинуть город можно только через воздушные коридоры, идущие в море! Там движение регулируется!

— Какого хрена у тебя там рейлы⁈ — возмутился Виверикс.

— Они мне жизнь спасли! — торопливо гавкнул я, озираясь по сторонам вместе со всеми, в поисках подходящей наземной тачки, — В общем, подожди воровать! Сейчас придём и вместе своруем. Выбери пока, приценись, померяй. Походи, посмотри, если что — вернемся!

— Да вы ох…

Нам некогда разговаривать. Гражданский летающий транспорт опущен, в воздухе только дроны, силы правопорядка и те, кто могут на них плевать. Значит, нужно срочно скрыться под металлической крышей наземной тарантайки, которые отключать в мегаполисе не станут. Грузопоток — это вам не кот насрал, это артерии города, да и тачки тут разные.

Увы, мы не в той части города, где прямо дофига парковочных мест и большой выбор тачил. Скорее наоборот, Майра мудро нас опустила в какой-то полукриминальный район, поэтому, пробежав с минуту по закоулкам, мы неожиданно напарываемся на большой неуклюжий фургон, в который пялящийся в планшет негр, одетый в прикольную здоровенную белую шубу, загоняет стайку полуголых девчонок с криками о том, что сегодня у них у всех выходной, а может быть, и завтра.

Идеально.

— В смысле — «идеально»? — не понимает черный маленький Дюракс.

— На угон они не подадут! — уверенно заявляю я и, поправив галстук-бабочку, иду грабить сутенера на тачку и шубу. Ну, в смысле хочу грабить сутенера, но он не дается. То есть, при виде вышедшего из-за угла меня чересчур впечатляется галстуком, от чего и убегает с визгом, бросив планшет и шубу. Девок бросить не получается, они его догоняют и перегоняют даже на каблуках. Вся кавалькада скрывается с глаз куда быстрее, чем мы успеваем занять проститутошный грузовичок.

— Мои глаза… — стонет Майра, когда я надеваю шубу, которая оказывается мне нормально в плечах, чуток коротковата, то есть по колени, и совсем не желая запахиваться хоть как-то.

— Учиться тебе на шпиона и учиться! — авторитетно заявляю я, вызывая странные звуки в однорукой старой женщине-рейле, — Поехали, нас свинья ждёт.

Фургон, конечно, напоминал передвижной бордель, но, как полагается собственности мелких преступников, хорошо маскировал своё содержимое. А еще в нем нашелся огромный рыжий парик, который я без всякого сомнения нацепил на себя и солнцезащитные очки с оправой в виде искрящихся звезд. Под стоны рейлов, закопавшихся в проститутошнем барахле, я вёл машину неторопливо, уверенно и гордо, как и полагается удачно выполнившему миссию шпиону. Дюракс, стараясь на меня не смотреть, сидел с ворованным у негра планшетом, прокладывая курс.

— А вы тут вообще почему? — задал я давно уже напросившийся вопрос.

— Из-за тебя! — гневно буркнула Литра, шарившаяся среди барахла в кузове фургона, — Мы связались со своими, передали все собранные данные, патрон приказал уходить, сворачиваться! А как мы можем исчезнуть, если вы, два огромных дурака, столько знаете? Ты хоть представляешь, кто тебя ищет, Криндж⁈ Ты хоть представляешь, почему вот это всё началось?

— Почему? — не стал тянуть я кота за яйца.

— Потому, что гребаные греи раскрыли твоё местопребывание всем на той выставке! Выложили в открытом доступе! — гневно заорал Дюракс, — Они спровоцировали эту жесть! Если до тебя доберется кардинал, то он узнает о тебе всё, это сраный Джефф Резос, лучший менталист церкви! Узнает все про нас!

— Дядька в фиолетовом? — протянул я, — Его вроде ракетами взорвало. Ну и бабой ударило. Еще до ракет.

Ну греи, ну мелкие падонки. Решили выкрутиться вот каким образом. Надоили два ведра, сделали умный вид, а потом слились с темы, подставив меня! Козлы лысые.

— То есть, он уже тебя видел… — упавшим голосом заметила Литра.

— Ну, пару секунд, не больше. Может полторы. Потом я в него бабой голой бросил.

— Если это было на камеру… — упавшим голоском пропищала Майра.

— Ну конечно это было на камеру! — возмутился я.

Рейлы почему-то синхронно сглотнули и замолчали. Пожав плечами, я поправил шубу и надавил на газ. За последние полчаса я четырежды рискнул жизнью, а потом мне робот на ходу зашил жопу. Последствия — это роскошь для тех, кто рассчитывает до них дожить.

— Будем надеяться, что флот Омнипола, летящий сюда, построит всех этих отморозков… — прошептала Литра.

Мы ехали очень неторопливо несмотря на то, что на дорогах было не так уж много машин. Рим город огромный, но не вширь, а как цилиндр, то есть основные пробки нас ждали на лифтах. Вот там да. Народ сыпался сверху, а на планшете у Дюракса новости были одна страшнее другой. Кажется, мои преследователи очень плотно и потно дрались между собой, разрушая городскую инфраструктуру и приводя зрителей с орбиты в состояние оргазмического восторга. Почему? Потому что это не было режиссированным конфликтом , со спонсорами, сценаристами и прочими вовлеченными лицами. Тысячи блоггеров упоенно строчили свои версии, их рейтинги росли, вся Галактика с жадностью следила за очередным замесом.

А мы, точнее я, в классной шубе с негра и галстуке-бабочке, неторопливо вёл бордель-фургон, заводя его в лифт. Нам нужно было использовать таких аж три штуки, чтобы добраться до воздушного порта, но особых проблем я не видел. Разве что последний отрезок пути, который предполагал пересечение всего уровня, то есть диска-этажа Рима, из одного конца в другой.

Пока всё шло замечательно…

Мы поднялись на уровень, пошляпали до другого лифта, там в окно к нам заглянул полицейский, дёрнул черным глазом при виде моей лучезарной улыбки… но не более. Увы, данные на его устройствах уже безнадежно устарели, я сменил цвет кожи, оставив старую на жадных манипуляторах рободоков. Поводя сканером, страж полиции буркнул, что не собирается ловить сегодня карликовых проституток, так что мы поехали дальше под тихий мат замаскировавшихся рейлов.

Тот, впрочем, быстро смолк, после того как Дюракс напряженным донельзя голосом спросил, зачем я, представившись офицером Омнипола на секретном задании, выкинул в мусоросборник высокопоставленную кошко-леди, дочь главы одного из важнейших предприятий планеты Хрисс.

— Она у меня шмаль своровала, — пояснил я, — Помните, вам рассказывал? Ну вот…

(несколько минут молчания, пока лифт довозит нас до нужного уровня)

— Криндж…?

— А?

— Омнипол летит сюда за тобой . Ударный флот, Криндж. За тобой.

///

Голонет ворочался сонмом разбуженных чудовищ. Тысячи голов, подобных гидре, выкрикивали одну новость за другой. События в Риме привлекли внимание всей орбиты, принимающей, обрабатывающей и распространяющей развлекательную информацию. Миллиарды бит информации разлетались по космосу, будоража воображение бесчисленных зрителей со всей Галактики.

«Секретная операция Омнипола по устранению возможных конкурентов — успешна! Хрисс не допущен в бизнес сил безопасности Земли, а выкинут с органическими отходами! Флот летит затирать следы!»

«Зверская мясорубка Рима! Знаменитые наемники Майкла Свиридова уничтожены полицией!»

«Кардинал охотится за Кринджем! Позорный момент и кадры смерти двух фурий церкви Звездного света!»

«Резня в Театре-Колизее! Мутанты в черном и бойцы Возвращения прямо в центре Рима! Великий оазис культуры в руинах!»

Никто не понимал, что творится, но многие уже пытались высказаться. Ложь, правда, юмор и серьезность сплетались в нераспутываемый клубок, накрепко соединенный кровью и ненавистью. Охотники за одним-единственным ашуром, столкнувшиеся на очень узкой дорожке, били насмерть, без оглядки, без попыток разобраться, что происходит. Слишком внезапно, слишком в лоб они все столкнулись. Слишком агрессивно себя повела полиция города, сплошь состоящая из гибридов подземного улья греев.

Здесь и сейчас всё было… слишком .

У этого хаоса не было дирижера. Не было команды опытных аналитиков, способных просчитать последствия конфликта. Не было ничего. Он был стихийным, случайным и, от того, куда более страшным.

Свиридов, с чьей подачи были запущены ракеты с дрона, попросту не знал «калибра» людей, собравшихся на этой экспозиции. Наемник просто решил зачистить помещение, будучи практически уверенным, что нужный им мутант выживет. Жестокие времена требуют быстрых решений, а этот седой человек, любящий носить силовую броню зеленого цвета, знал в них толк.

Кардинал Джефф Резос, чей энергетический щит едва выдержал сдвоенную детонацию ракет, пущенных силами наемников, решил, что это было покушение. Либо на него, либо на церковь Звездного света, чтобы «повесить» трупы весьма важных гостей зала, запятнав репутацию его организации. Впав в ярость, он послал вперед фурий, отдав женщинам-псионикам чересчур расплывчатые приказы.

Агенты «Возвращения», не успевая за куда более мобильным кардиналом в зал экспозиции, оставили свои пехотные части в Театре-Колизее, огромной достопримечательности Рима, располагавшейся ниже уровнем, сосредоточились на управлении боевыми дронами, сцепившимися с полицией и дронами наёмников, действовавших в автоматическом режиме. Несовершенные системы «свой-чужой» распознали дроны-наблюдатели орбиталов такими же целями, как и боевые машины противника. Почему их атаковали охотничьи отряды лейров — ответа на этот вопрос не было ни у кого, а результат уже видел весь мир. Один из самых знаменитых культурных центров планеты пылал и обрушивался, погребая под своими обломками и людей в зеленом, и ашуров в черном.

Ураган насилия, развернувшийся на подуровне А-2 уровня А-52, пожинал свой кровавый урожай, вбирая жизни многочисленных гражданских, пока к городу спускался ударный флот, состоящий из трех полноценных звездных фрегатов.

Там же, на этом самом подуровне, чуть севернее от эпицентра безумия, по обвалившейся крыше трехэтажной стоянки на край очередной городской платформы взошёл огромный, полностью закованный в броню, бык, невозмутимо рассматривающий пятидесятиметровую бездну под своими копытами, в самом низу которой был очередной подуровень этого огромного города. На могучей спине животного восседал рыцарь, удерживающий в правой руке длинное копье. На середине древка оружия, как бабочка, наколотая на булавку, бездыханно висела женщина, одетая в ярко-красный комбинезон. Она была стопроцентно мертва.

— Здесь его нет, мой верный друг! — раздалось из-под рыцарского шлема весьма воодушевленным тоном, — Но мы его непременно отыщем! Вперед! Нет времени на отдых!

Гигант, чей вес приближался вплотную к двум тоннам, послушался своего всадника.

Он прыгнул вперед .