Криндж и Свидетели Пиццы

Глава 3 Шикарный план

— Я — продукт цивилизации. Генетического ретейлоринга, качественного образования, тщательной всесторонней подготовки. У меня была долгая и плодотворная жизнь в цивилизации, общество, друзья, и работа на благо города. А ты — дикий мутант, отрыгнутый пустошами. Мы не одинаковые!

Это мне было сообщено чуть-чуть снисходительно, с нескрываемым и уверенным превосходством. Не заорать диким гоготом мне было совершенно невозможно, поэтому я рулил и орал, запрокинув голову в невыносимом веселье. Почему? Ну, когда тебе эту фразу сообщает гуманоидная свинья, буквально выкинутая на обочину жизни, то сдержаться ты не можешь!

Нет, на самом деле, Мурхухна Виверикса нельзя было называть «гуманоидной свиньей». Даже свиночеловеком нельзя. Рядом со мной, на пассажирском сидении, сидел могучий, здоровый, кряжистый мужик, у которого на плечах была голова много чего повидавшего кабана. Тело, то, что виднелось из-под тонкого черного комбинезона, было совершенно человеческим! Ну да, толстая кожа слегка коричневатого оттенка, покрытая тучей шрамов, ногти, которыми, кажется, можно было отдирать жесть от бетона, кости скелета крупные… но и всё. А так да, только кабанья башка на неповоротливой шее, причем, вполне соразмерная телу. Мужик, очевидно, всегда испытывал некоторые проблемы с тем, чтобы посмотреть себе под ноги, но ему это, видимо, не особо мешало. В остальном — мужик как мужик.

Грустный только.

— Ты, плод «цивилизации», похож на депрессивного кабана, — озвучил я свои мысли, обгоняя какую-то тарантайку рейлов, созданную из говна и палок, — А еще ты бывший мент, чересчур уверенный в своей скорой смерти.

— А мне казалось, я всё довольно хорошо тебе объяснил… в обмен на еду, — мрачно проворчал мой пассажир, едущий со скрещенными лапищами на груди, — Или уже выветрилось?

— Да-да, — зевнул я, — Омнипол, типа регулятор закона во всех этих сраных мегаполисах. Во избежание коррупции рекрутируют только детей, которых подвергают генным модификациям, из-за чего вы получаетесь такими красавцами, у которых всё на лицо. Так-то ничего удивительного в том, что ты себя считаешь покойником, просто не могу понять, как такой боевой мужик вроде тебя… тупо опускает копыта из-за того, что родной свинарник выставил его на мороз!

— Ты вроде не настолько туп, как выглядишь, — критически обозрела меня человекоподобная свинья, — слушал меня через задницу или пытаешься спровоцировать на атаку?

— Ни то, ни другое, Мурхухн Виверикс.

В моей голове шестеренки, может, стоят и неправильно, зато вращаются бодро. Этот свин — тот еще свин. За его невинными (вру) глазками скрываются десятилетия угнетения народных масс, причем не резиновой дубинкой, а пулеметами, огнеметами и прочими нездоровыми штуками. То, что он, при всем этом, — полностью соображающий разумный, говорит о том, что методика Омнипола полностью действенна. Им даже не было нужды мучить мозги этих своих «морфов» какой-нибудь пропагандой, чуждые вообще всем и каждому звероподобные менты живут строго в своей нише, делают работу, получают зарплату…

В общем, шлепнуть его было бы действительно благим делом, но смысл? Мне скучно, а сама свинья — это не только сотня с лишним кило довольно паршивого, ибо старого, мяса, но и кое-что еще. К примеру попутчик, рассказчик, ценный актив. Осталось только отучить животное коситься по сторонам с мыслью о суициде, да и немного приручить в процессе!

— Ты утром вставал со своей постельки, выпивал чашечку кофе, затем шел на работу, немного стрелял в разных интересных людей, потом уходил со смены, быть может, в бар со старыми знакомыми… — протянул я, обгоняя дышащий на ладан автобус, чьего лежащего на обочине собрата мы проехали десять километров назад, — … затем было новое утро и новые пострелушки. И там всю жизнь. Теперь тебя слили, но ты с превосходством пялишься на жалкого дикаря, не знающего, наверное, что такое матрас, тостер и телевизор. Не так ли? Но жить тебе особо незачем, ага? Везде чужим будешь, а значит, смерть гарантирована.

— Ты не примитив! — спустя пару минут поставил мне диагноз прямоходящий кабан, даже несколько оживляясь, — И даже не дикарь! Такую речь и мой капитан бы не выдал! Откуда ты знаешь, как я жил⁈

— Херня вопрос, — оскалился я, тормозя джип у обочины, — Я знаю даже больше. Например — как ты сможешь жить дальше .

Легко заинтересовать того, кому нечего терять. Эти сто тридцать килограммов свинины жить хотели. Они просто еще не знали, что не жили вообще. Это было поправимо… но, сначала, я отолью. Говорить с боссом, имея полный мочевой пузырь, не лучшая идея.

— КРИНДЖ!!! — гневно и нервно заорала на меня рация спустя пятнадцать минут «дозвона», — ТЫ ЧТО⁈ УЖЕ ОБОСРАЛСЯ?!!

— Нет, соскучился! — гыгыкнул я, подмигивая содрогнувшемуся кабану, смолящему мои сигареты, — А если честно, то хочу тебе подложить свинью…

Дальше было всё как в том анекдоте, причем на громкой связи, дабы Мурхухн сразу чухал, куда дует ветер. Вам нужна свинья? Нет? А если разумная? Тем более? А если она бывший коп? «Криндж, ты поехал⁈ Бывших не бывает!». А если бывает? «ЗО-ЧЕЕМ⁈». Как зачем? Она умеет врываться, умеет штурмовать, умеет подавлять сопротивление, брать живьем, командовать отрядом, воспитывать молодежь, крутить самокрутки и воровать сигареты… Работает за еду, выпивку, секс и уютную кабину, где есть экран с порномультиками.

— Заткнись! — рявкнула рация, — Нужен! Очень! Беру! Но сначала — дело! Бери его с собой! Выживете — продолжим разговор!

И отключилась. Занятая, видимо.

— Поздравляю, ты теперь инструктор пиратского абордажного отряда! — похлопал я по плечу обалдевшую свинину, — Ненормированный рабочий день, большая зарплата, неформальное общение! Ах да, и динамично развивающийся коллектив! Поверь, им есть куда развиваться. Непаханые поля для развития!

Тут, конечно, Омнипол протупил, чего еще скажешь. Не рассчитали эти поборники «закона», что может существовать полностью мультирасовое общество, в котором уровень терпимости зависит только от вклада личности нового члена. А кровожадная, жестокая и умелая свинья-убийца туда впишется как влитая. Ну, если выживет.

Мурхухн Виверикс был в глубоком шоке. Его мир рухнул, затем по нему наподдали грязным ботинком, а вместо вручили нечто, относительно похожее на будущее, но самого сомнительного вида. Тем не менее, единственной альтернативой было кидаться под автобус, набитый горланящими рейлами, так что кабану пришлось мириться с произошедшим. В этом ему помогли остатки спиртного, что бултыхались в джипе, так что следующие сутки я ехал с бывшим ментом, нажравшимся как свинья!

Кто мастер плоских повторяющихся шуток? Криндж!

— Темные боги Рассвета, это что, всё на самом деле…? — простонало вороватое животное, с силой растирая себе клыкастую морду ладонями, — Мне это не приснилось?

— Добро пожаловать в реальный мир, Не… Мурхухн! — осклабился я, тыча в левый клык своего нового развлечения пластиковой бутылкой с водой, — Приходи в себя, скоро за руль сядешь, мне спать охота!

— Откуда на мне одежда? — вяло удивился похмельный свин, обряженный уже не в позорный обтягивающий его как сосиска боди, а в черные брюки, ботинки, куртку… и боди под ними.

— Остановились около магазина с принтером, нам напечатали. За деньги, — отозвался я, — Не парься, с зарплаты отдашь.

Солнечные очки мне не сделали, что было очень обидно, а вот будущего товарища я принарядил.

— А ствол откуда? — недоуменно хлопал глазами Виверикс, рассматривая вытянутый из-за пояса старый револьвер во вполне пригодном состоянии.

— Ты у одного панка отнял. Он мне не поверил, когда я рассказал, что ты — полицейский под прикрытием, собирающийся внедриться в банду отпетых головорезов!

Дикий кабаний взгляд в ответ стал для меня наградой за все потраченные терракоины!

Не помню откуда и когда, но точно помню, что если вы встретили персону, находящуюся в глубоком личностном кризисе или там, скажем, горе, то лучший способ сгладить это состояние — вызвать у пациента новые впечатления. Чем ярче — тем лучше. Кажется, я справился!

Психология!

Хотя, учитывая, что мой попутчик пялится на меня, не мигая, уже пять минут, кажется, что-то в процессе было повреждено. Ну что тут поделать, никто не совершенен. Даже я.

Впрочем, Мурхухн вполне исправно полечился водичкой, а затем, отойдя от наиболее злостных симптомов бодуна, занял своё место за рулем. Водить машину он не умел, но чего там уметь, когда надо просто ехать прямо, а ты — суицидальная свинья на максималках? Названный так пару раз, кабаноподобный человек разозлился, выгнал хмарь из своей клыкастой бестолковки, а дальше повёл вполне нормально, что даже позволило мне вздремнуть.

Снова мы заговорили лишь вечером, когда остановились возле барахолки, куда я захотел сдать остальной хлам, набранный с той банды панков, к которой принадлежал недоверчивый тип, поделившийся с Мурхухном револьвером. Обменяв старое дешевое железо кустарных пушек и ножей на несколько терракоинов, мы тут же потратили их на солидный перекус. Тогда-то, поев и выпив, полностью собравшийся с мыслями бывший мент мне угрюмо сказал:

— Криндж. Я благодарен тебе… за всё, но если ты не видишь, как на меня смотрят даже обсосы на этом рынке, то ты — полный идиот. Я поймаю пулю от любого жителя пустошей, это вопрос времени. Очень небольшого времени, возможно, что это случится прямо здесь, пока мы жрем. Хочешь поймать со мной?

Виверикс был прав, я уже подметил взгляды, бросаемые на него всеми и вся. Здоровяк с головой кабана не мог быть никем, кроме офицера Омнипола, а это зрелище несет мир, покой и штраф за превышение скорости только для жителя цивилизованного анклава. Неважно чьего, Хаба, Церкви, Института, государства. Для всех остальных, этих самых «жителей пустошей», включая и меня, кабанья башка морфа, как и звериная морда другого какого-нибудь их варианта, обычно находилась по другую сторону пулемета, огнемета или чего-то подобного, чем нас угощали стражи закона. Не со зла, а когда какая-нибудь группка отчаянных авантюристов хотела оттяпать кусочек жизни у жирных и довольных цивилов… но из кого, по-вашему, состоят эти группки? В них чьи-то родственники, чьи-то дети, чьи-то друзья. То, что моего свиномордого приятеля пристрелят рано или поздно, было фактом. Только…

— Я уже об этом подумал, — в очередной раз смертельно удивил я бывшего мента, — На Великой Трассе как-нибудь справимся, тут все проездом, все по делам. Должно быть не так опасно…

— Да, но…

— А потом мы сворачиваем на Рим, мужик. Прём к нему через Ромус. Насколько я слышал, огнестрела там нет. Потом возвращаемся тем же путем, и почти с трассы, в глуши, нас заберет корабль. Все будет пучком.

Ну вот, я его снова сломал.

— Зачем тебе в Рим…? — прохрипел этот бедолага.

— Промышленный шпионаж! — важно поднял я палец, полностью выключая когнитивную деятельность похмельной гуманоидной свиньи. Ну да, скорее пожилого, массивного, стреляного и битого жизнью кабана, но что тут скажешь? Я в глубине души тот еще расист. Хотя нет, не расист. Мне просто нравится издеваться над окружающими! Фредди не даст соврать!

Интерлюдия

Никто не доверит свежезавербованному придурку нормальную пушку. Нет. Его, малолетнего идиота, будут обучать сначала на каком-нибудь малокалиберном дерьме. Где-нибудь в глуши, очищенной от опасных животин, сытно и строго. Его будут дрючить день-деньской, закармливая при этом на убой, формируя самый обычный мешок очередного пушечного мяса. Затем, если он выживет, возможны варианты и перспективы, но задача полевого лагеря, какой бы срани он не принадлежал — сделать из полуграмотного идиота человека с пушкой, подчиняющегося приказам. Не более.

Артемида обожала рейды на полевые лагеря. Море долгохранящейся жратвы, куча хлама, стадо блеющих идиотов, которых можно продать скопом каким-нибудь нормальным парням, которые не засрут этим идиотам остатки мозгов. Самое главное — низкий риск. Это важно, особенно когда обстреливаешь новобранцев.

Особенно — когда они не ашуры.

Парни и девки выходили из корабля. Потные, пахнущие горелым порохом, довольные. Кто-то с повязками, парочку вынесли на носилках, но живых. Проблемно, конечно, люди будут выздоравливать куда дольше, чем её живучий-сучий вид, но что тут поделаешь? Тройка рейлов, улыбающихся до ушей, выскочила последней, на них ни царапины. Всю обратную дорогу играли в карты, сволочи мелкие. Раздавали прямо на раненом Шорбане, вон он жалуется.

— Босс, мы всё, — к ней подошла Варга, ашур, страховавшая отряд. На брюхе бабы был длинный обугленный разрез, но ничего не вываливалось. Края раны скрепили степлером, а кровь уже запеклась в плотную корку.

— Нормально! — хлопнув своего бойца по плечу, рявкнула Артемида, — Сегодня бухаем, народ!

Ангар взвыл счастливыми воплями так, как будто бы они и не пили дважды в неделю на регулярной основе. Радоваться добыче было не принято, долю каждый получит, когда хлам и пленные будут реализованы. Всегда четко, всегда без обмана, всегда деньгами, чтобы исключить малейшие конфликты за какой-нибудь жирный кусок. Праздновать предполагалось именно удачную вылазку, после которой все здесь… и все живы.

Гулянка получилась на славу. Пираты шумели, орали, дули самогон и другие напитки, танцевали под хриплые вопли держащейся на последнем издыхании акустической системы, которую буквально наживую сейчас паяла полупьяная цверг. Веселье набирало обороты, грозя перерасти в скорый свальный грех, но пока обитатели подземной базы держали себя в рамках. Помогали несколько аркадных автоматов, добытых в одном заброшенном городе, да влияние Артемиды, кое-как удерживающей темп потребления спиртного в нормальных рамках.

— Босс!! — внезапное появление у пиршественного стола совершенно трезвого, совершенно серьезного и совершенно лысого человека заставило Артемиду отвлечься от обнимающего её ногу рейла, что-то вдохновленно рассказывающего коленке.

— Фредди? — подняла бровь начальница всего этого подземного предприятия.

— Вам нужно это видеть! — лысый мускулистый человек в своих вечных солнцезащитных очках, воевал с пультом дистанционного управления, хамски встав к главарю банды полузадом, — Это про Кринджа!

— Оо!! — тут же воодушевились все вокруг. Этого здоровяка с мрачной физиономией полюбили все ашуры… но в основном за счет постоянных жалоб пьяного Фредди, сопровождавшего этого длинноволосого новичка последние недели. Народ (да и сама Артемида) горячо одобряли чувство юмора этого необычного члена команды, но старались (тщетно) не показывать это лысому, который и был мишенью шуточек необычного ашура.

— Давай!

— Включай!

— Чё там⁈

— Не телись!

— Тиха! — безбоязненно гаркнул обычный человек на окруживших его пьяных гигантов с пудовыми кулаками, — Это сейчас повтор будет по каналу Экзотикон! Время есть!

— Ну-ка ну-ка… — бормотали послушно прекратившие вопить на всю округу пьяницы, — Чего там этот… учудил?

А что «учудил» — ни у кого сомнений не было.

Наконец, огромная плазменная панель в половину стены столовой/пиршественного зала загорелась, Фредди бодро переключил на нужный канал, по которому шла реклама какой-то тупой «чистейшей воды с добавками», а народ затих, готовясь увидеть нечто такое, ради чего босса отвлекли прямо во время такого важного мероприятия, как пирушка. Хотя, как отвлекли? Вроде всё в тему…

Экран мигнул, демонстрируя заставку очередной группы вольных охотников за ситуациями, предоставивших ролик, а затем сменился кадром с парящего дрона, снимающего неторопливо едущую машину. Ту самую, полувоенную, на которой и разъезжали раньше Фредди с Кринджем. Правда, за рулем сидел человек-кабан из всеми ненавистного Омнипола, а никаких длинноволосых мрачных ашуров рядом даже не валялось.

— Не поняла? — нахмурилась Артемида. Она прекрасно знала, что несмотря на всё свое раздолбайство, Криндж тот еще стреляный воробей, которого такой генетически улучшенный урод раскатать никак не сможет. Просто не сумеет угробить очень крепкого и живучего мужика с одной-двух плюх. Да и не даст тот ему. Так где же её подчиненный?

В этот момент из-под брюха машины высунулась мрачная рожа разыскиваемого, чтобы тут же спрятаться. Столовая разразилась воплями и предположениями, а сама леди-босс поняла, что мрачномордый гад решил кому-то устроить изысканную падлу. Только вот зачем? Кому? Они же просто едут по Трассе? А это совсем не Великая Трасса, а грязевая дорога, ведущая… куда? Зачем они крюканули?

Эту тайну дрон, снимающий видео, держать не стал, указав на немалых размеров постоялый двор с кучей соседствующих мастерских, а затем передача услужливо показала более глобальную карту. Обычный съезд с Трассы для усталых путешественников, место, где можно починиться, прибарахлиться, отоспаться и потрахаться. Артемида видела множество таких.

Правда, у этого была необычная особенность, при виде которой ашур стиснула кулаки до скрипа. На парковке постоялого двора, именно того, откуда сейчас выскочили трое парней в зеленом камуфляже, наводящие автоматы на тормозящего машину кабаночеловека, стоял БМП «армейцев». Очень разветвленной, очень хорошо оснащенной, очень своеобразной банды, от которой скрипели зубами многие. В том числе и сама Артемида.

«Армейцы» владели одноразовыми чипами памяти, превращающими любой материальный принтер в фабрику по производству очень неплохих армейских штук. Одежда, обувь, патроны, стволы, даже техника. Эти ребята всегда были упакованы на зависть всем, а к их принтерным чипам доступа не было ни у кого. Простыми грабителями они не являлись, нацеливаясь лишь на жирные и опасные цели… в меру опасные. К примеру, база пиратов была бы для них идеальным вариантом. Городок контрабандистов, гавань перевозчиков, склады Хаба… Работорговлей ублюдки тоже не страдали, из-за чего их спокойно принимали буквально везде. Вот как тут.

Пиратам эти упыри в зеленом были прямыми конкурентами и врагами. Настойчивыми, оснащенными, обученными.

«Ну и что это?», — с напряжением думала Артемида, глядя, как трое молодчиков, охранявших вход в бордель, очевидно занятый их собратьями, пинают поваленного на землю борова, временами охаживая его прикладами автоматов, — «Что… аа…?»

Бывший офицер Виверикс, как оказалось, был приманкой. Полицейский морф идеально отвлек троих придурков, позволив Кринджу большим, зловещим, но крайне неуклюжим крабом уползти из-под машины. Вместо того, чтобы прийти на помощь будущему инструктору абордажников, мускулистый здоровяк заполз за угол бардака, а там, высоко и пружинисто подпрыгнув, вцепился руками в кривой и косой балкон, зашатавшийся от веса его туши. Тем не менее, хлипкая кустарная конструкция выдержала, позволив странному ашуру вломиться в публичный дом.

В очень хрупкий, полный не готовых к бою людей, публичный дом.

Пьяные пираты во главе с Артемидой, выпучив глаза, смотрели на постепенно разгорающееся здание, из которого неслись крики, вопли и выстрелы, а также выбегали женщины, некоторые из которых были совсем голыми. Впрочем, люди не только выбегали, но и вылетали из окон, преимущественно мертвыми. Великолепные сенсоры дрона в больших красках передавали картину, особенно растерянность на лицах тех троих, что пинали безоружного морфа. Охранники пытались ворваться внутрь и разобраться в происходящем, но пробка, создавшаяся у дверей, сделала их усилия тщетными. Они стояли, изредка бросая взгляды на лежащего на земле Виверикса, перекрикивались, пытались до кого-то дозваться по рациям…

Наконец, двое из них смогли попасть внутри грохочущего и дымящегося здания, третий повернулся, наводя автомат на морфа, но не успел закончить движения, как кабаночеловек выстрелил в него из невесть откуда взявшегося пистолета. Подскочив с земли мячиком, бывший омниполовец рванул к раненному противнику, хватая того за лицо и дёргая на себя. Коротко и экономно резанув жертву по горлу одним из своих выдающихся клыков, Мурхухн Виверикс содрал с неё автомат, после чего тут же ломанулся к главному входу, выдав внутрь пару очередей.

Пираты, раззявив рты, смотрели, как продолжает гореть и шататься несчастный бардак. Зрелище много времени не заняло, бывший полицейский пристрелил еще парочку человек, а остальных, в виде трупов, выкинул из окон хозяйничающий внутри Криндж. Вскоре последний покинул здание, весь подранный и вымазанный в кровище, а показав его крупным планом, дрон не обошел вниманием несколько пулевых ранений, не причиняющих гиганту ни малейшего неудобства. Обменявшись парой фраз с кабаночеловеком, они оба скрылись внутри, появившись вскоре с охапками автоматов и другого оружия, тут же небрежно закинутых в джип.

После чего…

— Да ладно…? — неверяще пробормотала Артемида, глядя как её будущий инструктор деловито оглядывает БМП убитых «армейцев», а затем, забравшись внутрь, выводит мощный военный транспорт на дорогу, пока Криндж занимает место в своей машине.

Картинка пропадает, сменяясь черным фоном, на котором написано «ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ СПУСТЯ». Затем демонстрируют видео с того же дрона, уже перелетевшего на Великую Трассу, у стихийно образовавшегося базарчика. Там два героя-поджигателя борделей… продают боевую машину пехоты какому-то жирному субъекту, получая от последнего просто гору терракоинов наличкой!

Пираты орут и воют, глядя на экран, где появляется новая пояснительная надпись:

«ДВА ПСИХА ГОПНУЛИ ПАТРУЛЬ АРМЕЙЦЕВ!»

— Босс, ты выпустила в мир чудовище, — очень серьезно говорит Артемиде Фредди, приспустивший свои очки для большей убедительности, — и у него на тачке наша эмблема!

— Я его и создала! — простонет в ответ пиратка, приложившая ладонь к лицу, — Сама же сказала ехать в Рим на машине, набитой деньгами! Сама!!