Маг трех стихий. Книга 2

Глава 7

В зале повисла тишина. Её нарушил напряжённый голос Регерта.

— Знаешь её? — посмотрел он на Корна.

— Да брось ты, — отмахнулся Ихет. — Просто, как обычно, запала на его внешность и холодную отстранённость, — недовольно насупился Ихет.

— А что ты ему ответить не даёшь? — нахмурился Регерт.

Ихет сжал ладонь в кулак и угрожающе надвинулся на воздушника.

— Хватит вам препираться, — встал между ними Грэг. — Нам нужно Террана вызволять, а не друг с другом ссориться.

— Дело говорит, — кивнула Бора. — Только вот как? Никто ведь не хочет, чтобы его опять избили?

Все замолчали.

— Мы должны рассказать преподавателям, — сказала Угида.

Корн посмотрел на неё с сомнением. Она встретила его взгляд и пожала плечами.

— Ну а как ещё мы можем справиться? — спросила она, смотря на Корна.

— Не думаю, что это поможет, — он скрестил руки на груди.

— Почему? — нахмурился Ихет.

— Я что, один в этой Академии учусь, а вы так, в гости зашли? Правда, до сих пор не заметили, что драки здесь не то что запрещаются, они поощряются, — недовольно произнёс Корн. Почему он должен был озвучивать очевидные вещи, которые и так все знали.

— Они поощряются на равных… а не так, — присоединился к разговору молчаливый Фанан. — А так как сейчас, нечестно.

— Да уж, честь это точно не про них, — зло топнул Ихет. — А мы ведь спорили с ними, что если победим одного из них, то они оставят нас в покое! И что? Теперь они заявились нас избивать под предлогом «тренировки»?

— Вот-вот, они уже ссылаются на правила и администрацию. А теперь представьте, что будет, если мы пожалуемся на них! — поддержала Корна Шейла.

— Нет, может быть как хуже, так и лучше, мы не должны опускать руки! — возразила Бора.

— Наш капитан отсутствует. Решение должно приниматься большинством. Проголосуем? — предложила Угида.

— И что? — вмешался Корн. — Вот ты говоришь, может стать лучше или хуже, — указал он на Бору. — И это так. Но как мы справимся, если станет ещё хуже? Например, мы окажемся у них в подопечных, считай, станем их рабами официально?

Бора сглотнула.

— Я считаю, что капитан не заслужил такого отношения. Он старался и заботился о нас, — сказал Ихет, презрительно посмотрев на Корна. — Поэтому мы обязаны сделать всё, что в наших силах, чтобы его спасти.

Корн вздохнул. Непохоже, что у него получилось донести свою мысль. Но он чувствовал, что если вмешаются преподаватели, всё лишь усложнится. Не зря же они упомянули «администрацию» и несколько раз повторили про «тренировки». Разве что сказать напрямую директору. Но, если бы всё было так просто, как бы пятикурсники могли себя чувствовать столь безнаказанно?

Корн поджал губы. В голове вертелось одно имя: «Мао». Должен ли он поговорить с ним?

Пользоваться помощью Мао Корну совсем не хотелось. Возможно, в этом было виновато укоренённое с детства недоверие к семье Ниро и стойкое нежелание хотя бы о чём-нибудь их просить.

Как глупо… Ведь Корн уже просил лорда Ниро, и совсем не о незначительной услуге. Да и Мао, чтобы пройти в камеры, причём совсем недавно. Но опять просить его? Он старше всего на пару лет… Может, сейчас он ему и не ровня, но Корн всё же подсознательно считал его своим соперником и надеялся превзойти раньше, чем тот успеет выпуститься. И уж совсем не хотелось унижаться перед ним ещё больше. Но если ничего другого не останется…

Как же сложно!

Ребята провели голосование, и значительно перевесило мнение, что надо сообщить о происходящем преподавателям. Корн был недоволен исходом голосования, хотя даже сам не до конца понимал, почему так упирался.

И как-то так вышло, что именно ему выпало «счастье» всё им рассказать.

Корн шёл рядом с Ихетом и вслух недоумевал:

— Почему это должен делать я? Я ведь с самого начала был против!

— Ты обаятелен и говоришь красиво. Тебе веришь…

Корну очень захотелось зарядить кулаком меж бровей водника.

— Да ладно? — саркастически переспросил он.

— Правда-правда, — кивнул Ихет. — Да ты вообще не врёшь, как тебе можно не поверить? Твоя репутация в глазах преподавателей кристально чиста, и учишься ты прекрасно, да и у директора в любимчиках.

— Чего⁈ — возмутился Корн. — Как я вообще могу быть у него в любимчиках?

— Ты про свою родословную, что ли? — поднял брови Ихет.

Многие знали о том, что Корн до своего изгнания принадлежал к великой семье Массвэлов, что была врагом номер один для Ниро. А те, кто не знал, наверняка догадывались: в конце концов, двойные стихии встречались крайне редко. А говорящее имя его сестры — Корнелия — наводило на размышления любого думающего человека. Ведь двойняшкам часто давали созвучные имена.

Привычная маска отстранённости на лице Корна дала трещину. Его перекосило.

Ихет рассмеялся.

— Нечасто увидишь тебя таким. Ну прости-прости, что напомнил. Ну вот, как-то так… Ты единственный не в курсе, что лорд Ниро тебе благоволит, — усмехнулся водник.

Он постучался в кабинет директора. Корн напрягся.

Всё ли будет хорошо?

Из-за двери послышался женский голос:

— Войдите.

Корн с Ихетом переглянулись. Водник толкнул дверь, и они зашли внутрь.

За столом сидела красивая молодая женщина в зелёном платье. Её длинные каштановые волосы были убраны в высокую причёску, перед ней на столе лежала стопка бумаг, из которой она вытащила один лист, поставила на нём свою подпись и переложила в другую стопку поменьше.

Это была Малеса, руководитель целителей Чёрного дворца. Все её знали, потому что она часто бывала в лазарете и давала лекарям распоряжения. Но что она делала здесь? Ещё и за столом директора, да подписывая бумаги.

— Что у вас? — подняла она на них усталый взгляд. — У меня мало времени. Не тратьте его на молчание.

Ихет толкнул Корна в плечо: предполагалось, что говорить будет именно он.

— Прошу прощения, леди Малеса, а где директор? Мы бы хотели поговорить с ним…

— Я за него. Можешь говорить со мной. Лорд Ниро отбыл по делам государственной важности. Когда вернётся неизвестно. Меня же назначили его заместителем.

Корн опять замолчал. Он просто не представлял, как разговаривать с этой своенравной и холодной женщиной. Ещё и лекарем, они вообще славились своей эксцентричностью. Но он уже всем обещал.

Взяв себя в руки, Корн начал рассказ. Когда закончил, Малеса уточнила:

— Это всё?

— Да, — ответил Корн, уже предчувствуя её ответ.

— Так вы жалуетесь на то, что ваш капитан стал подопечным капитана пятикурсников по собственной же воле? Или на то, что они проводят с вами тренировки по моему распоряжению? — поджав губы, спросил она их. Её взглядом можно было прожигать.

— На то, что они слишком жестоки. И их тренировки иначе как избиением не назвать! — встрял в разговор Ихет.

Малеса смерила его презрительным взглядом.

— Что касается вашего капитана, он попросил сделать Варгара его куратором, и, поскольку сам Варгар не был против, я не увидела причин отказывать. Оба студента одарены и капитаны дюжин, вполне обычная практика таким объединяться. Пока Терран сам не попросит о расторжении кураторства, я не вижу ни одного повода вмешиваться в их дела. А на тренировках до этого, похоже, вас просто недостаточно обучали. Я разрешу Талес прихватить ещё пару целителей, чтобы следующая ваша тренировка не закончилась так быстро. У вас есть ещё какие-то пожелания? — спросила она.

— Да… да как вы… — Ихет от такого поворота аж заикаться начал.

Корн потянул его на выход. Что бы он сейчас ни сказал, только бы испортил всё ещё больше.

— У нас больше нет вопросов, — ответил Корн. — Просим прощения за беспокойство, — хотя слова его и были корректными, смотрел он на Малесу так, как не простил бы ни один преподаватель студенту. Однако заместитель директора уже уткнулась взглядом в бумаги.

— Вот и отлично. Свободны.

Корну пришлось почти вытолкнуть Ихета за дверь, тот ещё порывался что-то сказать Малесе, благо та не обращала внимания на его возмущённое ворчание.

Когда дверь в кабинет захлопнулась, водник вспылил.

— Почему ты не дал мне ничего сказать?

— А что, ты хотел стать вторым подопечным Варгара или, может быть, Глем тебе бы больше подошёл в кураторы?

Ихет скривился.

— Она… то, что она сказала… я что-то неправильно понял, или она пообещала, что эти придурки придут ещё раз и на этот раз накостыляют нам ещё хлеще?

— Всё ты правильно понял, — скривился Корн, потащив Ихета подальше от двери.

Когда они спустились до середины лестницы, Ихет взорвался.

— Да как она может быть такой стервой? Ей вообще без разницы, что творится в Академии, пока никто не помер?

— Я бы не взялся утверждать, что если кто-то помрёт, она сильно этому огорчится… Хотя, возможно, тогда у неё возникнут проблемы с директором.

— Но всё остальное позволительно? — схватился за лоб Ихет. — Чокнутая лекарша!

— Говори потише, если не хочешь оказаться на её лабораторном столе.

— Не шути так, — поёжился водник.

— Привет, — поздоровался с ними Мао. В руках у него была увесистая стопка бумаг.

— Привет, — кивнул Корн.

— П… привет, — восторженно выдохнул Ихет. Корн едва удержался, чтобы не пихнуть его.

Мао прошёл мимо, и Корн уже собирался пойти в общежитие, но Ихет схватил его за плечо и указал глазами на спину Мао. После чего Корн повернулся и посмотрел, куда указывал водник.

Мао постучал в дверь директорского кабинета, и через несколько секунд зашёл внутрь. Из-за двери раздалось радостный голос Малесы:

— Мао!

После чего дверь захлопнулась, и голоса больше не были слышны.

Ихет вопросительно посмотрел на Корна. Тот нахмурился.

Кажется, просить помощи у Мао действительно не стоило.

В итоге Корн с Ихетом рассказали всё, что произошло, их дюжине, и было решено подумать, как ещё можно помочь их капитану, не влезая в проблемы самим.

Прошло несколько дней.

Больше всего за судьбу Террана переживал Ихет. Корн же задумывался, почему его вообще должно было это волновать? Он вполне неплохо бы прожил и без Террена в капитанах. Он бы никогда не назвал Террана другом после того, как тот издевался над ним на первом курсе. Если так подумать, Корн и так сделал для него куда больше, чем следовало. Даже у Мао ради него одолжения попросил!

Поэтому самого Корна не особенно тяготила данная ситуация. Конечно, нынешний Терран был образцовым капитаном, что защищал своих подчинённых. Но, в конце концов, разве его кто-то заставлял приносить себя в жертву? По мнению Корна, он поступил очень недальновидно и глупо. Корн скривился — его подташнивало, когда он задумывался, насколько же преобразился Терран со времён, когда впихивал ему в рот аморфотит, с которого Корн отравился так, что лежал в лазарете неделю с весьма мерзкими симптомами. И то, если бы не везение, он бы пролежал там целый месяц.

После одной из тренировок к Корну подошёл Ихет:

— Так и знал! Ты всё ещё злишься на нас за… ну, за то, что мы не ладили на первом курсе? — спросил у него водник.

— Что? — нахмурился Корн. — С чего это вдруг ты решил со мной по душам поговорить?

— А! — указал на него водник. — Ты не отвечаешь. Точно злишься!

— Это не так.

— Тогда почему ты не отвечаешь прямо? Когда ты так делаешь, это значит, что ты хочешь умолчать правду!

Корн вздохнул. Кажется, о его неумении лгать известно уже всем вокруг.

— Да какая разница? — отмахнулся Корн.

— Разница есть. Потому что ты не предпринимаешь никаких действий по вызволению Террана…

— Слушай, Ихет, — Корн встал и схватил водника за ворот рубахи. — Ты с какого перепуга решил, что я должен их предпринимать?

Ихет оторопел и замялся.

— Ну… ты… эм, — не мог он подобрать нужных слов.

— Я, как сейчас, помню вкус аморфотита. Если ты считаешь, что я отчего-то должен делать для Террана что-то ещё, кроме того, что уже успел, то я тебя сегодня же накормлю этой травой. Идёт?

Ихет поджал губы и замотал головой.

— Не надо.

— Я и так уже вытащил его из камеры и даже сходил на ковёр к Малесе. Удовольствие, скажу, ниже среднего. Так что ты ещё от меня хочешь⁈ — Корн оттолкнул водника.

От неожиданности тот не удержал равновесие и упал на пол.

— Чтобы я от тебя больше имя Террана не слышал, — проходя мимо водника, Корн сделал вид, что собирался его пнуть. Водник дёрнулся в сторону, а Корн прошёл мимо. Как же его всё достало.

В конце концов, в его жизни, оттого что из неё исчез Терран, ничего не изменилось. И даже Варгар к нему просто так не полезет, ведь его куратор Мао. И совершенно фиолетово, в сговоре ли он с Малесой, потому что одно его имя защищало Корна от всяких придурков вроде пятого капитана и его заместителя. Все эти издевательства над более слабыми, происходящие в каждом уголке Академии, его не касались.

И вот всё, о чём он сейчас думал, было стопроцентной правдой, так почему на душе становилось так мерзко? Словно там постоянно моросил холодный осенний дождь. Корн пнул ни в чём не повинный куст, а затем разжёг в руке огненный шар и кинул его вверх, рассматривая, как тот затухает в десятке жезлов над головой, где Корн уже не мог поддерживать в нём магию.

— Как же достало! — вслух выкрикнул он.

Сзади раздался девичий голос.

— Ух ты, какие мы страшные…

Корн обернулся и хмуро уставился на Талес.

А вот и та, кто, определённо, сделает его и так незадавшийся день ещё более отвратительным.

— Привет-привет, — помахала Талес Корну и подмигнула. — Я тоже рада тебя видеть в полном здравии.

Неужели это был намёк на то, что их дюжиной недавно протёрли пол?

Эта девица очень раздражала Корна. Настолько, что он даже не мог сейчас с ней нормально разговаривать. Он боялся, что, если раскроет рот, скажет что-то, о чём даже сам потом пожалеет. Какая бы стерва перед ним ни стояла, она всё ещё была девушкой, Корн не хотел опускаться до того, чтобы вступать в кошачьи драки, хотя мысль о том, чтобы кто-то оттаскал Талес за волосы, его странно умиротворяла.

— Эм… у тебя какой-то неправильный взгляд, — поёжилась лекарь под его пронизывающим взором. — Мне от него жутко становится. Тебе говорили, что когда ты злой, вся твоя красота оборачивается на сто восемьдесят градусов и лишь добавляет твоему виду жути?

Корн ухмыльнулся. Кажется, он немного пришёл в себя, чтобы быть способным с ней общаться без рукоприкладства.

— Нет, мне не говорили, — спокойно ответил он. — Он такой, возможно, потому, что никто ещё меня не бесил столь сильно, как ты.

— Бр-р… И такое ты заявляешь прямо симпатичной девушке в лицо? — Талес потёрла себя за плечи, будто замёрзла. — Я уж молчу, про то, что я из пятой дюжины, — она приподняла подбородок и посмотрела на него уже без показной игривости. — Разве ты не хочешь узнать, как поживает ваш капитан?

Корн нахмурился. Он не понимал, хотел ли он знать. Немного поколебавшись, он решил, что нет.

— Проживу без этого знания.

Брови Талес слегка поднялись.

— А как же твоё обещание помощи?

— Полагаю, оно аннулировано в связи с тем, что ты встала на сторону врага? — Корн приподнял бровь.

Талес быстро заморгала.

— Я не вставала. А-а-а… ты, должно быть, о том, что я не дала вашему лекарю сразу вас вылечить? Дак того требовала ситуация. Думаешь, если я открыто пойду против Варгара и Глема, чего-нибудь добьюсь?

— Мне плевать, — развёл руками в стороны Корн и ушёл от Талес.

Он не собирался вести дела с такой предательницей, как она. Такие раздражали его больше всего.

Лекарь догнала его и схватила за руку. Отчего Корн окаменел на секунду, а затем выдернул свою ладонь из её.

— Ладно-ладно… — подняла она руки. — Я тебя не трогаю. Не гневайся ты так. Ты правда пугаешь, когда злой.

Корн проигнорировал её и зашагал дальше по дорожке, надеясь, что больше никогда не пересечётся с этой ненормальной.

Талес осталась стоять на месте, её шагов не было слышно. Корн уже было облегчённо вздохнул, когда та тихо, будто сама с собой, стала говорить:

— А у меня был такой план. Ты бы мог проведать своего капитана, а я бы тебя обучила магии исцеления. Может, ты бы его даже смог спасти, а то, если так дальше и пойдёт…

Корн остановился.

Ну неужели он поведётся? Было же очевидно, что она делала. Но, может, ему хотя бы спросить, что там с Терраном?

Корн обернулся.

— Что с нашим капитаном?

Талес улыбнулась, а затем равнодушно ответила:

— Он в коме.