Миллиардер. Отданная за долги

Глава 15

Громов похож на льва, который готов напасть на обидчика и защитить своё.

Получается, меня…

— Что там? — повторяет мужчина, чуть ли не испепеляя глазами Настю, — Говори. Быстро!

Горничная хлопает глазами.

— Я… Там, — указывает на дом.

— Ну что? — Громов явно теряет терпение.

— Приехал какой-то мужчина, зашёл в дом и сидит у вас в гостиной! Я не знаю, кто это и мне очень-очень страшно!

— Что за мужчина?

— Какой-то напыщенный… Возмущался, что хозяин дома назначил встречу, а сам не пришёл.

Что? Какая ещё встреча? О чём она говорит?

Внутри меня нарастает тревога.

Но…

Внезапно Виктор Владимирович облегчённо вздыхает.

— Это наверняка представитель модного дома, — улыбается он, и мой страх улетучивается почти мгновенно, — Анастасия, почему ты не выяснила у него, кто он, не угостила чаем и не попросила его подождать?

Горничная не знает, что ей сказать. Она просто молча раскрывает рот, но Громов не даёт ей произнести ни слова.

— Ступай и предложи ему чай, и всё остальное, что он захочет. И скажи, что мы будем через пять минут.

— Х-хорошо, Виктор Владимирович, — Настя явно успокоилась, — А что там за платья? Вы решили сделать кому-то подарок?

А глазки-то как строит… Только слепой не заметит, как явно она флиртует с боссом. Постыдилась бы!

Ещё секунду назад она дрожала, как осенний лист на ветру, а сейчас…

— Да, решил. Подарок для Евы Александровны, — уверенным и твёрдым голосом произносит Громов, сильнее сжимая мою руку в своей.

Приятно. Даже очень.

— Ах, вот оно что, — смеряет меня взглядом горничная, — Понятно.

Почему она так на меня смотрит? В её взгляде ясно читается пренебрежение и… Зависть.

— Тебе пора позаботиться о нашем госте, Настя, — голос Громова стал жёстче, — Иди. Мы скоро подойдём.

Девушка разворачивается на каблуках и разочарованно отправляется к дому. Возможно, мне послышалось, но она что-то бубнила себе под нос.

— Так вот почему он так грубо отшил меня тогда! Ему другой присунуть хочется…

Что?!

Да нет, мне точно показалось. Не может быть горничная такого человека, как Виктор Владимирович, быть такой…

— А что за платья? — вдруг решаю спросить я.

— Утром я говорил, что сегодня у тебя примерка свадебных нарядов. Забыла?

— Ох… Честно говоря, да, — я неловко опускаю глаза вниз, — Совсем забыла.

Заходим в дом. В нос сразу резко бьёт резкий цветочный запах. К нам подходит одетый в чёрный смокинг тощий высокий мужчина в круглых очках. Его длинные седые волосы спадают на плечи.

Какой-то модник… Судя по выражению его лица, он явно возмущён.

— Почему вы заставляете так долго ждать себя? — напыщенно произносит незнакомец с акцентом, — И почему ваша горничная закатывает истерики и убегает, ничего толком не объяснив? Я возмущён, я поражён, я просто обескуражен!

Почему-то этот человек меня очень забавляет. Его напыщенность такая картинная, он словно персонаж из телевизионного ситкома.

— Вы, видимо, месье Поль, я правильно понимаю? — спрашивает Виктор Владимирович, — Представитель модного дома?

Ого… Француз? Интересно.

— Всё верно, да, — смягчает тон модельер, — А вы, Громов Виктор Владимирович, так?

— Всё правильно, — выводит меня вперёд, — Это Ева, прошу вас подобрать для неё самое лучшее свадебное платье.

Месье Поль окидывает меня глазами с ног до головы и расплывается в улыбке.

— Чудо, просто чудо! — кажется, он и забыл уже, что буквально минуту назад был крайне недоволен, — Какой простор для работы, для творчества, для полета мысли! О боже, я буду счастлив поработать с этим материалом!

Это он мена назвал «материал»? Это одновременно и забавно, и как-то неприятно. Впрочем, ладно. Ясно, что это очень творческий человек, который горит своим делом. Таким людям свойственны некоторые странности.

Я хихикаю.

— Месье Поль, я, конечно, не полотно, но тоже буду рада сотрудничеству с таким профессионалом, как вы, — игриво улыбаюсь, от чего улыбка француза становится ещё шире.

Да он просто сияет!

— Ну что же, ma belle, пройдёмте скорее, пройдёмте! Месье Громов, можете не волноваться, мы подберём Еве самое восхитительное и потрясающее платье!

Громов удовлетворённо кивает.

— Вам что-то нужно? Фрукты, десерты? Моя горничная позаботится об этом.

— Я бы не отказался от бокала шампанского и фруктовой корзинки, месье Громов, — щебечет модельер, — Ох, моя красавица, пройдёмте скорее в гардеробную! Я привёз почти сотню платьев, нам необходимо перемерить их все!

У меня сердце в пятки ушло.

Сотня платьев? Боже, я же не выдержу этого!

Я хотела было возразить, но француз, не дожидаясь моей реакции, потащил меня в гардеробную комнату.

В это время раздался телефонный звонок.

— Алло, — отвечает Громов.

Выражение его лица меняется просто моментально. Если секунду назад он был доволен и расслаблен, то сейчас я вижу, как он напрягся и стал серьёзным.

— Понял. Буду через полчаса.

— Что-то случилось? — робко спрашиваю я, — Всё хорошо?

— Да. Небольшие проблемы. Не волнуйся, я разберусь, — говорит Громов.

— Хорошо…

Просторная гардеробная оказалась даже больше, чем я думала! Красивая, с ярким освещением и огромным зеркалом во всю стену!

Я такое только в фильмах видела!

— Так, моя дорогая, скажи, какое бы платье ты хотела? Длинное или короткое? Сдержанное, или яркое, с камнями и блёстками? Пышное или облегающее? Боже мой, у меня столько вариантов, как тебя нарядить!

— Я…

— Молчи-молчи, дорогуша, я сам всё прекрасно понял!

Месье Поль развернул занавески, которые закрывали огромный стеллаж с бесчисленным количеством свадебных платьев.

От увиденного у меня перекрыло дыхание! Я в жизни не видела такой красоты!

— На твою утончённую фигурку нужно явно что-то изумительно-летящее, словно крылья мотылька! — модельер сосредоточенно перебирал одеяния, — О, попробуй это!

Он подбегает ко мне с длинным платьем из летящей ткани цвета слоновой кости.

— Очень красивое, — от восхищения мой голос дрожит, — Где я могу примерить его?

Мужчина провожает меня за ширму, где я могу раздеться и примерить наряд. Пока я переодеваюсь, француз громко кричит.

— Анастасия, мы ждём лакомства! Будь добра, принеси их, пожалуйста!

Он очень забавный. Немного помешан на моде, это отчетливо видно. Фанат своего дела…

Слышу цокот невысоких каблуков. Это пришла Настя. В её руках был небольшой поднос с фруктами и два бокала — один прозрачный, а второй — с розоватым оттенком.

— Этот бокал для вас, месье, — протягивает она французу прозрачный бокал, — Для вас шампанское.

— Ох, благодарю, моя милая, — улыбается Поль и делает небольшой глоток, — О, это просто великолепно!

Я выхожу из-за ширмы. При виде меня, глаза Насти почему-то мерцают злобным блеском.

Или мне кажется?

— Ева Александровна, вы выглядите просто великолепно, — наигранно дружелюбно говорит горничная, — Я принесла вам лимонад, — она протягивает мне розоватый бокал.

— Спасибо, ты очень добра, — говорю ей я и немного отпиваю из него, — Очень вкусно. Что думаешь по поводу этого платья?

— Вы просто убийственно красивы. Ни добавить, ни убавить.

— Благодарю, — улыбаясь, произношу я и гляжу на себя в зеркало.

Действительно, очень красиво. Платье в пол. Ткань мерцает и переливается на свету. Открытые плечи добавляют образу утончённости, а летящие длинные рукава, которые колыхаются при малейшем движении, создают намёк на какую-то сказочность.

Настя кивает головой и уходит. Честно говоря, я этому рада. Не нравится мне, как она смотрит на меня.

— Ослепительно! — француз воркует над платьями и смотрит на них влюблёнными глазами, — Не хотите ли примерить ещё?

— Хочу! Это так красиво! Вы сами эти платья создали?

— Ох, мастеру приятно, когда его труд ценят, — краснеет месье Поль, — Вы правы, большинство этих платьев созданы на основе моих эскизов и под моим чутким руководством. Вот, примерьте это!

Я беру из рук модельера следующий наряд, как вдруг ощущаю какой-то странный прилив слабости. Не придав этому особого значения, отправляюсь за ширму, как вдруг…

В глазах темнеет.

Руки начинают дрожать, голову словно зажимают в тиски!

Боже, что со мной происходит?

Как же плохо!

Где Виктор? Мне так страшно…

В глазах темно… Поле зрения сужается.

Я теряю сознание?

Последнее, что я вижу перед падением в тёмную пропасть — это испуганное лицо месье Поля, склонившегося надо мной и кричащего «Помогите!».