Мой личный принц

Глава 30

Все потайные ходы и тоннели очень похожи. Во всяком случае, так я думала, пока мы продвигались вперед по темному коридору и пробирались сквозь толщу паутины. От неприятной липкой тонкой массы хотелось скривиться, а при мысли о пауках — бежать, бежать, бежать. Без остановок. В голову невольно закралось видение: мохнатое насекомое, противно перебирая многочисленными лапками, спускается по шее.

Бр-р, даже представлять не хотелось.

— Светящиеся сколопендры! — неожиданно прозвучал над моим ухом голос принца.

— Где?! — взвилась я, отскакивая в сторону.

Спиной коснулась влажной шероховатой поверхности стены и сразу же почувствовала, как намокла ткань. Боги, да здесь повсюду вода. Она стекала куда-то ниже, в подвалы, и собиралась в щелях. Потоки воздуха ощущались очень отчетливо, стоило только поднести ладонь и коснуться мохового покрова, активно растущего по всему тайному проходу.

— Повелись, — хохотнул Эрик, когда я обернулась к нему и нахмурилась. — Простите, мисс Кроссборн, вы так забавно ежились.

— Очень смешно, — пробурчала я, чувствуя себя неуютно.

Странное чувство — оно возникало исключительно тогда, когда рядом был принц. Не получалось собраться и начать думать рационально. Все время из подкорки лезли воспоминания о нашем бесстыдном поцелуе, от которого горела кожа, а кончики пальцев подрагивали. Странно, я же никогда не относила себя к сентиментальным барышням. Никакие сладкоголосые речи и красивое лицо не могли увлечь настолько, чтобы забыть о воспитании и манерах. А с Эриком все иначе. И дело вовсе не в скульптурных губах, поцелуи которых дарят сладость сахарной пастилы. И даже не в его мягком голосе или очаровательных глазах. Было что-то еще — некая сила, притягивающая взгляд. Острый ум, потрясающая улыбка и безграничное чувство юмора.

— Да ладно, вы не обиделись?

Хоть и совершенно дурацкое.

— Обиделась, — ответила я невозмутимо, стараясь унять разбушевавшееся сердце. Нечего так отчаянно стучать и биться в грудной клетке. Не хватало, чтобы принц понял мою реакцию на него.

— Вы не можете на меня обижаться, — беспечно заявил его высочество, приблизившись настолько, что запах сырости перебил аромат хвои.

— Это почему же? — затаила я дыхание и посмотрела на него. Как хорошо, что в старых коридорах темно и видны лишь очертания лиц. Иначе позор на голову обеспечен.

— Вы сходите по мне с ума, — по интонации я догадалась, что принц улыбается. И закатила глаза, устало вздыхая. Безграничное самомнение — главный грех Эрика Трастамара.

— Какой же вы... — проворчала я, слыша шорох, и воздух вокруг стал плотным.

— Какой? — промурлыкал его высочество, наклоняясь близко. Даже слишком, пришлось оттолкнуть его, упираясь ладонями в грудь, и продолжить путь.

— Промозглюкий шмыгл! — выругалась я, задирая нос.

— Горное наречие из ваших уст звучит потрясающе. Обожаю, когда вы ругаетесь.

— Не представляю, как вас терпят другие женщины.

— О, они меня обожают.

Жаль, что королева не одобряла физических наказаний. В одной из наших бесед промелькнуло ее мнение, что подобное воспитание пагубно влияет на развитие детей. Эрика стоило пороть. Часто.

Дальше нам пришлось идти осторожнее. Проход сужался, в некоторых местах мы вовсе продвигались боком, обтираясь одеждой о влажные стены. Я попыталась построить карту пути: до сего момента коридор никуда не вилял. Получается, двигались мы вдоль картинной галереи и других помещений дворца. Видимо, он проходил по всему второму этажу.

Стоило об этом подумать, как я услышала музыку и замерла у пыльного зеркала, установленного в небольшой нише. По ту сторону Амалия сидела в музыкальной комнате и играла на пианино. Ее пальчики бодро прыгали по клавишам, высекая из инструмента ноты какой-то веселой композиции. Я подошла ближе и свечи, расставленные рядом, вспыхнули мистическим голубым огнем.

— Здесь кто-то наблюдал, — рассеянно отметила я, прислушиваясь к музыкальному сопровождению и подбадривающим словам госпожи Сорель, сидящей на диванчике, неподалеку от Мали. — Часами.

— Давно. Судя по тому, сколько пыли собралось вокруг, — задумчиво провел рукой над свечкой Эрик, вглядевшись в комнату. — Этому замку чуть больше века. Прадедушка Георг приобрел его в качестве резиденции у герцога Шеффилда в тысяча семьсот третьем году. Полагаю, ходы закладывали при нем.

— Разве не сохранилось первоначальных планов строительства? — спросила я, продолжая смотреть на сестру.

— Честно говоря, никогда не интересовался, — хмыкнул его высочество. — Вот крепость Терна — любопытное место.

— Бывшая тюрьма, наполненная историями о призраках заключенных. Где еще младший неугомонный принц мог искать приключения, — фыркнула я.

Он ничего не ответил, только рассмеялся. Некоторое время мы продолжали стоять, а потом я взяла одну из свечей и с удивлением поняла, что с нее не капает воск. Зачарованная, значит.

— Моя сестра подливала любовное зелье вашему брату, — ни с того ни с сего проговорила я, посмотрев на принца внимательно. Огонек отбрасывал тени на его лицо и Эрик задумчиво скользнул взглядом по мне.

— Она не специально, — добавила я, прикусывая губу и не понимая, зачем защищаю Мали.

— Может хотела добиться от его высочества взаимных чувств. Просто дурочка. Амалия не желала плохого.

— Но это преступление, — ответил Эрик мягко, забирая свечу. — Понимаете?

— Можно ли винить женщину за то, что она жаждет любви? — спросила я тихо. — Вы громче всех кричали о ней, когда от вас требовали жениться.

— Никаких чувств к вашей сестре у меня нет, на самом деле, — признался он, делая шаг вперед. — И не было никогда. А вот если Амалия подлила зелье, дабы выиграть отбор...

— Умоляю, вы в это верите? Не удивлюсь, если сам принц Абель помог ей, — раздраженно фыркнула я, подхватив юбки и шагнув следом. — У вашего брата секретов больше, чем у синьянской тайной шкатулки. Я по сей день не могу вспомнить и половины из того, что произошло в его спальне!

— Лучше про это не вспоминать, — внезапно разозлился принц, отворачиваясь от меня.

Коридор вел резко вправо. По дороге мы увидели еще несколько таких ниш с зеркалами и картинами, которые позволяли подсматривать за обитателями дворца, находясь по другую сторону стены. Я по-прежнему не понимала, что думал на сей счет его высочество. Он злился, односложно отвечал на вопросы и резко закрылся от меня. Странно, мы же все выяснили, чем Эрик недоволен?

— А вот здесь кто-то бывал совсем недавно, — вдруг пробормотал он, резко останавливаясь у одной из стен, через щели которой проникал свет. Следы чьих-то ботинок были отчетливо видны на пыльном полу, и я осторожно присела, разглядывая их.

Мужские голоса за стеной показались смутно знакомыми. Поднявшись, заглянула в одну из щелей и поняла вдруг — это не что иное, как книжная полка. Между книгами комната плохо просматривалась, но слышимость была отличная. Я вздрогнула, поняв, кто находится за этой стеной.

— Ваше величество, я делаю все возможно! — взвизгнул тоненьким голосом один из собеседников. — Мы перерыли все известные нам источники, но ничего не нашли.

— Так ищите лучше! — рявкнул король и ударил кулаком. Послышался глухой стук, отчего я вздрогнула.

Дыхание сбилось, а Эрик прижался к стене рядом и притих. Собеседник его величества что-то пробормотал, затем извинился и ушел, судя по шагам. Некоторое время тишина давила на уши, заполоняя собой пространство. Казалось, что принц буквально примерз к месту и никуда сдвигаться не собирался. Я потянула руку, дабы коснуться его плеча и привести в чувство, когда услышала голос королевы Элинор.

— Это же неправда, — она плакала. Мне хотелось толкнуть дверь прохода, сдвинуть шкаф и выйти. Неприятно заскребло в груди, словно я лезла чужие тайны, которые знать мне было не положено.

— Дорогая, мы что-нибудь придумаем, — попытался утешить ее король, но у него явно плохо получалось. — Нужно успокоиться.

— Он умирает, Агор. Каждый день я вынуждена врать и улыбаться всем вокруг, пока мой сын медленно угасает из-за этого проклятого дара! Как я должны с этим жить? А Эрик? Ты хоть отдаленно представляешь, что будет, когда он все узнает?! — истерично выкрикнула Элинор.

Я резко отступила, а в глазах потемнело от ужаса. Руки дрожали, взгляд метнулся побледневшему принцу. Свеча упала на пол, но не погасла. Лишь яркой вспышкой сгорел клубок пыли и рассыпался голубыми огненными искрами.

— Ничего он не узнает, пока мы не найдем лекарство. Сейчас главная задача женить его на мисс Кроссборн, дабы отвлечь. Хвала богам, план твоей матери сработал.

Ох, нет. Пожалуйста, не надо. Я не хочу слышать того, что прозвучит после.

— Если... если Эрик взойдет на трон, то ему нужна достойная королева. И Далия Кроссборн

— идеальный вариант.