Мой личный принц

Глава 55

Принц Эрик Трастамара

Странное чувство паники я ощутил еще до того, как пальцы крепко сжали тяжелую пику, направляя ее точно в сердцевину щита Генри Сарленда. Я постарался не накручивать себя, отбрасывая в дальний угол лишние мысли. В порыве ярости Далия сказала настоящую глупость. Какая дочь? Еще слишком рано.

Взгляд четко сфокусировался на единороге — семейном гербе рода Сарлендов, которые крайне редко появлялись в столице. Отец Генри не поддерживал политику короля и предпочитал свое удаленное поместье суете ландорских улиц, передав титул молодому наследнику. Прежде чем нетерпеливый Смерч, топчущий копытами землю под ногами, сорвался с места, я подумал, что стоило бы обсудить с Сарлендом возникшую ситуацию с законом о налогах. У него было место в совете, которое Генри почти не использовал. Так почему бы не напомнить барону о долге?

И все-таки что-то не так. Тарпан вел себя иначе, будто нервничал. Крепко обхватив ногами его мощные бока, я чувствовал, как Смерч подрагивает. Беспричинный зуд заставил мурашки пробежаться вдоль позвоночника, пытая незнанием.

— Ваше высочество, по команде, — услышал я голос слуги и кивнул. В шлеме не особо получалось разглядеть что-то больше пространства, ограниченного забралом. Мужчина отошел от тарпана, спеша убраться с глаз дикой скотины, и я невольно усмехнулся.

Смерч никогда не был спокойным зверем.

Стада тарпанов проживали в основном на территории Окманской империи во владениях султана Халифа Второго. Их отлавливали, обучали, однако природная злоба и упрямство дрессуре не поддавались. Наверное, Смерч был самым непокорным из всех. Жеребенком его привезли в Данмар, как подарок для Абеля от султана. Халифу нужен торговый договор, а отцу — воздушные пути. Помню, как увидел красные глаза, смотрящие с ненавистью на всех вокруг, и понял, что этот зверь должен стать моим.

— Давай, друг, мы же не можем проиграть, — пробормотал я, обращаясь к тарпану и услышал в ответ характерное ворчание. Смерч дернул ушами, однако уже сейчас я видел, как он нервничает. Крепкие когти на копытах взрыхлили землю, черный дым вырвался из ноздрей.

— Что с тобой? — спросил я, слыша звук горна. Демоны!

Сигнал к бою, и мне пришлось ударить шпорами в бока, срываясь с места. Ветер сразу же хлестнул по глазам, вызывая слезы. На долю секунды я повернул голову, стараясь держать пику ровнее. Будет плохо, если проиграю Сарленду. Принцы должны быть хороши в бою, но у меня с насилием и тягой к сражениям всегда были проблемы, особенно после войны с Зелеными островами.

Легко отнять жизнь, а вот сохранить стоило гораздо больших усилий.

Сарленд приближался, а в подсознании продолжали пульсировать чувства беспомощности и тревоги. Я попытался сосредоточиться на расчетах, дабы ударить так, чтобы никто не пострадал. Генри просто рухнет на землю, мне же желательно остаться в седле для победы.

Быстро. Четко. Никаких волнений.

«Надеюсь, у меня родится дочь. Еще одного такого упрямого болвана просто не выдержу!».

И все-таки, о чем говорила Далия? Она же не беременна? Нет, я совсем был не против детей

— это естественный процесс. Никто в королевской семье не пил специальных зелий, трав и не пользовался защитными кристаллами, понимая ценность детской жизни.

«Вылупляйся наследники из драконьих яиц, я бы не женился восемь раз!» — так утверждал мой предок, король Элдэн Второй, любивший развлечения и выпивку больше собственного королевства. И это при таком славном отце, что восстановил страну из руин. Одну жену предок отправил в храм прислужницей, другую на плаху, третья померла сама, четвертая...

Край пики прошелся вдоль щита Сарленда. Меня ощутимо тряхнуло в седле, но сцепив зубы, я удержался, слыша звон в голове. Не попал, упустив момент удара в слабую точку щита. Тарпана несло вперед, поэтому пришлось немного придержать Смерча, не давая тому взбунтоваться. В ответ недовольный зверь больно яростно вздернул головой, будто куда-то меня посылая.

Наглая скотина.

Когда я развернул Смерча, то понял в чем беда. Только было поздно. Тарпан взъерепенился, поднялся на дыбы и принялся отступать, отчего тяжелую пику держать становилось все сложнее. Мне кажется, я даже слышал, как ахает народ там за защитным куполом, хотя подобное невозможно. Шлем с подкладом из мягкой ткани для безопасности при ударах почти не оставлял шанса посторонним звукам. Лишь собственное дыхание да рычание тарпана, разъярённого по какой-то причине.

— Смерч, успокойся! — хотел погладить зверя по шее, но без толку.

Едва тарпан взвился при очередной попытке взять его под контроль, я подумал, что дети — это не так уж плохо. Потом мир перевернулся и кусочек голубого неба промелькнул за секунду. Твердая земля приняла меня в свои объятия. Один из крепящихся ремней лопнул, седло съехало набок, и тарпан начал подпрыгивать на месте, будто пытаясь окончательно избавиться от раздражающей ноши. Топот копыт раздался совсем рядом, и Смерч всхрапнул, разъярённо выпуская дым из ноздрей.

— Сарленд, нет! — заорал я, сбрасывая перчатки и с трудом отцепляя шлем, едва не запутавшись в заклепках. Естественно, барон меня не услышал, а подняться я уже не успевал. Смерч наклонил голову, топнул копытом и, оскалив клыки, бросился через ограждение на коня Генри, буквально выбивая рыцаря из седла.

Напуганное животное принялось топтаться на месте, не зная, куда податься. Тарпан метался, готовый вцепиться в бок коня и одновременно загрызть насмерть Генри, который с трудом приподнимался. Только сейчас я заметил панику по ту сторону щита. Кто-то из магов пытался снять защиту, однако магия не реагировала. Подобный купол ставили специально для того, чтобы не дать пострадать зрителям.

Семья уже металась за ограждением. Я заметил Далию рядом с солдатами и тихо выругался, спешно поднимаясь на ноги. Волнения моей жене сейчас точно не нужны.

— Смерч! — заорал я командным тоном, затем свистнул, привлекая внимание взбешенного тарпана. Тот прекратил попытку забить до смерти барона и развернулся в мою сторону, сверкая алым маревом в глазах.

Ему больно, я видел. Бока тяжело вздымались, дыхание участилось. Температура тела тарпанов была такой же высокой, как у драконов. Может, на несколько градусов ниже, а во время болезни или опасности повышалась из-за того, что сердце работало на пределе. Подняв руки, я отступил и Смерч взвился, приняв это за попытку нападения. Он терял разум, готовый в любой момент кинуться в мою сторону.

Я отпрыгнул, и тарпан сорвался.

— Какого демона?! — заорал Сарленд, отбрасывая шлем. Потемневшие от пота светлые волосы прилипли ко лбу, а глаза расширились от ужаса.

— Уходи отсюда! — рявкнул я, стараясь не делать резких движений.

Но, ваше высочество...

— Живо, и желательно бесшумно, — процедил я, дождавшись кивка. Определенно умные люди в момент опасности соображали хорошо. Значит, если выживу, надо будет поработать над восстановлением отношений наших семей.

— Тише, мальчик. — пробормотал я, делая шаг к Смерчу.

Мысль о повреждении я отбросил сразу же. Невозможно подойти к тарпану, навредить ему и уйти живым. Их шкура достаточно крепка, чтобы выдержать удар кинжалом. Скорее всего, что-то добавили в корм или воду. Большинство известных ядов попросту не могли нанести хоть какой-нибудь вред тарпану. Опасные вещества испарялись быстрее, чем успевали распасться и попасть в кровь.

Сарленд осторожно поймал коня, успокаивая его. Мне пришлось свистнуть еще раз, вызывая раздражение у Смерча, дабы отвлечь от Генри. Реакция на звук, расширенные зрачки — тарпан беспрестанно тряс головой, словно пытаясь избавиться от навязчивого состояния. Кат [1] — единственное растение, способное вызвать у Смерча такую реакцию. Листья часто использовали, как стимулирующее средство, влияющее на психику. Учитывая вес тарпана, дороговизну этих вечнозеленых кустарников, привезенных из Йедена, количество времени между последним приемом пищи и началом турнира — действие ката должно было закончиться минут через двадцать.

И судя по попыткам магов пробиться через купол — справляться мне придется одному. Кто-то явно постарался задержать наше с бароном спасение. Я оглянулся, заметив Сарленда и припомнил способности их рода. Левитация?

— Ладно, Смерч, давай поиграем в прятки, — пробормотал я, чувствуя, как запульсировала магия на кончиках пальцах, а тарпан выпустил дым из ноздрей, громко всхрапнув. Я отступил, медленно исчезая из поля зрения зверя.

— Барон Сарленд! — крикнул прежде, чем исчезнуть. Смерч сразу же взвился и встал на дыбы, реагируя на мой голос.

— Да, ваше высочество?

— Если он побежит к тебе, сразу же поднимайся в воздух!

И я едва успел отпрыгнуть, когда копыта ударили в землю совсем рядом, отчего несколько комков полетели в разные стороны. Громко свистнув, бросился вперед, проклиная про себя тяжелый доспех. Всего на секунду в голове мелькнула мысль достать меч и закончить все сейчас, однако я отбросил подобную идею сразу же.

Друзей в беде не бросают, даже если это твой взбесившийся тарпан, жаждущий разорвать хозяина на части. Благо Смерч меня не видел, но зато мог слышать.

— Если стану королем, отменю к демонам эти турниры! — процедил я, перепрыгивая через лежащую пику. — Заведу семь детей, посажу дерево, построю дворец в честь любимого себя.

Все отменю! И войну тоже!

[1] Кат — в некоторых странах Африки и Аравийского полуострова, окруженных тропическими лесами, произрастает кат - растение с коротким названием и неимоверно сильным наркотическим эффектом. Из него получают сильный наркотик, мало того, местные жители пребывают в эйфории, даже жуя его листья. Таким образом, они становятся фактически наркоманами и приобретают зависимость, именуемую «катизм». По данным статистики от нее страдает в настоящее время свыше 9 млн. человек, включая женщин и детей.

Растение оказывает психостимулирующее действие, на протяжении 2 часов человек не чувствует усталости, и даже чувство голода притупляется. После завершения эффекта возникает необходимость приема следующей порции наркотика, а за сутки жители арабских стран могут жевать листья ката 7-8 раз. Это не проходит бесследно - при частом употреблении наркотика происходит привыкание, пропадает аппетит, у человека ослабевает воля, он становится неадекватным.