Мой личный принц

Глава 59

Принц Эрик Трастамара

Я считал, что Ригнак погибла в сражении с драконами, ведь ни в лагере, ни возле купола капитана не было. Признаюсь, в тот момент я совсем не думал об островитянке. Слишком много всего случилось, и мне было не до нее. Однако, сейчас капитан стояла неподалеку от Абеля. Одной рукой зажимала рану на боку, а другой — огнестрел. Мой брат повернулся в сторону мисс Хэйс. Черные волны сразу заплескались у ног Ригнак, однако не причинили ей вреда.

— Капитан! — заорал я, привлекая внимание мисс Хэйс и отпуская маму. Она рухнула на колени, цепляясь скрюченными пальцами за траву и вырывая с корнем остатки зеленого покрова.

— Не подходите, ваше высочество, — процедила Ригнак, продолжая смотреть на моего брата. Потемневшие сосуды на лице Абеля тянулись от глаз до шеи, скрываясь под доспехом.

— Твоя рана пугает, — я бросил взгляд на окровавленную сорочку, облизнув пересохшие губы. Странно, но в эпицентре магического вихря давление всевластия почти не ощущалось. Если не считать ненавязчивого шепота и легкого головокружения.

— Вы ведь не о моем здоровье печетесь, ваше высочество, — горько усмехнулась Ригнак. Пальцы дрожали, и каждое движение ей давалось с трудом. Абель же наклонил голову набок, но попыток остановить капитана не сделал.

— Выстрелишь и ничего не исправишь, — я поднял руки, стараясь говорить увереннее. — Смерть приносит только разрушение. Ты знаешь.

— Это приказ его высочества, — дрожащим голосом произнесла капитан, упрямо вздернув подбородок.

И ты с ним легко согласилась?

— Почему нет? — вдруг зло проговорила Ригнак. Она бросила в мою сторону горящий взгляд, хлестнув безжалостной плетью из смеси горечи и застарелой боли. — Принц умрет, вы взойдете на трон. Опасности не будет.

— По-твоему, так поступают рыцари? — спросил я, приблизившись еще на несколько кватов. Капитан рассмеялась, но никакого веселья в пустой оболочке этой женщины не чувствовалось. Словно из нее выжгло все чувства

— Я никогда не была рыцарем, — процедила Ригнак, приподнимая руку выше, коснувшись пальцем спускового крючка.

— Подожди! — отчаянно вскрикнул я, указывая прямо на брата. — Посмотри на него.

Абель рухнул на колени и опустил голову. Яростный поток закружил, сжимаясь вокруг. Теперь темная воронка скрыла нас от всех и отгородила от любого воздействия нерушимой стеной. Я старался не думать о том, что сейчас происходило за пределами купола. Просто надеялся на чудо. Особенно в отношении мамы. Чтобы после всего произошедшего она смогла вернуться к нормальному состоянию.

— Абель приказал убить твоего мужа.

Ригнак посмотрела на меня и свободной рукой коснулась шеи. Сжала пальцами какой-то кулон или амулет, пачкая ворот сорочки кровью. Наверное, капитан Хэйс держалась на чистом упрямстве, никак не решаясь выстрелить.

— Люди твоего брата не позволили душе Дункана упокоиться, — проговорила Ригнак. Капитан словно отрешилась от реальности, не замечая моего приближения и собственных слез. — Мне некуда принести цветы. Я не смогу помолиться в храме за любимого. Никакого перерождения и небес. Только вечное скитание по земле в качестве безмолвного призрака!

Последние слова мисс Хэйс выплюнула с невероятной ненавистью. Я едва успел перехватить хрупкое запястье и крепко сжать. Абель закричал, задирая голову вверх и магический импульс пронесся по земле под ногами.

— Ему больно, — Ригнак покачала головой, не желая слушать. Я осторожно отпустил руку капитана и встал впереди, закрывая собой брата.

— Стреляй, — выдохнул я, видя непонимающий взгляд. — Хочешь сделать больно моей семье? Убей меня. Брат будет мучиться, если сумеет выжить. Завтра весь Данмар погрузится в траур, а через неделю развяжется новая война.

— Замолчите, — прочел я по губам, чувствуя, как ломается уверенность Ригнак в правильности своих решений.

— Ты ведь поэтому не убила Абеля тогда? И подала сигнал с башни, предупреждая об опасности, — продолжил, невзирая на страх и магический туман. — Мой брат тоже страдает. Каждый день он сожалеет о своих решениях в прошлом. Все это время Абель мучился, глядя на тебя. Я догадывался, но предпочитал закрывать глаза и оставаться в неведении.

Где-то над нами громыхнули молнии, однако мне не было страшно. Брат сумеет сдержать всевластие — надежда на это помогала мне верить в наше спасение.

Ригнак опустила руку, и с моих губ сорвался вздох облегчение, когда огнестрел упал на землю. Капитан тяжело дышала, а слезы капали с глаз и сразу же испарялись от огненной магии. Мисс Хэйс стерла их тыльной стороной ладони,. Затем решительно шагнула вперед, запнувшись о кочку, но не позволила подхватить себя.

— Что ты делаешь? — удивился я и отошел, стоило капитану оттолкнуть меня.

— Твоя сила — моя вера. Твоя жизнь — моя клятва, — пробормотала Ригнак в ответ. Между пальцами ярко сверкнули оранжевые искры. Мисс Хэйс посмотрела на брата, чье тело хлестали до боли потоки силы.

— Возьмите мою руку ваше высочество, — проговорила капитан, обращаясь к Абелю. На секунду показалось, что пальцы брата дрогнули.

— Пламя может убить тебя, — Ригнак не дала мне подойти ближе, одним взмахом разделяя нас огненной чертой.

— Это случится однажды со всеми, — ответила капитан Хэйс. — Для солдата умереть на поле боя — честь.

— Подожди! — крикнул я, осознав происходящее, и бросился вперед. Жар не дал даже приблизиться к Абелю с Ригнак.

Между алых искр, разлетающихся в разные стороны, я увидел, как брат все-таки коснулся руки капитана. Неистовая темная волна обрушилась на взбешенное пламя, которое принялось отбиваться. Оранжевые щупальца прорывались сквозь безжалостную мглу магии всевластия. Огонь Ригнак напитался чужой силой и метнулся вверх, следом за убегающей тьмой, не желая отпускать ту из своих объятий. Черные тучи отступили, и вспышка ослепила на мгновение. Словно небо над нами загорелось.

Через несколько минут дым начал рассеиваться, распадаясь в пепел, оседающий пыльносерым ковром. Поле и драконы нежились под толстым слоем серебристого снега. От каждого шага тот рассыпался, как прах, оставленный после себя древними богами, что нашли здесь свое последнее пристанище.

Я поднялся на ноги, отряхнулся и оглянулся, пытаясь прочистить горло от неприятного привкуса жженой травы. Большие холмы впереди — драконы. Осторожно подойдя ближе, заметил, как один из них шевельнулся и тяжело вздохнул, отчего облако пыли поднялось в воздух. Взгляд упал туда, где все находился Смерч.

— Прости меня, — прошептал я, смаргивая слезы.

Неподалеку послышался стон, затем надрывный кашель. Абель подслеповато щурился, разглядывая хмурые, дождевые тучи, а на лице у него застыло непонимание. Несколько минут брат рассеянно оглядывался, словно пытаясь понять, где он: небеса или нижний мир? И где демоны, которые должны были терзать новую душу?

Опустившись рядом на колени, я застыл. Мне впервые за долгое время захотелось пошутить на тему умственных способностей в нашей семье, дабы развеять печаль, окружившую нас. Однако нечто незримое не позволило разрушить момент единения Абеля с миром и собственной магией, часть которой кружила подле брата небольшими, игривыми вихрями.

— Видите, ваше высочество? — Ригнак говорила так тихо, что скорее слова донеслись до меня шепотом дождя, холодящего кожу первыми каплями. Капитан содрогнулась от кровавого кашля и изо рта у нее вырвалось облачко пепла. — Я выполнила обещание.

— Ваше высочество!

— Абель! Эрик!

— Боги, Элинор, ты жива!

Посторонние звуки доносились до нас сквозь заслон остаточной магии. Несколько фигур приближались, а брат продолжал удерживать голову Ригнак на своих коленях, поглаживая по волосам, которые теперь казались седыми. Абель склонился к губам капитана Хэйс, вдыхая часть жизненной энергии в умирающее тело. Именно в момент передачи темные глаза Ригнак распахнулись и радужки вспыхнули оранжевым цветом.

Тишину нарушила Амалия Сент-Клер: она выбежала вперед и замерла на месте. За ней вышел отец, поддерживающий маму, бабушка и Даниэль с Морриган. Я присмотрелся и заметил Далию рядом с Орахом. Облегчение внезапно разогнало напряжение последних часов. Гора из мрачных мыслей просто разрушилась, позволяя подняться на ноги.

— Да здравствует принц Абель! Будущий король Данмара! — закричал вдруг один из шангрийцев.

— Да здравствует принц Эрик! — подхватили следом другие люди и нелюди, постепенно заполняющие поле.

Удивление заставило отступить от громогласной толпы, чествующей нас с братом. Я поморщился и оглянулся на Абеля. Прижимая к себе уснувшую Ригнак, он внезапно поднял голову, задавая всего один риторический вопрос:

— Почему я все еще жив?

— Мне не хотелось становиться королем, — ответил я, замечая легкую улыбку, тронувшую губы брата.

Впереди ждали большие испытания. С каждым новым шагом я осознавал всю ответственность за тех, кто сейчас выкрикивал наши имена. Предстояло выяснить, кто отвечал за нападения, акции протеста и попытку уничтожить династию Трастамара. Мой друг погиб, защищая меня от дракона, а жена больше не верила ни единому слову.

Сегодня я очень много потерял, но приобрел кое-что более ценное. Веру.

— Я рада, что ты в порядке, — дрожащим голосом произнесла Далия, едва я остановился напротив нее.

Люди продолжали кричать, даже когда Абель поднял Ригнак на руки и двинулся через толпу в сторону родителей. Мой взгляд упал на Амалию. Граф Сент-Клер обнял дочь, нашептывая на ухо, пытаясь увести подальше.

Я вдруг понял, что все это время меня смущало в этом человеке. На каждом присутствующем виднелись последствия от воздействия магии всевластия. Засохшая кровь, бледная кожа и другие симптомы. И лишь дядю Далии никак не коснулась столько мощная сила. Хотя Себастьян достаточно долгое время провел подле купола. А еще у графа на лице не было ни толики тех эмоций, которыми были заряжены люди и нелюди рядом с ним.

— Рад, что все хорошо, ваше высочество, — наклонил голову его светлость, крепко удерживая молчаливую Амалию за плечи. — Далия, девочка моя, не смей так больше рисковать.

— Я просто, — попыталась возразить жена, однако осеклась, не высказавшись до конца.

За показной заботой и теплыми фразами ничего не стояло. На секунду мне удалось уловить сосущую пустоту во взгляде Себастьяна. Я протянул руку для пожатия, чувствуя холод пальцев графа, но не сделал попытки вырваться. Широко улыбнулся, крепче прижимая к себе застывшую Далию, желая непроизвольно защитить ее и нашего будущего ребенка.

— После сегодняшних событий твой отец вряд ли одобрит договор с Шангрией и Зелеными островами. Придется провести внеочередное заседание парламента, пересмотреть закон о налоге и поднять вопрос о безопасности наших границ. Многие головы полетят, — услышал я и сильнее сдавил пальцы Себастьяна, поддаваясь вперед.

— О, не волнуйтесь, — выдохнул, посмотрев в ледяной холод голубых глаз дядюшки Далии. — Когда я найду ответы, то уже никто не сможет избежать наказания.

— Эрик? — Далия нахмурилась, будто почувствовав напряжение, витавшее в воздухе. Граф коротко усмехнулся, попрощавшись с нами, уводя за собой дочь.

— Ты сказала, что больше не веришь? — вдруг спросил я супругу, которая в ответ недовольно цыкнула.

— Хочешь обсудить нашу семейную жизнь среди всего честного народа?

— Нет, — качнул я головой и наклонился к уху Далии, заставляя вздрогнуть от прикосновения моих губ. — Просто дай шанс превратить наш вынужденный брак в настоящий. Клянусь, ты больше никогда не пожалеешь, что вышла за меня замуж.

Жена приоткрыла от удивления и возмущения рот. Пришлось поцеловать на потеху толпе, чувствуя, как тает сопротивление с каждой попыткой вздоха. Вряд ли Далия простит завтра или через неделю.

Однако без поддержки и веры самого важного человека в моем сердце ничего не получится.