Мой личный принц

Глава 53

Шангрийцы были в юбках.

На самом деле, эта деталь одежды называлась «килт»[1]. Рослые, широкоплечие мужчины ступили на земли Ландора, сверкая голыми ногами в сапогах под клетчатой тканью, плиссированной сзади и обернутой вокруг талии. Такой вещью можно было легко заменить теплое одеяло в холодные ночи. Крепилась она двумя-тремя пряжками и ремешками, на один из которых цеплялась спорран[2], куда шангрийцы обычно складывали деньги и прочую мелочь.

Едва первый дракон опустился на землю, поднимая облако пыли, перепуганные ландорцы и стражники разбежались в сторону. Люди с опаской разглядывали ящеров на мощных лапах, когти которых в лёгкую разрывали мулов. В высоту пещерные драконы достигали размера приличного тарпана и легко удерживали вес человека. Серая чешуя почти не отблескивала на солнце — среди шангрийских гор ящеры легко притворялись куском камня, выслеживая своих жертв. Едва один из драконов выпустил дым из ноздрей, упала в обморок мисс Карлайл. Злобные желтые глаза с вертикальными зрачками осматривали территорию вокруг, пока дракон расправлял крылья, дабы наездник спустился.

— Сумасшедшие горцы, — пробормотал кто-то из знати, ошарашенный прибытием столь необычайных гостей. — Как можно ездить на подобных тварях?

Я бросила взгляд на королеву и уловила на ее лице разочарование. Еще бы, теперь меня ждали долгие, мучительные часы объяснений. Слава богам я успела предупредить ее величество до того, как шангрийцы появились в небе над Ландором.

«Я очень расстроена, Далия, твоим обманом. Мой сын не должен был втягивать тебя в свои интриги. Ты себе не представляешь, как разозлится Агор».

О, наоборот. Моя ладонь непроизвольно легла на живот, и я глубоко вздохнула, пытаясь справиться с чувством паники. Внезапно пальцы Эрика переплелись с моими, и, повернув голову, увидела огонь гордости во взгляде.

— Я поговорю с родителями. Не волнуйся, — горячее дыхание обожгло ухо, отчего ком стал еще ощутимее. Меня хватило только на короткую улыбку.

Как он отреагирует, когда узнает о ребенке?

— Прошло несколько лет, а это место все такое же унылое, как туманы над озером Лохсел,

— протянул громко самый молодой и рослый шангриец. В медных волосах зажглись золотые искры от ярких лучей осеннего солнца.

Лицо у него было широкое с высокими скулами и выступающим подбородком. Низкий лоб, развитые надбровные дуги выделялись особенно сильно, когда шангриец хмурился, явно недовольный своим присутствием здесь. Ничего удивительного, ведь несмотря на смех его соплеменников, вокруг все буквально искрило от напряжения. Даже один из драконов дернулся, выпустив поток пламени в воздух, пугая слуг.

— Лэрд Терлак МакГиннес, — поприветствовал шангрийца его величество, выступая вперед. Я посмотрела на напряженного дядю и вновь опустила взгляд в пол, чувствуя себя виноватой. Надо было хотя бы намекнуть.

— Рад приветствовать вас в наших землях, — сурово покосился в сторону сыновей король.

— Не ожидали столь... приятного сюрприза.

— Точнее, не ждали вообще, — язвительно отозвался МакГиннес, и среди присутствующих лордов прокатился недовольный ропот. Кто-то двинулся рядом, затем герцог Фламель наклонился к нам, шепча тихо:

— Отлично, из всей семьи глава конклава Шангрии прислал своего сына-забияку. Ух, молодец, Эрик. С Терлаком точно договоришься. если он раньше тебя не убьет!

Мой принц ничего не ответил, делая вид, будто резко оглох и ослеп. Даже когда МакГиннес выставил ногу вперед на ступеньку дворца, демонстративно приподнимая край килта. В серых глазах было столько наглости, смешанного с презрением, что я впервые засомневалась в плане Эрика. Королева Элинор закатила глаза, дамы вздохнули, мужчины вновь принялись перешептываться. Его величество втянул носом воздух, разглядывая клетчатую ткань и чуть сжимая пальцы в кулаки.

— Ничего, что в традиционном? Надеюсь, ничью тонкую душу мы здесь не травмировали?

— бросил откровенный вызов Терлак, явно издеваясь. Характерный гортанный звук «р» в речи добавлял словам больше акцента.

— Вы вольны носить национальную одежду согласно по мирному договору, — процедил король, оглядывая усмехающегося МакГиннеса.

— Где же вы были, когда Шангрия подписывала акт о разоружении[3] в тысяча семьсот сорок пятом? — дерзко поинтересовался, но ответить ему никто не успел.

Вперед выступили Абель и Эрик. Я почувствовала, как муж отпустил мою руку, вставая между отцом и Терлаком, бросив взгляд на старшего брата.

— Зачем вспоминать прошлое. Будущее важнее, — быстро проговорил мой принц, чуть отклоняясь от Терлака, когда тот прищурился и сделал к нему шаг. — А ваш отец не приехал? Мы ждали вас всей семьей. Мама очень старалась, чтобы все приготовить прибытию...

— Свистите, как терлик[4], ваше высочество. Боюсь, мое красноречие не сравнить с вашим.

— Не самое худшее, что я слышал о себе, — ответил Эрик с улыбкой. — Всего лишь вода перед началом долгой и основательной беседы, лэрд Терлак.

— В Шангрии очень сложное отношение к воде. Мы ведь будем сидеть в горах и смотреть на тонущий Данмар.

Очередная волна глумливого смеха прокатилась следом за издевательской шуткой МакГиннеса. Слишком много ненависти и противоречий было у двух народов. Когда дядя выступил вперед, желая вмешаться в напряженный разговор, кто-то из сопровождающих знатных лордов бросил в сторону шангрийцев дерзкое:

— Не удивительно, ведь горстка варваров никогда не сумеет прижиться в цивилизованном мире!

Это было прямое оскорбление гостей. Шангрийцы замолчали и напряглись, вены на висках Терлака вздулись. Я ощутила, прилив паники, как и ее величество, распахнувшая глаза от испуга. Словно по команде стражники коснулись огнестрелов, а МакГиннес рукояти одного из клинков на поясе. Резкий порыв ветра заставил несколько солдат отступить в сторону. Ветровая магия — еще одна характерная черта шангрийцев. Тем более, когда перед нами стоял представитель сильнейшего клана.

— Ну-ну, давайте успокоимся, — поднял руки Эрик, переглянувшись с отцом. — Совсем ни к чему разжигать ссоры из-за нескольких шуток.

— Кажется, приглашение было изначально плохой идеей, — услышала я Фламеля и резко вздохнула, перебарывая страх.

Выступив вперед, подошла к Эрику, игнорируя взгляды со стороны королевской четы, лордов, леди и всех присутствующих. Широко улыбаясь, я постаралась, чтобы голос не дрожал. Пришлось взять мужа под руку, поскольку мой поступок без того считался слишком дерзким для благородной леди.

— Тысячу раз добро пожаловать, лэрд Терлак. Очаг нашего дома согрет для вас, — произнесла я чистом шангрийском, заметив искры удивления, вспыхнувшие во взгляде МакГиннеса. Затем он вдруг хохотнул. За ним расслабились остальные, а я мысленно вознесла благодарность своему дару познания.

И миллионам книг, прочитанных в библиотеке!

— Моя супруга, леди Далия Трастамар, племянница графа Сент-Клера, — сразу же сориентировался Эрик, обнимая меня крепко за талию, стоило только дерзкому взгляду серых глаз пройтись по фигуре.

— Островитянка, — пробормотал Терлак, целуя мою руку. — Занятно.

— Полагаю выходка с демонстрацией силы была просто ради того, чтобы показать ваши способности, лэрд, — услышали мы голос Абеля. Взгляд шангрийца метнулся к наследному принцу, а краешек губ приподнялся в очередной дерзкой ухмылке.

— Ваше высочество, вы всегда прячетесь за спинами? Нехорошо для такого известного мечника.

— Я просто наблюдаю и изучаю. Девяносто девять из ста своих способностей вами уже показаны. А красноречие тиса мне неинтересно. В конце концов, глотать пыль вы можете и молча.

Некоторое время стояла тишина. Изредка прерываемая хриплым дыханием всех присутствующих и рокотом недовольных драконов, вынужденных ждать, пока их отведут в специальные защищенные ангары. Ящеры дергали поводья, пытаясь вырваться из рук своих хозяев, выпуская дым из ноздрей. Такие же, как сами шангрийцы — вспыльчивые и дерзкие.

Затем МакГиннес задрал голову и расхохотался. Клянусь, я даже слышала, как выдохнули королева вместе с королем. Слуг расслабились, стражники отступили. Хрупкий мир был восставлен дерзким вызовом его высочества, подогревшим интерес лэрда Терлака.

— Вы определенно умеете держать удар, принц Абель, — несколько фамильярно обратился к наследнику трона МакГиннес, подходя ближе, принимая рукопожатие. Они даже немного посоревновались с принцем, будто выясняя кто сильнее.

— Я люблю честность, — заметил Терлак, оглядываясь вокруг. — Надеюсь, деретесь вы также, как дерзите.

Пока он поднимался, я молилась, чтобы ничего никто не выкинул. Особенно, сестра. Амалия перед выходом к гостям успела столько раз обозвать шангрийцев «сбродом варваров», что эта фраза вылетела бы из ее рта раньше приветствия. Мы собирались последовать за ними, но гости не двигались. Лэрд Терлак застыл, точно изваяние, глядя на мою кузину.

— О нет, — пробормотала я.

— Боги, она же ему не понравилась? — вместе со мной сказал Эрик.

— Моя невеста, леди Амалия Сент-Клер. Сестра Далии, — Абель представил друг другу своего соперника и Мали, которая опустила скромно взгляд, изображая невинность, присев в реверансе.

— Лэрд Терлак, — и больше ничего. Прямо как тогда, едва появившись во дворце. Никаких истерик, скандалов и криков.

— Амалия любезно согласилась быть главной дамой на турнире, — пояснила королева Элинор, улыбаясь гостю.

— За поцелуй с вами я готов забить золотого дракона голыми руками, — произнес МакГиннес, заставив Мали покраснеть. Но не от смущения, а ярости. Особенно когда нарушил все правила этикета и прижался губами к тыльной стороне ладони Амалии.

— Буду ждать нашей встречи, — бросил Терлак напоследок, шагая во дворец. — Уверен, после моего поцелуя вы сбежите со мной на край земли, красавица.

— Неотесанный мужлан! — прошипела кузина, вытирая руку и хватаясь за удивленного Абеля. Правда, сразу же изменилась в лице, вновь глупо хлопая ресницами.

— Ой, ваше высочество, поспешим скорее. Эти жуткие создания меня пугают, — ткнула она пальчиком в драконов.

— Иногда ваша сестра страшит меня наличием интеллекта. — проговорил Эрик, сжимая моя руку и поднимаясь по ступенькам.

— Ничего, меня тоже, — ответила я, предчувствуя проблемы.

Мысли о ребенке отошли на второй план. Шумные шангрийцы последовали за нами, пока королева радостно приветствовала каждого, изображая безмерное радушие. Молоденькие служанки шарахались в сторону, лорды и леди Данмара негодовали, а король пребывал в замешательстве, присоединившись к дядюшке. Они о чем-то перешептывались, и любопытство разобрало меня. Правда, подслушать не удалось, поскольку на главной лестнице показалась герцогиня. Терлок МакГиннес, будь он неладен, громко поприветствовал ее светлость.

— Неужели это знаменитая Фринбульская ведьма? Отец очень интересовался вашим здоровьем, герцогиня.

— Не дождется, так и передай. Кто привел этого безобразно воспитанного молодого человека в наш дом? Ты еще хуже, чем мой младший внук!

— Ну, — протянул Эрик задумчиво, глядя в потолок, — теперь человек, которого бабушка считает хуже меня.

Пришлось согласиться и отложить разговор о детях. Явно сейчас не время поднимать эту тему.

[1] Килт — предмет мужской шотландской национальной одежды, традиционная одежда горцев Шотландии.

[2] Спорран — поясная сумка-кошель, чаще всего кожаная, носимая на поясе, на ремне килта или на отдельном узком ремешке или цепочке.

[3] Существовал период в истории, когда шотландцам запрещено было носить килт. Это случилось в 1745 году, когда в битве на плоскогорье Куллоден (Culloden) y Инвернесса (Inverness) шотландцы потеряли шансы на независимость, после чего английские власти провели Акт Разоружения. Вожди кланов были поставлены перед тяжелым выбором: либо принять английское законодательство, либо отказаться от своих земель. У них было отнято право судить своих подданных, запрещалось носить оружие. Помимо этого, запрету подверглось и ношение килта. «Ни мужчина, ни мальчик не имеет права носить под любым предлогом плед, килт, ремни на плече или любую другую часть горского гардероба. Запрещается использовать тартан для производства пледов и верхней одежды».

Наказания за ослушание были суровыми: за первое нарушение полагалось шестимесячное тюремное заключение, за второе — депортация в колонии сроком на семь лет. Власти всеми силами старались поддерживать исполнение своих указов, но добиться этого было очень непросто. Тартан, превратившись в символ независимости, прочно вошел в моду среди аристократов. И даже шотландские лорды щеголяли в тартане, невзирая ни на какие запреты. Власти, все более осознавая тщету своих усилий, предпочитали не обращать на это внимания. И через 36 лет шотландские горцы смогли вновь свободно носить свой костюм.

[4] Терлик — соловей.