На войне. Записки лейтенанта

Как пробиться к железке

Наблюдательный пункт на кладбищенском кургане мы все же достроили и довели до требуемой кондиции. Блиндаж соорудили в три наката. От него к наблюдательному пункту вела узкая траншея. На НП укрепили стереотрубу. Сидением служил край черного гроба, выступавший в том месте, где выкопали щель для наблюдателя. Могилу не повредили, надеялись, что позже кто-то засыплет и блиндаж и вырытую нами щель.

С наблюдательного пункта хорошо просматривались край поля, лесная опушка, вдоль которой располагались немецкие опорные пункты.

После артподготовки продвинуться не удалось. Батальоны залегли. По залегшим на открытом поле солдатам противник вел минометный огонь. Местность болотистая. Ночью слегка подмораживало, днем оттепель. На ночь люди надевали валенки; днем — валенки за спину, на ноги — ботинки.

Наступление захлебнулось и надо было что-то предпринимать. Однако впечатление такое, что командование плохо представляло обстановку, тянуло с принятием решения. На нашей стороне численное преимущество. Но не хватало боеприпасов, затруднен подвоз, практически не был разведан передний край.

Фронт наступления менялся. Противник отводил свои части на новые рубежи. Но решительного перелома достигнуть не удалось, хотя силы противостоящей стороны были на исходе. По железной дороге курсировал немецкий бронепоезд, при поддержке которого противник удерживал железнодорожную ветку.

“Обстановка в районе Витебска оставалась очень тяжелой”. “Русские все время подбрасывали новые силы. Второе сражение за Витебск, начавшееся 3 февраля 1944 года, было кровопролитным”, - свидетельствует командир противостоящей нам немецкой дивизии Х. Тумм. Командиры двух его полков были сняты со своих постов.

Мне представляется, что военные историки не проявили должного интереса к зимнему наступлению западнее Витебска. А оно во многом поучительно. Полезно было разобраться в причинах наших неудач; выяснить, чем были вызваны тяжелые потери.

Частые переброски войск, перенацеливание ударов, невиданно высокая плотность боевых порядков, слабая разведка создавали впечатление, что наше командование не имело четкого, продуманного плана операции.