На войне. Записки лейтенанта

Неудача зимой 1944-го

Чем объяснить нашу неудачу в зимнее наступление сорок четвертого года западнее Витебска?

Мы обсуждали это с однополчанами и спустя многие годы после войны. С позиции офицера, не располагавшего сколько-нибудь полной информацией, ответить трудно. У непосредственных участников событий сохранилось чувство горечи, неудовлетворенности. Бессмысленности утрат.

И все же несколько слов об этом.

В наступлении принимало участие большое число соединений. Но в лесах и болотах трудно было применить для прорыва мощные огневые средства. Танков было мало, они застревали, поджигались фаустниками. Артиллерия испытывала недостаток боеприпасов, вела огонь по площадям. Основную роль должны были сыграть стрелковые части. Однако это был не ударный кулак. Не подготовленные к стремительному броску бойцы, а слабые, плохо обученные военнообязанные. Они не были способны обойти, подавить, уничтожить огневые средства противника.

Немецкое командование как правило разгадывало, откуда следует ожидать удара. Наша разведка работала плохо. Слабо разведали передний край, не знали реальной обстановки штабы. Перенацеливание ударов, изменение задач напоминали судорожные попытки нащупать слабое место. Наступавшие не обладали силой, способной пробить жесткую оборону в лесу, болотах.

Может быть, именно неудача зимнего наступления к западу от Витебска привела вышестоящие штабы к выводу: оперативные задачи не решаются превосходством в количестве штыков, невиданной плотностью боевых порядков. Стремление компенсировать качество количеством вело к неоправданным потерям, к топтанию на месте. А все это — к утрате боевого духа.

Когда наши части несколько потеснили противника, мы с удивлением обнаружили, что огневые средства оказались неподавленными. Немецкая оборона опиралась на сеть опорных пунктов — сплошной обороны у них не было. Были отдельные огневые точки, хорошо оборудованные блиндажи, небольшие по численности подразделения егерей.