Первое время я оставался как бы не у дел. Новые пушки не прибыли. Учить расчеты на пальцах — дело бесполезное. Меня вызвали в штаб полка и предложили находиться в так называемом офицерском резерве.
Никогда раньше не подозревал, что в стрелковом полку может создаваться (хотя бы временно) офицерский резерв. Но жизнь вносит свой поправки. Батальоны и роты полка не были полностью укомплектованы; вместо трех рот иногда в батальоне оставались две роты. Взводами командовали сержанты. Из строя быстро выходили не только взводные, командиры рот, но и старшие офицеры.
Офицеры резерва располагались в домике на берегу озера. Ночевали в доме, который почему-то, еще с прошлых времен, именовали “господским”. Там помимо офицерского резерва размещалась (в подвальном помещении) трофейная команда.
В самом резерве пять-шесть человек, в том числе два майора, капитан, старлей. Я самый молодой. Офицеры в ожидании назначения практически оставались без дела. Они возвращались в полк из госпиталей. Но свободных должностей не оказалось, а с началом наступления потребность в них, безусловно, может возникнуть. В резерве жили относительно комфортно. Еду на всех готовил пожилой солдат — по гражданской специальности — повар, по военной — минометчик.
Меня начинают использовать по принципу, “куда кто пошлет; где, какую дырку надо закрыть”.