Несносный венценосный (СИ)

Глава 13

Жители столицы и близлежащих деревень и городов стекались к городским воротам, чтобы встать плечом к плечу и выйти против драконов. Сам король, облаченный в доспехи, отдавал приказы и вместе со своими министрами пытался составить план военных действий. Каждый понимал, что их шансы против драконьего огня невелики, если не сказать ничтожны, и все же, готовился сделать все, чтобы защитить Людовию.

— Аурелия, дочь моя! — раскинул руки король, принимая ее в свои объятия. — Какое счастье, что вы живы и невредимы! Отныне я не выпущу вас из поля своего зрения!

— Это похоже на угрозу, — нахмурилась Аурелия.

— Понимайте как хотите, но я не готов расплачиваться за мир своей единственной дочерью. К тому же это был бы слишком шаткий мир. И тем более я не хочу даже думать о том, что ожидает тебя в замке дракона... — побледнел король.

— Спасибо, Ваше Величество, но я все время думаю о том, что если бы не отказала Ульриху, то ничего этого бы не произошло... — принцесса обвела тоскливым взглядом суетившихся вокруг людей, пытающихся укрепить крепостные стены.

Из подвалов дворца с грохотом выкатывали пушки и ядра. Все было покрыто толстым слоем пыли, ведь многие десятилетия Людовия не знала войн и сражений.

— Я попросил помощи у соседних королевств, но... — король тяжело вздохнул. — Все боятся Ульриха, не понимая, что опасность угрожает каждому из них.

— Я стану сражаться рядом с вами! — завила Аурелия.

— О, нет, дочь моя... Война — мужское дело. Я запру вас в Дальней башне, где вы будете в безопасности.

— В безопасности от дракона? Вы смеетесь? Ему будет достаточно ударить ее крылом, чтобы...

— Нет, — понизил голос король. — Эта башня надежна, потому что... потому что ее охраняют магические путы...

— Что-о? Я не ослышалась? Магия во дворце?! — ахнула принцесса.

— Об этом никто не знает! Ваша мать, она... — король стащил шлем и склонился ближе. — Я никогда бы не рассказал вам об этом и сейчас мне приходится переступать через себя.

— Ваше Величество! — вдруг воскликнула принцесса и указала пальчиком на его макушку. — Ваши волосы! Они растут!

Король пригладил темные пряди, выделяющиеся на фоне других, посеребренных сединой, и отвел глаза:

— Ваша специальная маска подействовала. Если все сложится благополучно, так и быть, позволю вам делать с моей шевелюрой что угодно!

— Но это невозможно! — возразила Аурелия. — За одну ночь никакая маска не в состоянии вернуть крепость и цвет волосам!

— Тс-с! — Король приставил палец к губам. — Я не хочу, чтобы нас кто-нибудь услышал!

— Почему? Неужели... неужели... — отшатнулась принцесса. — Уж не хотите ли вы сказать, что это тоже магия? Но откуда? И почему вы упомянули мою мать, когда...

— Зря я затеял этот разговор! — разозлился король. — Обещайте, что сейчас же спрячетесь в башне, Ваше Высочество!

— Ладно, ладно! Я пообещаю что угодно, только расскажите мне обо всем!

— Не сейчас, дочь моя, не сейчас! Надеюсь, у нас еще будет для этого время. А если нет, то... простите вашего отца. Стража! Сопроводите принцессу в Дальнюю башню! И заприте ее там!

— Папа, нет! Ну, пожалуйста!

Но король, натянув на голову шлем, уже последовал прочь, крепко держа в руках свой меч.

А Аурелии ничего не оставалось, как послушаться его приказа. В конце концов ситуация была действительно напряженной, и отвлекать короля от решения ее было крайне неосмотрительно.

"Магия во дворце! Боже мой, неужели это правда?" — думала она, следуя к месту своего заточения. Или, скорее, к месту своего спасения. Душа принцессы яростно сопротивлялась этому, но что могла поделать Аурелия против воли отца? Ослушайся она, и каждый решит, что сможет делать то же. Таковы правила сохранения равновесия королевской жизни...

Когда дверь за ней закрылась и с обратной стороны громыхнул замок, Аурелия огляделась. Дальняя башня была построена много веков назад и являлась самым запущенным местом во дворце. Конечно, не в том смысле, что она была грязная, а лишь потому, что вход в нее кому-либо был строго воспрещен.

Старая каменная витая лестница вела на самый верх, и именно туда отправилась Аурелия, прижимая к груди букет белых цветов. Ее охватила глубокая печаль, виной которой стала не только грядущая война, но и расставание с Кристианом. И можно ли было назвать его исчезновение расставанием? Неужели он предал ее, испугался вероятных проблем, а они возникли бы в любом случае, потому что она принцесса, а он бедный рыцарь? Что если и замка-то никакого не существовало на самом деле? Что если он придумал это лишь для того, чтобы не выглядеть в ее глазах бедняком? Да, скорее всего, так и было... Прекрасные принцессы влюбляются в бедных рыцарей, но не выходят за них замуж. Они выходят за принцев, потому то обязаны поступать именно так.

— Все принцы разбежались, как только дракон расправил свои крылья. И только Кристиан кинулся ко мне, чтобы помочь... Ах, если бы я не была такой вредной, то сказала бы ему о том, что чувствую на самом деле. А теперь мне придется сидеть взаперти и ждать непонятно чего! Вот так и бывает, сначала ты думаешь, что родилась, чтобы перевернуть мир, а потом оказывается, что мир вполне может справиться и без тебя.

Она вошла в большой зал, где царили лишь тишина и запустение. Краски на некогда красивейших гобеленах потускнели, золотые кубки и блюда, стоявшие на полках и столах, покрылись серебристой паутиной. Единственное зарешеченное окно выходило на смутно видневшиеся вдали Дракарские горы, и Аурелия содрогнулась, представив, как совсем скоро над ними поднимутся драконы, чтобы направиться в столицу Людовии.

У дверей в покои громоздились наспех собранные съестные припасы, но принцесса взяла лишь кувшин с водой, чтобы поставить цветы. Глядя на них, она не переставала думать о Кристиане, сожалея об утраченном и не высказанном.

Стоя у окна, Аурелия прислушивалась к тому, что происходит снаружи, но ничего не могла толком разобрать. С высоты она могла видеть лишь крепостную стену, глубокий ров и каменистую землю сразу за ним. Небо было серым и мрачным, будто никогда до этого не знавшим солнца.

Когда снизу раздался свист, Аурелия не придала этому значения. Свист повторился, и тогда она прижалась к кованой решетке, пытаясь разглядеть того, кто подобным образом пытался привлечь ее внимание. Ну а чьего внимания еще можно было желать в этом одиноком месте?

— Эй, Ваше Высочество!

Аурелия подергала за решетку, но та была накрепко вмурована в стены.

— Вы слышите меня? — позвал мужской голос.

— Кто вы? — крикнула Аурелия и тут же спохватилась. Какой из нее воин, если она так глупо рассекретила саму себя?

— Ваше Высочество! — продолжал кто-то упорно звать ее.

В этот раз она предпочла промолчать, хоть ее и раздирало любопытство. Отступив, Аурелия прижалась спиной к каменной стене.

— Вы видели Кристиана?

— О нет... — при упоминании имени рыцаря, она тут же снова вцепилась в решетку. — Кто вы?

— Я его слу... я его друг!

— Конечно, я знаю Кристиана, но он исчез!

— Э... исчез?

— Да! Бросил меня одну там, в лесу! Не понимаю, как рыцарь мог так поступить!

— М-м, полностью с вами согласен, Ваше Высочество! Абсолютно недостойный рыцаря поступок! Значит, он исчез, и вы больше его не видели?

— Нет! Может, с ним что-нибудь случилось? О, боже... как я об этом не подумала! С ним наверняка произошло что-то ужасное!

— Будем надеяться, что нет! Но это так прекрасно, что вы беспокоитесь о нем, Ваше Высочество! Позвольте уточнить, какого рода ваше беспокойство?

— Что за странные вопросы вы мне задаете?

— Это поможет мне поскорее найти его. Итак, что вы чувствуете к нему?

Аурелия вспыхнула и сжала кулачки.

— Что я чувствую? Злость! Негодование! Ярость!!!

— Это прекрасно, Ваше Высочество! Это именно то, что нужно!