Несносный венценосный (СИ)

Глава 17

Хорошие новости распространяются быстро, а плохие мгновенно. Так случилось и в этот день. Только к обеду стало известно о том, что в Дракаре свершился переворот власти. Над главным дворцом взметнулся бело-золотой флаг вместо черного, принадлежавшего Ульриху. Король Фердинанд, однако, не спешил убирать пушки, справедливо полагая, что власть может измениться, а цель остаться прежней. Следовало дождаться хоть какого-то письма, в котором новый правитель Дракара обрисует свое отношение к Людовии.

— Ох уж эти политические реверансы, никуда без них! И слава богу, — бормотал он, вышагивая по тронному залу. — Надеюсь, последующий король не окажется хуже предыдущего, как это обычно бывает...

— Будем надеяться, Ваше Величество, — поддержали его министры.

***

В это время Аурелия, нарушив запрет отца, спустилась вниз, желая покинуть место своего невольного заточения. Но дверь оказалась запертой, о чем она, разумеется, была предупреждена. Принцесса понимала, что король печется о ее благополучии и переживает, что ситуация все еще непонятная, и все же чувствовала, что что-то в корне изменилось. Она думала о белом драконе, которого увидела из своего окна, и о цветах, которые выросли на том самом месте, где пролилась его кровь. Все подтверждало легенду, рассказанную Кристианом, и теперь она уже не казалась ей красивой выдумкой. Как и белые цветы, выросшие за ночь у шалаша. Они и сейчас были в руках Аурелии — их аромат и хрупкость вызывали в ней необыкновенную нежность и грусть, и оставить их она попросту не могла. Удивительно, что за все это время ни один лепесток не завял и не потемнел, а ведь букет был сорван много часов назад и пережил конную скачку.

Все что она узнала от отца, до сих пор бередило душу. Но прошлое должно было оставаться в прошлом, решила Аурелия. Лишь настоящее заслуживает внимания, потому что именно из него вырастает будущее. Если в ее крови есть капля магии, а она есть, то рано или поздно способности проявят себя, а уж она-то сделает все, чтобы научиться ими руководить! Ведь знания нужны для того, чтобы ими пользоваться, а не складывать в ящик на чердаке.

Аурелия зажала букет под мышкой и подергала дверь. Та не поддалась.

— Что я делаю? — закатила глаза Аурелия, внутренне посмеиваясь сама над собой. — Пытаюсь понять, как это работает! — тут же ответила сама себе.

Она приложила ладонь к замку, но ничего не происходило. Закрыв глаза, принцесса сосредоточилась, но... вдохнув запах цветов, Аурелия вновь вернулась к своим воспоминаниям о молодом рыцаре. Ей бы хотелось вычеркнуть их из своей головы, но сердце упрямо возвращало ее назад.

— Кристиан... — прошептала она. — Кажется, я уже никогда тебя не забуду!

Ее окутало теплом, кончики пальцев закололо от охватившей ее неги. Если любовь была магией, то это была именно она.

Замок заскрежетал, поддаваясь невидимому импульсу, и дверь со скрипом распахнулась. Дальняя башня отпускала принцессу из-под своих тихих пыльных сводов, и ничто уже не могло бы удержать Аурелию. Ступив на выложенную камнем дорожку, принцесса смело посмотрела вперед. Она знала, что сделает в следующий момент.

***

— Ваше Величество! — ворвался в зал один из слуг. — Простите, но случилось кое-что, о чем вы должны немедленно узнать!

— Что случилось? — вскинулся Фердинанд и схватился за меч, до этого прислоненный к трону.

— Ее Высочество, она...

— Что? — побледнел король.

— Она вышла из башни и сейчас...

— Да говорите же скорее, не тяните дракона за хвост!

— Она покинула Дальнюю башню и теперь собирает цветы!

— Цветы?! Какие цветы?

— Тюльпаны, Ваше Величество... — растерянно произнес слуга. — Нам вернуть ее обратно?

— Нет... — покачал головой король. — Пусть делает все, что хочет.

Итак, как он и думал, Аурелия не замедлила воспользоваться тем, что узнала. И, судя по всему, у нее это получилось. Мог ли он, простой человек, противиться этому? Ведь как бы ему не хотелось оградить свою дочь от магии, магию из дочери не выкинешь, она уже родилась с ней. Оставалось только ждать, как она распорядится своим даром.

Фердинанд отпустил рукоять меча и тяжело вздохнул. Что готовил ему и королевству грядущий день?

И ответ на его вопрос не заставил себя ждать. Напевая, как ни в чем не бывало, принцесса вернулась во дворец, таща в руках охапку цветов. Велев принести вазы с водой, она поднялась в свои покои, а затем, умывшись и переодевшись без помощи служанок, которым велела ждать за дверью, направилась в тронный зал.

— Папенька, вы не видели мою выходную корону? Кажется, я потеряла ее во время парада.

— Аурелия! — счастливо выдохнул король. — Я переживал за вас!

— Не стоило трепать себе нервы, папенька! Я же вам сказала, что никуда не денусь.

— Ты понимаешь, о чем я говорю, — понизил голос Фердинанд. — Слуги уже удивлены тем, как ты покинула башню.

— Скажите им, что дверь была не заперта, — пожала плечами Аурелия. — Что вы забыли это сделать.

Король бросил на дочь настороженный взгляд:

— И каково это? Что ты чувствуешь?

— Вы про магию, Ваше Величество? — хихикнула Аурелия. — Это чудесно! И немножко щекотно...

— Что ж, поверю вам на слово, Ваше Высочество, — нахмурился Фердинанд. — Корона нашлась, я распорядился, чтобы ее почистили.

— Отлично! Скоро она мне пригодится! Какие новости?

— В Дракаре переворот. Новый король объявил свою страну оплотом мира и благоденствия.

— О, прекрасно... Значит, войны не будет?

— Войска отозваны. Люди рассказывают, что белый дракон потерял много крови, но победил Ульриха. Они рухнули с небес, будто две кометы, продолбив в земле огромную вмятину. Белый дракон вырвал черное сердце своего противника еще в воздухе, и теперь народ Дракара ликует, обретя в новом правителе защиту.

— Нам повезло с соседом, — задумчиво прищурилась Аурелия. — Думаю, стоит устроить бал в честь мирного урегулирования. А заодно объявить отбор претендентов на мою руку и сердце.

— Что я слышу? — удивился Фердинанд. — Вы серьезно?

— Серьезнее не бывает, — кивнула принцесса. — Но будет одно "но", папенька!

— Все что угодно, ведь это ваш бал, моя дорогая!

— Добавьте одно маленькое примечание: "претендовать на руку и сердце принцессы может каждый принц, король и рыцарь". Принцев и королей я бы, разумеется, вообще вычеркнула из списка, оставив только рыцарей, но что не сделаешь ради дипломатии!

— Вы только представьте, какое количество рыцарей примчится ко дворцу! — выпучил глаза король.

— Вы думаете, рыцарей много? Хм, даже если так, я хочу взглянуть на каждого!

— Вы имеете на это полное право, дочь моя!