Неугодная хозяйка драконьего поместья

21

— До тебя тут ничем не воняло, — пробормотала я себе под нос, высовываясь в окно с куском рыбы в руке.

Ежедневные появления этого мужчины воспринимались, как неизбежное зло. Оставалось только ожидать, когда у меня к нему выработается стойкий иммунитет, как к какой-нибудь вредной бактерии.

— И вам доброе утро, Винсент, — поздоровалась я, помахивая рыбой, чтобы поскорее остыла.

Тот неприязненно сощурился.

— Фу, что это у тебя?

Я закатила глаза.

— Еда. Не желаете с нами позавтракать?

— Я не низкородное отребье, чтобы питаться речным мусором.

Ах ты ж… Я закусила губу, с досадой глядя на этого высокородного нахала. Как же он мне… дорог.

Жизнь казалась бы весьма сносной, если бы не этот доставучий мужчина. У вроде уходит каждый день с таким видом, будто в гробу нас всех видел и больше никогда не вернется, но нет…

Так, погодите-ка! Он что, назвал меня низкородным отребьем?

Я понимала, что воспитывать этого мужчину поздно и воевать с ним бесполезно, а значит, следовало относиться к нему, как к непогоде или тараканам. Мол, ничего не поделать.

Заодно и нервы будут целей. Пусть бесится, если ему так нравится.

— Не хотите, как хотите!

Пожав плечами, я заняла свое место за столом и откусила щедрый кусок рыбы. Зря.

Во рту тут же разлился привкус отвратительной горечи… Я резко вдохнула, подавилась и закашлялась от неожиданности.

Никто еще не приступил к еде, и потому все смотрели на меня, как на второе пришествие — испуганно и недоверчиво.

И никто не догадался постучать по спине! Но вскоре стало понятно, что рыба не просто испорчена.

Я быстро откашлялась и глубоко вдохнула, но горечь никуда не исчезла.

Она опутала горло у опустилась ниже, куском льда воткнувшись в живот. Силы меня покидали. Я отчаянно цеплялась за стол, глядя на нянюшку широко распахнутыми глазами.

Наконец до нее дошло.

— Помогите! — прошептала она, а потом и завопила во всю мощь. — Спасите!! Отравили!

Она кричала что-то еще, куродемон вился вокруг, хлопая крыльями, но я уже ничего не слышала.

Завалившись на бок, тяжело упала на каменный пол. Глаза закрылись, а дыхание начало ослабевать. Я медленно погружалась во тьму.

Вот так благодарные селяне… Воистину, не делай добра, не получишь зла.

Что б им самим такой рыбки наесться до отвала.

Сделав очередной вдох, я не смогла выдохнуть, только подрагивала мелко. Кажется, это конец… очередной. Какая ирония.

А потом моих онемевших губ коснулись чужие губы. Кто-то схватил за лицо и принялся с силой вдувать в меня воздух.

Я даже глаза открыла от изумления, когда у меня получилось снова начать дышать. Однако перед ними все расплывалось, будто я видела сквозь воду.

— Сделайте что-нибудь! — истерично голосил Матильдергон. — Наш ключ умирает!

В голове и так гудело, словно мне на нее надели кастрюлю и от души налупили половником… А тут еще и орут истошно.

— Открой рот, Эми! Быстро! — голос герцога раздался совсем близко, а жесткие пальцы надавили на подбородок.

Я повиновалась и различила перед собой мужское лицо. А потом перед глазами промелькнул блестящий перстень с рубиновым камнем. На язык попал порошок, от вкуса которого захотелось зажмуриться изо всех сил.

Как будто во рту взорвалось что-то кислое, горькое и жутко соленое одновременно.

— Фу, какая гадость! — меня передернуло. — Это что еще такое??

В следующую минуту боль исчезла, а туман в голове рассеялся. Во всем теле появилась непривычная легкость, и я расслабленно выдохнула. Как же всё-таки хорошо, когда не умираешь…

И будто все проблемы исчезли. Осталась только я и герцог напротив, баюкающий меня в объятиях.

— Лучше? — аквамариновый взгляд впился в мое лицо, заставляя взволнованно замереть.

Теплые пальцы медленно очертили контур моего подбородка, спустились на шею и остановились у воротника. Моё дыхание стало прерывистым, а щеки потеплели.

Что он делает? Зачем так смотрит и касается?

— Лучше, — согласилась я, рассматривая герцога, оказавшегося так близко. — Что это было за средство?

Если бы увидела его впервые и не знала, что это за человек, то запросто могла бы влюбиться.

— Нейтрализатор ядов, — пояснил Винсент, продолжая странно на меня смотреть, — передавался по наследству в моей семье. Редкое снадобье, между прочим.

Ничего себе! Не пожалел для “отребья” редкого лекарства.

Удивившись странной тишине, я скосила глаза на остальных.

Нянюшка держала на руках притихшую курицу, и вид у обеих был озадаченный. Матильдергон даже клюв разинул от удивления.

Видимо, они тоже не ожидали от герцога такой заботы.

Но заботлив тот был недолго.

Опомнившись, мужчина стряхнул меня со своих рук, как противное насекомое.

Я тут же подскочила на ноги, неловко одернув юбку.

— Откуда вы взяли эту рыбу? — грозный вопрос застал всех врасплох.

— Местные принесли, — прокудахтал куродемон, — в качестве благодарности.

Герцог прищурился и оглядел нашу компанию таким взглядом, что захотелось забиться в самый дальний угол и не отсвечивать.

— И что же вас заставило захотеть это съесть? — саркастично протянул он. — Голодаете? Или совсем думать разучились?

Нянюшка огорченно всплеснула руками:

— Да кто ж знал-то, господин, что они на такое способны? Мы же ничего плохого им не сделали, зачем же так подло поступать! Может, сообщить властям? Это ж убийство почти случилось!

— Надо рыбу сохранить как улику, — поддакнул демон.

— Испортится же, — встряла я, — Мосе отдадим, мне кажется, он только рад будет. Чего добру пропадать?

Нянюшка, кряхтя, притащила корзину с оставшейся рыбой и вопросительно посмотрела на герцога.

Аквамариновый взгляд внимательно оглядел добротную корзину, накрытую вышитым золотой нитью льняным полотенцем.

— Нет, это не местные, — проговорил он мрачно, и его глаза вспыхнули знакомой хищной желтизной. — И думаю, что я знаю, кто.