Неугодная хозяйка драконьего поместья

8

Я посмотрела на курицу у своих ног. Та лежала так, словно и вправду претендовала на место в суповом наборе.

И отчего-то вдруг накатила непрошеная жалость. А ведь курица не сделала мне ничего плохого. Ну орала, подумаешь… за что ж так с ней?

Получается, я не лучше этого сумасшедшего герцога. Поэтому я наклонилась, подняла бездыханную тушку и прижала к груди.

Та вдруг напряглась. Стало понятно, что не такая уж она и бездыханная…

Я посмотрела на нее, птица на меня. Причем взгляд ее был недоверчивым и испуганным.

Последнее заставило меня не отшвырнуть от себя хитрое пернатое. Наоборот, я успокаивающе погладила ее по голове, как сумасбродную кошку.

Курица зажмурилась и замерла от неожиданной ласки.

Герцог смотрел на эту идиллию с изрядной долей скептицизма.

А потом протянул:

— Это что? — я проследила за его взглядом. Хотя было понятно и так, куда он направлен.

Мое самодельное пугало возвышалось недалеко от крыльца. Вчера я еще и ведро на него нацепила вместо головы, на котором углем нарисовала злобную рожу.

Чёрт… по спине пробежался неприятный холодок. Поглаживания курицы стали интенсивнее.

— А это, — протянула я тонким голоском, — инсталляция! Эм… оберег, понимаете, от нечистых духов, а то ходят тут всякие, да и слухи о поместье нехорошие. Вот, решила обезопаситься.

Мои оправдания не произвели на него должного впечатления. Курица приоткрыла глаза и смотрела на меня очень странно.

Стало ясно, что нужно срочно придумать что-то более правдоподобное. Но, как назло, в голову ничего не шло.

Судя по тяжелому взгляду герцога, вряд ли его вообще сейчас что-то убедит. Он явился карать.

— Я велел, чтобы ты почистила мой камзол, — бросил тот, как ударил наотмашь, — а ты что натворила?

Я почувствовала себя нашкодившей первоклассницей, которую отчитывают за испачканную форму.

Мне это совершенно не понравилось. Но рядом с этим мужчиной так было всегда.

Я сделала над собой гигантское усилие, чтобы не сорваться и не начать перепалку.

— Постираю, — пробормотала сдержанно, — просто вчера не было времени, видите, — я сделала широкий жест рукой, — мы прибирались.

Мужчина не удостоил взглядом ни чистых окон, ни подметенного крыльца, ни отдраенных дверей. Ему было всё равно.

Он продолжал смотреть на меня так, словно я была его личным врагом. Но мне просто необходимо было убедить его в обратном. Это вопрос моего будущего. Поэтому я сдержанно выдохнула, выпрямила спину и посмотрела на мужчину максимально примиряюще.

А вдруг как мой открытый взгляд и мягкая улыбка растопят его сердце.

Но надежды не оправдались.

— Я дал приказ, — снова послышался ледяной голос, — ты его не выполнила.

С этими словами мужчина снова потянулся к своей пряжке. Мое сердце екнуло, а колени задрожали, когда с жутковатым свистом ремень выскользнул из брюк.

Герцог шагнул навстречу.

Мне стоило невероятных усилий остаться на месте. Я только теснее прижала к себе курицу и на секунду зажмурилась в ожидании удара.

Но потом распахнула увлажнившиеся от испуга глаза и твердо уставилась на него снизу-вверх.

— Вы хотите меня ударить? — спросила дрожащим голосом.

— По-другому ты, видимо, не понимаешь. Тебе нужна тяжелая мужская рука.

— Не понимаю? Так вы даже не попытались ничего объяснить! Только угрожаете и зубами скрипите, — мой голос надломился, в нем послышались слезы.

Курица подняла голову и тоже смотрела на герцога. Мне почудилось, что и ее глаза влажно заблестели.

Мужчина поджал губы. Он словно о чем-то раздумывал. Я поняла, что это шанс.

Герцог прислушался, а значил, не безнадежен.

— С этим поместьем что-то не так, верно? — поинтересовалась я вкрадчиво, — нам вчера разбили окно… а еще нянюшка ходила в деревню и наслушалась там всякого. Вы поэтому не хотите нас здесь видеть?

— Вас никто не тронет, если Матильдергон будет на свободе. Не нужно больше привязывать его к воротам, — выдал герцог нехотя, играя желваками. — Он защищает поместье.

— Матильда? — ляпнула я, глядя на курицу.

Та укоризненно поглядела на меня в ответ.

— Матильдергон, — процедил герцог недобро.

— Ну, Матильда ей идет куда больше. Вы посмотрите, какая милашка, когда не орёт, — очаровательно улыбнувшись, я потрепала курицу за гребешок.

Птица закатила глаза, а гость резко выдохнул и вдруг шагнул вперед. Я отшатнулась, упершись спиной в дверь.

Мужчина угрожающе навис надо мной опасной двухметровой громадой. Я забыла, как дышать. Воздух застрял где-то в горле.

Что он творит??

Меня коснулся аромат мяты и выделанной кожи. Герцог был так близко, что я могла видеть свое отражение в его аквамариновых глазах.

— Что вы делаете? — прошептала испуганно.

— Ты маленькая дурочка, — прорычал он низко, — лезешь, куда не просят, всюду суешь свой любопытный нос! Ты ничего не знаешь про эти земли, ничего не знаешь про это место! Заявилась сюда с какой-то жалкой бумажкой, и считаешь, что всё тебе позволено?! Да кто ты вообще такая?

Он склонился еще ближе, обдавая мое лицо теплым дыханием.

Я сжалась в комок, прижимая к себе притихшую курицу.

Вот бы мне, как и ей, уметь в нужное время притвориться мертвой. Сейчас я бы с удовольствием этим воспользовалась.

Потому что яркие, небесного цвета мужские глаза вдруг изменили цвет, став по-звериному желтыми…