Невероятная для офицера

Глава 25

Ночью я спал, если положение лежа с одним открытым глазом можно так назвать, одним словом, плохо я спал. Наира еще и описалась ночью. Да что ты будешь делать… В общем, проснулся я с тревогой о своей психике. А впереди еще целый день.

Сводил ребенка на горшок и попросил ее посидеть минуту одной, чтобы успеть почистить зубы и забежать в душ. А когда вернулся, Наира намазалась боевой маскировкой. Рука-лицо. Я забыл убрать коробочку на место, оставил на тумбочке возле кровати, и вот Машина красавица хлопала глазами и вертелась передо мной, раскрашенная в три цвета: светло-серый, темно-серый и светло-зеленый.

— Касиво? — жеманилась возмутительница моего спокойствия.

— Касиво, касиво, хоть сейчас на захват.

Я подхватил ее на руки и потащил в душ.

— Что такое захват?

Пока отмывал маскировку, подробно рассказывал, чтобы заболтать ее, что есть хорошие люди и так себе, а еще есть законы. На каждом слове Наира сыпала уточняющими вопросами, но я решил сменить тактику и, не отвлекаясь на детали, рассказать все целиком. В итоге, когда закончил я рассказ, она кажется и не поняла, о чем я говорил. Обидно. Я так восхищался мужеством и смелостью бойцов, преграждающих дорогу мерзавцам… Ну да ладно, проехали, как говорится.

— Слушай боевую задачу!

Усаживая ее за стол, я принялся рассказывать планы на день.

— Что такое…

— Наши планы. — Я научился предвосхищать детские вопросы.

— Гулять? — вскинула брови Наира.

— Сначала завтрак, потом к маме, потом к Гале, а потом мы с тобой поедем за город. Будем гулять весь день, жарить шашлыки, может быть, даже на рыбалку сходим.

Наира подпрыгнула от радости на месте несколько раз. Видимо, мой план угодил ей прямо в сердечко.

Я же как рассудил. Если нужно генералить квартиру, то нам здесь делать нечего, вот и поедем к Орловне на дачу. Пару часов займет дорога, зато ребенок выгуляется вволю и станет крепче спать. «Не забыть заехать за пеленками». Я мысленно сделал пометку в голове.

А завтра прокатимся до города и вернемся обратно. Сколько продлится уборка? Ну не неделю же? За три дня они точно управятся, а ковры потом уже в чистую квартиру привезут.

Я созвонился с клинингом, продиктовал адрес. Ах ты ж. Их же встретить надо, ключи передать, деньги перевести… В итоге договорились встретиться через четыре часа.

Подхватив Наиру и Страшилище, поехали к Маше. Там вновь слезы, разговоры. Вскоре пришел адвокат и оформил нотариальную доверенность на меня.

— А что делать с отцом? — уточнил я у местных.

— Ему грозит пожизненное, с конфискацией и лишением всех прав. Скажи в опеке, что мы пришлем в течение дня бумаги.

— А по-братски, много ей «светит»? — показал я глазами на Машу за стеклом.

— От десяти… — коротко пояснил смежник. А потом добавил, глядя на мой ошеломленный вид. — Терроризм.

А я на такое готов? Точно нет. Одно дело опекать ребенка, пока Маша дает показания, это жизненно необходимо, а потом… Даже взять по минимуму: когда она освободится, девочке исполнится четырнадцать. Уже взрослый человек.

Мне к тому времени исполнится сорок пять. Если не брать в расчет Наиру, то я, конечно, женюсь к этому времени, появятся свои дети… Впрочем, жениться я могу и имея ребенка на руках. Когда это было помехой? Осталось найти невесту. Но вначале Галя.

Я вернулся к Маше и рассказал свои планы. Из-за генеральной уборки уезжаем за город к друзьям. Завтра вернемся.

Про наши утренние приключения умолчал, зачем расстраивать мать. Хотя она спрашивала, не натворила ли чего дочь. Но мы, переглянувшись с Наирой, как два партизана, в голос ответили, что ничего такого не произошло.

— Называйте ее, пожалуйста, Ниночкой, — уходя, попросила Маша.

Я пожал плечами, мне-то что, Нина так Нина.

В опеку приехали вместе. Я передал Гале доверенность и рассказал как есть про отца, покосившись на Нину. Но та ничего как будто не заметила. Затем объяснился, что встречался с Зинаидой Сергеевной, и та велела отмыть квартиру. Поэтому сегодня уезжаем за город, вернемся завтра.

— Надолго тебя хватит, герой? — прищурилась Галя.

— Врать не буду. Нет у меня на этот вопрос ответа, но как только приму решение, первым делом позвоню.

— Ладно, — тяжело вздохнула она. — Через неделю я к тебе с проверкой.

— Я к тому времени наверняка на работу выйду, но Зинаида Сергеевна обещала привезти толковую няньку. Так что с этим проблем не будет.

И мы поехали домой. Собрали вещи на три дня, продукты, что могут испортиться за это время, подхватили горшок. Как раз к окончанию сборов подъехал парень-клинер. Я объяснил ему, что нужно вымыть все, что он видит, выстирать, сдать в химчистку и прочее. Затем перевел аванс, и, подхватив сумки, мы с Ниной покатили затариваться к Митяю в супермаркет. Оттуда я позвонил Орловне и сообщил, что на три дня еду к ней на дачу.

Она не растерялась и пообещала немедленно отправить список покупок мне в мессенджер.

— Живи сколько захочешь, Витька будет рад.

У Митяя попили: я кофе с куском торта, Нина чай с тремя кусками тортов. Правда, съела не целиком, а лишь понадкусывала — не смогла выбрать что-то одно.

Я купил еще целый торт для хозяев и, забрав покусанные куски, в дороге съедим, загрузил багажник покупками и наконец-то направился за город.

По дороге мы с Ниной болтали обо всем, что видели ее глаза. Девочка оказалась очень любознательной и, как ни странно, многое знала. Я даже поинтересовался, откуда она такая умная.

— Мама мне читала и рассказывала.

Хм… Маша проводила все свободное время с дочкой, не жалея сил, вкладывала в нее знания, оттого та такая сообразительная. Лично я сразу выбрал стратегию — не сюсюкать с Ниной, а говорить как со взрослой, без прикрас, но без жести. Этого она и сама наестся полной ложкой. Впрочем, горести уже обрушились на ее маленькую голову, но в силу возраста она не понимает, что ее жизнь круто изменилась по вине родителя, и уже никогда не станет прежней.

Приехали мы в предвкушении эмоций. Нина внимательно осмотрела коляску, на которой нас выехал встречать Витька, и попросилась покататься у него на коленях.

— Запрыгивай, — протянул он здоровенную ладонь и помог Нине взобраться на колени.

Я в несколько ходок перенес продукты и вещи, после чего отогнал машину в тупик за домом. К моменту моего возвращения Нина с Данькой, сыном Орловны, перезнакомились, обошли весь участок и поглядывали на березу у калитки. Ее сажал чуть ли не прадед Витьки, священное для всех дерево. Оно манило полазить по ветвям. Вот и сейчас детвора подозрительно к нему присматривались.

— Что задумали? — подкрался я к ним со спины.

— Да так… — отмахнулся Данька.

— Вить, а Вить, а как думаешь, домик на дереве для детей не будет оскорблением этого дерева?

Глаза Даньки вспыхнули надеждой.

— Думаю, дед будет рад, — дал добро на сооружение Витька, и мы приступили к разработке чертежа.

Дети не отходили ни на шаг, лезли со своими советами и пожеланиями.

— А лестница веревочная будет? — хитро прищурился Данька.

— Если захочешь…

— Мы с Ниной хотим.

— Ну, если так…

Мы с Витькой крутили так и этак, и в итоге домик у нас получился, скорее, напоминающий скворечник, а иначе пришлось бы обрезать ветви. Но маленький домик это даже лучше. Меньше возиться, больше вероятность, что ветви его выдержат. Мы все обсудили и решили мастерить его с одной открытой стеной — через которую будет вход.

— Завтра поеду в год, закажу материалы. А сегодня у нас выходной! Жарим шашлыки и гуляем вдоль речки.