Невероятная для офицера

Глава 26

На речке Нина с Данькой пробежали по тайникам, ковырялись в корнях деревьев, кидали камни в воду. Мы с Витькой следовали за ними неторопливо, коляска не позволяла развить большую скорость, да и куда торопиться? Городская суета отступила, проблемы никуда не делись, но померкли перед этим бескрайним синим небом, зеркальной гладью реки, сочной зеленью травы, голосами перекликающихся птиц.

Я стоял и впитывал в себя все это великолепие, набирался сил от природы. Через некоторое время, набегавшись вволю, к нам присоединились дети. Нина подошла и опустилась рядом на траву. Затем прилегла и, перебирая тоненькими пальчиками травинку, задремала.

Я осторожно переместил ее к себе на колени, прижал, и тут меня накрыло. Крошечный человечек в моих руках доверчиво прижался ко мне, сложил ладошки на груди и уснул. Я и представить не мог, насколько это приятно, когда ребенок спит у тебя на руках, как вскидывает ручку, отгоняя назойливую муху, а потом, пожевав губами, вновь проваливается в сон.

Меня накрыло волной нежности к Нине. Я осторожно сдувал с нее мух, руку высвободить не мог, иначе переловил бы всех, чтобы не тревожили сон принцессы. Сам боялся пошевелиться, чтобы ненароком не разбудить ее. Оказывается, это такое счастье — вот так сидеть на природе. Не надо мне ни удочек, ни лодки. Полное, всеобъемлющее счастье, которое я никогда прежде не испытывал. А сейчас наслаждался и удивлялся, что меня, такого черствого сухаря, могла растрогать маленькая девочка.

Будить ее не хотелось, поэтому, когда все засобирались обедать, я медленно, осторожно поднялся. Руки-ноги затекли. Ничего, потерплю. Пусть кроха спит, набирается сил для новых подвигов.

Дома я уложил ее на диванчик в комнате, обложил подушками, придвинул стулья спинками, чтобы ненароком во сне не свалилась. Но когда все сели за стол, накрытый по случаю солнечной погоды на улице, я расположился ближе к крыльцу и постоянно прислушивался — как там Ниночка.

С этого дня моя жизнь поменялась. Едва Нина проснулась, я посадил ее на горшок, покормил, затем все вместе уселись играть в какую-то настолку. Нужно было бросать кости и продвигаться по горам и каньонам за призом, но на пути поджидали «засады» в виде хищных зверей и разбойников. К моей величайшей гордости мы с Ниной выиграли и легли спать в звании победителей.

Я долго ворочался, прислушивался к тихому сопению ребенка и удивлялся новым своим качествам. Или не новым?

А еще было интересно, если я с такой теплотой отношусь к чужому ребенку, как буду любить своих? Пожалуй, пора завязывать с холостяцкой жизнью. Слишком много упускаю, лишаю себя такой огромной радости. Да что уж там, жизнь проходит мимо меня.

Ночью Нина спала тревожно и постоянно звала маму. Я просыпался от каждого шороха и поправлял то сбившееся одеяло, то простынь. Проверял, сухие ли пеленки, в общем, сам не заметил, как превратился в отца.

Утром мы поехали в город, и всю дорогу в Циолковск Нина канючила:

— Иго, авай забееем маму к нам.

Как ей объяснить, что это невозможно? Я пробовал по-разному. Честно рассказал, что ее подозревают в противоправной террористической деятельности. Долго объяснял ребенку термины и законы, в итоге Нина ничего не поняла и продолжала меня упрашивать. Да будь моя воля…

Попробовал объяснить, что мама вынуждено разлучена с Ниной. Тот же результат.

— А может, купим твоему Страшиле подружку? — Я подумал отвлечь ее от грустных мыслей игрушкой.

— Да! — подпрыгнула в кресле Нина и добавила: — А потом за мамой.

Пока Маша обнимала и расспрашивала Нину обо всем, я перекинулся словом со следователем.

— Как дело продвигается?

Я прекрасно понимал, что детали мне не откроют, но, может, в общих чертах…

— Работаем.

Вот и весь ответ.

Наверняка много мог прояснить Коля, но звонить ему после гнева Потапова я побаивался. Да и по телефону такие разговоры не ведут. Надо встречаться. Это я на больничном, а Коля работает.

Кстати, надо же продлить больничный! Я совершенно забыл! И после Маши мы поехали в больницу. Там, как папашу с ребенком, меня пропустили сердобольные старушки без очереди. Удобно.

Врач, не отрываясь от заполнения документов в компьютере, задала один вопрос:

— Продлеваем?

— Да, — уверенно сказал я.

При других обстоятельствах я бы попросился на работу. А сейчас подумывал взять и остаток отпуска для ухода за ребенком. Хорошо бы с Ниной рвануть в Крым. Но Маша… Ее, пока разрешено, нужно посещать каждый день.

Затем я созвонился с клинингом, они бодро отчитались, что еще два дня, и закончат уборку.

— Мы с тобой большие молодцы! Сделали все необходимые дела, остались приятные. Поехали за игрушками для тебя и Даньки, а потом за стройматериалами и колотить домик на дереве.

С подарками разобрались быстро. Купили два управляемых катера. Пусть гоняют наперегонки с Данькой.

С досками и прочим тоже повезло. Дача у Орловны и Витьки находится в садовом кооперативе, который примыкает к загородному поселку. А там года два назад построили солидный строительный супермаркет.

В торговом зале я отловил продавца и показал ему нарисованный план домика. Обозначил размеры, и закрутилось движение вокруг нас.

— Какие инструменты есть в наличии?

Я позвонил Витьке, узнал, что шуруповерт, молотки, отвертки и прочее имеется.

В общем, я оплатил стоимость досок, уголков, шурупов, гвоздей, черепицы и нарисовал, как доехать до дачи. Пообещали привезти все требуемое часа через два.

— Побежали обедать и запускать кораблики. Потом некогда будет.

Больше себе, чем Нине, я рассказывал предстоящие планы.