Нить

Глава 20

— Я обращалась в полицию раза три, — шептала женщина, — но что им до семейных дрязг? У Гая было положение в обществе. Никто не желала с ним связываться. Это не столица, там его власть была больше. А я оказалась в чужом городе без друзей и поддержки.

Бэа говорила быстро, часто глубоко вдыхая воздух, словно задыхалась. Лиам молчал, обнимая ее за плечи, и слушал. Историю юной, беззащитной девушки, которая до последнего была готова бороться за свою жизнь. И с каждым новым словом в этом рассказе, шерифу становилось все хуже. За окнами грохотал гром, и ледяной дождь перерос в град, словно сама природа была солидарна с чувствами мужчины.

— Сначала я еще пыталась угомонить его покорностью, но, поняла, что ему нужно не это… Так прошло три года. Я пыталась бежать. Пыталась драться. Слуги делали вид, что ничего не замечают. А потом, на улице я встретила доктора Джейкоби. Это «Джи» из телеграммы, — Бэатрил подняла взгляд и робко улыбнулась, — мы столкнулись с ним на улице. Не помню уже, зачем он приехал в наш город. Оказалось, друзья родителей искали меня. Узнали о свадьбе из газет… Думали, я счастлива.

— Это он помог тебе на суде? — шепнул Лиам, — я читал статью. Там был врач среди обвинителей.

Бэатрис кивнула головой.

— Доктор заподозрил что-то. Увидел синяки на моих запястьях, но я сказала, что упала, — вздохнула доктор, — я боялась за него. Гай же неуправляем. А вечером он избил меня. Не помню за что, но я не могла встать три дня. Доктор приходил к нам домой, но Гая не застал. Джейкоби порывался увидеть меня, но, прислуга сказала, что я сплю. Моя горничная Флора, догнала доктора и рассказала ему все. А у Гая случилось очередное обострение и… ты видел снимки в статье.

— А доктор?

— Он неделю штурмовал полицейский участок. Вызвал друзей врачей, — засмеялась Бэатрис, — они вломились в дом Гая, а полиция пыталась им помешать… Смешно, полиция пришла задержать врачей, а из дома в кандалах вывели Гая. Я уехала жить к доктору Джейкоби. А потом реформой позволили женщинам учиться медицине. Моих знаний и умений хватило, чтобы пройти сокращенный курс программы. Я работала медицинской сестрой и училась. Комиссии пришлось признать, что я знаю не меньше чем дипломированный врач- мужчина.

— Почему тогда Лингро?

— Я еще училась, когда узнала, что Гая выпустили досрочно, — Бэатрис даже ссутулилась от страха, когда рассказывала про мужа, — он разыскал меня. Я видела его под окнами своей комнаты. А утром на подоконнике лежали сухие розы и мертвая птица… Он напал на меня в подворотне у дома. Подняли шум, прибежал полицейский. Мне сказали, Гай вернулся за решетку. Тогда я и решила сменить фамилию и после распределения выбрала самое отдаленное место работы. Так я и попала в Лингро. И вот, Гай, видимо, опять на свободе, благодаря своим связям.

— Это теперь не твоя проблема, — глухо отозвался Лиам.

И был вознагражден взглядом. Полными удивления и недоверия глазами. Шерифу было безумно приятно смотреть на доктора, такую растерянную и обескураженную.

— Он сумасшедший, Лиам, — осторожно шепнула женщина, — и опасен.

Лиам это и так понимал, кивая в такт словам женщины. Социально опасный высокопоставленный урод, это было для него знакомое определение. Только страха оно не вызывало. Глухую злость и раздражение — да. А еще беспокойство за одну, пускай и бойкую, но хрупкую леди.

— Это меняет дело, — кивнул шериф, — я могу поболеть.

— В смысле?

— Ну, ты же не пойдешь спать ко мне, — задумчиво вздохнул Лиам, — а одну я тебя оставлять не хочу. Брок женщина- могила, но ее я смущать не хочу. Остается больница.

И шериф обворожительно улыбнулся, поиграв для шутки бровями. Бэа только смущенно улыбнулась и покачала головой.

— Ты не обязан…

— Защищать — обязанность мужчины. Быть опорой и поддержкой — обязательство, — раздраженно шепнул Лиам, — а вот лупить жену и держать в страхе окружающих — не должен.

— Ты так говоришь, будто знал Гая лично.

— Мне хватило тех высокородных уродов, кто был в моем командовании, — отмахнулся шериф, беря Бэа за руку, — издевки, поклеп и превышение полномочий в армии обычное дело.

Бэатрис замолчала, а потом со странным взглядом прикусила нижнюю губу. От этого действия у Лиама и раньше мурашки бежали от поясницы к холке, а теперь совершенно плыло сознание.

— Ты знаешь, что о тебе болтают в Лингро? — шепнула доктор.

Сознание продолжало плыть, но делало это не так активно. Про то, что о нем распускают слухи, Лиам знал давно.

— Я даже знаю, кто болтает, — обронил он, — это официальная версия командования.

— Они говорят, что ты отправил на смерть новобранцев… Это… Это…

— Я отправил в атаку отряд, — вздохнул Лиам, — а вот то, что там будут одни новобранцы и один стихийный маг, то есть я, сказать «забыли».

Он видел, как округлились глаза Бэатрис, но ничего не стал говорить. Тот день навсегда въелся ему в память. Крики, стоны, мольбы. Что он мог, один против пятерых магов противника? Когда лорд-маг Нордвуд шагнул на борт своего воздушного корабля, он и понятия не имел, какой «сюрприз» подсунуло ему командование. А когда понял — было уже слишком поздно. Что же, Лиам знал, когда бил морду зажравшемуся лорду, что тот не простит ему такого. Только шериф и подумать не мог, что для мести будет выбран настолько чудовищный способ.

— Твоя сила, она…

— Да. Я выгорел в том бою… Не будем об этом, — Лиам дернул плечом и поднялся, — пустой болтовней мертвых не поднять. А справедливость… Возможно, это и благо, что меня выслали в Лингро.

И он подмигнул женщине, смущенно глядящей на него. Эта ссылка теперь казалась ему подарком.

— Так ты не болен? — не унимался Хаас.

— Нет, — Лиаму даже забавно было наблюдать, как всполошился змей.

— Но ты хочешь лечь в больницу?

— Да.

Наг еще миг наблюдал за другом, пока не расплылся в довольно пошлой ухмылочке, обнажив острые клыки.

— Молодца!

Мхора только хмыкнул, перебирая какие-то связки с травами, подбросил пару пучков в костер. Лиам пришел к сасквочам за советом. Все же перерождение души и прочие далекие от науки и магии вещи были давно забыты. Только дикари помнили то, что передавалось из уст в уста с далеких, почти забытых времен.

— Хорошая у тебя болезнь, лорд ветра, — усмехнулся Мхора, — полезная и для тела, и для души.

Хаас опят хихикнул, а Лиам ощутил давно забытое чувство смущения, когда пылают уши и немного боязно поднять взгляд. С Бэатрис они договорились, что из больницы она не уйдет и будет ночевать там, а пока Лингро не заснул, было время навестить стойбище сасквочей и поговорить об открывшихся фактах.

— А что ты скажешь про Холга? — буркнул Лиам, отпивая из плошки ароматный травяной чай.

— Скажу, что в этом его спасение, — усмехнулся шаман, — хоть думать о деньгах перестанет. Опомнится. Его болезнь тоже во благо.

— А то, что он вспомнил? Бывало такое уже?

Мхора удобнее сел на полу, скрестив мускулистые ноги, пламя алыми бликами ложилось на белую шерсть, отражалось огоньками в синих глазах.

— Мой народ верит, что душа рождается не раз, — произнес шаман, — но помнить прошлые жизни давно не всем. Только тем, кто избран небом. Шаманы могут вспомнить свои воплощения.

— Лиззи? Девочка из Лингро, утверждает, что помнит прошлую жизнь, — оживился Хаас.

— Это она тонула на пруду? — уточнил Мхора.

Лиам и Хаас синхронно кивнули.

— Знаю, — кивнул в ответ сасквоч, — такая, с кудрями и веснушками. Она еще очень маленькая. Рождение и смерть стоят очень близко, мы уходим в никуда и рождаемся из ниоткуда. Потому дети помнят больше. Ярче. А та девочка еще раз заглянула за черту.

Лиам стал пить чай активнее, вглядываясь в пляшущее в костре пламя. Что творилось вокруг, шериф понимал смутно, но все эти призраки, чудовища и внезапные всплески магии его очень волновали.

Кристоф Лироссо был безумцем, так говорили историки. Он хотел создать портал в потусторонний мир. В те годы чуть не случился конец света, когда на волю в мир реальный полезли твари из мира тьмы. Но почему тот артефакт был создан в виде алтаря? Не арки, не двери, а именно жертвенного камня? И почему он по сей день функционирует?

— Мхо, а может быть, чтобы Кристоф переродился снова? — произнес задумчиво шериф, — и снова попытается провести тот странный обряд?

Сасквоч смотрел на огонь, перебирая когтистыми пальцами бусы из дерева и перьев. Лиам не любил, когда шаман вот так молчал. Если Мхора не отвечал сразу, то это значило, что он ищет более мягкий ответ, чтобы не обидеть или не напугать.

— Я не знаю, лорд ветра, — вздохнул шаман, — мало кто рождается с такой силой, чтобы помнить прошлые жизни. Но то, что происходит вокруг, может быть причиной чужих чар.

— Так Лироссо был магом жизни, — хмыкнул Хаас, — а в Лингро магов нет и не бы…

Наг даже поперхнулся на последнем слове, дико глянув на друга.

— Лиам, ты думаешь, что ты…?

— Нет, — мотнул головой шериф, — я — это я. Но Холг видел призрака, по описанию похожего на Кристофа. И Бэа… доктор Роквул, сказала, что после обвала видела призрака мужчины на кладбище. И еще призрака женщины на озере. Если бы они переродились, то не стали бы являться людям. Верно?

И Лиам с надеждой глянул на Мхору. Шаман кивал словам друга, хмурил брови и смотрел в огонь.

— Перед смертью тот человек обезумел, — произнес сасквоч, — был безумным и Холг.

— Лироссо грохнул любимую женщину, и Холг тоже, — влез со своими мыслями Хаас, — выходит тут есть связь?

— Лироссо был магом жизни, а я стихийный маг, — хрипло произнес Лиам, — это одна магическая ветвь.

Все трое замолчали, усиленно обдумывая услышанное.

— Алтарь не спит, потому, что в нем все так же живы души и его, и ее, — предположил Лиам, — Такое бывает при обрядах. Очень часто артефакты подчиняют себе или заключают в себя душу создателя. Лауритовая сеть блокировала алтарь, и проявлялся только призрак. А после обвала образовалась брешь. Возможно, алтарь стал транслировать свою магию наружу, а с ней пробудилось все, что созвучно с переживаниями Лироссо. Логично?

— Вполне, — согласился сасквоч, — но нам так и не ясно, что нужно этому алтарю и как его успокоить.

И сасквоч с нагом снова уставились на шерифа. Лиам ощутил неловкость оттого, что дальше развить ход своих мыслей не мог. Если бы он знал мотивы древнего колдуна и его стремления, тогда бы понял что нужно призраку, который являлся Бэатрис и что нужно алтарю, который так странно пробуждался.

— Нужно изучить архивы, — задумчиво пробормотал Лиам, — вдруг там что-то странное найдем. Погода, природа, солнечные затмения. Обряды не проводят просто так. Мхо?

— Я поспрашиваю старейших, кто что помнит, — кинул шаман.