Ночь Кондора

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Леон Корона давал дневные поэтические чтения в Культурном центре Лимы. Аудитория из двадцати пяти человек была разбросана по всему залу, рассчитанному на двести пятьдесят мест. Хорошую пятую часть слушателей составляли бездомные попрошайки, зашедшие сюда в поисках чистого и тихого места для сна.

Корона читал свои стихи гулким ораторским голосом. Временами казалось, что красота собственных строк трогает его до слез, но это была лишь иллюзия — на самом деле контактные линзы раздражали ему глаза.

К концу выступления количество слушателей сократилось вдвое. До конца остались только нищие, и у персонала центра возникли проблемы с их выселением из теплого, хорошо освещенного зала.

Когда Корона сошел с трибуны, к нему, задыхаясь от восторга, подбежала симпатичная молодая студентка. — Браво, браво! Это было прекрасно! — она обняла его и запечатлела влажный поцелуй на его бородатой щеке. Восторг поэта поутих, когда девушка прошептала ему на ухо: — Юрий встретит тебя у Говинды.

Индуистский ресторан «Говинда» на улице Азангаро, 149, был редким для Лимы вегетарианским заведением, которым управляли бритые наголо кришнаиты. Место было популярно среди университетской молодежи, но в полдень, когда Корона прибыл на рандеву, там было немноголюдно.

«Юрий» сидел в одиночестве за столиком в укромной нише. Это был флегматичный мужчина средних лет с квадратным лицом, седыми волосами и серым цветом кожи, который идеально сочетался с его серым костюмом. Его настоящее имя было Константин Тютин. Полковник КГБ, он выдавал себя за члена советского торгпредства — отдела, который курировал обширную торговлю оружием с Перу.

Обычно он тратил время на светские любезности, но сегодня сразу перешел к делу. — Я изучил фотографии, которые твой курьер принес мне утром, — сказал Тютин. — И даже не стал посылать их в Москву на опознание.

Тютин положил на стол пару глянцевых снимков. Первый был тем самым фото, которое Явар купил у девушки в «Гато Негро». На втором был увеличенный фрагмент первого: темноволосый мускулистый мужчина в смокинге с суровым лицом.

— Ты знаешь, кто это? — спросил Тютин. — Он называет себя Маркхэмом и утверждает, что он бизнесмен, но для меня он загадка, — ответил Корона. — Поэтому я и отправил фото тебе. — Его зовут не Маркхэм. Это Николас Картер. Тебе это о чем-нибудь говорит? — Ни о чем. — Он агент американского правительства. Член сверхсекретной организации под названием AXE. — Что? — И он не просто агент. Он один из их лучших оперативников.

Корона побледнел. — Картер числится в нашем списке агентов, подлежащих устранению при первой же возможности. — Значит, он будет устранен, — быстро пришел в себя Корона. — Он числится в этом списке уже много лет, — фыркнул Тютин. — Он все еще жив, в отличие от многих агентов, пытавшихся его ликвидировать. — Перу станет тем местом, где его удача иссякнет.

Тютин скептически хмыкнул. — Я не рискну выделить тебе подкрепление. Моя сеть не может так подставляться. Если Картер узнает, что мы замешаны в деле Апучаки, всё может пойти прахом. Последствия для нашей операции будут катастрофическими. — С чего ты взял, что мне нужна твоя помощь? — огрызнулся Корона. — Мои люди нейтрализуют этого человека. — Всё так просто, да? Над огнем смеются те, кто еще не обжигался. Картер уже «поджигал» нас раньше. Если не будешь осторожен, он сделает то же самое с тобой. — Сейчас он на моей территории. Я сам сожгу его. — Желаю удачи. Участие AXE означает, что мы должны принять жесткие меры, чтобы минимизировать ущерб от утечки информации по Апучаке. — Похоже, ты выносишь приговор, — заметил Корона. — Да, но приводить его в исполнение тебе. Мы должны избавиться от всех, кто может навредить нам разоблачениями в этом грязном деле.

Корона наклонился вперед: — Вы выяснили, кто слил информацию в газету La República? — Нет. Это уже вне моих возможностей. Тебе придется выяснить это самому — и как можно скорее. Настала очередь Короны насмехаться: — Кажется, этот Картер тебя совсем запугал. — Ты бы тоже дрожал, если бы знал, на что он способен. — Он не проживет достаточно долго, чтобы я успел это узнать.

Тютин поднялся. — Мы не увидимся, пока это дело не будет улажено. — Передай своим начальникам в Кремле, что они могут вычеркивать Картера из своего списка, — бросил Корона.