Ночь Кондора

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Дом пыток стоял в таком уединении, что жертвы могли кричать во всю глотку. Никто, кроме мучителей, их бы не услышал.

Обнаженный Руис висел на цепи, закрепленной на потолке. Распорка у лодыжек заставляла его ноги оставаться широко разведенными. Сейчас он не кричал — он был без сознания.

— Эй, дайте кто-нибудь полотенце, — проворчал Васкес. — Ублюдок весь в крови, я перепачкался. — На, вытрись его рубашкой, — отозвался другой бандит. — Ему она больше не понадобится.

Васкес вытер лицо тканью. — Фух! Ну и работенка. В горле пересохло. — Выпей пива.

Васкес сорвал пробку с литровой бутылки и ополовинил её одним долгим глотком. — А-а-а, хороша! — Он вытер рот тыльной стороной ладони.

Васкес и трое его подручных устроили перекур. Они находились в сыром, мрачном каменном подвале без окон, с земляным полом. Единственным источником света была голая лампочка, болтающаяся на проводе, да радостное оранжевое свечение жаровни, наполненной раскаленными углями. Из углей торчали рукоятки длинных железных прутов.

Деревянная лестница заскрипела — вниз спустились двое: Леон Корона и Мартин Сантьяго. Палачи поднялись со своих мест, выказывая уважение.

— Он уже заговорил? — спросил Корона. — Пока нет, — нехотя признал Васкес. — Крепкий старик, этого у него не отнять. — Он обязан заговорить! Руис был связан с бандой Меса-Верде с того самого дня, как её основал Чоуи Монтана. Он мог отойти от дел, но нет ничего такого, чего бы он не знал.

— Если он молчит, почему вы сидите сложа руки? — холодно поинтересовался Сантьяго. — Потому что он в отключке, — огрызнулся Васкес. — Он стар, и мы не хотим перегнуть палку так, чтобы он сдох раньше, чем откроет рот. Тебя устраивает такой ответ, «мальчик из колледжа»? — Я приведу его в чувство. — Слыхали, камрады? Большой профессор собирается учить нас работать! — Васкес издевательски указал на Руиса. — Давай, умник! Покажи класс.

— Черт бы вас побрал! Если бы вы выполнили свою работу и убили американца, нам бы не пришлось тратить время на Руиса. — А что же ты сам его не взял? — парировал Васкес. — Почему я должен был преуспеть там, где вы с Яваром облажались? — Довольно! — Корона заставил их замолчать резким рубящим жестом. — Даже если Руис сейчас заговорит, я не услышу его из-за вашего лая. Приводи его в сознание, Сантьяго.

Сантьяго извлек из кармана кожаный футляр размером с кирпич. — Это еще что? — спросил Васкес. Внутри, на подкладке из черного велюра, лежал шприц и флакон с прозрачной жидкостью. Подойдя к свету, Сантьяго наполнил шприц, выпустил пузырек воздуха — тонкая струйка брызнула из иглы.

Сантьяго подошел к Руису. Он повернулся спиной к остальным, чтобы они не видели, как он морщится от тошнотворного запаха горелой плоти. Он ввел раствор в вену на шее пленника.

— Что за дрянь? — спросил один из бандитов. — Стимулятор, — коротко бросил Сантьяго. — Мог бы просто плеснуть ему в рожу ведро воды, — буркнул Васкес. — Вода его просто разбудит. А это не даст ему снова впасть в забытье, что бы вы с ним ни делали.

Руис дернулся. По телу прошла судорога, он застонал и открыл глаза. — За работу, — Васкес выхватил раскаленный прут из углей и шагнул к старику.

Через пять минут он признал поражение. — Бесполезно. Я ничего не могу из него вытянуть. Нажму чуть сильнее — и он труп.

Корона сжал плечо Васкеса: — Ты хороший человек, Виргилио, но тебе не хватает тонкости. Такие вопросы требуют деликатности. Корона снял пиджак и отдал его одному из подручных. Он не спеша закатал рукава и взял железо. Остальные сгрудились вокруг, завороженно наблюдая. — Одно можно сказать о боссе: он не боится запачкать руки, — восхищенно прошептал кто-то.

Крик прекратился лишь через несколько минут, когда Корона сделал паузу. Руис что-то невнятно пробормотал. — Да? Ты хочешь мне что-то сказать, Руис? — голос Короны был нежным, почти ласкающим. Губы старика шевельнулись.

— Что он говорит? — Заткнись, идиот, дай послушать! Корона поднял руку, призывая к тишине, и приложил ухо к самым губам Руиса, концентрируясь на каждом звуке. Спустя мгновение Корона кивнул и поднял голову.

— Это банда Меса-Верде, точно. Они перешли нам дорогу. Они помогают американцу. Кто-то платит им огромные деньги, но старик не знает кто. Банда прячет важного свидетеля в каких-то руинах за пределами Куско. — Босс, вы волшебник! — Васкес был в восторге.

— Погодите! Он хочет сказать что-то еще! — заметил Сантьяго. Корона снова склонился к лицу Руиса. Он слушал, хмурясь от напряжения. — Что? Повтори... Говори громче, Руис! Я не слышу.

Губы Руиса снова зашевелились. — Всё еще не слышу...

Корона придвинул ухо вплотную. В этот миг голова Руиса метнулась вперед. Его зубы с мертвой хваткой впились в ухо Короны. — А-а-а-а-а! Уберите его! Снимите его с меня!

Руис не отпускал. Его били, пинали, душили, но он держал хватку. Наконец Корона со всхлипом вырвался. — Мое ухо! Мое ухо! Он прокусил его насквозь!

Пальцы Васкеса мертвой хваткой впились в худую шею старика. — Грязный, вонючий ублюдок! Я тебя прикончу... — Не утруждайся, — бросил Сантьяго. — Он мертв.

Васкес разжал пальцы. Голова Руиса бессильно упала на грудь. Его окровавленный рот застыл в жуткой, торжествующей ухмылке.