Новые земли

Глава 28

Ни у кого из сидевших в гостиной королевских покоев магов не было настроения начинать разговор. Александр Воронцов прохаживался от окна до стола, остальные сидели в креслах молча. Валерия, провожая брата взглядом во время его бесцельного хождения, глубоко вздохнула и сказала громко и напряженно:

— Что же у нас получается? Мы ушли со Старой Земли, терзаемой алчностью и злобой, мечтали, что найдем новый мир и построим в нем светлое, справедливое, правильное общество. И что в итоге? Мы, будучи изгоями, принесли в этот мир то, против чего боролись. Сначала мы не увидели, как у нас под боком наши маги сделали чудовищный прибор. Потом не заметили, что рядом с нами живет монстр, готовый выпустить в мир страшное зло. Как теперь жить, зная об этом? Не доверять никому? А как теперь люди станут доверять нам?

— Постой, Лери. — поднял руку в протесте Александр. — Ты слишком драматизируешь ситуацию. Маги — те же люди, только отмеченные даром. У них есть свои жизненные установки, потребности, желания. Пока мы жили на Острове, у нас не было времени приглядываться друг к другу. Отец спасал всех, кого мог. Разве он должен был сначала определить, достоин ли человек спасения? И как это сделать? Пока человек жив, у него всегда есть свободная воля, выбор. Изабель Веласкес сделала свой выбор давно, судя по книгам, найденным у нее. Маскировалась она умело, все считали, что она просто сердцеедка и кокетка. Поверь, для этого не обязательно быть злой, просто жажда любви, часто гипертрофированная.

— Я понимаю, Саша. — Валерия поднялась из кресла и подошла к брату. — Мои слова прозвучали слишком эмоционально, после всего пережитого и увиденного сложно быть сдержанной. Но в целом я веду разговор к тому, что нам необходимо лучше контролировать жизнь в наших государствах. Службы безопасности, Магическая Инквизиция, Воины Создателя должны перестроить свою работу. Не хочу сказать, что мы должны построить полицейское государство, но обеспечить безопасность наших подданных — обязаны. Пока мы жили на Острове — у нас было общее дело, дело нашего спасения. Теперь же, когда опасность миновала, кто-то может вернуться к своим мечтам и проявить наклонности, о которых мы не знаем. А если чьи-то интересы совпадут и найдется лидер какой-то идеи…

— Мы не сделали скандала — нам вождя не доставало.

Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков.

— смеясь, пропел строчки из ценимого им Высоцкого Александр, однако же, увидев лицо сестры, снова стал серьезным.

— Лери, раньше угрозу для наших жизней представляли охотники Старой Земли, теперь ты предлагаешь бороться с нашими товарищами, с магами? Кем мы станем в итоге? Обществом параноиков? Будем выкорчевывать ересь в своих рядах?

Спокойно, будто нехотя, встал из своего кресла король Нерикен и поднял руку:

— Прошу слова, уважаемые друзья и коллеги! Без сомнения, к этому разговору нас подтолкнули страшные события, может быть поэтому сейчас мы услышали, на мой взгляд, два крайних, совершенно противоположных мнения. Еще мне кажется, всеми вами забыта важная деталь, а именно — магическое общество существует давно уже не только на этом континенте, но и во всем мире. По этой причине, создай мы даже свою Магическую Инквизицию — она не сможет действовать легально на территории других государств. Придется договариваться, вырабатывать общую тактику и стратегию. Вы же понимаете, при самом строгом контроле в любом деле найдутся отщепенцы, для которых закон не писан. И это будут не только маги, пришедшие со Старой Земли. Возможно, именно сейчас какой-нибудь самородок в Менижире лепит, как у вас принято говорить, на коленке, прибор, убивающий на расстоянии или превращающий в пыль каждого.

Добро и зло всегда и повсюду идут рядом. Даже простым ножом можно нарезать хлеб, а можно убивать людей, у каждого есть право выбора. На первом этапе предлагаю распространить среди магов всего мира Манифест Алексея Воронцова, в котором имеются все основные положения о магических сообществах, и Магический Кодекс. Думаю, что все разумные маги к ним присоединятся и заключат договор о соблюдении положений этих документов. Не создавая новых структур, нужно перестроить работу существующих, чтобы повысить их эффективность. А дальше, как у вас говорится, война план покажет.

После слов короля гоблинов накал страстей как-то сам по себе уменьшился, успокоилась Валерия, за которой встревоженно следил Зигфрид, Александр подошел ближе к сестре, положил руку ей на плечо и участливо спросил:

— Как ты, Лери? Извини, если был слишком резким. Я понимаю, оба раза от действий дурных магов пострадала ты и перенести тебе пришлось немало. Мы наведем порядок, справимся с этим, просто у нас пока маловато опыта.

Разошлись, приняв предложение мудрого Нерикена. Напряжение предыдущих дней схлынуло, каждый принялся выполнять свою работу.

Порт Новой Даварии Беллесет жил своей обычной жизнью. Гремели краны, разгружая и загружая стоящие корабли, сновали докеры, подхватывая опускающие тюки и устанавливающие их по местам. Кучками стояли люди, что-то обсуждая, рассматривая документы, порой договариваясь и пожимая друг другу руки.

Во всей этой суете Валерия чувствовала лишь ровный пульс рабочего дня, здесь не было много радости, но не чернело пятнами зло. Вот только один из капитанов, сошедших с борта корабля «Тренсея», видимо, прибывшего из Тризании, был мрачен и чем-то явно обеспокоен. Валерия слегка коснулась его сознания и вздрогнула. Судя по мыслям капитана, на его корабле прибыли в Новую Даварию члены экипажа, зараженные Черной смертью. Она видела, как лежали на палубе под навесами тела, отмеченные заразой, как бились в судорогах матросы и юнги. Четырнадцать человек капитан отправил час назад в местный портовый госпиталь и теперь торопился с разгрузкой.

— Здесь хорошо, правда? — бережные объятия мужа оторвали Валерию от ее собственных мыслей. — Посмотри, какое сегодня море, как красиво парят над ним чайки. И какой свежий ветер летает над всем этим! Даже в порту, в таком не романтическом месте можно залюбоваться морским видом! Кстати, Беллесет, на местном наречии обозначает «Край света», ты знала? Ты встревожена, что-то случилось?

— О чем ты сейчас разговаривал с той красивой дамой, Зигфрид? — не отрывая взгляда от капитана, который, отчаянно жестикулируя, о чем-то беседовал с женщиной, стоящей напротив него, спросила Валерия.

— Ты ревнуешь меня, милая? — удивленно спросил король. — Я польщен неимоверно, но эта дама, узнав во мне Государя, просила помочь в скорейшей разгрузке корабля, принадлежавшего ей. Они немного выбились из графика, заплывая в Менижир за догрузкой и теперь торопятся.

Женщина, не договорив, резко отвернулась от капитана и направилась к стоящим невдалеке королю и его жене.

— Стоять! — выбросила руку Валерия. — Не приближайтесь к королю!

— Любимая, это слишком! — отчаянно прошептал ей на ухо Зигфрид. — Я же тебе все объяснил!

— Минуту. — отмахнулась Валерия. — Сейчас ты все поймешь. Лейтенант! — обратилась она к гвардейцу, возглавляющему охрану. — Сейчас же отправьте человека за портовой охраной. Судно «Тренсея» под разгрузку не ставить. Выяснить, где размещен заболевший экипаж этого корабля, направить туда целителей из королевских клиник, вызвать из Кронхейма Илону. На судне объявить карантин. Берегите своих людей, я подозреваю Черную смерть.

Побелевшая, как мел хозяйка корабля, опустивший руки с зажатыми в них бумагами капитан, застывшие рядом король и гвардейцы — немая сцена была весьма колоритной.

Людей из экипажа, тринадцать человек, нашли в портовом госпитале. Его начальник уже слал сообщения в столицу о Чрезвычайной ситуации, проводилось интенсивное лечение антибиотиками. Валерию тревожил четырнадцатый, отсутствующий человек, сопровождавший больных. На корабль он не вернулся и был объявлен в срочный розыск. Скольких он сможет заразить до того времени, когда его обнаружат, неизвестно. Ситуация из сложной становилась угрожающей.

Берта Лауфа, помощника капитана, нашли в одном из портовых кабаков, где он заливал свой страх перед заразой местным вином. Всех посетителей кабака, находящихся в этот момент в зале, вместе с барменом, являющимся хозяином питейного заведения и кухонными работниками, нежно приняли под охрану гвардейцы и доставили в королевский госпиталь. Сколько еще прошло через кабак за это время любителей принять бокальчик вина, кто были эти люди и где их можно было разыскать — никто сказать не мог.

Илона прибыла в Беллесет не одна, она привела с собой еще двух целителей и короля Нерикена, который с любопытством спросил у Валерии:

— Отчего же вы, Ваше Величество, решили, что это непременно Черная смерть? Возможны ли такие симптомы при других заболеваниях?

— Я, Ваше Величество, увидела в мыслях капитана, что корабль побывал в Менижире, где догрузился некоторым товаром. Нашими агентами не так давно отмечалось, что в дальних провинциях королевства Менижир отмечались отдельные признаки заболевания Черной смертью. У нас не было оснований считать, что весь Менижир заражен, но никаких других причин для возникновения такого крупного очага заражения, кроме прибытия Тризанийского корабля, у нас нет. Вы желаете осмотреть заболевших?

Втроем с королем и Илоной они осмотрели матросов с корабля и вынуждены были признать, что диагноз Черная смерть подтверждается. Кожные покровы зараженных приняли темный оттенок, гнойники угрожающих размеров появились на животах, за ушами и в подмышечных впадинах. От высокой температуры и боли многие теряли сознание, корчась от сильных судорог. Терапия проводилась интенсивно, как того и требовало состояние больных, патрули портовой и городской стражи обходили территорию, присматриваясь к людям и прислушиваясь к их разговорам. На третий день поступила информация о первых заболевших в городе. Беллесет в срочном порядке был закрыт на карантин, в порту не принимали новые суда, а уже прибывшие не выпускали из него.

Полтора месяца город-порт находился на карантине. Продовольствие и лекарства доставлялись порталами, все контакты с другими городами и поселениями были прекращены. Целители выкладывались на грани магических и просто физических сил, жестко работала городская и портовая стража вместе с гвардейцами короля, пресекая все случаи паники и попыток пересечь зону карантина и уйти из Беллесета. Все это время Валерия и Зигфрид оказались запертыми в зараженном городе вместе с его жителями и вместе переживали все тяготы этих нелегких дней. Работали в госпиталях, развозили по домам еду, жили в комнате при Госпитале, там же и ели общую для всех пищу, выходили на патрулирование улиц и постоянно подбадривали людей, убеждая, что все это временно, болезнь уже сдается и вот-вот все худшее останется позади.

Когда все это случилось и карантин действительно был снят, оказалось, что спасти не удалось шесть человек, попавших на лечение слишком поздно. По донесениям агентов Менижир, небольшое государство, потерял от Черной смерти полтора миллиона жителей — половину населения страны. И лишь благодаря тому, что сопредельные с ним королевства жестко держали карантинные заслоны, болезнь не прошла в глубь континента.

Новая Давария и Либерия справилась, избежав больших жертв, лишь благодаря тому, что Валерия вовремя узнала о болезни на корабле в порту. В противном случае, при активных перемещениях между королевствами, зараза быстро бы перекинулась дальше.

— Папа, прошу тебя, поговори с ректором Академии Якобом Ферли, пусть разрешит мне посещать лекции по моему выбору!

Двенадцатилетняя принцесса Кэтти, требовательно поджав розовые губки, строго смотрела на отца, короля Зигфрида, допивающего чай. Ее старший брат Эдвард, наследный принц королевства, удивленно смотрел на сестру, забыв о сочном кусочке омлета, нанизанном на вилку. Кэтти, перебросив через плечико белую косу, прихваченную на макушке красивым зажимом, округлила яркие голубые глаза:

— А что? Что я сказала неправильно? Все думают, что я еще маленькая и глупая и должна делать так, как мне велят, а у меня есть свои планы! Вот Рауль в пятнадцать лет написал свой научный труд о магических животных и все им восхищались, а я не могу даже лекции себе выбрать! Это несправедливо!

— Я согласен с тобой, дочь, человек должен заниматься тем, что ему интересно, вот только Рауль решал все свои вопросы самостоятельно. Он действительно изучил многих магических животных, а норики, обученные им, стали прекрасными фамильярами для многих магов. Рауль встречался со многими руководителями, в том числе и с ректором Ферли и они выслушивали его доводы и шли ему навстречу, если считали, что они разумны. Мне не приходилось хлопотать за него, дочь, так же, как и маме. Питер с Дитером тоже искали свой путь. Ты же помнишь, они вначале решили заниматься наукой, работали под руководством Ашота Григорьяна. Затем увлеклись полетами, закончили летную школу и теперь оба — одни из лучших пилотов королевства. За них тоже никто и никогда не хлопотал. Надеюсь, ты поняла, как тебе нужно поступать, чтобы тебя не считали маленькой и глупой, а прислушивались к твоему мнению?

Кэтти подняла на отца взгляд, пунцовые от стыда щеки выдавали ее волнение.

— Да. Прости, папа. Что-то меня не туда занесло. Я не права. Со мной так бывает. Вот Эдвард у нас — примерный мальчик. — она тяжело вздохнула. — Я исправлюсь.

— Я знаю, милая. — легко рассмеялся Зигфрид. — Просто мы все тебя очень любим, поэтому немного разбаловали. Но ты умница, мы в тебя верим.

Валерия в это утро была занята делами, поэтому завтракала позднее. Когда муж рассказал ей об утренней сценке, она нахмурилась, уже не один раз ей приходилось видеть, как Кэтти злоупотребляла своим положением любимой дочери короля и она опасалась, что это станет чертой ее характера. Зигфрид успокаивал ее, убеждая, что все не так страшно, постепенно дочь поймет нелепость и некрасивость своего поведения.

— У нас сегодня встреча с новым военным атташе Табурона Гестером Каронетом. По договору мы продадим Табурону несколько самолетов, поэтому сразу же после обеда нам нужно быть в летном отряде, продемонстрируем технику, потом договоримся о деталях передачи.

— Хорошо, я буду. Мальчиков давно не видела, посмотрю на них в деле. Вот только надо по пути в отряд зайти в Магическую школу, Якоб Ферли желает переговорить по какому-то интересному вопросу.

Они не стали выходить к Школе порталом, желая прогуляться пешком. Первые признаки приближающейся осени неуверенно и робко проявлялись в легких рыжих мазках, видневшихся тут и там среди зеленых крон; в сухих колосьях отцветших трав и особой свежести воздуха, прозрачной и едва уловимой.

В парке около Школы на огромном каменном валуне серого цвета белой краской было выведено «ФИЛАСОВСКИЙ КАМЕНЬ!». Зигфрид, не так давно прочитавший о легендарном алхимике Средневековой Старой Земли Никола Фламеле, засмеялся:

— Информированные у нас молодые маги, но безграмотные совершенно. Как-то удивительно в них это сочетается. А самое странное, что идея живет, до сих пор кто-то надеется на удачу и верит, что философский камень может стать реальностью, как и Вечный двигатель.

— Да. — задумчиво протянула Валерия. — Наверное, причина этому — магия. Магические законы в материальном, физическом мире позволяют создавать вещи и явления, наличие которых противоречит здравому смыслу неодаренных людей. В итоге люди полагают, что возможности магической энергии безграничны.

Якоб Ферли, ректор Магической Школы Новой Даварии, занимал эту должность с самого начала открытия учебного заведения. Он по праву считался крепким хозяйственником, отличным организатором, строгим руководителем и принимал самое искреннее участие в судьбах молодых магов, обучающихся в Школе. Многие из ее выпускников были обязаны именно ему тем, что судьба их сложилась удачно вопреки их собственным стараниям. Сегодня же вид его казался довольным и одновременно озабоченным.

— Благодарю вас, что откликнулись на мою просьбу, Ваши Величества. — заговорил Ферли, провожая короля и королеву к креслам в центре кабинета. — Я просил об аудиенции, но если вы сами решили посетить Школу, я только рад. Не стану задерживать вас, описывая подробности школьной жизни, в ней сейчас больше обычной рутины, готовимся к началу учебного года. Однако же у нас возникла редчайшая ситуация, которой еще никогда не бывало. По итогам приемных испытаний неожиданно выявились ментальные способности сразу у девяти будущих первокурсников. У девяти! Хотя в иные годы частенько и одного не выявлялось. Причем, двое из них, возможно, станут очень сильными менталистами. Не знаю причин такого явления, однако же мое дело теперь — обучить молодые дарования. А преподавателей нет, сильных, подготовленных — нет. Отсюда и проистекает моя нескромная просьба к вам, моя королева. Не согласитесь ли вы взять патронаж над курсом менталистов вместе с вашим сыном, Алексеем Калхоем?

Ферли, окончив свою речь, стесненно улыбаясь, ждал ответа.

— Интересная новость, господин ректор. — Валерия задумчиво смотрела на Ферли, понимая, как много зависит от ее ответа. — Это действительно необычно, магов с ментальным даром появляется немного, можно сказать, их появление в нашем королевстве — подарок судьбы и мы им воспользуемся. Я согласна с вашим предложением, предоставьте мне план занятий, обсудим. А с Алексеем поговорите сами, думаю, он согласится, несмотря на всю свою загруженность работой. Он совершенствует приборы, в которых используется принцип ноль-пространства.