Освобождение. Через Дух Андрэ Луиса

15 Долгожданная помощь

Вдохновлённый действиями Инструктора, Сальданья предался проявлениям почти простецкого смирения, а Леонсио стал активно помогать нам в поиске и подготовке решения нашего вопроса.

Они оба попросили и далее поддерживать ту же самую атмосферу, чтобы нечаянно не пробудить против себя гнев невежественных сущностей, которые были настроены враждебно. Они могли бы организоваться в угрожающий легион и помешать нашим лучшим планам. Они знакомы с подобными процессами помощи и информированы насчёт потенциала вражеской зоны, из центра которой могли массово возникнуть сотни противников против этого семейного учреждения, плохо подготовленного к осаде подобного рода.

Слушая советы, я обратил внимание на ситуацию с Гаспаром, не скрывая своего удивления. Гипнотизёр, внешне очень неприятный, излучал мало симпатичные флюиды и продолжал «отсутствовать» в нашем разговоре. Его почти стеклянный взгляд, не способный зафиксироваться на нас, был подобен симптому паралича души, окаменелости мысли.

Не в силах долее сдерживать своё любопытство, я спросил Губио, что с ним случилось. Что значила эта психологическая маска магнетизёра теней? Он оставался глухим, практически слепым, полностью нечувствительным. Он отвечал на самые длинные и важные вопросы односложно, туманно, и выказывал неукротимое упорство по поводу мучений жертвы.

Губио охотно объяснил:

— Андрэ, существуют одержатели с глубоко зачерствевшим сердцем, которые каменеют, когда оказываются под влиянием более сильных и извращённых преследователей, чем они сами. Опасные интеллекты мрака впитывают определённые периспритные центры особых существ, которые становятся извращёнными и неблагодарными по отношению к добру и пользуются этим как инструментами в распространении зла, которое они избрали как площадку для посева в жизни. Гаспар именно в такой ситуации. Загипнотизированный хозяевами хаоса, усыплённый ослабляющими лучами, он временно утратил возможность видеть, слышать, возвышенно чувствовать. Он находится в угнетающем его кошмаре, как обычный человек, в котором преследование Маргариты становится навязчивой идеей.

— А он сможет вновь обрести свои естественные чувства? под влиянием сильного впечатления спросил я.

— Сможет. Магнетизм — это универсальная форма, принимающая то направление, которое мы ей указываем.

Пассы, противоположные парализующему действию, вернут его в нормальное состояние. Но подобная операция требует соответствующего момента. Для этого действия нужна интенсивная обновительная помощь, которую можно было бы найти в службах группы, где сотрудничество многих личностей соединяется в пользу одной, если это необходимо.

В этот момент к нам подошёл Сальданья и напрямую попросил дальнейших инструкций.

— Благодетель мой, — с уважением обратился он к Губио, — я понимаю, что раскрыть новую ситуацию значило бы привлечь к нашим усилиям ужасную реакцию тех, кто станет безжалостно травить нас. Откровенно говоря, я вижу новое поле деятельности, но не знаю, с чего нам начать.

Инструктор по-доброму согласился с ним:

— Да, Сальданья, ты хорошо понимаешь ситуацию. Мы ещё слабы, чтобы работать совместно. Прежде всего, необходимо, чтобы у Маргариты наступили положительные изменения в её состоянии. Подождём ночи. Я надеюсь поместить этот случай в центр братской любви. А пока что нам надо сохранять домашнюю обстановку без изменений ещё и потому, что Гаспар представляет собой иного больного, требующего особого внимания: его увечный и порочный периспритный организм требует милосердной помощи.

Едва он закончил свои наблюдения, как Габриэль вошёл в комнату и подошёл к своей угнетённой и обескураженной супруге.

Став теперь хозяином положения, Губио скромно подошёл к молодому человеку и по-отцовски положил ему свою правую руку на лоб, господствуя в его мозгу над прямыми зонами вдохновения, давая место магнетическим силам, способным склонить проблему помощи к лучшему решению.

Я увидел, как супруг Маргариты с нежностью стал смотреть на неё под влиянием обновительных сил. Он взял её за руки с искренней осторожностью и сказал:

— Маргарита, мне тяжело смотреть, как ты грустишь.

Между ними обоими образовалась короткая пауза; спустя несколько секунд, с глазами, просветлёнными неописуемой надеждой, муж сказал:

— Послушай! У меня вдруг родилась отличная мысль. Вот уже много дней, как мы во власти сильных лекарств и резких средств, которые так и не помогли тебе. Как ты смотришь на то, чтобы я попросил помощи у нашего друга, который интересуется Христианским Спиритизмом?

Тронутая благословенной волной нежности, которая незаметно исходила от Губио с помощью Габриэля, больная открыла глаза, полные заинтересованности, как человек, внезапно нашедший спасительную тропу, и счастливая, она сказала:

— Я готова. Я приму любую помощь, которую ты посчитаешь достойной и правильной.

В порыве надежды супруг быстро вышел в сопровождении Губио, посоветовавшего нам оставаться рядом с Сальданьей, пока он будет заниматься подготовкой к работе будущей ночи.

Приблизившись к бывшему преследователю, я не стал терять времени. Я начинал абсолютно новую для меня деятельность, и желал повысить свои знания и помощь. Я думал, что труженик с пробелами в моём положении всегда нуждается в учении, и, подойдя к палачу, преобразованному в друга, спросил:

— Сальданья, как объяснить подобный страх с нашей стороны в отношении компаньонов, задержавшихся на своём пути развития?

Он удивлённо взглянул на меня и заметил:

— Дорогой мой, я прекрасно знаком с этой главой повествования. Вознамерься мы бороться в открытую, оставив эту молодую увечную женщину с нами в таком слабом хрупком физическом состоянии, провал наших планов помощи был бы делом нескольких минут. В низших кругах, где мы находимся, злоба — это вездесущая и доминирующая сила. Она взаимодействует с толкователями, которые следят за нами со всех флангов, и нам не так-то просто ускользнуть от них. Чтобы бороться со злом и победить его, настоятельно необходимо обладать осторожностью и самоотверженностью ангелов. Действовать по- другому — значит, потерять время и оказаться без всякой защиты в опасной ловушке мрака.

Наш новый союзник снова окинул комнату взглядом, чтобы убедиться, что противники нас не слышат, и продолжил:

— Вскоре после моего прибытия сюда я и сам делал всё, чтобы избежать зла, но напрасно. Старые молитвы, которые я выучил в лоне домашнего очага, пока что не стёртого временем из моей памяти, вылетая из моих губ, наталкивались на жестокий сарказм врагов блага. В реальности самые недостойные мысли населяли мой мозг, но в глубине души искренне теплилась воля к улучшению. Я пытался как-то реагировать, когда мог. Но мои импульсы к легитимному добру были подобны хрупкому дуновению против урагана. При контакте с этими развоплощёнными особами, мстительными и несчастными, я утратил остатки своей моральной позиции, которую я безрезультатно пытался поддерживать. Если освобождённая душа плоти не защищена крепкими принципами священной добродетели, прочувствованной и пережитой, то ей практически невозможно выйти победительницей из мрачных ловушек, которые нам расставлены.

— Но, может, в этом отношении надо видеть простое отражение неоправданного невежества? — возразил я.

— Да, я признаю это, — объяснил преображённый одержатель, удивляя меня ясностью своих аргументов. — Но ты не можешь не знать, что самая большая трудность рождается не от невежества, а от нашего противостояния необходимой капитуляции. Мудрость бьёт по невежеству, доброта унижает развращённость, истинная любовь осаждает ненависть в железном круге; и поэтому те, кто захвачены в поле неполноценности, сознательно используют против добра тысячи орудий в виде досады, клеветы, ревности, зависти, обмана и разногласия, вызывая тем самым расстройства и угнетение.

Подчёркивая его поясняющие слова, чья непринуждённость и правильность удивили меня, я сказал:

— Твой собственный случай тому живой пример. Меня удивляет обилие твоих разумных комментариев. Ты ни в коем случае не мог бы быть невежественным.

— А, да! — ответил бывший палач, улыбаясь. — Интеллекта мне всегда хватало. То же и касательно чтения. Я положительно информирован в отношении своих обязанностей общего порядка. Но мне не хватает компании кого-нибудь, кому удалось бы показать мне эффективность и обеспеченность добра посреди такого разнообразного зла. Представь себе голодного, который слушает разговоры. Ты думаешь, слова удовлетворят запросы его желудка? Точно то же произошло и со мной. У меня, озабоченного своими развоплощёнными супругой и невесткой в ужасном расстройстве, измученного сыном в тисках безумия и внучкой, которой грозит опасность, не было «ментального пространства» в голове, чтобы просто одолжить спасительные теории. Но Благодетель Губио показал мне, что добро сильнее зла. Мне хватило этого, чтобы вернуться к себе. В сомнении благотворное просветление выражает истинное милосердие.

Он посмотрел вокруг себя с огромным недоверием во взгляде и усилил свои мысли:

— Но я знаю по собственному опыту, кто такие эти возмущённые, из которых состоит команда, где я работал до вчерашнего дня. Откровенно говоря, я точно не знаю, что может случиться со мной. Они будут преследовать меня без устали. Если смогут, они отведут меня в долину нищеты и наказания. Но я отмечаю, несмотря на всё это, что теперь мой дух занимается оздоровительным преобразованием. Я убеждён, что добро может победить зло, и надеюсь, что Инструктор не покинет меня. Даже если мне придётся страдать, я буду сопровождать его. Я не желаю возвращаться на тот отвратительный путь, которым шёл.

Леонсио, внимательно следя за нашим разговором, в свою очередь заявил:

— Я тоже не могу больше служить в рядах мести. Мне это противно…

Я выразил им обоим нашу симпатию и пообещал от имени нашего ориентера, что они непременно будут приняты на высшем плане.

Они удовлетворённо улыбались, когда Губио вернулся из комнаты больной, просигнализировав нам, что проблема решена. Маргарита и её супруг предстанут на следующую ночь перед семейным собранием, важным сектором медиумической помощи.

Воплощённая больная и Гаспар, травмированный гипнотизёр, получат эффективную помощь. И мы с тревогой стали ждать наступления вечера.

Время от времени Губио клал свою правую руку на лоб больной, словно для того, чтобы укрепить её общее сопротивление.

Около восьми часов вечера супружеская пара села в автомобиль, мы сопровождали его вместе с огромным количеством «яйцевидных форм», всё ещё привязанных к голове больной процессом притяжения.

У Сальданьи была задача перемешать все пути наших преследователей, которые старались следовать за нами. Он успокоил их дружескими словами, говоря, что вопрос был решён как следует.

Нас прекрасно приняли в тот момент, когда мы достигли комфортабельной виллы.

Господин Сильва, хозяин дома, принял Габриэля и его супругу с искренними проявлениями любви, а Сидонио, духовный руководитель предстоящих работ, раскрыл нам свои братские объятия.

В доме четыре мужчины и три женщины, обычные участники семейного круга, как нам объяснили, принялись обмениваться любезностями и незначительными фразами с посетителями, придавая им мужества и инструктируя их, пока часы не показали точного момента ночных работ.

Следуя просьбе Губио, Сидонио уверенно объяснил:

— Нашу группу удовлетворяют достигнутые результаты; однако она могла бы осуществлять более широкий сбор благословений, если бы доверие добру и идеалу служения были более развиты у наших помощников физического плана. Мы знаем, что инструментарий — это главное в любой работе. Рука — это толкователь мысли, рабочий — дополнение к руководителю, ученик — помощник учителя. Как мы можем установить высшую духовность на Поверхности Земли без воплощённых компаньонов, которые отвечают нашим целям в священной деятельности? Действительно, мы встречаем братьев, предрасположенных к помощи, хоть и надо признать, что большинство ждёт зрелищного медиумизма, чтобы сотрудничать с нами. Они не стараются узнать, что мы все — медиумы с доброй или зловредной силой, в зависимости от принимающих способностей. Они не признают необходимости служения, которое ведёт нас к попыткам значительного развития в области самопросветления, через труд на пользу себе подобных, и требуют медиумических даров, как если бы речь шла о чудесных подарках, которые передавались бы бесплатно тем, кто представил бы свои кандидатуры преимуществам с помощью древней «волшебной палочки». Они забывают, что медиумизм — это энергия, присущая всем, в соответствии с более-менее значительной степенью проявления, энергия, которая подчинена принципам направленности и закону использования тем же манером, что и лопата, которая может использоваться для служения и для нанесения ран, в соответствии с импульсом, направляющим её, всегда совершенствуясь, если она является практическим приложением к методической работе, или покрываясь удушающей и разрушительной ржавчиной, если она постоянно отдыхает. Наши друзья не понимают любезного и постоянного отношения положительной веры на достойном похвалы пути, чем бы он ни был, несмотря на наше преданное внимание, какое осторожный труженик посвящает маленькому, ещё молодому растению, которое содержит в себе надежду на будущее. Достаточно, чтобы зловредные Духи-возмутители посетили их на тонком плане, по образу дроздов на рисовом поле, чтобы ушли высшие зародыши, которых мы постоянно предоставляем почве наших сердец. Они постоянно сомневаются в наших усилиях, не доверяют самим себе, они закрывают глаза перед величием законов, окружающих их везде в земной природе, и ментальные энергии, которые должны бы сконцентрироваться в активной и священной конструкции с целью личного совершенствования, почти ежедневно распыляются ложной аргументацией неблагодарных духов, менее склонных к добру.

В объяснениях возникла пауза, и я рискнул сделать следующее замечание:

— Включает ли в себя эта ссылка так же гармонично созданную группу, как эта? Неужели такое возможно, что ансамбль, организованный на таких святых намерениях, предлагает лёгкий приют унизительным силам?

Директор центра весело улыбнулся и со всей откровенностью ответил:

— Да, если рассматривать эти факты вообще, они объединяются теперь под дружественной крышей и ищут нашу «одухотворяющую» компанию. Но такое происходит на протяжении шести часов из ста шестидесяти восьми часов каждой недели. Пока они с нами, они дают окутывать себя в мягкие излучения покоя и радости, мужества и надежды, получая наши созидательные вибрации, чьими постоянными и уверенными носителями мы хотели бы видеть их в вульгарной сфере человеческой борьбы. Однако как только они оказываются на коротком расстоянии от наших дверей, они принимают или провоцируют тысячи тонких предложений, отличных от наших. Шок от мыслей, противоположных нашей программе, рождающихся в умах воплощённых и развоплощённых, безжалостно третирует нас. Редки те, кто понимает, что вера представляет собой благословение, способное бесконечно расширяться, и они избегают служения, которое сохранение, консолидация и рост этого дара предлагают нам всем. К тому же, когда некоторые братья проявляются как более предрасположенные к служению добру для всех, в пользу империи света, то обычно им сразу же наносят визит во время физического сна с помощью сущностей, упорствующих в практике зла, заинтересованных в распространении владычества мрака, которое разбивает их зарождающиеся убеждения и намерения самыми гнусными инсинуациями, если дух труда недостаточно зафиксирован в мощном желании прогрессировать, искупиться и идти вперёд. Изложение было очень интересным, и я бы всё сделал, чтобы получить более обширные разъяснения по теме. Но часы показывали время активного сотрудничества, и мы заняли свои места.

Для работ, объединивших девять земных личностей, в нашем кругу деятельности трудился двадцать один духовный работник.

Губио и Сидонио в объединённом усилии осуществляли магнетические операции вокруг Маргариты, наконец, освободив её от «яйцевидных тел» и передав их комиссии из шести компаньонов, которые осторожно отвели их до пункта помощи.

Немногим позже, пока слышались молитва и евангельские учения в рамках распространения нашего круга, большое количество нервной силы, соответственно компенсированное укрепляющими флюидами нашей сферы, было вытянуто изо рта, ноздрей и рук воплощённых помощников, силы, которую Губио и Сидонио стали прилагать к Маргарите и Гаспару, с очевидной целью восстановить их периспритные энергии.

Молодая женщина стала выказывать благословенные признаки облегчения, а Гаспар, бывший безразличным ко всему, начал стонать, словно он только что пробудился от интенсивного и долгого кошмара.

В этот момент наш ориентер готовил Изауру, хозяйку этого домашнего алтаря и медиума семейных собраний, используя свою способность внедрения с помощью магнетических пассов на гортани и, в частности, на нервной системе. Когда настал момент, посвящённый христианской любви к развоплощённым, ориентеры перенесли Гаспара в организм медиума, чтобы он мог получить какое-нибудь благодеяние при контакте с компаньонами, материализовавшимися в физическом опыте и предоставившие энергии, придавшие ему жизни, как это обычно происходит с цветами, которые, сами того не замечая, питают оздоровительный труд производительных пчёл.

Я увидел, что у бесчувственного преследователя неожиданно стали проявляться чувства. Зрение, слух, тактильность и обоняние внезапно пробудились и усилились. Он походил на сомнамбулу при выходе из состояния сна. По мере того, как его силы соединялись с энергиями медиума, акцентировалось и явление чувственного пробуждения. Временно используя органическую помощь Изауры в процессе «психологической трансплантации», гипнотизёр стал кричать и жалобно плакать. Он перемежал брань и слёзы, трогательные и недостойные слова, разрываясь между раскаянием и возмущением. Будучи в состоянии теперь обострённо слышать, он долго беседовал с руководителем работ. Господин Сильва, муж медиума, дал ему почувствовать необходимость духовного обновления во время созидательного урока, который затронул наши самые интимные фибры. И после шестидесяти минут изнурительного эмоционального противостояния Гаспар был отведён двумя служителями нашей команды к месту, которое соответствовало бы ему, то есть, месту безумца на пути к постепенному возвращению к разуму.

Активные работы закончились, собрание было закрыто, и можно было заметить, как огромная радость переполняла наши сердца.

Маргарита, наконец-то, была освобождена и, плача, попросила своего супруга, чтобы он возблагодарил вслух за полученные дары.

Но видя опаску Сальданьи, Губио признал:

— Ещё не пришло время основного триумфа. Маргарита получила лишь разовую поддержку но нам надо теперь помочь её дому, пока она окончательно не усвоит в себе благодеяния, полученные здесь.

Он благожелательно улыбнулся и добавил:

— Чтобы растение было действительно ценным, недостаточно, чтобы оно было красивым и благоухающим в защитной оранжерее. Необходимо, чтобы оно получило внешнюю помощь, которая усилит его собственное сопротивление с тем, чтобы с пользой производить на общее благо.

И начав разговор с Сидонио, он согласился на помощь двенадцати духовных компаньонов на последующие десять дней. Они внедрятся в группировку, предназначенную для укрепления защитных действий в доме Габриэля, потому что, по словам Сальданьи и Леонсио, начиная со следующего дня, у нас начнётся открытая война против помощников Грегорио, которые, естественно, восстанут против нас, ужасные и крепкие.