Глава 14


На обратном пути мне никто не встретился. Юркнула в комнату как раз в ту минуту, когда в гостиную вернулись братки, уже изрядно выпившие. А еще через несколько минут музыку приглушили. Осторожно выглянула в щель и увидела непристойные сцены, от которых тошнота подкатила к горлу. Похоже, все грязные фантазии Аллигатора наконец-то осуществились. И, судя по всему, официантки не против. Но где же сам крокодил? Превозмогая отвращение, я открыла дверь и посмотрела туда, где недавно танцевала стриптизерша. Ни ее, ни самого братка нигде не было. Хм, все с ними понятно. Я уже собиралась вернуться к себе, как вдруг услышала:

— Пустите! Мы так не договаривались!

Женский крик. Где-то поблизости. Машинально приложила ладонь к джинсам и ощутила пистолет. Стало чуть спокойнее. Решившись, я направилась в соседнюю комнату.

— А как мы договаривались? — донесся до меня голос Аллигатора.

— Что я исполню парочку номеров, получу деньги и уеду! — чуть ли не плача, ответила девушка. — Пожалуйста, не трогайте меня! Я не хочу!

— Да что ты из себя целку строишь? — разозлился крокодил. — Только что ноги до ушей задирала и задницей крутила, а теперь монашку изображаешь! Ноги раздвигай, кому сказал, и заткнись уже!

— Нет, не надооо… — а вот это уже были рыдания.

Я ворвалась в комнату в тот момент, когда стриптизерша отчаянно попыталась оттолкнуть огромную тушу Аллигатора, а тот, выйдя из себя, ударил ее по щеке.

— Отпусти ее, эй, слышишь? — сказала я, постаравшись придать голосу твердости. Но из-за рыданий девушки Аллигатор, похоже, меня не услышал. С силой разорвал ее кофточку и ударил еще раз.

— Отпусти ее! — еще громче потребовала я. — Немедленно!

Наконец этот громила меня услышал. Недовольно встал и повернулся, а ужасно напуганная девушка забилась в угол. Как когда-то я…

— Че надо? — неприветливо спросил Аллигатор. — Хочешь присоединиться?

— Хочу, чтобы ты оставил ее в покое.

— Какого хрена я должен тебя слушать?

— Должен, потому что я тоже состою в группировке.

— И че?

— А то. Эта девушка мне нужна. И я прошу тебя ее отпустить.

Не обращая внимания на его злобный взгляд, я подошла к танцовщице и подала ей руку. Бедняжка плакала, не переставая, и дрожала, как от озноба. Стоило на секунду притихнуть, как она бросала испуганный взгляд на Аллигатора и опять начинала реветь. Я словно видела себя со стороны и прекрасно понимала ее чувства. Тогда меня спас Ворон. А эту девушку выручу я.

— Пойдем, — я помогла ей подняться и потянула за собой к двери.

— Ты не охренела?! — взревел Аллигатор и, обойдя нас в два шага, остановился на пороге. — Ты будешь мне указывать, кого трахать, а кого нет? Не зли меня, крошка. Не зли, а то пожалеешь!

— Что у тебя с памятью? Ты забыл, что сказал Ворон?

Неподдельная ярость сверкнула в его глазах. Схватил меня за шиворот, и я буквально увидела в них свое отражение.

— Ты играешь с огнем, куколка. Я могу прямо сейчас, в этой комнате, поиметь тебя на полную катушку, а Ворон никогда об этом не узнает. И никто из братков даже не пикнет.

— Хочешь тронуть то, что принадлежит главарю? Будешь так рисковать ради какой-то стриптизерши?

Наши взгляды скрестились, как мечи на поединке. С минуту шла молчаливая борьба. А потом Аллигатор резко отпустил меня и скрипнул зубами. Я обняла дрожащую девушку за талию, и мы побрели в соседнюю комнату. Напоследок в мою спину полетели слова:

— Ты мне за все ответишь, сучка!

Я усмехнулась. Пистолет приятно оттягивал карман, придавал уверенности. И даже Аллигатор меня больше не пугал. Когда шли мимо гостиной и натыкались на бесстыжие парочки, танцовщица испуганно всхлипывала и до боли сжимала мою руку. Наконец доковыляли до спальни. Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, а обессиленная девушка села прямо на пол и, закрыв лицо руками, снова заплакала. Я смахнула испарину со лба и сказала:

— Ну все, хватит реветь, никто тебя не тронет. Давай лучше знакомиться. Меня зовут Алина. Представь себе, я живу с этими животными бок о бок и, как видишь, научилась защищаться. Так что давай, бери себя в руки и рассказывай, как ты здесь очутилась.

Но вместо ответа девица лишь вздохнула:

— Я тоже хочу себе пистолет.

— Ну, это не мой… — замялась я. — Я его одолжила.

— Жаль. С такими тварями без оружия никак нельзя.

Стриптизерша пересела на краешек кровати и поправила порванную кофточку. Только это мало помогло: одежда уже не годилась для ношения и больше напоминала рваные тряпки. Да и вид у бедолаги был, мягко говоря, не очень: под глазом назревал синяк, на руках и шее виднелись синяки и царапины. Крашеные черные, слегка вьющиеся волосы, достающие до плеч, растрепались, тушь поплыла, яркая помада размазалась по лицу. Да, хорошенько Аллигатор ее потрепал.

— Ах да, я Ксюша. В общем, работаю я в одном ночном клубе… Ну как работаю. Танцую там. С неделю где-то. Еще толком не знаю, что к чему. Место престижное, публика собирается приличная, ну и, сама понимаешь, зарплата немаленькая. Конечно, я, когда сюда переезжала, надеялась найти нормальную работу, только без образования и опыта меня не взяли, а таскать тяжести или постоянно сидеть на телефоне совсем не хочется. Вот и пошла работать на пилоне… До этого Pole dance рассматривала как хобби. В общем, сначала все шло неплохо. А вчера начальница подошла ко мне, обняла за плечи и как-то подозрительно мягко сказала… Хотя она стерва еще та — я уже тогда должна была заподозрить неладное! Так вот, сказала, что есть хорошая подработка, где щедро заплатят, все пройдет цивилизованно и прилично, в одном загородном особняке. Я, конечно, заинтересовалась. Деньги лишними не бывают, тем более, квартиру съемную надо оплачивать да и жить как-то… Правда, я удивилась, что клиент выбрал только одну меня… Но начальница уверяла, клялась всеми богами, что знает заказчика и давно с ним работает. Что девочки наши чуть ли не дерутся за этот заказ, а мне типа повезло, что именно меня выбрали. Вот и поехала. А тут, оказывается, одни мужики, еще и бандиты. А этот такой громила, кошмар, он чуть меня не раздавил! Господи… — Она закрыла лицо руками и всхлипнула. — Если бы не ты, на мне бы живого места не осталось! Он бы мне все порвал…

Я присела рядом с ней.

— Ну, теперь будешь думать, прежде чем соглашаться на такие подработки.

— Шутишь? Я в этот клуб больше ни ногой! Буду опять что-то искать, если найду… Завтра за квартиру платить, а нечем. Не думаю, что этот громила мне заплатит…

— Что, все так плохо? А откуда ты?

Ксюша опустила глаза и замолчала. Ее трясло. Причем еще сильнее, чем раньше. Я не понимала, в чем дело. Вроде бы задала обычный вопрос, почему она так реагирует?

— Эй, ты чего? — дотронулась до нее, а она вздрогнула, как от разряда тока. — Я что-то не то спросила?

— Прости, просто… неприятные воспоминания… — Ксюша смахнула злую слезинку. — Понимаешь, мои родители погибли в автокатастрофе, когда мне было пятнадцать. И меня долго мучило чувство вины перед ними. Они так мечтали, что я вырасту хорошим, воспитанным и порядочным человеком. А я стала распутной девкой, развязной, бесстыжей… Которая крутит задницей перед такими как этот Аллигатор, — она закрыла лицо руками и немного помолчала. Как будто набиралась храбрости, чтобы продолжить: — Развязные и бесстыжие, да. Я отзывалась так о всех, кто, по моему мнению, занимался чем-то предрассудительным. Мои родители на таких вешали ярлыки, поэтому по максимуму ограничивали мое общение со сверстниками. Я росла в полной изоляции, как тепличный цветок. Общалась только с теми, кого они для меня тщательно отбирали, только из хороших семей, потому что остальные — не для меня, слишком распущенные, пошлые. Мне всегда не хватало общения, детского коллектива. Почти все свободное время я проводила с родителями или играла сама с собой. А потом они умерли, я осталась совсем одна и… столкнулась с суровой реальностью. Через пару лет квартиру прибрала тетка, которая была моей опекуншей, я фактически осталась на улице. Абсолютно не приспособленная к жизни, ничего толком не умеющая… Мне пришлось опуститься на самое дно, чтобы выжить, но чего мне это стоило! Я оказалась среди всех этих «отбросов», как называл их папа, бессовестных и распущенных, и думала, что сойду с ума. А потом поняла: а кто я, собственно, такая, чтобы их осуждать? Порицать то, чем они занимаются? Я ведь не знаю, почему они сбились с пути, поэтому не имею право судить их. Сколько раз встречала тех, кто танцует стриптиз, кто работает в секс-индустрии, и знаю, что многие не от хорошей жизни начали таким заниматься. А еще я сделала открытие, которое не просто удивило, оно повергло меня в шок… Сколько раз родители убеждали меня, что это плохие люди, что в них нет ничего человеческого, твердили, чтобы не вздумала даже с ними разговаривать и всегда смотрела свысока. А я, когда очутилась среди них, сделала другие выводы.

— Какие? — заинтересовалась я.

— Оказывается, даже на самом дне есть поддержка, дружба и бескорыстие. Такие люди могут быть чище душой, чем те, кто считает себя праведными. Праведному легко делать добрые дела, это уже входит в привычку, а тому, кто барахтается во всей этой грязи сделать что-то хорошее — настоящий подвиг. Но, знаешь, некоторые способны на подвиги. Помогают. Сострадают. Смиряются. И это… это настоящее чудо. — Она вымученно улыбнулась и дотронулась до моей руки. — Вот как ты сегодня. Казалось бы, разве может быть добро среди оргий, разврата и преступности? Оказывается, может. Жизнь не перестает меня удивлять.

— Да уж. А ведь первым в рай попал разбойник, — весело подмигнула я. — Так что еще не все потеряно.

— Ты думаешь, мы когда-нибудь выберемся из этой грязи?

— Выберемся, — уверенно сказала я, дотронувшись до ее плеча.

— Я так рада, что познакомилась с тобой!

Мы обнялись, как давние подруги, и проболтали до самого рассвета. Не заметили, как стихли стоны и музыка за стеной, как разошлись довольные братки и явно уставшие официантки. Ну и ночка! Я ее не скоро забуду. Когда Макс был здесь, он не позволял устраивать такие мерзости. Видимо, эти верзилы воспользовались шансом и оттянулись по полной. Хм, для меня же лучше. Не будут пожирать взглядами и жаловаться, что у них неделю не было бабы.

Ксюша уснула прямо на моей кровати. А ко мне сон не шел. Ходила по комнате и думала об Аллигаторе. А ведь он мой самый опасный враг. Сколько раз я ему уже перешла дорожку? Кажется, сегодня он всерьез наточил на меня зуб. Как бы не придушил голыми руками в каком-нибудь укромном месте… Ох, поскорее бы Макс вернулся!

Хм, если его еще пару дней не будет, я запросто могу попросить шофера отвезти Ксюшу домой. Но как она оплатит съемное жилье? Аллигатор не даст ей денег. Ух, как же меня достали эти бандюганы! Устроили тут… Сжала кулаки от злости. Да если бы Ворон не вел себя так жестко с ними, они бы просто сели на голову! Небось утраивали бы такие «посиделки» каждый вечер. Ладно. Как помочь этой бедолаге? Ну не пойдет же она на улицу? Оглянулась и посмотрела на нее спящую. Она лежала, подложив под щеку ладони, и чему-то улыбалась во сне. Не знаю, почему, но я ей верила. На каком-то интуитивном уровне. Чувствовала, что должна помочь. А почему так, почему должна, не понимала.

Мысли спутались, меня начало клонить в сон. Уже засыпая, я услышала звук мотора. Кажется, кто-то приехал…

Загрузка...