Паладин. Книга 2. В погоне за наследием

Глава 6 в которой мы встречаемся с конкурентами

— Какие мысли, Лотар? — спросил у меня Герес, когда наш караван втянулся в ворота форта.

— По дороге нам двигаться бессмысленно. Если даже войско Териса не сдюжило с неприятелем, то маловероятно, что мы сможем справиться. Поэтому наш путь — небольшой разведывательный отряд. Подойти и посмотреть, что стряслось и кто враг. По возможности — пробиться к Леоне и криадам.

— Думаешь, Терис и товарищи пали в бою? — подобрался Икар.

— Судя по тому, как давно они отправились разведать ситуацию и сколько по вашей информации занимает дорога до лагеря — сейчас должны были уже вернуться. Ну или как минимум должны были привезти раненых или отправить хотя бы вестового. — посмотрев на помрачневшего мужчину, временно исполняющего обязанности главы, я добавил, — С другой стороны, если их разбили, то кто-то да должен был выжить и вернуться, чтобы сообщить о неприятеле. Их либо пленили каким-то магическим образом, либо окружили. Ну либо там целая армия соседнего барона и шансов отступить никому они просто не оставили. Но в последнее я не верю. Тот же Ревущий обещал помочь с восстановлением города. Двойную игру ему не одобрят.

— А вы не видели тумана последние дни? — задал логичный вопрос Герес.

— Нет, долина неплохо просматривается, туман мы бы заметили. — сказал что-то озабоченно соображающий Икар.

— Придется оставить хортов и выдвинуться пешком по горным тропам. Доберемся до прямой видимости лагеря и там уже будем решать, что делать. — подытожил Герес.

— Договорились. Мы выделим вам в провожатые единственного оставшегося в форте следопыта. — ответил Икар.

— Тогда решено. Пойдем я, Лотар и Лара с Тарой. — обозначил громко Герес, посмотрев на меня и получив одобряющий кивок, — Остальные, размещайте хортов и определяйтесь на постой. Если мы к утру не вернемся — отправляйте отряд проинформировать моего Отца.

«О как раскрылся перед подчиненными то. Узнаю молодого наследника. Четко, по делу, у меня даже возражений первый раз за все время нашего знакомства нет.»

В форте мы все же задержались. Как бы не хотелось Гересу броситься на помощь своей сестре, а мне еще и за первым потенциальным артефактом, ряд важных задач заставили провозиться до заката. Пока определили хортов в псарни, в чем мне даже пришлось поучаствовать, ибо местные к Гурму подходить побоялись. Пока перекусили с дороги местным незамысловатым ужином, из какой-то каши, приготовленной из неизвестной мне ярко желтой крупы и мяса местных горных баранов. Пока наскоро обмылись да привели себя в порядок. Пока переоделись в кожаные костюмы, выданные Икаром и местными воителями, ибо в горах не то что в латах, даже в кирасе особо не побегаешь. Пока подогнали не всем подошедшую одежку. Времени было упущено очень много и Вар успел зайти за линию горизонта.

Закончив приготовления, прошли за Икаром на внутренний плац, с которого в разные стороны расходились тропки и уходила основная дорога в саму долину. На плацу нас уже ждала одинокая фигура. Я с интересом разглядывал нашего проводника. Для взрослого человека фигура была низковата, для подростка или девушки — крепковата в плечах. Для хрестоматийного гнома, из всем известных произведений Толкиена, была наоборот хлипковата.

«Очевидно это горняки или горные жители. Не имеющие ничего общего с нашими земными шахтерами, которых неофициально именовали также. Я читал о них в свитке. Там они упоминались вскользь и представлялись самобытной и замкнутой общиной на северо-востоке И мперии. Только вот представлял себе их по описанию я немного иначе, как Толкиеновских хоббитов, нежели как субтильных собратьев гномов.»

Подойдя поближе, удалось хорошо разглядеть диковинного представителя новой для меня расы. Кожаный костюм, напоминающий одеяния ниндзя из кино или бойцов из всем известной серии компьютерных файтингов. Необычная обувь, крупная для тела такого размера, но не огромная как у фэнтезийных хоббитов. Аналог местной средневековой тканевой балаклавы с открытым лицом. Из разреза на нас смотрело смуглое мужское или подростковое лицо с приятными чертами. Внимательные темные глаза горняка, с необычной крестообразной радужкой изучали нашу процессию и экипировку.

— Герес, Лотар. Меня звать Анкере. Я буду ваш проводник. — коротко поклонился и представился нам с южным акцентом наш следопыт.

— Приятно познакомиться, Анкере. С нами в поход также идут эти две прекрасные воительницы - Лара и Тара. — ответил я за нашу молчаливую команду и указал на стоящих за нашими спинами девушек.

Горняк учтиво поклонился новым членам сформированного разведывательного отряда.

Герес лишь коротко кивнул на приветствие провожатому в ответ. Видимо, целому баронскому сыну сильно расшаркиваться перед инорасцем претило, поэтому он лишь сухо спросил:

— Успеем дойти до полной темноты?

— Нет. Использовать малые жезлы света. Много зелени. Невидно.

— Это хорошая новость.

— Девушка, положить сумки. — указал провожатый на валькирий.

— Нам не тяжело. — ответила Тара и улыбнувшись посмотрела на Лару.

— Баланс. Падать на узкий тропа.

Дабы пресечь дальнейшие разговоры, Лара одним движением сбросила свою походную суму, перехватив её левой рукой в воздухе, слитным движением подбросила её, как будто та ничего не весила, и встав на вертикальный шпагат, поймала лямку падающей сумки на поверхность подошвы. Замерев в такой нескромной позе.

Демонстрация удивила всех присутствующих, даже меня с Гересом. Мне сразу вспомнилась похожая сцена из фильма «Ангелы Чарли». Однако, на остальных, увиденный первый раз в жизни перформанс, произвел очень сильное впечатление.

— Валькирии… — прошептал за спинами Икар, провожавший нас к месту встречи со следопытом.

Анкере тоже переменился в лице. Даже его странные крестообразные зрачки казалось расширились.

— Mhziat azim… — прошептал местный житель гор и припал на одно колено.

Я развернулся к Икару и негромко проговорил:

— Я надеюсь все увиденное останется между нами?

— Да, конечно! — кивнул Икар.

Тара подошла к парню и положив ему руку на плечо, проговорила:

— Qum ya mukrm altaqalid.

Парня от прикосновения аж тряхнуло. Как Тара убрала руку, парень подхватился и, стараясь на смотреть на девушку, развернулся к ночи, зажигая над вытянутой рукой зеленый мерно горящий огонек. После чего, кинул не оборачиваясь:

— Вы готовый?

— Да, можем выдвигаться. — задумчиво проговорил Герес, смотря на Лару, вернувшуюся к совей обычной позе и закидывающую обратно на спину сумку.

— Не отставать. Свет только пол. Идти след-след.

Путешествие оказалось больше выматывающим, чем опасным или сложным. Пробираться по узким горным карнизам, как это любят показывать киношники, нам не пришлось. Также как и перепрыгивать через глубокие овраги или биться на отвесных скалах с местными горными хищниками.

Анкере пару раз тревожно посматривал в небо, но причина этих действий мне не открывалась. Толи боялся атаки от каких-то хищных горных птиц, толи сверялся с картой звездного небосвода, для точного определения дальнейшего движения, так как периодически мы меняли тропинки, высоты и даже направление, возвращаясь на несколько минут назад для смены этой самой высоты.

Озвучивать свои мысли наш провожатый не спешил, а мы и вовсе сохраняли режим полного молчания. Тихо пыхтели от изматывающего путешествия по горной тропе, да настороженно озирались на неожиданные и новые звуки, периодически раздающиеся из окружающего кустарника или из-за деревьев, густо растущих по всему склону и закрывающих пышными кронами от нас виды на саму долину.

Так как своё душевидение я мог использовать только в режиме медитации и только стационарно, перемещался я с выданным мне артефактом света, хорошо знакомым еще по первой встрече с местными в деревне. Поднимать выше пояса Анкере их запретил, поэтому в определенный момент дорога для меня слилась в череду исчезающих, под кожаными сапогами, следов товарищей.

Никто в отряде моего главенствующего положения как боевой единицы не оспаривал, хотя были сомнения как минимум насчет Тары и Лары, поэтому двигался я замыкающим. Это всегда во всех мирах было одним из самых опасных мест, ибо отсечь последнего и тихо его схарчить намного проще, нежели наваливаться на голову колонны, куда смотрят все, или врубаться в её центр.

Длительное время я оглядывался на смыкающуюся в нескольких метрах за спиной непроглядную тьму, а потом бросил это бесполезное дело. Усталость и рассуждения насчет бесперспективности заметить прыгнувшую из темноты тварь, взяли свое. Да и решил довериться интуиции и чуткому следопыту, практически выключившись из реальности и снова погрузившись, как я это очень люблю, в свои размышления.

«Что же нам делать, как мы доберемся до лагеря? Если еще доберемся. То, что там кто-то, кого заинтересовало наследие — можно даже не гадать. Но как он перемолол войско форта, почти в полном составе, которое удерживало ни один год целого Каниса Ревущего? Пока единственное, что может прийти в голову — это сильный маг, возможно даже еще один божественный посланник кляксы. Ну не дракон же там прилетел и всех сожрал, право слово. Не поверю. И зачем дракону некий „носок“ Солнцеликого? Другое дело — зачем он мне?»

Совершенно неожиданный поток рассуждений полился в голову, как наваждение. Началась легкая мигрень.

«Я всю жизнь был человеком социальным и в сторону этого социума топил. Тобишь был человеком, о котором говорят, что он добрый, хороший и порядочный. А тут прилетаю и начинаю выполнять квест по возвращению главного негодяя местного божественного пантеона, идя на поводу у взбалмошной и своенравной дамочки, его партнерши. И ладно бы, она была местной матерью Терезой, но даже для своих последователей она дама непредсказуемая и причем не всегда в „плюс“… А если я верну этого охочего до золота ловеласа и он поработит или уничтожит местных разумных? Или отправит всех мужиков на прииски, а женщин к себе в Храм любви? Даже если меня при этом вернут домой, как я буду потом детям в глаза смотреть? Простите, папа по пути целый мир уничтожил. Так ведь и с ума потом из-за внутреннего конфликта сойти можно. Надо разворачиваться или лучше пройти дальше. За перевал и к Канису. Он мне там в любви дистанционно клялся. Авось приютит блудного паладина. А дальше пробовать уходить морем-океаном на свободные острова. Там свои боги, морские. Безликая не достанет.»

Поднял голову и увидел, что нервничать и озираться начали все. Неожиданная догадка начала разжимать сдавливающие голову ментальные клещи.

«Ага! Как это часто бывает — проверка на веру, любовь, дружбу и наличие жвачки? Если меня сейчас давит по предназначению, то остальных сейчас также давит, но уже по своим спорным и слабым местам. Гереса пади мучает вопрос, на кой-черт он вообще со мной возится, будто у него дел своих нет. А то и проверку на паладинистость опять хочется устроить, мол, фокусник обычный базарный, а не посланник. Анкере пади думает, нахрена мне их куда-то вести. Кто они вообще? У девушек видимо защита стоит, но и им тяжко. Тара вон за голову уже при ходьбе держится.»

Скорее всего в частностях я ошибался, но общая ненормальность происходящего начала быстро становиться очевидной. Лара остановилась и схватившись за голову, зашипев, осела на землю. Встали и остальные. Вид у всех был не просто встревоженный, у вертящих головами мужчин он и вовсе стал сумасшедший.

Неожиданно свет у Анкере пропал, отрезав его от остальной части отряда с артефактами светлячками. Практически в этот же момент закричал Герес.

— Не важно! Все не важно! Его было не спасти! Мы чудом убежали!

Особенно сильной ментальной волной накрыло и меня и я провалился в сон или галлюцинацию.

Я стоял на пустой равнине один. Напротив стоял я же, но было очевидно, что эта та самая темная версия меня, что командовала нечистью во время моего сверх-реалистичного сна про Солнцеликого. Тело соперника было одето в черный развивающийся плащ, загорающийся и восстанавливающийся множественными прорехами прямо на глазах, как живая броня из какой-нибудь новомодной корейской многопользовательской игры.

Теневой аналог подошел вплотную ко мне и проговорил прямо в лицо, обдав запахом гари и тлена:

— Ты уже проиграл. Прекрати дергаться и прими свою судьбу. Этот мир скоро будет моим.

Я лишь сощурил глаза. Клокочущая ненависть начала подниматься у меня в груди. Коротко опустив взгляд на свои руки, увидел, что правый кулак начинает покрываться золотым свечением, как гало-проекция доспехов в фантастических фильмах. Вперив свой взгляд в бездонные черные колодцы зрачков ублюдка, прикрывающегося моей личиной я стиснув зубы проговорил:

— Я уже поставил тебя на место раз. Не попадайся на моем пути больше. Иначе, пожалеешь!

На последних словах я слегка отодвинул правую ногу и развернув стопу, заряжая тело на удар, резко бросил правый боковой в безжизненное лицо стоящего напротив противника.

Прием, который я натренировал еще в школе, только начиная заниматься боксом, был отработан за годы жизни до автоматизма. Возможности обновленного тела, помноженные на силы Солнцеликого, в очередном связанным с ним сне, ускорили и без того опасный удар. Не хотел противник уворачиваться или блокировать атаку или банально не ожидал её или не успел, но золотая перчатка впечаталась ему в челюсть, отдавая инерцию заряженного на удар тела, помноженную на сверхсилу местных мышц.

Как в замедленном кино, я видел как деформируется лицо моей темной версии, как полукруг сжатого воздуха становится видным и расходится от места удара, как черная кровь набирает разгон из сминающегося на глазах носа, а после время вернулось к нормальному течению. От удара моего двойника, как тряпичную куклу унесло на десяток метров, протащив по местному безжизненному каменному пейзажу.

Сон резко оборвался и я оказался в темноте. Вернувшиеся чувства и обдувающий легкий прохладный ветерок подсказали, что это темнота ночной горной тропы. Подняв голову в этом уверился — звездное небо и галактики никуда не делись. Рядом застонали девушки. Подхватившись, нащупал потухший артефакт и включил его. Подняв над собой начал освещать тропинку. К счастью, мои товарищи лежали неподалеку и сейчас также начинали подниматься, приходя в себя. К несчастью — Анкере среди них не было. Успел куда-то убежать во время этой ментальной атаки. Главное, чтобы не пропал, сорвавшись или попавшись кому-нибудь на клыки. Понять бы, что еще это было. Может сейчас где-то в кустах сидит громадная зубаста мерзость, таким образом пытавшаяся подготовить нас к трапезе.

— Ох и крепко меня приложило… — закряхтел пытающийся активировать свой потухший артефакт-светлячок Герес.

— Есть идеи, что это было? — сказала Лара, помогающая подняться Таре, упавшей не так удачно как остальные и скатившейся в какую-то яму головой.

— Воля древа. Защита криад. Но мы друзья — нас никогда не атаковать. Враг управлять. — раздался голос, а после и сам провожатый, также частично в земле и траве, показался в световом пятне отряда.

— На слава богам и ты уцелел. — сказал я, закидывая упавшую при моей отключке сумку на плечи и двигаясь помочь девушкам.

— Не богам. Ты ломать защита. Я чувствовать магический удар. Надо спешить, она вернуться. — выдал Анкере.

Через пятнадцать минут провожатый остановился, показал вперед и вниз, а после указал на наши светлячки и потушил своего.

Постояв на месте и привыкнув к слабому освещению звездного неба, мы прошли еще несколько шагов, как среди окружавшей растительности начали пробиваться желтые огни.

Анкере показал нам в сторону огней и вниз, пытаясь жестами объяснить, что надо быть аккуратными и впереди придется прыгать. Показав, что все поняли, двинулись к кустарнику за которым все сильнее проглядывалось золотое свечение.

Подойдя к стене растений, Анкере развернулся к нам и скатился по покрытому травой склону, послышался негромкий звук приземления и снова воцарилась тишина. Через пару секунд кто-то внизу негромко свистнул голосом одной из местных птиц. Поняв «условный знак», я кивнул Гересу и посмотрел на кивнувших нам валькирий.

Герес, взяв перевязь с мечом в руку, не снимая сумки, повторил действия следопыта и также соскользнул вниз. Послышался грохот и звук нескольких ударов, а после и сдавленный мат. Через несколько секунд, тихо хихикающие девушки рыбками спустились следом за мужчинами.

Я постоял еще несколько секунд, а после, также перенес двуручник со спины в руки и развернувшись к тропе передом, а лесу задом, толкнул себя вниз. Непродолжительный полет завершился неожиданно скорым ударом в ботинки. Рассчитывая, что лететь придется дольше, от неожиданности, я после приземления потерял равновесие. Чтобы не завалиться, перекатился, зачерпнув и отбросив ком земли удерживаемым в руках мечом и встал на колено.

Отплевывавшийся от земли и снимающий с себя траву Герес состроил злобную гримасу. Девушки же изо всех сил старались не засмеяться и закрывали рты ладонями.

Выпрямившись — огляделся. Я снова оказался в сказке. Вокруг нас было прекрасный сад эльфов или дриад, как рисуют его на картинках в сети, только насыщенные зеленые цвета лета, местный художник заменил здесь на золотые и желтые цвета осени.

Большое свободное пространство, покрытое невысокой желтой травой, пересекали множественные небольшие ручейки с рыжей водой. Крупные и редкие стволы деревьев обеспечивали своей кроной золотой потолок. Каждые десять метров из земли рос невысокий крупный стебель с большим и тяжелым, опустившимся к земле, бутоном. Именно из этих бутонов и шло равномерное золотое свечение.

Не смотря, на подстерегающую опасность и затаившегося впереди врага, первое время все, кроме продолжавшего бдить Анкере, завороженно крутили головами и аккуратно трогали траву и растительность. Я даже сорвал пару листиков, но никаким золотом они покрыты не были. Просто пигментация.

— Поразительно, и как они выживают при отсутствии солнечного света? — в сердцах спросил я

— Магия дает жизнь. — сказал Анкере, уже пробежавший на несколько шагов вперед и вернувшийся к застопорившемуся отряду.

«Эх. И чего? Это я заберу артефакт и здесь все погибнет? Вся экосистема? С другой стороны, а что делать иначе? Или она уже самоподдерживающая? Ладно, пообщаемся на этот счет с криадами. Если что - оставлю артефакт на светлое будущее, а за это время поселение переместим в пустоши.»

К общим переживаниям насчет непростой задачи по сбору наследия, если оно еще здесь доступно и его не унесли, добавилось еще и угрызение совести и мысли, как из тупиковой ситуации выйти.

— Отступать уже нет смысла. Поэтому пойдем до конца. Анкере, ты знаешь куда нам двигаться дальше? — спросил Герес.

— Да. Здесь - горные ручьи. Водопой. Нам надо в центр. Помочь. Беда. Лагерь на восток, но туда нет смысла, поздно. — сказал Анкере и опустился на колено, начав пить из ближайшего ручья воду.

— Логично, конечно, но откуда знаешь? — спросила Тара.

— Голоса. Криады. Друзья. Говорить через земля. — сказал Анкере.

Больше спорить и расспрашивать мы не стали. Растянувшись, начали перебежками от крупного ствола к крупному, двигаться в сторону указанную горняком. В определенный момент провожатый нас остановил жестом.

— Близко. Опасно. Враг. — сказал Анкере.

— Давайте разделимся. Мы с Гересом пойдем напрямую, вы берите Анкере и по дуге зайдите с боку. Если там сильный маг — может удастся застать его врасплох. — предложил я.

Возражения промелькнули в глазах девушек, но открыто спорить они не стали, видимо все-же посчитав разделение хоть сколько-то оправданным.

«Хотя, если маг сильный на столько, что почуял нас на тропе и дал по нам ментальной магией такой силы, то шансов в любом случае не много. Буду надеяться, что это он действительно воспользовался местной защитой, которая отгоняет незваных гостей. Другое дело — как он смог её себе подчинить? И не успел ли уже забрать то, зачем мы хотим потревожить местных обитателей?»

Выхватив оружие, мы с Гересом ускорились в направлении самого крупного дерева, очевидно являющееся в местной экосистеме главным, по типу древа-дома у на’ви, но пониже и пожиже.

На множестве веток вдоль раскидистой кроны висело огромное количество свитых крупных яйцеобразных гнезд - видимо, жилищ местных криад. В части сейчас просматривались лежащие рыжие шерстяные тельца. Состояние местных обитателей было непонятно.

«Искренне надеюсь, что вас усыпили...»

Но больше всего внимание привлекала процессия возле основания древа. Уже издалека стало понятно, что нас, двух таких резвых и красивых, ожидают. Три черных точки и какая-то непонятная картина около них и на самом стволе дерева, однозначно давали понять, что это наши неприятели и они нас уже заметили. Отсутствие летящих в нас болтов и заклинаний, говорили о том, что враги о нас знают, но чувствуют себя уверенно или самоуверенно.

«Или не враги? Конкуренты?»